Я тебя никогда никому не отдам!

День за днем, за ночью ночь Убегает время прочь. Ты игрушка для своей судьбы. Поиграет – зашвырнет. Приласкает и побьет. Милая, как одинока ты! И от чего сам не пойму Вновь и вновь ищу с тобою встреч. Я в глубину твоих глаз загляну И скажу тебе такую вещь: Займись любовью! Кричи и плачь, с ума сойди! Дай телу волю, Со мною душу отведи! Займись любовью! И подари мне всю себя! А я открою ворота рая для тебя! Жаркий шепот, тихий стон. В голове хрустальный звон. Нет уже ни комнаты, ни стен. Всё в один смешалось круг. Шум дыханья, трепет рук. И не нужно ничего взамен. Как хорошо, нам так хорошо! Что от счастья можно умереть! Ты мне скажи: разве что-то ещё На земле могло бы так согреть? Займись любовью! Кричи и плачь, с ума сойди! Дай телу волю! Со мною душу отведи! Займись любовью! И подари мне всю себя! А я открою ворота рая для тебя! Нам хорошо, Боже, так хорошо! Что от счастья можно умереть! Ты мне скажи: разве что-то ещё На земле могло бы так согреть? Займись любовью! Кричи и плачь, с ума сойди! Дай телу волю! Со мною душу отведи! Займись любовью! И подари мне всю себя! А я открою ворота рая для тебя! Займись любовью… Займись любовью! И подари мне всю себя А я открою ворота рая для тебя! Займись со мной любовью!

"Займись любовью", группа "Стелла"*

      Ольга провела Ленку сквозь плотную толпу и передала Андрею с рук на руки. Напоследок она в знак солидарности погладила ее по плечу, сказала ей в самое ухо: "Не дёргайся, Ленок, бери от жизни всё, что можешь!", двусмысленно подмигнула им, озорно улыбнулась, ободряюще кивнула, помахала рукой и растворилась среди танцующих - пошла искать Серегу.       Ленка и Андрей впервые с той памятной ночи остались вдвоём так близко друг к другу.       Будь Ленка трезвой, кто знает, возможно, у нее не достало бы духу посмотреть ему в глаза. Слишком хорошо она помнила те печальные обстоятельства, при которых они расстались. Но алкоголь, выпитый ею, постепенно начал оказывать на нее свое действие, раскрепостил её, снял с неё все запреты, всю скованность. Она, что называется, "отпустила все тормоза"... Ей очень хотелось забыться. И Андрей, которого она продолжала любить, о ком мечтала и грезила, даже, когда была в постели Ильина, подходил для этой цели идеально. Как только она оказалась с ним лицом к лицу, на нее с новой силой нахлынули прежние чувства, только они, казалось, еще больше обострились за это время, пока она принадлежала другому и не могла с ним видеться.       Андрей взял её за руку, потянул за собой, не говоря ей ни слова, и она послушно пошла за ним, не спрашивая, куда он её ведёт. Если бы он увёл её в самый ад, на казнь, на пытки, желая наказать за невольную её измену, то и тогда она ничего не спросила бы, а шла бы с ним всё так же покорно, лишь бы он был рядом.       Он вывел её из зала и повел к выходу. Они вышли на улицу и сразу окунулись в ароматы цветущей, летней, теплой ночи. Он потянул ее за собой. Она, плохо соображая, в каком направлении он ее ведет, все же поняла, что они, спустя какое-то время, очутились возле деревянного сарайчика. Андрей отпер дверь ключом, который достал из кармана и втолкнул ее туда. Щелкнул выключателем. Над входом тускло зажглась лампочка, осветив небольшое помещение, не лишенное своеобразного уюта. Он закрыл дверь на щеколду изнутри. Ленка успела заметить узкий топчан. Возле противоположной стены стояло большое старое продавленное кресло. Рядом с креслом - такой же старый, расшатанный, деревянный стол-тумба. Андрей подвёл нетвердо держащуюся на ногах Ленку к топчану, но не дойдя до топчана, остановился и прижал её к стене из досок, сплошь увешанной разными плакатами и фотографиями из журналов. Впрочем, в остальных трех стенах сарайчика зияли узкие щели. На самих же досках кто-то написал мелом слова в стиле: "Костя П. + Таня С. = ЛЮБОВЬ!", "За измену - СМЕРТЬ!" - и всё в таком же роде.       Она смотрела на него широко раскрытыми испуганными глазами, потом прошептала его имя: "Андрей!.." хотела что-то сказать, как-то оправдаться перед ним и не могла вымолвить больше ни слова. Она не знала, нужны ли были ему ее оправдания и какой от них был толк теперь...       Он молчал. Она слышала только его тяжелое прерывистое дыхание. Потом он, не спрашивая разрешения (да его и не требовалось, по сути), торопливо принялся расстёгивать пуговицы на её блузке. Он рванул на ней бюстгалтер с такой силой, что оторвалась одна лямка, и из чашки лифчика выскочила обнажённая упругая грудь. Он поймал губами её соблазнительный сосок. Одна рука его в это же время проникла к ней под узкую мини-юбку (всё же Ольгина юбка оказалась слегка тесновата для её широких бёдер), он разорвал на ней ничтожные белые трусики и, горя нетерпением, расстегнул свои джинсы и почти сразу вошёл в неё, мощно и сильно, без всякой предварительной подготовки. Не выдержав, она застонала. Он двигался в ней неистово и чуть ли не с ненавистью, не жалея её, входил в неё всё глубже и глубже, всё сильнее и сильнее, а она только стонала, еле держась на ногах. Если бы он не держал её своим телом, прижав её, вдавливая в стену, она бы упала в изнеможении прямо на пол. Ей было больно, но в то же время ей было удивительно хорошо! При одной только мысли о том, что это он - её Андрей, её любимый, что он ее хочет - она почти сразу почувствовала нарастающее возбуждение, а когда он начал ласкать ее набухший клитор, ее горячее влажное лоно своими жаждущими пальцами, не выходя из нее, она всего лишь за каких-то пару-тройку минут достигла сумасшедшего оргазма. Такого дикого кайфа она не испытывала даже с Ильиным, хотя тот ласкал ее очень и очень умело. Беременность еще более способствовала пробуждению в ней плотского желания. Она сама его хотела!       Иступлённо занимаясь с ней любовью, приближаясь к пику острого наслаждения, Андрей прислонил её к столу, и она, пытаясь хоть как-то удержать равновесие, оперлась сзади рукой о столешницу... Стол ходил ходуном... Под руку ей попался пустой стеклянный бокал, оставленный кем-то на столе, катающийся по столу туда-сюда. Нащупав, не глядя, этот самый бокал, она судорожно сжала его, так что пальцы её побелели, и тут на неё нахлынул новый оргазм, как шторм, как ураган, она подумала, что сейчас просто взорвется от почти непереносимого наслаждения. Другой рукой она обняла его крепко-крепко за шею и притянув его к себе, слившись с ним в экстазе, получила такой жгучий поцелуй в губы, что это дало толчок для их совместного одновременного оргазма. Он тут же в неё излился... И она закричала от избытка нахлынувших чувств и переживаний.        Она лежала под ним, полуобнажённая, поперёк стола, дрожа в пароксизме наслаждения, все сильнее сжимая бокал, вряд ли осознавая это. Она сжимала бокал до тех пор, пока он не лопнул. И только тут пальцы её разжались, осколки стекла выпали из ее ослабевшей руки... Прямо над собой она видела склонившееся к ней близко-близко лицо Андрея, взор её блуждал по деревянному потолку... Она с трудом приходила в себя. Она забыла о времени, об Ильине, о своей нежеланной беременности, обо всем на свете...       Наконец, Андрей поднялся с неё. Но поднялся только для того лишь, чтобы унести ее на топчан и, спустя какое-то время вновь погрузиться вместе с ней в водоворот сумасшедших взаимных ласк...       ...Ленка проснулась от того, что трезвонил будильник, стоявший на полу возле топчана. Было девять утра. Андрей спал рядом, обняв ее за талию и прижав к себе. Она осторожно высвободилась из его объятий, взглянула на часы, охнула, вскочила и стала судорожно одеваться в Ольгину одежду. Свою же одежду она вчера оставила у подружки в квартире.       Кое-как напялив на себя, Ольгины шмотки, она поцелуем разбудила Андрея. Спросонья он обнял ее. Она отстранилась.       - Извини, Андрей! - сказала она ласково. - Сейчас я должна уйти, иначе... он меня убъет... Он уже пришел с работы, а меня нет... Мне будет очень и очень плохо... Я не хочу с ним жить, я не люблю его, я люблю тебя! Но тогда я должна ему сказать... И еще... Андрей, у меня будет ребенок! Это... его ребенок... - сказала она дрожащим голосом. - Я беременна, в "залете" я... Он взял меня силой. Тогда, на даче... В ту ночь, которая должна была стать нашей... Ты, наверно, никогда меня не простишь? Прости меня, Андрей! Прости!..       - Ребенок! - в изумлении воскликнул он. - Почему ты раньше ничего мне не сказала?.. Ты так себя вела на дискаче, что я не догадался, что ты в "залете"... Почему ты мне не сказала?..