Часть 6. Вставая на ноги
Первое – предупредить мистера Скайлайта о грядущей отставке.
.— Мисс Гермио, вы уверены в своём решении? – нахмурился господин мэр. – неужто, этот Реддл заставил вас покинуть должность, ненаглядная моя?
Девушка лишь слабо улыбнулась
– Сэр, даю слово, мистер Реддл никак не связан с моей будущей отставкой. Вчерашний день прошёл отлично, Том устроил детям чудесное цирковое представление, праздник состоялся. Но мне уже пора идти дальше
Нельзя было сказать, что мужчина поверил ей на слово, таки года воспитывают в людях проницательность, но не удерживать же её здесь силой?
– Мисс Гермио, вы ещё не нашли новое рабочее место? — спросил Олио Скайлайт через несколько секунд.
— Ещё нет. Я хотела предупредить вас заранее.— вздохнула девушка
— Тогда за работу, ненаглядная моя! – и этот рабочий день прошёл без приключений
***
Шаг второй – вернуть себе свою внешность. Это было более чем просто, но отражение Гермионы Грейнджер немного сбило её с толку. Всё-таки, два года с другой внешностью, непривычно немного... И всё же своё лицо было более родным, а потому девушка только предупредила мэра, что собирается вернуть себе свою внешность
Благо, он был осведомлен о настоящей внешности, так как два года назад нашёл её у моста без какой-либо ложной личины. И знал, что изменения – лишь мера безопасности от врагов из прошлого (очевидно, правду девушка ему рассказывать не собиралась).
Оттенок карих глаза за это время стал немного темнее, глубже. На носу ещё вчера были крупные тёмные веснушки, сейчас от них не осталось и следа. Легкий, но отчего-то неугасающий румянец вернулся на щеки. Руки и ноги стали тоньше и девушка поняла, что прийдется сменить гардероб. Волосы – темнее и длиннее. И на вид Гермиона стала старше. Не только время сыграло, нет – сильно отличались и характеры прилежной гриффиндорской ученицы и одинокой девушки, затерянной во времени
***
И последний пункт под названием Том Марволо Реддл. И здесь уже было нелегко. С одной стороны, он пугал её одним лишь тем, что слухи оказались правдой. Даже без магии он был значительно хитрее, сильнее и упорнее, чем многие. И Том на самом деле был превосходным манипулятором. Одни лишь его поцелуи умели выгонять из головы все 'ненужные' мысли, это нельзя было не признать.
Колдунья направилась на переговоры к вечеру. На этот раз она уже не хотела наступать на вдоль и поперек истоптанные грабли. А потому в сложной причёске была скрыта палочка, за пазухой бутылек с сонным зельем, а в складках мантии перцовый баллончик, который, благо, уже продавался во многих маггловских супермаркетах. От особенно назойливых мужчин выручал всегда, крайне надёжно!
***
– Вы уверены, что не знаете, где находится диадема? – обманчиво ласковый голос, дыхание ощущается тёплой волной поблизости уха. — точно-точно? Мамой поклянётесь, или на этот раз найдёте кого повнушительнее?
И стон вырывается из губ девушки, она корчится от боли и вопит, но всё тщетно, никто не услышит её. Это она чётко поняла уже после первого часа пыток. Кортни Лоу оказалась несчастливицей, в неправильное время оказавшейся в неправильном месте. По крайней мере, она так думала
А мужчина рядом с ней прекрасно знал, где и в какой момент будет проходить семикурсница из Когтеврана. И что родители у неё уехали в Канаду на месяц. И что на днях кто-то в Хогвартсе говорил о том, что видел диадему самой Кандиды Когтевран на заучке Лоу
То, что диадема была лишь сплетней, он узнал ещё после вкалывания сыворотки правды, и всё же.. о существовании людей, умеющих сопротивляться ей, Реддл знал не понаслышке. Поэтому пытки продолжились на второй час
– Клянусь своей жизнью, Святым Мерлином, кровью. С-сэр, я понятия не имею, о чём вы говорите. Ди-диадема К-кандиды Когтев-вран – эт-то ведь просто лег-генда, сказочки для первоку-урсников..., – и надоедливая девчонка со всхлипами повторяла это уже двенадцатый раз.
– Заткнись! – взревел мужчина. — если ты и вправду просто дура, носящая диадемы на экзамены...
Стук в дверь прервал рыдания. Надежда зародилась в глазах когтевранки. Неужели, родителии вернулись пораньше? Или...
– Профессор Дамблдор пришёл меня спасти!
Наивная девушка в очередной раз доказала неисправность Распределяющей Шляпы. Кортни Лоу не догадывалась, что эти слова станут последними для неё. Стук в дверь возобновился
***
– Том Реддл, нам нужно поговорить.
— Внимательно слушаю тебя, прелесть моя. Обойдешься порогом и ледяным ветром в макушку или пройдешь на кухню?
Она даже растерялась
– А как... ты узнал меня? – его снисходительная усмешка даже разозлила немного. Девушка решила, что этот вопрос подождёт. Она торопливо сбросила сапоги, не позволила ему помочь ей повесить плащ и немного попрыгала, пока закидывала его на крючок.
На столе стояли две чашки кофе и маленькая вазочка с мятными леденцами. «Божий одуванчик!» – воскликнул ехидный голосок внутри
– Слушаю тебя, Анна. – не стал тянуть брюнет
И вот, когда она наконец стояла перед ним, девушка даже слегка растерялась, не зная, с чего начать. Это вызвало улыбку у него и приступ неловкого кашля у неё
– Я решила, что.. мы могли бы стать друзьями, возможно.. – замялась она, но продолжила твёрже. – но больше никаких поцелуев в этом доме. И в любом доме, если что. И ещё, помнишь, ты обещал, что научишь меня создавать заклинания?
Повод для того, чтобы держать его на виду, был тщательно продуман заранее и получалось вполне полезно
– А я ожидал, всё будет совсем плохо. Уже есть над чем работать, рыженькая. – и произнес он это так, что девушка невольно поёжилась. Впрочем, заметив её реакцию, парень изменился в лице и вновь стал тем Томом, к которому она привыкла. – я буду только рад выполнить обещание. Угощайся
Он указал на вазочку с леденцами и девушка недоверчиво посмотрела на него, затем медленно, постоянно ожидая подвоха, подняла обёртку
– Тебе что, десять лет? – беззлобно улыбнулась девушка. – леденцы с предсказаниями, кондитерская Фиби и Рика. – вслух прочитала колдунья и смело раскусила конфету
– Совсем скоро жизнь пошлёт тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Интересно, что бы это могло быть? Может, весенняя распродажа в книжной лавке? – усмехнулась девушка. Друзья бы сейчас сказали, что времена меняются, но скептизм Грейнджер к Прорицаниям вечен. А этот...
– Ты любишь книги, Анна?
И его голос так взволнованно задрожал, что ей сразу стало ясно, и он к литературе совсем небезразличен:
– Ora vai: sette anni non passeranno, poiché rafforzerai la tua lusinghiera opinione della nostra casa, tornando al vecchio mondo.
– Le voci umane hanno poco valore, e non c'è niente di più forte della verità.¹
Нельзя не упомянуть, что по натуре Гермиона всегда была сдержанной и сконцентрованной, Том – скрытным и расчётливым...
Но глаза их в тот момент загорелись ярким огнём, и запели их души ликующие песни, ведь одинокие в мире души наконец нашли единомышленников
