Жизнь по расчёту

Северус постучал в кабинет Слизнорта, где как раз находилась Минерва. Директор очень удивилась появлению декана Слизерина, но вида не подала. – Ты что-то хотел, Гораций? – Снейп не любил ходить вокруг да около. – Да, Северус. Одну минуту. Минерва, запомни, что зелье нужно пить раз в неделю, не больше, или начнутся галлюцинации. – Проблемы со зрением, Директор? – удивился Снейп. – Да, знаешь ли. В последнее время капли, прописанные в Мунго, не помогают. – Я варил зелье Альбусу последние пятнадцать лет, и он ни разу не жаловался на ухудшения зрения, – фыркнул зельевар. – Знаю, но мне легче работается с профессором Слизнортом, – Гораций уже видел, что перепалки не миновать, когда постучали в дверь, и вошла Гермиона. – Вызывали, профессор Слизнорт? Добрый день, директор МакГонагалл, добрый день, профессор Снейп. – А она здесь для чего? – нахмурился слизеринец. – Северус, насколько мне известно, мисс Грейнджер у тебя на отработке. У меня закончились некоторые ингредиенты, которые можно достать только в Запретном лесу и только в первую ночь без луны. Она завтра, кстати. В пятницу. – Я могу сходить и без мисс Грейнджер, – шипел Снейп. – Дело в том, что я случайно стал свидетелем разговора мисс Уизли и мисс Вейн. Мисс Грейнджер, это правда, что Вы невинны? Гермиона вспыхнула краской, даже Минерва не ожидала такой наглости от Слизнорта. – Ты в своём уме про такое спрашивать? Это не твоё дело! – вступился Снейп, бросая глазами Аваду в Слизнорта, и МакГонагалл была с ним согласна. – Дослушайте. Я не хочу лезть в Вашу жизнь, моя дорогая мисс Грейнджер. Но дело в том, что только невинная рука может собрать и принести мне некоторые ингредиенты. Вот я и решил, что можно совместить полезное с приятным. Северус, мисс Грейнджер и тебе может достать такие травы. – А с чего ты решил, что я возьму ученицу почти в полночь в Запретный лес, пусть она и Героиня войны и ошивается в этом лесу с первого курса! – шипел, будто змей, Снейп. – А с чего Вы решили, что я сама захочу туда пойти? Отработки в Запретном лесу запрещены! – Гермиона наконец-то очнулась. – Я очень прошу, – слёзно молил Слизнорт. – Вот список. Всего восемь ингредиентов. Присутствие мисс Грейнджер нужно для сбора трёх из них. Гермиона выхватила листок и прочитала аккуратно написанной рукой старого зельевара перечень ингредиентов, а затем протянула пергамент Снейпу. – Они цветут раз в году: после Самайна в первую ночь без луны, – Гораций потупил взор, но надежду не оставлял. – Согласна, – произнесла Гермиона. – Думаю, я смогу кое-что и для себя найти. – Мисс Грейнджер… – Северус закипал. – Вы оцените. – Уже что-то задумали? – хохотнула Минерва, а затем увидела перепалку взглядов лучшей ученицы Хогвартса и Мастера Зелий. Гермиона хитро улыбалась, а Северус пытался её разгадать. Затем лицо Снейпа стало мягче, и он кивнул. Гриффиндорка гордо подняла подбородок, пока Снейп ею любовался. Минерва не верила тому, что увидела. Мисс Уизли права! Ничего! Я это пресеку! И начну с Северуса! Как он посмел осквернить столь… Стоп! Невинна! Мисс Грейнджер невинна! Что-то тут не сходится.

***

Гермиона вернулась в приподнятом настроении в башню, где Драко помогал Полумне с травологией, пока староста Гриффиндора отсутствовала. – Где тебя носит!? – крикнула Астория. – У Слизнорта. Мы со Снейпом завтра на отработку идём в Запретный лес по редкие ингредиенты. – Ты девственница? – удивилась Астория. – Не смотри так! Я знаю, что завтра первая ночь без луны после Самайна. – Да, я девственница, и? – Гермиона скрестила руки на груди, встав в оборонительную позу. – Я тоже, – Полумна решила поддержать подругу, а Драко уже был готов расцеловать когтевранку, понимая, что если он сможет её в себя влюбить, то девушка будет принадлежать только ему. – Уизли растрепала МакГонагалл, что ты была влюблена в Снейпа, и оказалось, что ты просилась перевестись на Слизерин, как и он просил об этом для тебя старую кошку. Вас пасут! – заявила слизеринка. – Ты это лично слышала? – в ужасе спросила гриффиндорка. – Да. Гермиона побледнела. Она должна об этом рассказать Северусу, но он не поймёт. Между ними ничего нет. Она сама придумала. – Драко, не мог бы ты ему это рассказать? – Разве вы не друзья? – Да, но между нами ничего нет. Смысл мне его предупреждать, ты можешь это в шутку перевести. Тебе ничего не стоит, Драко, – молила девушка. – Ладно. Перед ужином подойду к нему. – Я не уверена, что он ничего не чувствует к тебе, Гермиона, – произнесла Полумна. – Мне кажется, он заинтересован в тебе. – Ты ошибаешься. – А ты отрицаешь очевидное. – Северус Снейп подпустил меня к себе в качестве друга, не больше, – слова Лавгуд раздражали, ведь били по больному. – Гермиона, но раньше он даже такого не делал, – задумался Грэг. – Он был шпионом. Ему нельзя было идти против правил, – не унималась Героиня. – А по-моему, тебе страшно. Ты не знаешь, что делать, если он ответит тебе, – пропел Драко. – Всё! Хватит! Полумна, нам пора доделывать проект по нумерологии. Пойдём ко мне! – Хорошо. – Возьмите лукум, будет вкуснее! – Драко протянул когтевранке тарелку, и блондинка охотно её взяла. – У нас будут шикарные блондинистые дети, – произнёс слизеринец, когда дверь за Полумной закрылась, а Астория и Гойл только смеялись в ответ на его заявление. Драко никогда не вёл себя, как влюблённый идиот, и не собирался, но некоторые милые эмоции просто не мог держать в себе, как и Гойл, который пытался взять за руку Асторию при любом удачном моменте. Гермиона и Полумна уже дописывали всё, когда постучалась сова Гарри в окно. Гриффиндорка забросила все дела, лишь бы узнать ответ: «Привет, Гермиона. Я знаю, что у Джинни едет крыша, но ничем помочь не могу. За Ноттом приставили надсмотрщика – маму Кэти Белл. В общем, он уже месяц встречается с Кэти. Вы в пролёте. На Пьюси тоже не рассчитывай, я слышал, он и Флора Кэрроу в отношениях с июля. Мне очень жаль, но тебе придётся как-то разбираться с Джинни самой. В крайнем случае пиши Кингсли или в Попечительский Совет. Сейчас его возглавляет мама Чжоу Чанг, тебе помогут, а Джинни отчислят. Я думал, она успокоилась. Мне очень жаль, что тебе пришлось выполнять то дурацкое желание. Я могу только представить реакцию Снейпа. Прости, что ты страдаешь из-за меня. Насколько известно мне, Рон на тебя и меня не в обиде. Мне нашептали, что в ближайшее время он с нами свяжется, так что бзик остался только у Джинни. У меня есть одна идея, как её проучить, но это крайняя мера. Мистер Браун, отец Лаванды, сейчас начальник Азкабана. Как ты знаешь, дементоров там больше нет, но атмосфера та ещё. Так вот, Пожиратели очень изголодались по женскому теплу. И не только женскому. Помнится, у Долохова зуб на семейку Уизли, как и у Руквуда. Только напиши, и никто не узнает, где Джинни провела выходные. Никому рассказать не сможет: там применяются специальные чары. Если ты думаешь, что это не первый опыт, то ты права. Одна дамочка в Министерстве не желала раскрывать информацию о каком-то проклятии. Её посадили к Рабастану Лестрейнджу на два дня. После она рассказала всё, умоляя больше такого с ней не делать. Подумай над моим предложением. Всё (почти) законно. Письмо сожги. О мерах Министерства лучше никому не знать. Я серьёзно. Жду встречи с тобой и, возможно, Роном.

Гарри Поттер»

– ДРАКО!!! Гермиона вбежала в гостиную и протянула тому письмо. Ужас на её лице читался такой, как после первой встречи с Волдемортом. Драко читал вслух, и когда он закончил, то все пришли в ужас. – Вот тебе и новая политика! – шипел Драко. – Нужно рассказать Северусу. Гермиона, у тебя есть связи в Министерстве? – Немного, а что? – Предложи им любую сумму за полное досье на Снейпа. Кто сидит в архиве, где хранятся судебные дела? – Алисия Спиннет! – заявила Астория. – Ваша подруга, да? – Она не сдаст Гарри, – сделала заключение Полумна. – Согласна, но, насколько мне известно, её мать чем-то болеет после очередной операции Аврората. Их приглашают в Индию, чтобы помочь, но у них нет нужной суммы, – вспомнила Гермиона. – Мои счета не отслеживаются, – заявила Астория. – У нас с Дафной всё поделено напополам. – Так, дай сюда письмо! – он забрал свиток у Гойла. – Я к Северусу. Расскажу обо всём. У меня плохое предчувствие, Грейнджер. Если такое творится у всех на виду, где гарантия, что Северус услышал весь вердикт Визенгамота? – А твой отец? – осенило Луну. – Драко, он единственный Пожиратель, осуждённый временно, а не насовсем. Нужно и его дело достать. И твоё на всякий случай. – Она права! – заявила Астория. – Я этим займусь немедленно! Идём, Грегори. Встречаемся в воскресенье здесь. До того времени не поднимаем тему об Азкабане и Министерстве. Просто учимся! Ясно? Нам нужна конспирация. Ведём себя как обычно. – Филч, Джинни и все преподы теперь точно следят за поведением Северуса и Гермионы, – подумав, произнёс Драко. – Я к нему. Так, письмо есть в моей голове, пусть и читает. Луна, возьми его и спрячь у себя. Тебя точно не будут подозревать. Это письмо должно выжить любым способом. Оно наше алиби на случай плана «Б». – А каков план «Б»? – спросил Гойл. – Рита Скитер! – заявил Драко. – Мы трое – слизеринцы, нас пасут. Гермиона под надзором Директрисы, остаётся только Луна, – Драко запнулся. – Извини, Полумна. – Мне нравится, – ответила когтевранка, забирая свиток. – Я не подведу. Драко вышел первым: ему нужно срочно поговорить с крёстным. Он буквально летел, не замечая студентов. Поскольку до отбоя было ещё далеко, никто даже не увидел странностей в поведении слизеринца. Драко знал пароль от покоев зельевара, поэтому вошёл без стука. Северус проверял работы и с особым злорадством ставил «Тролль» или «Отвратительно». Драко поставил заглушку и закрыл дверь. – Запечатай камин. Очень важный и опасный разговор! Северус без вопросов запечатал камин и уставился на Драко, который аккуратно вынимал воспоминание о письме из своей головы. – Срочно просмотри. Северус достал свой Омут памяти, взял воспоминание и погрузился в него. Прочтя письмо, вернул воспоминание крестнику. – Значит, вы решили действовать через Алисию? – Есть другие варианты? Я думаю, она поставит жизнь матери выше работы. – Действуйте. Северус задумался, но Драко не спешил уходить. Зельевар вопросительно поднял бровь. – Джиневра Уизли рассказала МакГонагалл, что Гермиона была влюблена в тебя. Та вспомнила, что вы оба просили о переводе Грейнджер на Слизерин, и посчитала вас любовниками. Вы под колпаком, – Северус хмыкнул. – Между нами ничего нет. – Не совсем так. Я пообещал Гермионе, что этого никто не узнает, но… не могу тебе не сказать. Северус, наша мисс Всезнайка до сих пор тебя любит. Снейп сглотнул. Он догадывался, что Гермиона утаила правду, но страшнее стало от того, что ему понравились слова Драко. Лицо осталось таким же бесстрастным, но сердце застучало быстрее. – Северус? – Драко видел, что зельевар ушёл в себя. – Если ты мысленно убиваешь Грейнджер, то пожалей меня – она мой гарант свободы. – Будем считать, что я этого не знаю. У меня не так много друзей, Драко, чтобы я ими разбрасывался. Буду ждать от тебя вестей в воскресенье. – Будь бдительным. – Как всегда. Драко встал со стула и ушёл, оставляя зельевара в раздумьях. Гермиона по-прежнему любила его. Вопрос о том, как его можно полюбить, до сих пор висел в воздухе, но ему стало так тепло на сердце, что он неволей отпал. Мужчину любила только мать и то до поры до времени. Стоит рискнуть. Мы живём один раз. Однажды я уже жил по расчёту, может, в этот раз стоит сделать что-нибудь и для себя? Хотя куда без расчёта, если в Министерстве творится что попало.

***

Гермиону трясло до тех пор, пока не вернулся Драко, объяснивший ей, что Снейп готов ждать ответа от Алисии Спиннет. Девушка ненадолго выдохнула, но совсем ненадолго. Стоило ей вспомнить, что завтра отработка в Запретном лесу, как её била дрожь. Ты кое-что ему пообещала. Ему понравится. Соберись, тряпка! За обедом Северус подошёл к Гермионе, сказав, что они встречаются возле Большого зала ровно в десять часов вечера. Девушка только выдавила из себя «Да, сэр», наблюдая за МакГонагалл боковым зрением. Волшебница искренне не понимала, почему все лезут не в свои дела и жизни. Не понимала, по какому праву Министерство достаёт информацию самым грязным путём. Её бесило всё! Когда она подошла к Большому залу, Северус уже ждал её. – Добрый вечер, профессор. – Не самый добрый, мисс Грейнджер. Нам очень везёт: начинается дождь. – Надеюсь, профессор Слизнорт останется нашим должником надолго? – О да! Я такого ему не забуду. Идёмте. Всю дорогу до леса они шли молча. Девушка едва поспевала за широким шагом мужчины, но стоило войти в Запретный лес поглубже, Северус остановился. – Ты видела её? – МакГонагалл? Да! Как будто её анимагическая форма такая незаметная. Она хочет избавиться от Вас. – Я же просил называть меня по имени. – Да, но разве это включает в себя обращение на «ты»? – Гермиона, друзья друг другу не выкают. Вот эти три травы я не вижу. Их видишь только ты. Я захватил листок с их изображением. Посмотри, – он поднёс палочку с Люмосом так, чтобы Гермиона смогла увидеть рисунки. – Хорошо. Куда идти? – Не знаю. Давай с первыми разберёмся. Всё, что я знаю, так это то, что к поляне с этими травами могут вывести только единороги. – Отлично, я всё равно к ним собиралась. – В каком смысле? – В прямом. Я общаюсь с единорогами с пятого курса. Когда мне было плохо, я убегала из замка. Однажды меня нашли эти создания, и мы общаемся по сей день. Наверное, это один из тех факторов, почему я не хочу лишаться невинности. – Сколько раз ты их уже видела? – Шесть. – На восьмой раз главный жеребец захочет сделать тебя своей и превратит в единорога. Глаза Гермионы округлились, и девушка нервно захихикала. – Сегодняшний визит – последний. – Ты прав. Откуда такие познания насчёт единорогов? – Цисси. На восьмое свидание с единорогами она взяла меня, хотела показать этих созданий. Вожак напал на неё и попытался поцеловать. Я едва успел забрать её. Мы убегали дальше, чем видели. Затем она вышла замуж за Люциуса и через два месяца принесла книгу о единорогах. Так мы узнали причину, по которой на неё напали. Она очень хороший друг. – Она… Ты был её любовником? – спросила Гермиона, немного приревновав. – Нет, – он услышал, как Гермиона выдохнула. – А когда ты… То есть во сколько лет…? – ведьма не могла выговорить вопрос, ведь стыд подступал к горлу, будто верёвка. – На второй день после семнадцатилетия я принял метку, и в тот же вечер Тёмный Лорд привёл мне шлюху в подарок. Тебя так интересует моя половая жизнь? Уверяю, ей было противно, как и всем последующим. – Почему? – Гермиона, посмотри на меня: от зелий у меня сальные волосы. Весь замок считает, что я не моюсь. Посмотри на мой крючковатый длинный нос! А руки, как у столяра: грубые и в мозолях. – Ты слишком строг к себе. Северус проигнорировал её слова, склоняясь в первой траве. Они искали и находили очень быстро все ингредиенты из списка. Затем Гермиона повела Северуса к поляне с единорогами. На лужайке паслись две самочки, которые сразу заприметили чужаков. Обе фыркнули на Северуса. – Останься здесь. – Как скажешь, – Северус не особо хотел снова вступать в драку с единорогами. Подойдя к самочкам, девушка положила руки на их морды, прося помощи. Животные развернулись и повели куда-то за собой Гермиону. Поляна с цветущими травами была скрыта волшебством. Ведьма набрала достаточное количество и вернулась с единорогами обратно. – Держи. – Молодец. – Подожди ещё. Я кое-что попросила для тебя. Я поведала им, что ты помог уничтожить Волдеморта и пожертвовал ради этого жизнью. – Я Пожиратель. – Не для меня. Гермиона улыбнулась и вынула литровую баночку из кармана пальто. Видимо, она наложила расширяющие пространство чары. Северус был поражён, когда гриффиндорка стала доить единорога. Молоко этих животных бесценно. Чтобы купить хотя бы двадцать грамм, нужно отдать не менее десяти тысяч галеонов. Снейп всегда мечтал поэкспериментировать с таким ингредиентом, но никогда не удавалось. Затем вторая самка единорога подошла к той, которую доила волшебница, и слегла резанула рогом её бок. Гермиона наполнила флакончик на сто грамм кровью, отданной добровольно, и улыбнулась. – Благодарю вас. Больше мы не увидимся. Прощайте. Северус находился в каком-то трансе. Гермиона протянула ему оба сосуда. – Это тебе. Ты сможешь применить их по назначению. – Спасибо. Таких подарков, да и вообще подарков, мне не делали. – Ты заслужил. Северус спрятал в расширенные магически карманы мантии столь драгоценные дары и нежно поцеловал девушку в щёку. Гермиона покраснела и улыбнулась, благо на улице было темно, и мужчина не увидел её румянец. Возвращались они медленно и молча. Снейп постоянно прокручивал в голове то, что сделала ведьма. Она попросила для меня. Немыслимо. Девочка, что ты со мной делаешь? Ты рушишь стены одиночества, отчуждённости и вражды. Зачем я тебе сдался? Хватит себя жалеть и задавать этот мордредов вопрос, ведь ей сейчас намного тяжелее. Она улыбается мне, но ей больно. Если Драко прав, а она не солгала, – ей немыслимо больно. Разве я имею право подставлять её ради похоти? Имею право быть счастлив? А если откажу и ей, и себе, она станет такой же несчастной, как я когда-то. Мне так хочется поцеловать её губы, дотронуться языком до её розовых сосков, которые не дают в последнее время спать… – Всего доброго, профессор! Северус опомнился, понимая, что они уже возле Большого зала. Мужчина только кивнул, не в силах выговорить и слова, и последовал в подземелье. Гермиона не была удивлена его реакцией – его смутил её подарок. Поэтому спокойно пошла в башню. Завтра суббота, она сможет выспаться, а сниться ей будет его поцелуй.

***

С утра пораньше Снейп пришёл к Горацию, чтобы отдать ингредиенты, и там его уже ждал сюрприз в лице Минервы. В этот раз она просила зелье Сна без сновидений. – Кошмары? – Мне часто снится война, Северус. Я вижу, вы нашли всё! Северус ставил банки с листьями, корнями и цветками растений. – Гораций, мисс Грейнджер больше нельзя пускать к единорогам. – Почему? Она перестала быть невинной? – шутил маг. – Вчерашний визит к ним с её стороны был седьмым. – Мерлин! Ты рассказал ей, что будет, если она пойдёт к ним восьмой раз? Мне Нарциссы хватило много лет назад! – шипел Слизнорт. – Она проинформирована. Поэтому ищи кого-то другого. – Она говорила, что тебе понравится поход. Что девушка имела в виду? – спросила Минерва. Северус ждал этого вопроса, поэтому на всякий случай отлил в пятидесятиграммовый флакончик молока единорога. – Молоко единорога! – он вынул флакончик и протянул Горацию. – Северус, благодарю. Полагаю, у тебя осталось намного больше. – Верно. Это её подарок за спасение мира. – Мир спас Гарри Поттер! – фыркнула Директор. – Мисс Грейнджер не совсем согласна с этим доводом. Увидимся! Северус круто развернулся и покинул кабинет Слизнорта, в котором Минерва осталась стоять злее акромантула, а Слизнорт был довольнее вейлы, которой кто-то восхитился. Снейп знал, что МакГонагалл не понравится подарок от Гермионы, но не мог не съязвить. Пузырёк так или иначе отдал бы Горацию, зная любопытство старой кошки, но бросить этот флакончик перед её носом было во сто крат приятнее.