Жизнь по расчёту

Снейп ошибся, и работник Министерства явился не во вторник, а в среду, но он не злился. Лучше быть подготовленным к атаке. Конечно, на его уроках всё было на высшем уровне, но инцидент с Гермионой и Джинни навёл такой шорох, что даже Гарри Поттер это знал, как и вся семья Уизли. Перси Уизли – именно его попросили проверить Снейпа. А затем в кабинете Директора он попросил рассказать подробности вечера и Джинни, и Гермиону, и Северуса. Дослушав, взялся за голову. – Джиневра Уизли, я поговорю с родителями. Им уже пришло письмо, что ты на испытательном сроке. Будь добра, успокойся. Гарри с Гермионой сами решат, с кем им быть! – И ты на их стороне? – Я ещё раз сказал – хватит! Если подобное повторится, то тебе светит полгода Азкабана за то, что ты оскорбила и попыталась подставить Героиню войны. – А я не сражалась, да? – Ты хоть одну часть Волдеморта уничтожила? Ты жила в холодной палатке? Тебя пытала Беллатриса? – Меня пытали Кэрроу! – И только? Твои родители живы? Джинни виновато опустила голову. Перси, который славился спокойным характером, начинал выходить из себя. – Мистер Снейп, к Вам никаких претензий. Гермиона, если хочешь, Визенгамот сделает так, чтобы ты снова могла посещать Защиту. – Я заслужила. Всё хорошо. Перси, а зачем проверка для профессора, он что, под надзором? – Не знаю. – Ладно. Я напишу Гарри, пускай проверит, – игра Гермионы была на высоте, и Северус уже желал подарить ей только за это пять очков. – Постой. Да, он под надзором. Гермиона, вмешаешь Гарри, и Кингсли лишится поддержки Героя, а значит, кресла. – Тогда передай Министру с Визенгамотом, если они не хотят, чтобы я написала Гарри и Рите Скитер, к Рождеству профессор должен быть свободен. Я не шучу! – Передам. Гермиона удовлетворённо кивнула, а Снейп ухмыльнулся. Змейка, тебе не место на Гриффиндоре. Шантаж – это по-слизерински. Умная, красивая гриффиндорка… Стоп! Красивая? Нет! Северус, тебя не туда потянуло! Выдыхай. Успокойся. Северус решил оставить кабинет первым, раз с ним всё было в порядке. Гермиона ушла следующей, но Джинни решила нагнать старосту. – Гермиона, ты ещё ответишь! – Джинни, не пора ли успокоиться? – Нет! – Перси не шутил – ты можешь вылететь из школы. – Переживу! Отныне бойся даже тени. Я буду ходить за тобой по пятам, пока не смогу выбросить тебя из Хогвартса, попутно очерняя твоё имя. – Мисс Уизли! – стальной голос Снейпа заставил съёжиться от страха. – Вас ничему не учит жизнь? Марш в башню! Джинни кивнула и побежала. Гермиона улыбнулась и последовала за Северусом. Она уже опаздывала на отработку. – Сегодня я учил седьмой курс сопротивляться Империусу. Насколько известно мне, Поттер научился у Барти Крауча, я научу тебя. – Я готова. – Посмотрим, – скептически ответил зельевар. Гермиона выдохлась быстро, но Снейп был доволен её результатом. – Раньше у меня ничего не получалось… – Кто обучил тебя окклюменции? – Тонкс на шестом курсе, пока охраняла Хогвартс. – А легилименция? – Нет. Я очень завидовала Гарри на пятом курсе, когда он ходил к Вам на занятия. Он игнорировал наставления… Глупыш… – Чему завидовать? Там был не райский урок. – Сказать честно? Я была в Вас влюблена весь пятый курс. Снейп хмыкнул, а Гермиона покраснела от своего признания. – Мало верится. – Это правда. Вы мне тогда героем романов казались: герой, который совершил ошибку и стал двойным агентом ради искупления. Я была от Вас в восторге. – Разлюбила? – Думаю, да. На шестом курсе я постаралась сосредоточиться на Роне. Если бы я узнала, что это Вы лечили меня после Отдела Тайн, я не отступилась. Довела бы Вас до бешенства. Северус улыбнулся и заглянул в янтарные глаза. Он не применял легилименцию, видя, что девушка не врёт. – Я тебя покорил своей жертвенностью? – Нет. Вы умный, хитрый, смелый. Я всегда искала Вашего одобрения, а Вы игнорировали меня. Я была в восторге от Вашей дуэли с Локонсом. Я была поражена Вами, когда Вы закрыли нас от Люпина в полнолуние. Я ненавидела Вас, когда убили Дамблдора. А затем ненавидела себя, когда посмела усомниться в Вашей преданности, поэтому и вернулась в горящую Хижину. – Это опрометчиво: рассказывать о себе другим. – Но Вы мой друг, разве нет? – Интересное слово. Ненавижу его, если честно. – Из-за мамы Гарри? – он согласно кивнул. – Но я в Вас изначально была влюблена, так что я не Лили. Я хороший друг. – Я знаю, львёнок с сердцем змейки. Девушка покраснела от такого обращения. Она заглянула в обсидиановые глаза и утонула в них. Снова. Спустя столько лет утонула в Чёрном море под названием Снейп. – Думаю, мне пора. – Двадцать баллов. Заслужила и не спорь. – Спасибо. Спокойной ночи, профессор. – Северус. Меня зовут Северус. Гермиона согласно кивнула, встала и ушла. Её сердце билось, как у загнанного кролика. Она попала в капкан Снейпа. Снова. Гермиона меня любила. Разве меня можно любить? Моё поведение, мой характер, мои методы общения и преподавания ужасны. Как можно было в меня влюбиться? К тому же я урод с длинным крючковатым носом и сальными волосами. Кстати, пора мыть голову. Из-за чёртовых зелий волосы снова жирные. Благодаря волосам Северус переключился с Гермионы, а вот ведьма вошла в гостиную на ватных ногах, не замечая слизеринцев. – Гермиона? – спросила Астория. – Я устала. Пойду спать. Но сон не шёл. Она знала, что заставила друзей переживать, но как им сказать, что у неё всё чешется между ног от того, каким взглядом её одарил Северус. – Северус… Она пробовала его имя на вкус. Гриффиндорка никогда этого себе не позволяла, даже когда любила его всей душой. Сердце снова бьётся быстрее обычного, а между ног всё пылает. Не выдержав пытки, ухватила халатик и побежала в ванную старост. Погрузившись в едва тёплую воду, попыталась остудиться, но ничего не помогало. Гермиона никогда не мастурбировала, но, по всей видимости, пришло время. Она просунула пальчики между складочек и довела себя до первого в жизни оргазма. Ощущения были приятны, жар спал, и она смогла вернуться в гостиную, где остался только Драко. – Ублажила себя? – Что? – ведьма вспыхнула от смущения. – Ты извини, но у тебя на лице всё написано. Ты влюбилась? – игриво спросил парень. – Не твоё дело! – Почему ты на меня кричишь? – Драко даже обиделся, ведь не хотел задеть подругу. – Я думал, друзья доверяют друг другу. Или мы не друзья? – Прости, – Гермиона села возле парня и виновато опустила голову. – Конечно, мы друзья. – Кто он? – Ты не будешь смеяться? – Постараюсь. – В общем, на пятом курсе я влюбилась в Снейпа, – Драко ошарашенно округлил глаза. – Потом как бы разлюбила, но на деле оказалось, что всё ещё люблю. Я предложила ему дружбу, и он согласился. Драко, я боюсь его потерять из-за своей любви… – Удивила так удивила. Вообще-то, он замечательный человек, и никто за маской кретина этого не замечает. Но ты заметила. Грейнджер, а кто-то ещё знает, что ты в него была влюблена? Гермиону осенило, и Драко догадался тоже. В прошлом Героиня войны всем делилась с Джинни Уизли. – Эта рыжая точно будет за вами наблюдать, чтобы потом всадить нож в спину. Чего её перемкнуло так? Нормальной же была. – Денег хочет. – Тогда у меня есть для неё кандидатура: чистокровный богатый слизеринец с подмоченной репутацией из-за папаши – Теодор Нотт. Давай я напишу ему? – Джинни помешана на сексе. После Симуса у неё был Ли Джордан, дальше пошёл в ход Кормак Маклагген, потом Дин Томас, и только потом Гарри. А с кем она трахалась на седьмом курсе, я не знаю. – Паркинсон когда-то говорила, что у Нотта дюймов семь. – Плохой план. – Она бросит Томаса, как только появится кто-то респектабельней на горизонте. Послушай, Тео запретили покидать Британию, а если он будет с Уизлеттой, разрешение дадут, ведь у неё брат в Румынии живёт, – Гермиона согласно кивнула. – Папаша Нотта был предусмотрительным и успел всё переоформить на Тео. Нотт по богатству идёт после Гринграссов. На первом месте Забини, не удивляйся, его мамаша убивала всех своих мужей, присваивая деньги; дальше я, потом Дафна, Нотт, после идёт Поттер и т.д. Соглашайся. Тео не может ни с кем построить отношений из-за отца-Пожирателя. А твоей рыжей дуре нужна беззаботная жизнь. – Твои письма проверяются, как и письма Нотта. Тебе нужно лично будет с ним переговорить. – Так это не раньше Рождества. Тем более ему на год запретили покидать поместье на всякий случай. – Но с тебя сняли этот запрет. Сходишь к нему в гости. – А побыстрее всё устроить никак? Поттера попросить нет? – Наверное, ты прав. Пусть Гарри сходит к Нотту, тем более, что он в курсе психических наклонностей Джинни. Сейчас же напишу Гарри. Гермиона уже поднялась с дивана и заглянула в серые омуты. – Драко, как ты считаешь, Северус может полюбить меня? – Не знаю. Не дави на него. Просто будь рядом. – Спасибо. Ах да! Совсем забыла: завтра ко мне придёт Полумна. Мы вместе пишем проект по нумерологии. После уроков. Драко расплылся в улыбке, а Гермиона побежала писать письмо другу. Изложив план, она попросила вникнуть в её слова. Это не было шуткой.

***

Северус стоял возле ивы и смотрел на Мародёров. Все четверо смеялись, не замечая его. Услышав шаги за спиной, обернулся и наткнулся на Тонкс с Лили. – Не рановато тебе, Снейп? Или решил составить мне компанию? – к нему подошёл Сириус. – У Ремуса с Джеймсом хоть подружки есть, а я одинок. – Снейп не одинок! – заявила Нимфадора, подходя к мужу. – Его любит Гермиона. – У этой девочки ужасный вкус! – констатировал факт Сириус. – Я сплю! – Однозначно! – ответил Ремус. – Но, с другой стороны, почему это не может быть правдой? Лили нас сюда привела. Решила показать дерево детства. – Ничего не понимаю. – Мы здесь не для выяснения отношений и понимания правил, – произнёс Джеймс. – Лили и Дора очень просили тебя спасти. – Я просила ради Гермионы, – оправдывалась Тонкс. – Она до сих пор любит эту летучую мышь! – Северус, – обратилась Лили. – Гермиона может сделать тебя счастливым. Она очень сильно любит тебя и боится потерять. – Да как меня можно любить, Лили?! – Согласен! – в один голос заявили Поттер и Блэк. – Я любила, но не смогла принять твою тёмную сторону. А ей всё равно на твоё прошлое, на твои проступки и поступки! – Она тоже не приняла мою тёмную сторону, когда я убил Дамблдора. – Разве? – удивился Ремус. – Она выбрала дружбу, но не разлюбила тебя. Я прошу тебя открыться. Она такая милая девочка. Не заставляй её страдать так, как я заставила страдать тебя. Мы не знали, как правильно поступать, но ты уже знаешь. Направь её. – Лили, я старше неё на двадцать лет! Я её профессор! – Как будто Гермиона когда-то жила по правилам, – подметил Сириус. – Рассвет. Нам пора. – Найди своё счастье, Северус, – просила Лили. – Я тебя простила очень давно. Отпусти меня. Северус открыл глаза, лёжа в своей кровати. Он не понимал, что это сейчас было. Скорее сон, чем видение, но что-то терзало его, какие-то сомнения. Зная Альбуса, тот мог и на том свете что-то подобное провернуть. Весь завтрак мужчина наблюдал за Гермионой, которая сегодня села между Деннисом и Натальей. Девушка была такой задумчивой, что крикни сейчас: «Тролль в подземелье!» – она не услышит. Джинни постоянно бросала колкие взгляды на девушку, которая почти не ела. Из её головы не выходил Северус. Она думала о нём постоянно. – Гермиона, я подойду к тебе в три часа в башню, хорошо? Ведьма на автомате кивнула, а потом резко очнулась. – Да, Полумна. – Плохо спала? – Меня терзают сомнения. – Наверное, такие же, как и профессора Снейпа. Количество ваших мозгошмыгов зашкаливает. Что тебя терзает? Гермиона не знала, что ответить. Гриффиндорка не верила в этих мозгошмыгов, но Полумна говорит, что он тоже задумчив. Драко восторженно смотрел на Лавгуд, и только удар под столом от Астории заставил того не так палиться. Джинни слушала девушек очень внимательно, вспоминая первую влюблённость Гермионы. Она помнила, как та говорила о своих чувствах к Снейпу на пятом курсе. У них общие отработки. Он возвращает ей баллы. Она посчитала, что его наказание верное, хоть Перси и предлагал всё исправить. Здесь что-то нечисто. Нужно поговорить с Директором. Гермиона резко поднялась на ноги и ушла, а Джинни караулила директора МакГонагалл. Когда та осталась сидеть последней за столом, Джинни решила действовать. – Доброе утро, профессор. – Доброе утро, мисс Уизли. У Вас что-то срочное? – Очень срочное. Директор, дело в том, что я не верю в отработку Гермионы у профессора Снейпа. Она была влюблена в него на пятом году обучения, у меня есть воспоминания её признания, – Минерва сразу перестала ухмыляться, не считая слова Джинни провокацией. – Он возвращает ей очки очень легко, ей нравится у него на отработках… – Мерлин! Вот почему она просила меня перевести её на Слизерин в начале года! И вот почему он просил то же самое! – в ужасе прошептала МакГонагалл, а у Джинни челюсть встретилась с плинтусом. – Гермиона хотела перевестись? – Мисс Уизли, я благодарю Вас за информацию. Идите на урок. Я могу рассчитывать на Вашу помощь, если мне она понадобится? – Конечно. – Идите. Джинни была довольна настолько, что не заметила Асторию, которая подслушивала разговор Джинни и Директора. Когда обе покинули зал, то ушла и слизеринка. Ей нужно срочно всё рассказать Драко и Гермионе. Но время, как назло, тянулось. Астория за целый день не смогла выловить ни Драко, ни Гермиону. Когда на часах стрелка показала три, то в дверь старост школы постучали. Открыл Драко, но Полумна не удивилась или не подала виду. – Здравствуй, Драко. – Привет. Гермиону вызвал к себе профессор Слизнорт, она скоро вернётся. Проходи. Ты голодна? У меня есть сладости. – Не откажусь. Полумна села на диван, а Драко как мог, так и развлекал девушку, но идиллию нарушила Астория, которая буквально ворвалась в комнату, а за ней вошёл Гойл. – Драко, наконец-то! Я такое узнала! – она покосилась на Полумну. – Я не думаю, что Полумна рассказывает кому ни попадя секреты, – заступился Малфой, и Гринграсс закатила глаза. – Хорошо. Слушайте!