Михаил - путь к искуплению

      Ангел вышел из участка и ощутил на себе калифорнийскую жару. Назойливое солнце разожгло улицы до, казалось, адского состояния. Десятки машин, стоящих в пробке, пересвистывали друг друга на перекрёстке как только разрешалось движение, а бездомные на противоположной стороне улицы уже мирно устроились в своих подобиях дома.       Рабочий день или первый день пытки, как считал Михаил, подошел к концу, а значит на следующие 16 часов он предоставлен сам себе. Выйти из участка и вдохнуть свежий, хоть и обжигающе жаркий воздух было сейчас для него как лекарство от попыток отправиться в след за отрезанными крыльями. Он всё ещё не понимал, как докатился до того, что вынужден сидеть среди людей, делать рутинную скучную человеческую работу, слушать новых болтливых коллег и это под руководством сладкой парочки, которая только усугубляла ощущения безысходности. За весь день у него пару раз проскакивали мысли, что так и выглядит ад.        — Мистер Морнингстар! — из раздумий Михаила вырвала девушка, — Простите, я немного опоздала. Пробки в центре и пришлось ехать более длинной дорогой. Джессика Фостер, криминальный журналист!       Незнакомка довольно уверенно протянула руку для рукопожатия, не оставим Михаилу никакого шанса увильнуть от контакта.        — Прошу прощения, но вы…- не успел он закончить, как девушка ещё более уверенно продолжила.        — Я знаю, непозволительно было опаздывать, но я вас очень прошу уделить мне совсем не много вашего времени. Мы так давно следим за вами и вашими успехами в полиции, что я просто не могу упустить шанс взять у вас это интервью из-за дурацкой пробки.       Ангел хотел было вскрыть карты и избавиться от назойливой журналистки, но перспектива дать интервью вместо брата, добавив несколько правок, показалась ему крайне забавной. А учитывая тот факт, что ничего не может сильнее ударить по самолюбию близнеца, чем неверная информация о нём, решение в голове Михаила было принято практически молниеносно.        — Да, без проблем, только я безумно устал и меньше всего хочу стоять здесь как на адской сковородке, поэтому предлагаю вам взять интервью у меня дома — ангел широко улыбнулся, оголяя безупречные зубы. Конечно, не заманить журналистку домой было его основной целью, нужно было как можно дальше убрать её от участка, чтобы не появился реальный герой её статьи.        — Отличная идея, про Люкс мы тоже наслышаны. — девушка поправила солнцезащитные очки и кивнула в знак согласия.        — О, нет! Сегодня не в Люксе, у меня там закрытое мероприятие, так что приглашаю эксклюзивно вас в свой загородный дом. Не переживайте, я не планирую испытывать на вас свои чары и обаяние, а свой разгульный образ жизни оставил в прошлом. Хотя, тут как пожелаете. — Михаила настолько забавляла перспектива насолить брату, что он буквально стал излучать добродушие, остроумие и нотки сарказма.        — Я криминальный журналист, вы серьезно думаете, что меня можно напугать загородным домом? — Джессика приподняла бровь, изучающе осматривая собеседника, затем ухмыльнулась и направилась в сторону своей машины. — Я поеду следом за вами.

***

      Путь до дома занял чуть больше получаса. Излучающие жару напитавшиеся солнцем высотки даунтаун, сменялись жилыми домами аптауна, а потом и вовсе извилистыми дорогами в окружении холмистых склонов, так символизирующими ЛА.       Машина Михаила затормозила у красивого двухэтажного коттеджа, с отделкой в современном минималистическом стиле. Сейчас как никогда играло на руку то, что Люцифер дал ему в пользование один из самых привлекательных своих домов. К удачно составленным пазлам добавилось ещё и то, что утром этот дом внутри был похож на приют для низко социальных людей, а уже сейчас после парочки колких шуток Люцифера о чистоте, было понятно, что здесь побывала клиринговая компания, обычно занимающаяся очисткой Люкса после вечеринок. Получается, Люцифер сам того не подозревая помог брату осуществить свой маленький коварный план. Машина Джессики появилась спустя минуту. Девушка вышла и осмотрелась по сторонам, ангелу же впервые удалось нормально посмотреть на гостью. Джессика была девушкой 30 ти лет, невысокая стройная среднестатистическая представительница женского пола. Русые волосы девушки были слегка собраны заколкой, а локоны небрежно красовались на плечах, переливаясь в рыжеватый оттенок под солнцем. Сейчас, когда она сняла очки, стали заметны её большие глаза зелёного цвета и отчетливо вырисовывался идеальный овал лица. Джессика подняла руку в попытке немного преградить ослепляющие лучи, немного прищурившись.        — Вау, у вас хороший вкус, мистер Морнингстар! — она немного постояла затаив дыхание, затем проследовала за ангелом, оглядываясь на шикарные виды, которые открывались из участка.        — Вино, виски? — Михаил жестом указал девушке присесть за барной стойкой. Удивительная отличительная черта всех домов, принадлежащих Люциферу — наличие бара, барной стойки и отличного вида на город.        — Нет, благодарю, я на работе!        — Ну а я нет, так что могу себе позволить плеснуть чего-нибудь начинающегося на «во» и заканчивающегося на «дка»!       Обойдя стойку, Михаил подошел к бару, достал бутылку с полки, на которой теперь снова был отличный выбор напитков, и налил себе алкоголь. Затем подвинул стул так, чтобы оказаться напротив гостьи, и присел. Девушка покорно наблюдала за всем этим, терпеливо ожидая правильного момента, чтобы начать.        — Отлично! Теперь мы можем приступить к тому, что начинается на «Интер» и заканчивается на «вью» — журналистка точно повторяла интонацию, с которой ещё минуту назад слово водка произносил сам Михаил. Он явно подчеркнул это и раскатисто засмеялся. Сейчас его задачей было как никогда «быть Люцифером». Хотя вполне можно было подумать, что смеялся он сейчас искренне. То ли от предвкушения лёгкой шутки над братом, то ли его действительно не сильно напрягало общество новой знакомой.        — Да да, давайте начнём, пока я не напился, а то знаете, Люцифер Морнингстар тот ещё пьяница после скучной работы…

***

      Спустя два часа и четыре исписанных листа большого блокнота журналистки, интервью, казалось, подходило к концу. На барной стойке стояла почти допитая Михаилом бутылка крепкого напитка, а рядом с девушкой красовалась чашка с кофе, неуклюже приготовленным ангелом час назад.       За окном уже солнце заходило за горизонт, лениво напоминая, что город готовится ко сну. Лучи закатного солнца ярко освещали гостиную, в которой Михаил успел наговорить девушке так много забавных и не до конца правдивых фактов о брате.        — И вот, так я в очередной раз осознал, что не несу никакой пользы участку, кроме своей красивой дурацкой улыбки и вечных неуместных шуток, которые моя напарница-детектив, до сих пор не всегда понимает. За то я могу пить и не пьянеть… — на этих словах ангел поднял очередную стопку с алкоголем в воздух, как бы намекая, что это должно было выглядеть как тост и допил содержимое до дна.        — Интересно, я восхищаюсь тем, как самокритично вы относитесь к своему вкладу в работу полиции. Я располагала немного другой информацией, доказывающей, что вы отличный сотрудник и вас ценят. — журналистка сидела расслабленно, закинув нога на ногу, явно расслабившись за последние пару часов и уже не испытующая прежнего трепета при виде местной знаменитости.        — Да, меня ценят, не каждый может пронести в участок запрещёнку- Михаил снова широко улыбнулся, демонстрируя идеальные зубы. — Если вы понимаете о чём я.       Журналистка прищурилась и улыбнулась в ответ, но не прокомментировала заявления собеседника, предпочитая сделать вид, что восприняла всё в шутку.        — Хорошо, у меня последний вопрос! Я и сама сейчас убедилась, что вы довольно харизматичная личность и точно можете обаять любого. Можете рассказать, откуда вы? В какой семье выросли? Наверняка, вам есть чем поделиться. — Джессика по привычке задала вопрос, глядя прямо в глаза тому, у кого брала интервью, но сейчас заметила едва появившееся смятение в глазах Михаила. Казалось, вопрос выбил его из состояния безмятежности, которое он всё это время демонстрировал.        — У меня было отвратительное детство. Меньше всего хочу говорить об этом. Давайте закончим, потому что эта информация вам точно не покажется интересной для статьи. — ангел встал со своего места, взяв свой бокал и чашку, стоящую рядом с девушкой, а затем направился в сторону бара.        — Уверенна, нашим читателям было бы интересно… У таких личностей как вы обычно есть интересное прошлое и… — девушка хотела было продолжить и по-журналистски вывести собеседника на искренний ответ, но тот жестко перебил.        — Нет! — ангел почти вскрикнул, — давайте закончим. Думаю, вам пора. Было очень приятно пообщаться и уверен, статья выйдет отменная, но мне больше нечего сказать, а вам, кажется, пока ехать в город, потому что уже поздно. — Он кивнул в сторону опустившегося за горизонт солнца, которое оставило только призрачный след и красноватый оттенок неба после себя.       Джессика точно поняла, что добралась до самого главного вопроса, если он вызвал такую бурную реакцию и заставил мужчину принять оборонительную позицию. Но несмотря на это, понимала, что не может давить. Ей нужна была эта статья и меньше всего хотелось, чтобы экстравагантный консультант полиции не дал согласия её на печать.        — Хорошо, прошу прощения, действительно вы дали мне уже много информации. Я благодарна вам и правда, пожалуй, мне пора. — Девушка неловко улыбнулась, собирая свои вещи. Михаил тоже заметил, что своей реакцией поставил гостью в неловкое положение и ему даже впервые стало некомфортно от своего поведения. Он ощутил приторный вкус чувства вины, который ранее практически никогда не испытывал, кроме… кроме дня, когда зашёл слишком далеко. Ангел ещё не научился воспринимать свои эмоции, которым в раю было не место, а потому большой практики в самокопании у него не было. Он повернулся к Джессике, и казалось, впервые за вечер выпав из образа Люцифера, виновато пожал плечами:        — Извините, я не должен был так реагировать. День выдался крайне сложным. Офисные штучки, тяжелое дело и всё такое.        — Нет, нет! Мне не следовало задавать этот вопрос, так что вы меня простите. — девушка уже направлялась в сторону выхода. Михаил, проследовав за гостьей, добавил:        — Уверен, ваша статья получится отличной.        — Иначе и быть не может. Доброй ночи! — Джессика ещё раз улыбнулась хозяину дома, когда тот любезно открыл перед ней дверь. Затем они оба направились к её машине, куда она второпях села, стараясь закончить неловкий момент, не испортив ещё чего-нибудь. Михаил захлопнул за ней дверцу машины, но внезапно окошко опустилось:        — Ещё раз извините и спасибо. И мне правда было интересно пообщаться с вами эти два часа. Вы, пожалуй, самый интересный человек, у кого мне доводилось брать интервью. И один из самых харизматичных, даже учитывая тот факт, как вы только что меня выпроводили. — Джессика подмигнула, попытавшись разрядить обстановку.       Ангел лишь улыбнулся в ответ, не зная, как вообще на такие слова обычно реагируют люди. Ко всему прочему, он не понимал, этот комплимент получила театральная копия Люцифера или он сам. В итоге машина тронулась по извилистой дороге, скрываясь из поля зрения Михаила за холмами. И вместе с исчезнувшей машиной, мужчина, наконец-то вернул себе свою привычную безразличную маску. Но несмотря на это, сейчас он ещё в глубине души ощущал лёгкую радость, предвкушая завтрашнюю реакцию брата на искаженные факты в статье. Радость и что-то ещё, что поселилось внутри него после последних слов журналистки.

***

      Утро нового дня не обещало никаких позитивных сдвигов в нынешней ситуации Михаила. Он почти смирился с тем, что сегодня снова придётся смотреть на скучных сотрудников полиции, перебирающих дела, а ещё выслушивать непрерывные рассказы Эллы о жизни её прабабушки Мередит из Мексики, которая много лет назад нелегально переехала к Америку. Обычные и совсем ненаполненные энтузиазмом сборы прервало смс:       «Подъезжай в Люкс. Есть разговор.😇😈»       Последние смайлики Люцифер теперь добавлял всегда, когда писал сообщения брату, как бы в очередной раз напоминая кто теперь в доме главный. Ну, быть точнее, не только в доме.       Уже через час Михаил был на месте. Сейчас, ранним утром, клуб, только опустевший от ночной вечеринки, как бы тоскливо напоминал поле битвы человеческих тел в алкогольном и музыкальном экстазе. Люцифер стоял у пустой барной стойки, разливая в два бокала виски. Понимая, что брат уже вошёл в клуб, он обернулся, держа в руках один бокал и широко улыбаясь. Люцифер, как всегда, был одет в безупречный костюм, продуманный до мелочей, а укладка на его голове могла конкурировать с укладками лучших мастеров города. Идеальному образу не хватало только нимба над головой. Только сейчас Михаил заметил лежащие на барной стойке распечатанные листы бумаги.        — Должен признаться, план был хороший. Только ты не учёл одного. Ты переманил журналистку, которая собиралась брать интервью у меня. Она звонила и договаривалась со мной, у неё были мои контакты и, конечно, собрав у тебя, безусловно, только по твоему мнению остроумную информацию обо мне, она приехала домой. Обработала весь твой бред, — Люцифер медленно обернулся в направлении брата, самоуверенно выделяя каждое предложение, будто объясняя маленькому провинившемуся ребёнку, что тот раскрыт и что так делать нехорошо, — И прислала мне на согласование.       Михаил закатил глаза, понимая, что план вышел из-под контроля и месть не удалась. Как минимум не в том виде, в котором он себе представлял.        — Ну, знаешь, обычно так делают журналисты. А ты слишком мало знаешь о жизни на земле, чтобы учесть это. В следующий раз разрешаю тебе обращаться ко мне за советом. Я знаю лучше, как и всегда. — Люцифер самодовольно ухмыльнулся и протянул брату бумаги. — Серьезно? Бесполезный назойливый и бестактный сотрудник полиции? Непробудный пьяница и тусовщик? Надо связаться с комитетом сказочников, ты получил бы утешительный приз за лучшую выдумку.        — И где тут выдумка? — Михаил, до этого момента стоявший на том же месте, где его застало разоблачение брата, подошёл к барной стойке, взял второй налитый Люцифером бокал и отпил. — Всё чистая правда.        — Это ты меня пять лет назад не видел, тогда я мог перепить весь город в алкогольном баттле, даже не прищурившись. А потом добить это всё парой тройкой затяжек. А сейчас у меня есть дела поважнее…        — Люцифер оценивающе посмотрел на брата, готовясь сказать следующие слова, — ну, знаешь, руководить вселенной, решать важные вопросы, следить за младшим неугомонным братом…        — Да да, продолжай, это же так интересно. Этот неугомонный брат готов избавить тебя от своего присутствия, но твои замашки короля ада не позволяют тебе отказаться от того, чтобы пытать меня жизнью у тебя под боком в городе, который мне противен. — Ангел даже не пытался скрыть истинных эмоций, которые выдавали его раздражение всем происходящим.        — Я правда не ожидала, что меня можно так одурачить! — по ступенькам уверенно и заряжено на расправу, уже спускалась та самая журналистка. — Вы серьезно считаете, что так можно поступать с людьми?       Михаил, который совсем не ожидал такого поворота, в недоумении смотрел на приближающуюся Джессику. Девушка подошла вплотную к шутнику и пару раз ударила ангела стопкой бумаг по плечу от чего он ещё больше оторопел.        — Я идиотка, поверила вам, потратила дурацких три часа на это интервью, а оно оказалось всего лишь шуткой для брата? — девушка была явно возбуждена и не прекращала высказывать своё недовольство обидчику. — Вы хоть знаете, что если бы эта статья вышла, я бы потеряла работу? Или вам настолько всё равно на кого-то, кроме себя?        — Вот это я называю искупление грехов. Думаю, тебе есть о чём здесь поговорить с этой замечательной леди. — Люцифер, который явно наслаждался происходящим, допил содержимое своего бокала одним глотком, затем отправился к выходу, параллельно в знак поддержки улыбнувшись девушке, пока та всё ещё продолжала яростно тараторить его брату своё недовольство, периодически добавляя к этому лёгкие удары распечатанной статьёй.        — Ничего страшного не случилось, мисс, вы сокрушаетесь так, будто вся вселенная рухнула. — Михаил выставил руки, как бы защищаясь от нападения девушки, точно готовящейся врезать ему посильнее.        — Я было вчера подумала, что вы милый и интересный мужчина, я правда в это поверила! А вы оказались обычным обманщиком, использующим женщин для своих дурацких шуток!        — Где-то я уже это слышал. У вас, женщин, встроен радар на обман?        — К сожалению нет, иначе я врезала вам бы ещё вчера! — девушка ещё два раза хлопнула Михаила по плечу, явно не получая никакого облегчения.        — Да хватит меня бить! — ангел подошёл к девушке и мягко схватил за руки, чтобы не причинить боли, но с достаточной силой для остановки нападения. — Послушайте, я не собираюсь оправдываться и претворяться хорошим. Вы действительно вчера ошиблись. Я не милый и не харизматичный. Это мой брат такой. Вы же не выпустили эту статью? А значит и остались на своей до жути интересной работе. Советую вам выдохнуть и забыть эту встречу.       Девушка, ещё две минуты назад, излучающая негодование всего мира от несправедливого обмана, внезапно расслабилась и обмякла.        — Отпустите меня…- в этот раз это звучало устало и обречённо. Михаил тут же расцепил руки, высвобождая журналистку, и отошёл от неё на пару шагов, опасаясь дальнейших действий. Джессика бросила на барную стойку так и не увидевшую мир статью, подняла свою упавшую сумочку и резко отправилась в сторону выхода.        — Ну простите, что оказался козлом. — Михаил, разводя руки, бросил это вдогонку девушке, будто такое признание должно было как-то облегчить её состояние. Она никак не отреагировала и оставила ангела в одиночестве.       Михаил отряхнулся, подняв пару вывалившихся из стопки листов и сложил к лежащим на столе. Затем сел и уставился в напитки, которые красиво выстроились на баре. Каждый из них ярко переливался под светом подсветки бара, излучая уникальные по своему виду отблески. Только сейчас, всматриваясь в эти бутылки, ангел осознал, что даже соседние и с первого взгляда похожие, они всё равно издавали абсолютно разные блики.       И ему стало так противно от мысли, что даже идентичные бутылки могут быть разными, а он всё ещё пытался быть или соответствовать своему брату-близнецу, считая себя худшей копией. Он ненавидел себя за это. И за то, что конкуренция с Люцифером стала для него целью всей жизни. Именно нахождение в позиции худшего и менее успешного брата, разрывало Михаила изнутри. Он всегда пытался быть как близнец. Даже не задумываясь, что можно отсвечивать другими бликами и быть при этом уникальным, а не худшей копией. Ангелу стало настолько противно за себя и за то, что после всех событий, которые успели уже свершиться, он так и не отделался от ощущения бракованной копии. Даже вчерашняя идея со статьёй была ничем иным, как попыткой очернить брата, давая себе шанс на секунду быть лучше него. И даже эта идея не увенчалась успехом, завлекая за собой новых пострадавших. Как и две недели назад. Михаил собрав всю силу в кулак и ударил по барной стойке, о чего в ней образовалась вмятина, будто она была не из твёрдых сортов дерева, а из пенопласта. При этом самому ангелу это почти не доставило дискомфорта, такие как он не ощущают боль как люди, но чувствуют её отголоски. Михаил ещё раз ударил, затем ещё. Вкладывая в каждый следующий удар ещё больше силы. И так ещё несколько раз, пока костяшки на кулаке не покрылись алой кровью. Он пытался услышать эти дальние намёки на боль, потому что сейчас лучше было её чувствовать физически, чем в самых потайных глубинах его души, которые он так отчаянно пытался закрывать от мира и от себя самого.