полюби меня скорее.

Ночь была не очень спокойной, но Альберих все же смог заснуть в какой-то момент. Он проснулся из-за тяжести на своем боку. Горло жутко болело. Как при обычной болезни, было тяжело глотать даже слюну. Приоткрыв глаза, он перевернулся на другой бок и замер. Перед ним лежал Дилюк и обнимал его, как ни в чем не бывало. Рот сам непроизвольно открылся, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха. Сердце, кажется, тоже замерло на пару секунд, а потом начало стучать, как ненормальное. Спящий винодел выглядел как ангел. Хотелось прикоснуться к белоснежной шее, притянуть к себе и коснуться желанных губ. Все мысли развеялись, когда чужие веки вдруг открылись. Алые глаза будто смотрели в душу, а брови хмурились. — Что ты тут забыл? — вдруг выдал Дилюк. Прозвучало это довольно странно для Кейи, ведь это его кровать. — Дилюк… Это же моя кровать.– это получилось довольно тише, чем планировалось, поэтому стало даже как-то неловко. Тяжелая рука винодела все еще лежала на изогнутой талии. Еще несколько минут непонимания и Рагнвиндр встал, почесывая затылок. — А, вспомнил. Ты слишком громко кашлял и мне это надоело. Я лег к тебе и ты сразу же заснул. Не понимаю, как это произошло, наверное, потому что у тебя осталась привычка с детства.– после этих слов настала тишина. От одной мысли, что Дилюк сам лег к нему, в животе появлялись некие бабочки. Кажется, что винодел и не начинал подозревать почему Кейа на него так странно постоянно реагирует.– Но, если еще раз такое будет. Я просто задушу тебя подушкой.– все бабочки моментально пропали после этих слов и в комнате вновь воцарилась тишина. Еще немного повалявшись в кровати, Альберих все же встал и оделся в привычную для себя одежду. Как же сильно Дилюка раздражал этот огромный вырез, который оголял небольшую часть груди капитана. Хотелось подойти и завернуть его в шторку, чтобы не видеть этого. Слишком вульгарно. Через время оба парня были уже готовы к дальнейшему путешествию. Винодел уже собирался выходить из комнаты, но почувствовал на своем запястье легкую хватку, что немного тянула на себя. — Эй, я.– пытаясь подобрать слова, Кейа непроизвольно сжимал рукой все сильнее чужое запястье, пока Дилюк его не выхватил, непонимающе смотря на капитана.– Это… давай останемся на еще одну ночь. Я слышал, что сегодня будет звездопад. Я бы хотел. Нет, я хочу. Дилюк, давай посмотрим, а потом точно отправимся дальше.– Альберих говорил с некой неуверенностью, он знал, что ему откажут. Разве на такую глупость его угрюмый «братик» согласится? И к удивлению Рагнвиндр не был против. Он лишь кинул одобрительный кивок и все же вышел из комнаты, чтобы продлить бронь комнаты еще на одну ночь. От счастья он чуть не разнес все в этой комнате. Кейа спокойно сел, ожидая виновника такого нестабильного сердцебиения в груди. Улыбка не сходила с лица. Утро началось просто замечательно. Сначала они проснулись вместе, а теперь будут смотреть на звездопад, как какая-то парочка. Парочка. Не по своей воле всплыли вчерашние воспоминания, когда Дилюк посчитал его мерзким. На секунду стало грустно, но стараясь отогнать грустные мысли, Кейа начал представлять сегодняшний вечер. Рука потянулась к подушке, усаживая ее на свои колени. — Больше так не делай. Бубубу. Омерзительно. Бубубу.– Альберих постарался сделать как можно более писклявый голос, повторяя вчерашние слова винодела, не замечая, что он стоит у открытой двери в комнате.– о.. ой, Дилюк. Я это-.– Кейа отбросил подушку в сторону, поправляя свои волосы и стараясь не встречаться взглядом с алыми глазами, которые сейчас так злобно на него смотрели. — Будем считать, что я этого не видел. Выходи на обед.– Рагнвиндр взял с собой денег, что были в пальто, стараясь не делать замечаний Кейе. Сейчас его волосы выглядели растрепанными, кровать, на которой он сидел, была сильно помятая. — Уже обед? — Альберих приподнял брови от удивления и быстро вскочил, приводя кровать в идеальное состояние. Дилюк ничего не стал отвечать на такой глупый вопрос, ведь дважды он повторять не собирается. Пару минут и кровать уже была готова, как и непослушные, синие волосы. Парни спустились вниз, усаживаясь за первый попавшийся столик, взяв в руки меню ресторана. Глаза Кейи расширились от таких цен и таких непонятных блюд, но звучало вкусно. — Дилюк, это не слишком? Мы и сами можем…– Альберих сразу замолчал, как только увидел суровый взгляд Дилюка, который явно намекал «ешь, пока дают». Голубой глаз словно загорелся огоньком. Хотелось много чего попробовать, но он сдержался, заказав что-то почти самое дешевое. Он понимал, что Рагнвиндр точно припомнит ему за эту еду и за все жилье, да и еще остались долги за вино, поэтому лучше не рисковать. — Мог бы что-нибудь и дорогое выбрать.– Дилюк не понимал такого выбора.– Не буду же я считать это, как за долг.– алые глаза вновь уставились на вырез. Рука чуть ли сама не потянулась застегнуть эту ошибку мира. — Врешь! — Альберих скрестил руки на груди, приподнимая одну бровь вверх. — В отличии от тебя — я никогда не вру.– Рагнвиндр попал в самую точку. Как ножом в спину, а все ведь было так хорошо. Повисла тишина. Кейа даже не знал, как на это отвечать, настроение внезапно испортилось и в груди неприятно заболело, пронося дикую боль, которую все же удалось вытерпеть до того, как принесли заказ. Настроение немного поднялось, после того, как блюдо было съедено наполовину, но больше в Кейю не входило, он и сам не понимал почему. Ему было неприятно проглатывать еду, даже если он хорошо ее разжевывал. Выйдя изо стола, он не проронил ни слова, направляясь в комнату быстрым шагом. Ноги немного дрожали, несколько раз споткнувшись об воздух, Альберих чуть ли не падал. Добравшись до комнаты и забежав в туалет, начало сильно тошнить. Внутри будто все разрывалось, а мысли были лишь о том дне, когда Кейа рассказал всю правду. Точно. И как он мог забыть. Дилюк ведь считает его лишь предателем. Кажется о признании можно теперь было лишь мечтать. Кашель вырвался с новой силой, с новым количеством цветов. Грудную клетку разрывало, а слезы начали литься рекой от недостатка воздуха. В этот же момент, в комнату зашел Рагнвиндр, наблюдая затем, как капитан сидел напротив туалета, прикрывая рот рукой. Все его тело дрожало от боли и винодел это явно почувствовал. Он не понимал что ему сделать, чтобы успокоить Кейю, поэтому он лишь подошел ближе, сел рядом и повернул к себе, прижимая дрожащее тело, как можно нежнее к себе. Рука непроизвольно начала поглаживать по синим волосам, в надежде остановить очередной припадок и это довольно хорошо получалось. Посидев так еще несколько минут, Альберих пришел в себя, откашляв несколько лепестков и вытирая свои же слезы с щек, прижимаясь сильнее к Дилюку. Как же он скучал по таким обнимашкам. Винодел и дотронуться раньше не разрешал, а теперь они вот так обнимаются, хоть и из-за нужды. Но вскоре Рагнвиндр довольно грубо снимает с себя Кейю, вставая на ноги и помогая подняться с пола. — Ты представлял кого-то, когда обнимал меня? Поэтому сразу же успокоился? — Дилюк задал довольно странный вопрос. Он сразу же пожалел о том, что спросил. — Да. Можно и так сказать.– лжец. Но у него нет выбора. Он не может прямо сейчас сказать ему о своих чувствах и вряд ли вообще сможет. Лучше умереть в муках, заслуженно, чтобы Дилюк не знал о его чувствах, чем умереть с осуждением в алых глазах, которые он так обожал. Весь остаток дня они провели в комнате. Винодел увлекся чтением книг, а Кейа залип на красивые, пушистые, красные волосы, что были так сделаны в неаккуратный низкий хвост. По спине проходили мурашки, когда капитан вспоминал теплые чужие руки на себе. Как же хотелось, чтобы эти руки поглаживали не только по спине, но и по всему телу, так нежно касаясь, а затем… — Звездопад. Когда он? — Дилюк вдруг вернул Альбериха на землю, прерывая его фантазии. — Думаю… уже скоро.– точно. Он не может даже думать о таком, ведь это оскверняет винодела. Честно говоря, Кейа ни разу не видел какую-нибудь девушку рядом с ним. Наверное, потому что боится кого-то подпускать к себе после предательства. Еще немного посидев в тишине, парни направились на смотровую площадку, где прошлым вечером они рассматривали звезды. Народу было много. Все хотели загадать желания и посмотреть на красивый звездопад, но Дилюку как-то удалось протащить Кейю поближе, к самому заборчику и через несколько минут с неба красиво начали падать звезды. Альберих скрестил указательный и средний палец на двух руках, зажмурив глаза и загадывая желание. Рагнвиндр незаметно перевел взгляд со звезд на интересную картину рядом. Он не верил, что звезды могут исполнять желания, но любил смотреть, как загадывает что-то свое Кейа. Чужой нос немного жмурился и Дилюк считал это весьма милым. На лице появилась заметная улыбка, которую он тут же попытался скрыть прикрывая рукой рот. Вскоре все начали расходиться, потому что звездопад заканчивался. Когда же парни остались наедине, то Дилюк оперся руками об бортик, смотря в небо. — Что ты загадал? — ему было интересно чего же такого загадал Кейа, что даже иногда поматывал головой и жмурил нос. — Я…– Альберих не был уверен хорошей ли идеей будет рассказать свое желание.– я загадал, чтобы человек, которого я люблю узнал о моих чувствах и… Ответил взаимностью.– опять вранье. «конечно же я загадал, чтобы ты о них никогда не узнал, дилюк». По коже вдруг прошлись неприятные мурашки. Опять он обманывает его и от этого так неприятно, но улыбка по привычке появилась на лице, что заставила Дилюка нахмурить брови. — Ты что, сейчас врешь мне? — кажется он видел его насквозь, чтобы Кейа не делал. Пытаясь немного отойти от винодела, что-то попалось под ноги и Альберих не удержался на ногах. В мыслях вдруг пролетело «сейчас будет больно», и глаза сами зажмурились, но больно не было, ведь он упал на Дилюка, что успел подхватить его. Один глаз открылся и он увидел лицо Рагнвиндра настолько близко, что чужое дыхание ощущалось в его щеку. В щеку? Почему. И тут Кейа понял, он коснулся алых губ. Кажется мир сейчас замер и сердце тоже. Губы были такие мягкие, такие сладкие, такие.. желанные. Альберих поспешил встать, но руки и ноги подводили его и внизу создавалось некое трение. Пока Дилюк приходил в себя после такого падения и поцелуя, что случайно произошел между ними, он посмотрел, чем занимается Кейа и застыл. — Ты чего удумал? — брови выгнулись и он не понимающе посмотрел в голубой глаз напротив. Альберих сейчас терся своим пахом об другой. На чужом лице явно появился румянец. — Я.. Это не то о чем ты подумал. Я не могу встать.– Кейа сел на него, будто седлая и, тогда уже сам Дилюк был смущен. Он лишь нервно выдохнул и встал из-под капитана, помогая тому подняться. Ноги и правда не держали, поэтому пришлось подставить свою спину и тащить эту тушу на себе. Дойдя до комнаты, оба свалились на первую попавшуюся кровать, расслабляясь. Кейа все еще был смущен. Румянец не сходил с его лица. Кажется, вот-вот и он был готов уже умереть. Усевшись на край кровати, Альберих вздохнул и вновь посмотрел на Дилюка, а затем снова смутился. — Дилюк, да ты извращенец.– смех то ли от неловкости, то ли от смешной ситуации вдруг вырвался у Кейи. Его взгляд был устремлен на пах, где был довольно сильно заметный стояк. «вот это размерчик…» пролетело в мыслях, ведь у самого капитана явно был немного меньше. — Это.. Это просто.– Рагнвиндр и сам не понял как такое произошло и почему. Он не мог подобрать слов, чтобы оправдаться. Смущения какого-то на лице не было, лишь хмурились брови и губа была закусана настолько сильно, что оттуда начала сочиться капелька крови.– это естественная реакция. Ты ведь… Это из-за тебя, придурок.– Дилюк удалился в ванную оставляя одного Кейю наедине со своими смехом. Смех прекратился сразу же, как только винодел ушел в ванную. Альберих плюхнулся на свою кровать, зарываясь лицом в подушку. Сердце бешено колотилось. Столько всего за один день. Полежав так еще немного, Кейа подумал о том, чтобы извиниться за поцелуй. В этот момент Дилюк уже вышел из ванной. Снова в халате. Видимо даже успел помыться, пока капитан утопал в своих мыслях. Кейа же тоже побежал мыться, чтобы поскорее оказаться в уютной кроватке, поглядывая на то, как красиво Рагнвиндр читает книгу. Пару минут и парень уже вышел из душа, падая на кровать и поворачивая голову в сторону винодела. Он же внезапно погасил свет. — Раньше ляжем и рано утром пойдем в путь.– Дилюк после этих слов лег обратно. Слышен был лишь тяжелый вздох, а затем тишина. Разговор Кейа не решался начинать, а вдруг он уже уснул? Разозлится еще… Но сон никак не приходил, да и злость Дилюка уже не так пугала, как собственная смерть. — Люк… ты спишь? — ответ последовал сразу же, но лишь какими-то непонятными звуками, которые явно говорили «нет».– Насчёт поцелуя. Это произошло случайно! Я не хотел. Ну, то есть я хотел, но.– кажется Кейа даже в темноте увидел недовольное лицо винодела. — Не важно. Забудем об этом. Случайно ведь.– Рагнвиндр повернулся лицом в сторону голоса Кейи. Мозг капитана кажется выключился и он перелез на чужую кровать. Дилюк сел, почувствовав какое-то движение в его сторону. Повисла тишина, но через пару секунд он почувствовал чужое дыхание на своих губах. Оно обжигало, но это было приятно. Еще мгновение и чужие губы неуклюже накрыли алые на пару секунд. Он чувствовал, как они дрожали, как сам Альберих. Вдруг в окно посветила луна, а затем ее скрыли облака. Но за эти пару секунд, можно было разглядеть, как слезы текли по щекам Кейи. В груди винодела что-то сжалось и рука коснулась чужой щеки, пытаясь найти ту мокрую дорожку от слез, но в перчатках это было трудно. Дилюк не снимал их даже, когда ложился спать, чтобы не видеть шрамы утром. У капитана продолжали литься слезы, которые не прекращали идти. К горлу уже поступали лепестки, которые вот-вот должны были вырваться, но в ту же секунду искусанные губы, Рагнвиндр накрыл своими и вновь луна осветила помещение, кажется останавливая время, чтобы этот миг длился вечно.