розовый тебе к лицу

      Близился декабрь и вместе с ним самое ненавистное время года Антона. Время потрескавшихся от мороза губ, огромного слоя одежды (сколько бы ее на тебе не было, все равно холодно), скользкого льда и грязных луж от растаявшего снега. В нормальные времена года Антону не составляло труда идти на работу пешком. Он жил недалеко от работы и до здания офиса доходил примерно за полчаса. Но при минусовой температуре эти полчаса превращались в пытку. Поэтому сейчас парень грелся в салоне своей машины и абсолютно не хотел прощаться с этим теплом. Прощаться громко сказано, потому что его машина стояла в подземной парковке и все, что ему предстояло сделать — это дойти до лифта. Но и работать тоже не шибко хотелось, знаете ли.

***

      Когда с рабочего времени прошел час и Антон уже давно сидел в своем кабинете и перепроверял отчеты за прошлую неделю, ему позвонил Станислав Шеминов и сказал проверить рабочую почту. Он переслал туда файлы по двум проектов, которые Шастун должен был передать архитекторам. Открыв все это заново на планшете, Шастун вышел из кабинета и направился в архитектурный отдел. Как только он зашел, некоторые из архитекторов подняли головы от своих чертежей и поздоровались с ним. Он осмотрелся: все его архитекторы были на месте, никого лишнего. Кроме Кузнецовой, которая уселась на рабочий стол Ивлеевой и о чем-то болтали с вышеупомянутой девушкой. — Так, Кузнецова, Ивлеева, — он подошел к ним. — У вас нет никакой работы и поэтому вы тут сидите чай попиваете? — У меня нет, — архитекторка подняла руки в защитном жесте. После этого Шастун с ожиданием посмотрел на Иру. Девушка тяжело вздохнула, как будто он подкинул ей задач дней на десять вперед. — Ладно, я иду. Девушка последний раз улыбнулась Насте и перед тем как уйти, подмигнула Антону. — И чтобы такого больше не повторялось, — бросил он ей вслед. — Для разговоров есть обеденный перерыв. Антон успел за эти выходные отдохнуть от этой тупой непонятно откуда взявшейся лесбийской истории. Он решил больше ничего не говорить Ире по этому поводу, иначе, он не сомневался, это приведет к ссоре опять. В тот раз Ира долго на него не дулась, и они помирились той же ночью. Хоть Антон и решил не вмешиваться, он все равно оставался при своем мнении. И знал, что распад этого «союза» — это лишь вопрос времени. Он будет жить, пока на горизонте не замаячит какая-нибудь смазливая особь мужского пола. И вот тогда Кузнецова влюбится по уши, как всегда и бывало. Шастун эмпатией никогда не отличался, но Ивлееву ему было уже заранее жаль. Лучше не буду забивать этим голову. — Итак, у меня для вас не самые лучшие новости, — Шастун встал в центре их импровизированного отдельного от общего офиса отдела и дождался, когда все обратят на него внимание, прежде чем начать рассказывать об их новых заданиях. С каждым словом Антона выражения лиц архитекторов становились все более обреченными. Питерский филиал подкинул им довольно сложные задачи. — Приступайте, — сказал он, когда закончил посвящать их в курс дела. Антон ушел, оставив архитекторов разбираться с их новыми заданиями. На самом деле, ему хотелось поскорее свалить от них, потому что от пристально-прожигающего взгляда Макарова становилось некомфортно. Пока Шаст был здесь, он решил осмотреть офис: к счастью, никто не разговаривал и каждый занимался своей работой. Он уже собирался удовлетворенно кивнуть самому себе, пока не заметил, что место рядом с Позовым и Матвиенко пустовало. И тут он понял, что сегодня вообще не видел Попова в офисе. В голове сразу возникло куча вопросов и поэтому он направился получить ответы хотя бы на некоторые из них. — Позов, Матвиенко, — обратился он к своим подчиненным. Те сразу же подняли головы. — Где шляется Попов? — Черт, я совсем забыл сказать, — айтишник ударил себя по лбу. — Ему кажется совсем хуево и поэтому он взял отгул. Вопросов стало еще больше. — В смысле — хуево? — Заболел Арсений. С температурой валяется. Черт, я бы съездил его проведать, если бы ко мне сегодня мама не приезжала. Последнее предложение уже было адресовано Позову. — Я тоже не смогу, — Позов тяжело вздохнул. — Но завтра точно получится. — Завтра, думаю, он уже выйдет на работу. Антон в этом диалоге вообще не участвовал и узнав какую-никакую информацию, оставил этих двоих. Ну конечно, блять. Он бы еще голым снежных ангелов поделал. Не удивлюсь, если он реально так делал, хах. Парень сложил руки на груди. Изначально он собирался пойти в свой кабинет, но вдруг понял, что ему очень хочется согреться зеленым чаем, поэтому решил спуститься в кафетерий. Ну вот кто ходит в такую погоду в кожаной куртке? Он не успел развить эти мысли, потому что когда он зашел в лифт, за ним сразу же зашел Макар. Антон нахмурился. Это явно не было совпадением. Класс, теперь он не просто пялится, но еще и преследует меня. Вообще, Шастун думал, что они, в конце концов, помирятся. Прошло уже достаточное количество времени, но парни до сих пор не общались. И, если честно, Антону было на это все равно. Видимо, их дружба закончилась, причем довольно странным образом. Выйдя из лифта, парень направился к столу, где находились разные пакетики с чаем, маленький заварной чайник, который кто-то вечно успевал опустошить, еще рядом стоял аппарат с кофе и кулер с обычной водой. Антон достал с полки кружку, которая принадлежала ему и положил туда пакетик с зеленым чаем. После этого он поставил кружку на кулер и нажал на кнопку, дающую кипяток. Пока он делал все это, на него безостановочно пялился Илья. — Тебе что-то нужно? — не выдержал и все-таки спросил Антон. — Я вот все хотел спросить, — он прислонился к столешнице. — Как там у тебя и твоего дружка презентация прошла? — Нормально, — ровно ответил Шастун и отпил чай из кружки. — Все? Раз у тебя больше нет вопросов, может перестанешь за мной ходить? Это стремно. — А я за тобой и не ходил, — хмыкнул Макаров. — Кофе хочу. Антон не нашел, что еще ему сказать. Он направился обратно к лифту и с облегчением понял, что Макаров за ним не пошел.

***

      Рабочий день подходил к концу. Если честно, сосредоточиться на работе у Антона сегодня не особо получалось. Как бы он не старался постоянно это отгонять, его мысли все время возвращались к Попову. И это пиздецки раздражало. Разум все подкидывал картинки, где мужчина лежал у себя в квартире совсем один и не был способен даже встать и взять лекарства. Шастун знал, каково это: болеть, когда ты совсем один. Он вдруг вспомнил, как несколько месяцев назад он отравился и блевал всю ночь. И в таком состоянии ему еще пришлось выходить на улицу и искать круглосуточную аптеку. С подобными вещами всегда приходилось справляться самому. И это, на самом деле, ужасно. Поэтому за Попова он немного… переживал. Сука, и почему мне не все равно? То Антону Ивлееву жаль, то о Попове теперь стал переживать. Странным он стал в последнее время, конечно же. Естественно он не лишен сочувствия. Но чтобы волноваться за едва знакомого человека... Это прям что-то новое. — Рудин, — он вообще не нашел, что сказать, но все равно в нетерпении нажал на селектор. — Скажи либо Позову, либо Матвиенко зайти в мой кабинет. — Сейчас, начальник, — ответил секретарь на том конце, после чего отключился. Ожидание было совсем недолгим, и минуты еще не прошло, но для Шастуна оно тянулось слишком долго. Даже живот сводило неприятно-тугим узлом. Чтобы хоть как-то успокоить свое тело, он достал из полки джул и быстро сделал первую затяжку. Через три минуты в его кабинет постучались и зашли сразу двое мужчин, после того, как парень сказал «войдите». — Я же сказал, чтобы пришел кто-то один. — Ваш секретарь сказал подойти нам обоим, — ответил Позов, переглянувшись с Матвиенко. — Придурок, — пробормотал себе под нос Антон, после чего сказал этим двоим: — Адрес Попова знаете? Они закивали. — Говорите, — он взял телефон в другую руку и открыл заметки. — А для чего Вам? — с любопытством в голосе спросил вдруг айтишник, за что получил тычок в бок и недовольное «нц» от своего коллеги. Пару секунд они смотрели друг на друга, пока Шастун все-таки не сделал затяжку и не ответил: — Мне надо через курьера отправить ему кое-что по работе, — сказал Антон выдуманную причину, которую успел придумать, пока они с Матвиенко играли в гляделки. — Остальное тебя не касается. Они наконец сказали ему адрес и ушли. После этого Антон несколько минут задумчиво разглядывал написанное в заметках.

***

      Антон вообще не понимал, что он делал. Он успел несколько раз передумать и даже один раз чуть не свернул обратно, когда уже сидел в машине и проехал полпути. Но все же вот он, стоял сейчас около указанного в адресе дома и просто смотрел на него. Проходящие мимо люди странно на него косили. Парень не знал из-за чего, возможно из-за того, что он просто стоит и палит на здание, но все же в такие моменты он всегда пялился в ответ и этот раз не был исключением. Люди что-то бормотали себе под нос и по-быстрому уходили. Всегда срабатывает. Ладно, Антон собирался еще немного оттянуть этот момент. Да и не просто так. Ему ведь нужно было зайти в аптеку и купить нужные лекарства. Мало ли, у мужчины таковых не имелось. __       После аптеки он еще зашел в магазин. Он вдруг вспомнил, как Арсений накупил ему пиздецки много сладостей, когда шел к нему домой. Антон так делать не собирался, но все же нашел шоколадку Риттер Спорт в нужном отделе, которая, как он запомнил, нравилась им обоим. Но эта предназначалась для того, к кому он собирался пойти в гости без приглашения. Да не иду я в гости. Я просто проверю, как он, отдам ему часы, которые он в тот раз забыл у меня, еще отдам лекарства и пойду домой. Вот. Часы, кстати, и послужили ему предлогом все же наведаться к Попову. Занесет их и заодно лекарства, почему бы и нет? Отличная причина. Еще и шоколад. Прекрасный начальник, проверяет, как там его подчиненные с болезнью справляются. Вот только в глубине души он понимал, что будь это кто-то другой, ему было бы абсолютно насрать. __       Антон осмотрел себя в зеркале лифта: он постарался поправить свою спадающую на лоб челку и, как ни странно, сегодня его волосы были более менее послушными. Еще когда двери лифта открывались, он каким-то образом задел левую дверцу плечом и поэтому сейчас пытался вытереть рукой осевший слой пыли на рукаве его черной толстовки (куртку он держал в руках, потому что ему стало очень жарко, как только он зашел в лифт). А ведь Шастун впервые надел ее после стирки и уже испачкал. Заебись. Но очистить все это добро вроде удалось. Парень нашел нужную дверь, как только вышел из лифта. Дверь красного цвета сильно выделялась на фоне остальных. Подойдя к ней, парень снова замялся и никак не решался постучаться. Стоял и нервно перебирал кольца и браслеты на своих руках. Блять, зачем я так себя веду? Придя к выводу, что он ведет себя как придурок и пора прекращать, он все же постучался. Дверь никто не открывал полминуты. Антон постучался снова. У него сразу появились мысли, что он перепутал адрес или что те двое вообще дали неправильный. Но он сразу забыл обо всем этом, как только дверь наконец открылась и он увидел на пороге Попова. Бледного, с растрепанными волосами, в серой толстовке и трениках. Он сразу удивился, увидев напротив себя Шастуна. — Я надеюсь ты не пришел сюда сообщить лично мне, что я уволен, — сказал он хрипловатым голосом и слабо усмехнулся. — Что? — Антон и сам немного удивленно приподнял брови на такое странное предположение. — Нет. Я… Э… Мысли сразу начали путаться и он не мог связать нормальное предложение. Попов с ожиданием смотрел на парня, одновременно пропуская внутрь и закрывая за ним дверь. — Короче, ты часы забыл у меня в тот раз, а я мимо проезжал, так что решил вернуть, — Антон начал шариться по карманам куртки, штанов, но никак не мог найти те самые часы. Твою мать, неужели я их забыл? — Еще мне сказали, что ты заболел. Я догадываюсь, почему, — он все же не сдержался и ухмыльнулся, взяв в руки ткань той самой кожанки, которая как раз висела на вешалке в прихожей. — Ладно, не начинай, — Арсений тяжело вздохнул и шмыгнул носом. Так уж и быть, Антон решил не издеваться дальше. Видимо, Арсений и без этого все понимал. Парень сразу сбавил обороты и спокойно сказал: — Я принес лекарства. Выражение лица мужчины снова стало таким удивленным, будто Шастун сказал ему, что принес песка с Марса, а не лекарства. — А, еще это, — чуть не забыл, он достал из рюкзака плитку Риттер Спорт и кинул ее Попову. — Ты любишь. Вроде. Арсений сразу же поймал плитку и посмотрел на нее. — О, еще и с кокосом, — на его лице красовалась слабая улыбка. — У меня кажется еще одна плитка в шкафу завалялась. Пойду чайник поставлю. — Не стоит, — Антон преградил ему путь рукой. — Я сам поставлю, а ты иди ложись. Едва на ногах стоишь. Сопротивляться Попов не стал. Ему действительно было хуево, поэтому он, объяснив парню где что находится, ушел в спальню. Антон помыл руки в ванной комнате, после чего направился на кухню. Там он взял чайник с плиты, слил старую воду в раковину и начал набирать в него новую. Кое-кто собирался лекарства отдать и свалить, не? Антон заткнул такой навязчивый внутренний голос и уже поставил чайник на плиту. И пока тот закипал, он решил пойти к Попову. Арсений лежал у себя в постели, укутавшись в плед и безучастно листал что-то в телефоне. Увидев парня, он выключил телефон и положил рядом с собой. Шастун подошел к нему и положил руку на лоб. — Ты горячий. — Спасибо, — Арсений ухмыльнулся. Шаст закатил глаза, после чего спросил: — Ты температуру измерял вообще? Мужчина отрицательно покачал головой. — Только утром. Антон почти незаметно покачал головой. Он взял с тумбочки около кровати градусник и наклонился вместе с ним над Арсением. — Открывай рот, — сказал он, уже протягивая градусник к губам мужчины. Тот не мог скрыть ухмылки с лица, из-за чего Антон в очередной раз закатил глаза. — Ты каждую фразу можешь опошлить, я погляжу? — Только если эти фразы говорите Вы, начальник, — он продолжал ухмыляться и хихикать. — Я буквально нахожусь у тебя дома и пытаюсь засунуть тебе в рот градусник, не обязательно называть меня так сейчас, знаешь ли, — он сам уже не мог сдерживаться и тоже прыснул смехом от абсурдности ситуации. У Попова явно был бред из-за высокой температуры, поэтому Антон особо не реагировал на его поведение. Он взял градусник из рук парня и наконец положил себе в рот. Спустя меньше минуты прибор наконец запищал. Антон прихуел, как только вытащил градусник изо рта Попова и посмотрел на цифры. — Нихуя себе, тридцать восемь, — озвучил он и покачал головой. — Будет мне через шесть лет… Шастун ничего ему не ответил, но в голове прикинул, что ему самому будет уже тридцатник. Шесть лет до юбилейчика. Положив градусник обратно на тумбочку, он пошел на кухню, потому что чайник закипел и начал беспощадно свистеть на всю квартиру. __       Шастун вернулся с двумя кружками. Себе он налил чай и поставил кружку на тумбочку, а Попову заварил купленный сегодня Терафлю и сразу дал кружку мужчине в руки. Тот, не заметив подвоха, отпил из нее и сразу же поморщился. — Фу, что это за мерзкий чай? — Это не чай, а Терафлю, — ответил Антон. — Выпей, потом дам тебе Парацетамол, если получше не станет. Смирившись, Арсений все же принялся пить лекарство маленькими глотками. Пока тот справлялся со своей участью, Антон увидел ноутбук у того в ногах и какой-то фильм, поставленный на паузу. Увидев, куда был направлен взгляд Антона, мужчина сказал: — Я фильм смотрел, пока ты не пришел. — Что смотрел? — не дождавшись ответа, Антон положил ноутбук к себе на колени и посмотрел на название фильма. — Боже… Ты пересматриваешь или?.. — В первый раз смотрю. Как ни странно, это очень позабавило парня. — Тридцать два года ходишь по этой земле и ни разу не смотрел Аватара. Шастун смотрел его еще будучи школьником. Он помнил, что кино ему тогда понравилось, но за несколько лет он абсолютно забыл сюжет. — Зато я другого Аватара смотрел, где у лысого пацана стрела на башке. Мультик. Антон слабо хихикнул от этого описания и после этого они решили посмотреть фильм вместе. Антон пересмотрит, а Арсений посмотрит впервые. Попов успел посмотреть только первые десять минут, поэтому они отмотали в самое начало и начали просмотр. Антон сидел на кровати, опустив ноги на пол (было не очень удобно), Арсений лежал и между ними находился ноутбук. __       Из-за теплой уютной обстановки Шастуну так и хотелось завалиться в постель, несмотря на то, что на ней лежал Попов. Спустя какое-то время он так и не завалился, но хотя бы закинул ноги на кровать и лег набок, оперевшись рукой об голову. Они посмотрели уже половину фильма. Заметив, что Попов давно ничего не комментировал, он посмотрел на него. Уснул. Он даже не заметил, как смотрел на так умиротворенно спящего Попова, слабо приподняв уголки губ. Прошло около двух минут, прежде чем он спохватился и поставил на паузу. Закрыв ноутбук и убрав его на тумбочку, парень протянул руку ко лбу Арсения. К счастью, его температура немного спала. После этого Антон начал потихоньку собираться. Он унес кружки на кухню, помыл и поставил на сушилку. Далее он достал из рюкзака оставшиеся лекарства и оставил их на тумбочке у Арсения в спальне. А часы он, кстати, действительно забыл. В рюкзаке их тоже не оказалось. Уже стояв в прихожей, парень начал думать, что же ему делать с дверью. Сам он ее запереть не сможет, а Попова будить не хотелось. К сожалению или к счастью, мужчина проснулся сам. — Что, пытался убежать от меня? — усмехнулся Арсений и прислонился к стене рядом с Антоном. Антон ничего не ответил, просто хмыкнул. А потом спросил: — Тебе лучше? — Да, немного, — кивнул Попов. — Спасибо, что пришел, кстати. Это очень мило с твоей стороны, я не ожидал. — Нихрена не мило, — Шастун уже начал обуваться. — Я просто пришел удостовериться, что мой офис-менеджер не умер. — Да-да. — Знай, я уволю тебя, если в ближайшие пару месяцев увижу, что ты придешь на работу в кожаной куртке, — «пригрозил» Антон, после чего взял с вешалки свою куртку и надел ее. — Хорошо, мам, — ответил Арсений, специально сделав свой голос писклявым. Антон закатил глаза, но при этом не смог сдержать легкой улыбки. Полностью одевшись, он попрощался с Поповым и вышел за порог квартиры. Дверь за ним закрылась. Когда парень зашел в лифт, он заметил в зеркале, что улыбка до сих пор не сходила с его губ. И что странное чувство, по-теплому разливающееся где-то в груди каждый раз, когда он находился рядом с Арсением, стало вдруг ощущаться сильнее.