Призрачная встречная

Спроси любого одноклассника, сотрудника конторы Хидеки или друга её мамаши, и все как один скажут: "Аки Рейкори не способна любить!" Она может заигрывать и резко отшивать, она может молниеносно принимать решения, она может ударить или высказать своё недовольство. Она могла бы начать пить наравне с матерью, могла бы найти себе идиота мужа который бы её терпел, она могла бы исхудать до дистрофии, она могла бы быть чей то знойной головной болью, она могла бы сторчаться к двадцати годам, она могла бы покончить с собой полностью обессилев. Но стоило ей один раз доставить проблем сразу трём парням, как все резко поменялось. Рей- ноль, или душа. Кори- лёд. Ледяная душа. Но стоит лёд окружить теплом, как он растает. Её горящим угольком был Баджи Кейске. Она плавилась в нём обнажая свою вторую душу, ту, что была меньше основной. Жидкую, послушную мягко перекатывающуюся в пальцах. Её легко можно было сравнить то ли с пеплом и порохом, то ли с мёдом и солью. Он смог согреть и переплавить её кривую натянутую улыбку в счастье. И теперь с уверенностью можно было сказать: "Аки Рейкори умеет любить!"

***

Спросонья он сразу и не понял что происходит. Рядом кто-то сопит, он явно не в своей квартире... Но вчерашние события тут же заставили его пробудиться от расслабленной дрёмы. Она даже под одеялом замёрзла, это было понятно по мелкой дрожи. Его объятия сковывающие её как цепь разомкнулись а по коже пробежала стая мурашек от утренней прохлады. Он сел поджав ноги под себя. Она же однозначно будет рваться в больницу. Надо будет её поберечь. Хрупкая фарфоровая кукла лежащая возле него неровно дышала то поднимая то опуская свои рёбра-спички. Казалось бы искусственные волосы вечно ровные и расчёсанные сейчас спутались ложась на лицо неровными клоками. В этой идеальной искусственности - весь мир. Эта искусственность это искусство.

***

Её лихорадило. Ни бульон из ближайшей лапшичной ни горячий чай ни кофе никак не спасали ситуацию. Организм отторгал еду. Пару раз в бреду она звала его по имени. Сердце его натянулось как нить перед тем как лопнуть. Она металась в постели то ластясь к его руке, то роняя слёзы в подушку. Он не знал куда себя деть. Ни объятиями, ни поцелуями в лоб он не мог помочь. Это ужасало. До жути холодная, словно всё это время находилась в морозильнике. Он неё самой словно разило ледяным ветром. И пусть он обжигал его тело, это заставляло только сильнее вжать в себя "девочку сделанную изо льда". И уж лучше бы она растаяла в его руках. Баджи сел на одну из неразобранных сумок тяжело вздохнув. Он понимал что ему влетит, но что ещё делать? В любви и на войне все вредства хороши. -Скоро вернусь - он мазнул губами по ледяной снежно-белой щеке. Телефон включился для того чтобы набрать номер места себе не находящей матери. Вернулся где-то через час с набитым пакетом и приподнесённым настроением. От матери влетело. Сильно. Но своим поведением он показал что в любом случае убежит к девушке. Вместо пиздюлей Баджи просил помощи. И она скрипя зубами и сердцем выслушала все симптомы и дала ему список лекарств порекомендовав накормить её чем-то низкокалорийным. Какой-то певец в какой-то тоскливой песне о любви пел "Я люблю не нуждаясь в обратном чувстве*". Он понимал эти слова. Ему неважна была её благодарность, реакция или желание, пусть это и было эгоистично. Её взаимность была приятным бонусом - основным кайфом было ощущать поглощение своего тела и души в трясину любви. Бесконечной любви к человеку просто из-за его существования. Ему нравилось как она пыталась выглядеть невозмутимой но всё равно порой смущалась, как по взрослому рассудительно вела себя временами, какой беззащитной и открытой была с ним рядом. -Отстой-послышался слабый девичий голос. -Чего?- он с улыбкой опустился на колени пошуршав пакетом. -Ты видишь меня в херовом состоянии. -Всем свойственно болеть. В этом нет ничего такого- в его руках объявился апельсин. Он оставался всё тем же безбашенным парнем идущим на всё. Одним из этих "всё" была забота. -Ты должна поесть и принять сироп. -Я должна покурить и подумать что делать дальше- то что она прекратила бредить и смогла сидеть оперевшись на стену конечно радовало, но до поры до времени. Его глаза закатились за веки без слов говоря то, как она заебала его со своими сигаретами. Она тем временем попыталась встать. Ноги тут же предательски подогнулись а он как истинный джентльмен подхватил её. -Тебя не переубедить. Забирайся мне на спину. -Что? -На спину лезь. Так и быть понесу тебя на балкон. -Слава богу что этого никто не видит- пробормотала Аки, уткнувшись носом ему в плечо. Он нервно хохотнул. Ей не хотелось признавать, но подобные покатушки ей были по душе. Синяки на ногах болели из-за прикосновений к его телу но это никаким образом не отвлекало её высочество от шуточных комментариев. Наконец-то закурив желанную сигарету под его недовольный взгляд Аки задумалась. Она боится. Боится пьяных мужчин, боится пустого метро, боится пауков и маленьких собак. Она боится потерять брата и своей взбешённой матери. А теперь ещё и одиночества. Ей страшно от самой мысли о том что Баджи может отказаться от неё. Страшно перестать дарить ему эмоции, страшно стать скучной, страшно стать отталкивающей. И она ещё не понимает что он тоже боится. Боится в силу неопытности задеть, или сделать что-то неправильно. Но в отношениях надо бороться со страхами друг друга. С отсутствующим выражением лица она доехала назад в постель. Кейске насильно протолкнул в неё несколько долек апельсина и дал запить отвратительным сиропом. -Мне нужно позвонить брату-потребовала она. За окном стремительно темнело и начинал моросить дождь. Он кивнул подав ей телефон с подоконника. -Прости что не пришла. Неважно себя чувствую... Завтра постараюсь зайти. Да, люблю целую, пока. - и с долей ненависти к себе швырнула его на второй конец кровати. Баджи вопросительно изогнул бровь. Она подержала недолгий зрительный контакт перед ответом. -Что? Ему этого лучше не знать. -Ладно, как знаешь. Мне пора домой. - руки не слушались, но он заставил себя обнять её. Наконец захлопнув эту дверь Кейске понял. Главной героиней этой истории не должна была быть Аки.

***

Прошла неделя с избиения Тэтсуо. Аки болезненного вида появлялась в больнице только в сопровождении Баджи. Иногда забегала Мэй. Её младший брат беспокоился за сестру но она никогда не говорила ему и доли правды о себе. Можно ли винить её за это? Она хочет как лучше, пусть своей ложью ни к чему хорошему не приходит. Баджи всегда мчался к ней после школы. Однажды его мать даже передала его девушке коробку домашнего печенья, заставив Рейкори густо залиться краской. Честно говоря, Аки Рейкори никогда не думала что знакомство её отца с её парнем будет подобным. В четверг заявился отец и по хозяйски устроился на кухне, пересчитывая пачку денег. -Этого должно хватить на неделю жизни в Сануки. Вот билеты. Мать не появлялась? -Нет. -Как там Тэтсуо? Молчание. -Ты либо молчишь либо отвечаешь односкладно. Заболела, что-ли? -Ты ещё и винить её собрался?- как из под земли вырос Баджи. Ну конечно, уроки в старшей школе должны были закончиться где-то полчаса назад. -Аки, это ещё кто? -Твоя, сука, смерть. Из-за тебя её чуть не изнасиловали, из-за тебя твой сын лежит в больнице и ты думаешь что отделаешься деньгами? Ошибаешься. - кулак летит в правый глаз. Хидеки вскрикивает и оказывается на полу. Его дочь обессиленно смотрит на эту картину, понимая что если Баджи занесло, то его не остановить. Но его кажется и не заносило никуда. Он поднимает мужчину за шиворот и немного встряхивает. -Я оплатил мальчику лечение. А на её счёт я ничего не знал. -Может потому что ты херовый отец? И дело тут даже не в деньгах. -Мне не нравится твой молодой человек. Он слишком вспыльчивый.- года испытаний и вот- Хидеки Рейкори имеет железную выдержку. -А меня всё устраивает. Его заботит не факт моего существования, а то как я себя чувствую и чего хочу. -Подумай над моими словами. - он отряхивается и в спешке покидает квартиру. -Ты как? -Ты только что всёк моему отцу. -Я говорил что сделаю это. -Не так я представляла ваше знакомство. -Прости. Она легко улыбается. Её сторожевой пёс словно превратился в провинившегося щенка. -Чай будешь? У меня остались печенья твоей матери. -Буду- он поставил школьный рюкзак в угол осмотревшись. До его приездов каждый день Аки разбирала сумки и наводила свои порядки. Даже на холодной пустой лоджии стало уютно. Так и на кухне всё было аккуратно расставлено, чисто и светло. Она не любила ни шторы ни занавески. -Сейчас перехвачу печеньем и поедем в больницу- Аки поставила перед ним чашку с чаем. - можешь собираться. -Секунду-не успел он и половины выпить как перед ним тут же показалась в полной боевой готовности девушка. Пришлось на ходу допивать чай, в быстром темпе натягивать на себя кофту, снимать ключи с вешалки в прихожей (которую он сам прибил, между прочим!)и вызывать лифт. И всё бы ничего. Если бы не любопытный сосед который зашёл вслед за ними. -Привет. Куда это ты пропала? -Болела. - она всё ещё не горела желанием начать общаться. Сайто любопытно рассматривал парня рядом с ней. -А это? Твой брат? Баджи собственнически положил руки на её талию с вызовом смотря на парня в лифте. Он понимающе кивнул. -Бакаджи, а вдруг он подумал что мы реально брат и сестра и ты ко мне пристаёшь?!- шепнула Аки ему на выходе, смущённо пиная ножкой какой-то камень. -Тогда у твоего соседа извращённая фантазия. Она прыснула смехом толкнув его в плечо. GSX 250 Е, или как Баджи ласково его называл "Гоки" покорно стоял у подъезда. Убрав ножку и подождав пока Аки взберётся на байк он плавно отпустил сцепление рванув с места под завистливый взгляд прикрытого качелей на детской площадке Сайто.

***

Его девушку нельзя было назвать милашкой. Она не была отбитой стервой. Она не любила себя, а в особенности своё тело. Её нельзя было назвать опекающей мамочкой в отношениях, но она не была полностью равнодушна. Его Аки- это его Аки. В чём то несовершенна и неправа. Порой словно искусственная, но такая живая в его руках. Такая смешная когда визжит позади него и показывает средние пальцы водителям которых они подрезали. Такая серьёзная и задуманная когда делает первую затяжку дамской ментоловой сигареты. Такая беспокойная и опекающая когда рядом с Тэтсуо. Такая взрослая когда речь заходит о семье. Он так любит эту Аки- разную и единую в этом.