В лесу
7 января 2022 г., 17:12
Брови на взлет, ветреная челка, Пламя и лед, ты моя девчонка. То не звонишь, то бросаешь трубку, То мне назло носишь мини-юбку. Девочка моя синеглазая, Без тебя мне не прожить и дня. Девочка моя синеглазая, Ну, скажи, что любишь ты меня! Я без тебя, без твоих насмешек Жить не могу, твердый мой орешек. Ты вся моя, и никто не знает, Как хорошо мне с тобой бывает! Девочка моя синеглазая, Без тебя мне не прожить и дня. Девочка моя синеглазая, Ну, скажи, что любишь ты меня!
"Девочка моя синеглазая", Женя Белоусов
Сознание возвращалось к ней медленно. Когда она начала постепенно приходить в себя, первое, что она ощутила - это дуновение ветра на лице, потом поняла, что лежит она по прежнему на мотоцикле поперек седла, прочно привязанная толстой веревкой к поясу мотоциклиста в шлеме, который вез ее. Запрокинутая голова ее лежала на сгибе его руки. Тело ее затекло от туго стягивающей его веревки и неудобной позы и временно потеряло свою подвижность. Она ощущала все происходящее с ней будто во сне. Словно не с ней происходил весь этот ужас. Словно она просто наблюдала за всем этим со стороны. Таким образом ее психика защищала себя от беды. Это не она, а другая девушка привлекла внимание местного криминального авторитета; это не она была похищена подонками и продана ему; это вовсе не ее сейчас везли в ночную тьму по лесной трассе. Это не на ее глазах совершили позорную, унизительную сделку. И это не ее бессовестно предложили пустить по кругу. С ней же такого просто не могло быть! Должно быть, это ей приснилось, это был всего лишь страшный сон, кошмар, и через пару минут она проснется у себя дома, в своей комнате, на своей кровати возле стены с плакатами, вырезанными из журналов. И этого ничего не будет. Не будет незнакомых мужских рук, жадно прижимающих ее к себе с уверенностью обладателя, считающего, что он имеет на это право. Она проснется, как обычно, дома и пойдет на кухню готовить себе кофе. Как она делала это тысячу раз. Это только сон, всего лишь сон! Так она убеждала саму себя. Но вместо своей уютной комнаты и светлой кухни она видела только темный лес, проносящийся мимо, и голову своего похитителя в мотоциклетном шлеме, склоненную над ней. Ей еще никогда не было так страшно! Даже Ильин, взявший ее против её воли в первый раз, не был ей незнаком, его она знала чуть ли не с детства. Знала она и Андрея, любила его и сама хотела, чтобы он был с нею. А за Костю, с которым у нее была единственная ночь накануне его ухода в армию, она когда-то собиралась выйти замуж. Все эти парни, которым она принадлежала, были ей знакомы и потому не внушали особого страха. Да, она не хотела быть с Ильиным, не могла простить ему того первого раза на даче, когда он, не спрашивая её согласия, взял силой то, что ему не принадлежало. Но по крайней мере, она знала - он никогда не покалечит ее, он с нее мельчайшие пылинки будет сдувать. Сейчас же было много хуже. Она не имела ровным счетом никакого представления, в чьи руки она попала и что с нею будет дальше. Руки, что держали ее теперь, были абсолютно чужими руками, человек, который вез ее сейчас на мотоцикле, был не известен и внушал ей ужас. Может, натешившись ею вдоволь, главарь отдаст ее своим "шестеркам" для забавы, пустит по кругу - как предлагал один из амбалов, похитивших ее, - как легко отдал он им свою предыдущую девушку. При этой мысли ей хотелось умереть! А когда она думала об Андрее, которого затолкали из-за нее в багажник иномарки, она сходила с ума! Что они с ним сделали?! Жив ли он или пострадал из-за нее напрасно? Вдруг они его убили или оставили где-нибудь в лесу без помощи, избитого. Она была готова простить ему даже измену, лишь бы убедиться, что с ним все в порядке. Он добросовестно старался спасти ее, был с ней все время, не бросил ее, не сбежал, и не его вина была в том, что ему не удалось избавить ее от бандитов. Мотоцикл остановился возле какого-то коттеджа, расположенного в лесу. Быть может, это была лесная дача, принадлежащая крутому "авторитету"? Ленка почувствовала, как чьи-то услужливые руки развязывают веревку, которой было прикручено ее тело, и придерживают ее за талию, чтобы она не упала, пока владелец, купивший ее как рабыню, сходит с мотоцикла. Она хотела закричать, хотела протестовать, но с ее онемевших губ не сорвалось ни звука, как в каком-то кошмаре, когда хочешь убежать, но не можешь сделать ни шагу, хочешь сказать что-то, но не можешь вымолвить ни слова. Она все еще находилась под воздействием той дряни, пропитавшей тряпку, которой закрывали ей нос и рот, когда ее передавали хозяину. И хотя сейчас никакой тряпки не было, сопротивляться она все равно не могла, т.к. действие вещества, парализующего ее волю, не закончилось. Хотя она отлично все сознавала, физически помешать ничему не могла. Сойдя с мотоцикла, он вновь подхватил ее на руки, очень бережно, словно она была фарфоровая статуэтка, и он боялся ее разбить. Понес ее, совершенно беспомощную и оцепеневшую от ужаса, в коттедж. Лестница... Высокая лестница... Ступени... ступени... ступени... Он занес ее в роскошную спальню и очень осторожно опустил на широкую, мягкую кровать, покрытую натуральной пятнистой шкурой какого-то дикого животного. Наверно, он сам участвовал где-нибудь в настоящем сафари и убил это животное. Он увидел, что она смотрит на него широко раскрытыми голубыми глазами, в которых смешались страх и ненависть. Он снял мотоциклетный шлем. Не спеша, никуда не торопясь, принялся расстегивать черную кожаную куртку. Как только он снял шлем, Ленка увидела шрам, пересекавший всю его щеку. При виде его лица она вздрогнула. Она вдруг в одну секунду вспомнила, где видела его раньше, год назад, еще до сегодняшних событий. - Узнала меня, крошка? - спросил он. - Вижу, что узнала... Вот и хорошо! И хотя мы с тобой уже виделись, познакомиться так и не успели в прошлый раз. Но я знаю, как зовут тебя. Лена! Ты мне понравилась! Надеюсь, сегодняшняя наша ночь не разочарует ни тебя, ни меня. Ты будешь делать все, что я скажу. И у нас с тобой ещё будет много ночей. Не бойся, - сказал он, увидев выражение её лица при этих его словах, - завтра я увезу тебя в город, домой. Но мы иногда будем видеться. Ты теперь мне принадлежишь. Придется тебе с этим смириться. Если будешь послушной, никто зла тебе не причинит. Но если не будешь слушаться меня, я ни за что не отвечаю. Тогда берегись! Я тебя предупредил. А предупреждаю я всего один раз. Два раза никогда не повторяю. Тебе всё понятно? Ленка промолчала. - Думаю, я ясно сказал. С этими словами он протянул к ней руку и дотронулся до её груди. Ленка сделала слабую попытку оттолкнуть его руки от себя, только собственные ее руки были как ватные и не слушались. Он вопросительно приподнял брови. - Я плохо себя чувствую, - еле выговорила она ватным языком. - Мне плохо. Голова кружится. - Понимаю, - он отступил от неё. - Это пройдёт. Отдохни часа два. Я приду потом. Мои парни перестарались, видимо, на этот раз. А ты нужна мне сегодня бодрая, моя зажигалка. А не вялая и безвольная. - Я хочу пить. - Жажда мучила её невыносимо. Он отошёл к небольшому круглому столику с инкрустацией, налил из графина какой-то освежающий напиток, протянул ей высокий бокал тонкого стекла. Она села с некоторым трудом, движения её всё ещё оставались замедленными и неуверенными. Взяла бокал дрожащими пальцами, с жадностью выпила. -Ещё? - спросил он. Она кивнула. Он налил ещё и смотрел, как она выпила всё до дна. - Отдыхай пока, восстанавливайся, - сказал он. - Я вернусь позже. Он сделал уже шаг по направлению к двери, когда она решилась спросить его: - А где Андрей? Отпустите его. - Он твой парень? - Нет, - она подняла на него глаза. - Он парень моей... моей знакомой. Отпустите его. Пожалуйста! Он ни в чём не виноват. Он просто меня спасал. - Парень твоей подруги, что ли? Она промолчала. - Вы танцевали с ним. Я видел. Вы с ним обнимались. Мне ты отказала, - жёстко сказал он. - Мне никто никогда не отказывает... не отказывал до сих пор. - Мы протанцевали с ним всего один раз. - Он твой любовник? - Нет. - Говори правду. С кем встречаешься? - У меня мой парень в армии. А он встречается с одной моей знакомой. Они - вместе. А меня он пытался спасти. - Имя, фамилия знакомой? Ленка назвала. Сердце её сжималось от боли, но она старалась, чтобы он ничего не увидел по её лицу. - О, кэй, я проверю инфу, и если ты сказала правду, отпущу его. Пусть валит на все четыре стороны. Если он твой любовник... - Он - не мой любовник, - торопливо сказала Ленка. - Он оказался здесь случайно и пытался меня вытащить из всего этого. - Хреново пытался. Ни хрена не вышло. - У него заметно поднялось настроение, он улыбнулся. Ленка опустила голову и ничего не ответила. - Проверю. Если он - не твой парень, отпущу. Его отвезут на то же место, где взяли. Отдыхай! Я вернусь через пару часов. Он вышел и запер за собой дверь. Ленка сползла с кровати, с трудом добрела до туалета, дверь в которую заметила ещё раньше. Голова кружилась. Она наклонилась над унитазом, и её вырвало. После этого ей стало заметно легче. Хотя слабость ещё не прошла. Она медленно вышла из туалета, подошла к окну в комнате. Попыталась его открыть. Ничего не получилось. Сил не было. Она выглянула в ночную темноту, ничего не увидела. Дотащилась до кровати, забралась обратно на шкуру, свернулась калачиком и заплакала. Потом уснула.
