Как кошка с собакой

Будто тысячелетняя скала, он казался несокрушимым. Шёл, опустив царственную голову, и с ослабших рук капали крупные алые капли. Одна из них, скатясь с железного наруча с изящными узорами, упала на рукоять огромного чёрного меча. Мокрые одежды императора противно липли к телу, окрашивая его в тот же пугающе ярко-красный оттенок, напоминающий прекрасные цветущие яблони из родных мест Тасянь-Цзюня. Не осталось сил не то что вернуть тяжелый Бугуй на место на поясе, но даже чтобы просто взглянуть вперёд. Да и какой смысл ему был смотреть куда он идёт? Позади нет ничего, ровно как и там, куда он движется, еле переставляя уставшие ноги. - Ты весь в крови. Император поднял уже не венчанную короной голову и тяжёлый взгляд его упал на ребёнка, стоящего прямо напротив. Он, кажется, только что вышел из дома, грудой дерева и соломы возвышающегося позади, и смотрел в упор на мужчину. Большие, чистые глаза чёрного с фиолетовым отливом цвета, следили пристально и грустно. - Она не моя, - ответил Тасянь-Цзюнь. Обычно громоподобный низкий голос его стал тише, выдавая собой всю боль и усталость, накопившуюся в душе обладателя. - Было больно? - снова спросил ребёнок. - Другим было больнее. - Ты страдал. Мо Жань опустился на корточки рядом с мальчиком. Тяжело стукнувшись об землю и каменные уступы возле двери, Бугуй звякнул, однако император не отвёл глаз от ребёнка. Что-то казалось в нем таким знакомым, но он все никак не мог вспомнить, что. - А кто не страдал? - наконец заговорил Тасянь-Цзюнь. - Мама говорит, нельзя ходить грязным. Сказав это, ребёнок вынул из-за пояска небольшой обрезок ткани и, немного смочив его слюной, принялся вытирать брызги крови на лице императора. - Ты испачкался, но это ничего страшного, - впервые улыбнувшись за все это время, мальчик самозабвенно обтирал щеки и лоб мужчины напротив. - Всегда можно обмыться и дальше идти чистым. Главное, что ты упал в грязь не нарочно. Всегда будет кто-то, кто поможет тебе принять ванную. - Не нарочно… - эхом повторил Тасянь-Цзюнь. - Да, - кивнул мальчик, слегка мотнув головой, чтобы убрать упавшие на лицо пряди длинных волос. - Со злыми людьми так же. Мама говорит, что все рождаются добрыми, просто кто-то падает в «грязь» и забывают обмыться. Но это ничего страшного. - Ничего страшного… Мо Жань закрыл глаза, смаргивая лишнюю влагу, накопившуюся в них. - Но кто мне поможет? - шёпотом спросил он у темноты вокруг. - Все, кого я любил, уже давно лежат в земле. Ответа не последовало. Вместо него, разрывая пугающую пустоту вокруг, пришёл лёгкий аромат хайтана.