Изменить мир, находясь в теле Такемичи Ханагаки

***

      Едкий запах чего-то испорченного нагло вклинивается в нос, глубже просачиваясь в мой организм. Голова неумолимо стремится развалиться на части, сопровождая свои попытки дикой болью. Память обрывками подкидывает какие-то моменты из жизни, совсем не связанные между собой.       Про то, как я впервые влезла в мальчишечью драку, получив много синяков и порезов от падения на битое стекло. А потом мама бережно мыла меня под душем и нежно гладила по головке, успокаивая и обещая приготовить мои любимые блинчики.       Про то, как я получила свою первую двойку из-за того, что сильно перенервничала и не смогла собраться с мыслями, сопроводив всё это тихой паникой и еле сдерживаемыми слезами. Тогда уже папа проявил свою ласку, читая мне одну из любимых книг на потрепанном диване, нежно укрыв тёплым одеялом.       Про то, как, нечаянно споткнувшись, поранила коленку, будучи на даче у бабушки. Она бережно дула мне на ранку, дезинфицируя её от вредных бактерий перекисью водорода. Тогда бабуля рассказывала увлекательные истории из своего детства, всеми силами стараясь меня рассмешить, чтобы я побыстрее забыла обо всех проблемах.       Как мне всё-таки её не хватает, хотя прошло уже столько лет с момента, когда она ушла на белые и пушистые облачка, представляющие собой райское место для отошедших при каких-либо своих обстоятельств существ. Царство тебе небесное, моя любимая бабуля. Хотя скоро я присоединюсь к твоему отдыху, если ещё не сделал этого.       Шансы то, что после такого избиения я останусь жива, конечно же, есть, но они настолько ничтожны, что можно и отбросить их в сторонку. Допустим, эти парни доведут меня до предсмертного состояния, и при этом я останусь в сознании, то какая-то надежда всё равно имеется. Но даже если я надолго не уйду в блаженную тьму, то что я вообще смогу предпринять в таком покореженном состоянии? Да хорошо вообще будет, если я пальцем смогу пошевелить, что уже говорить о каких-то попытках сбежать.       За такие мысли на меня снова может обрушится волна негатива, хотя подобные индивиды и понятия не имеют о всех подробностях данного происшествия. Не могу точно утверждать, но очень велика вероятность, что какая-то часть моего тела окажется вывихнутой под неестественным углом или вообще сломанной. Не знаю даже, что из этого хуже. И если хоть на секунду задуматься о том, что я в таком состоянии могу предпринять усилия для побега, то в моей голове сразу вспоминается момент из манги, когда при битве с «Поднебесьем» Злюка с серьезными ранениями двинулся в бой с утроенной силой, совершенно не чувствуя никакой боли. У него был стимул защитить своих друзей, и он даже перешел на новую стадию своего развития, начав плакать, тем самым превращаясь в демона. И всё это ради тех, кто ему дорог.       А у меня есть такие? Кто-нибудь вообще будет горевать о моей смерти, не считая семью и Лизу? Да кому я, собственно, и сдалась, такая немощная и слабая духом. Мной лишь можно вытирать полы, как самой некрасивой и непригодной для ничего другого тряпкой.       И пускай в глубине души я такой и являюсь, но попросту размазывать сопли мне совершенно неприемлемо. Всё-таки это было именно моим решением переместиться сюда, игнорируя все уговоры моей лучшей подруги. Да я даже ради своей цели бросила родителей на попечение вечным страданиям и упрекам в их головах, не сказав ни слова. После такого у меня и мысли не должно быть о подобных глупостях, ведь я сама для себя выбрала этот путь.       Так будь добра, Анабель, пройди его до конца и сама добейся всеобщего внимания и признания. Ну, про всеобщее внимание я, конечно, загнула, ведь мне явно не нужны никакие свидетели моей прошлой жизни. Но в целом, я должна сама взять все свои эмоции в кулак и завести здесь хороших друзей, которых даже и покинуть будет невыносимо грустно и тоскливо. Хотя бы будет приятно знать, что кто-то по мне скучает.       Пора, наверное, открыть глаза, а то чего это я просто зависаю в мыслях, не оглядываясь по сторонам. Вдруг на меня кто-то сейчас готовит нападение, а я тут сплю? Надо присечь подобное поведение, иначе я потрачу подаренный мне шанс зря.       Ну, а как ещё объяснить всё происходящее? Либо я не умерла и нахожусь, скорее всего, в аду (Хотя хотелось бы в раю), либо всё ещё жива, но нахожусь при смерти.       Ответ очевиден, что я подтверждаю, наконец открыв глаза.       Так вот от чего исходит этот запах… Похоже на какую-то мини-свалку возле дома в России, куда местные жители выбрасывают мусор. А когда мусорки уже полные, то они кладут рядом, и тем самым образуется большая и вонючая свалка.       Как меня вообще занесло в такое место? Тем более, это какая-то подворотня, в которой, в большинстве случаев, происходят разные увлекательные вещи, в том числе и убийства. Я что, нахожусь в России? И каким таким интересным способом меня сюда занесло?       А разве я не должна была сначала перейти через те временные ворота, в которых та женщина снова увлечет меня разговорами, подколками и очень сложными намеками? Вряд ли бы она упустила лишний раз поиздеваться надо мной.       Тогда вариант с Россией отпадает. А жаль. Я была бы очень рада повидаться с родными и Лизой… Показать, что я здесь, что я рядом, что я больше никогда их так не брошу…       Но, увы, я точно сейчас нахожусь не в России. Тогда остаётся только то, что я до сих пор в манге. Но какими такими судьбами меня занесло сюда… И тело, вроде, нормально ощущается: ни боли, ни ран, ни назойливого Такемичи, который всеми силами бы пытался завладеть обратно своим телом. Хотя у нас же был с ним договор, поэтому он, наверное, не пытается меня остановить.       То, что я нахожусь в его теле, я даже не сомневаюсь. Потому что, оттянув резинку штанов, а потом и трусов, я узнала тот самый маленький корнишон, зовущийся, в простонародье, мужским членом, который с годами вообще не изменился.       Кстати, на мне сейчас вообще какая-то другая одежда. Не видела такого раньше в гардеробе Такемичи. Хотя в темноте не много чего вообще можно разглядеть. Может, хоть на свет выйти? Тем более, этот запах меня начинает раздражать.       Миллионы огней тут же поспешили ослепить меня своим сиянием, из-за чего мне пришлось зажмуриться. И от этого я даже неожиданно словила неприятный флешбек: в предыдущий раз подобное плохо для меня кончилось. Аж вспоминать противно.       По ощущениям, сейчас вроде поздний вечер или даже ночь, но звёзд на небе нет. Как-то даже грустно, но хотя бы надеюсь на то, что лёгкая прогулочка мне поможет. Тем более, я всё-таки должна узнать, где я и что вообще происходит.       Эта одежда на мне что-то напоминает, но ничего конкретного в голову не приходит. Складывается такое ощущение, что я упускаю что-то очень важное. Но что именно…       Чёрт, эта догадка упрямо крутится у меня в голове, но никак не может перестать выделываться и наконец-то соизволить прийти мне на ум. Что же я упускаю… Что же упускаю… Что же… Что… Да и фиг с ним! Понаслаждаюсь пока атмосферой и радостными лицами прохожих.       Такое ощущение, что ни у кого здесь нет никаких проблем и у всех всё хорошо, и нервы не хотят слететь с катушек, в один момент сжигая все твои жалкие старания изо всех сил сохранить самообладание.       Вдох…       Выдох…       И мне совсем не хочется часок другой побиться головой о стену, чтобы хоть как-то скрасить тщетность своего бытия, окончательно лишившись рассудка.       Совершенно не хочется.       Даже и в мыслях нет.       Не-а.       У меня складывается мнение, что это место живёт какой-то своей жизнью. Куча народу, магазинчиков, кафешек. Будто на часах сейчас не ночь, а самый разгар дня. И люди не выглядят как сонные мухи: они вполне себе бодры и счастливы. Это ещё раз доказывает, что я не в России. Так как в ней люди обычно угрюмы и не особо приветливы. Оно и понятно: когда вокруг дыры в асфальте, мусор и собачьи испражнения, ты не особо будешь рад подобной жизне. Хотя у кого как.       Это в каких-нибудь крупных городах может быть всё ухожено, а в провинциях всё не совсем так гладко, как хотелось бы. Разница в экономическом плане прямо на лицо. В России же, в основном, всякие особенно важные личности на высоких постах гребут выделенные деньги под себя или же просто стараются купить самые дешёвые товары, чтобы оставшуюся часть под шумок себе забрать. Ничего удивительного.       То ли дело другие страны. Хотя я не особо разбираюсь в политике или другом подобном болоте, но со стороны кажется, что у всех всё хорошо, кроме России.       Ну, это только со сторон. А то такое ощущение, что я ярый хейтер своей же страны. Хотя это, наверное, нормально, мы же всё-таки живём в толерантном обществе, поэтому пора бы утереть свою пену у рта, образовавшуюся в итоге категорического несогласия с моей точкой зрения.       Господи, вот это умные слова поперли из меня. Вот так бы во время уроков. Ну да ладно.       Хотела бы я что-нибудь купить в этих красочных лавках, но, порывшись в карманах, я не нашла даже кнопочного телефона, лишь какие-то фантики и бумажки. Негусто, прям как при моём первом появлении в этом мире.       Ладно, раз уж с покупками не вышло, значит, можно просто прогуляться и понаслаждаться такой приятной атмосферой. Когда я ещё смогу вот так беззаботно шагать в потёртых кроссах по асфальту? Это в детстве кажется, что взрослая жизнь очень насыщенная и классная: никто ничего не запрещает — делай всё, что душе угодно; никакой учёбы и бесполезной домашки. Ха-ха! Это такие наивные мысли, что даже живот можно от смеха надорвать, а можно и поплакать. Ведь такие абсурдные мечты могут быть только у по-настоящему чистого ребенка, который ещё не познал все соки жизни.       И не то чтобы я такая вся из себя взрослая, но моё умственное развитие уже давно перешло данный период. Даже грустно немного становится. Я ведь всегда раньше с таким восхищением и блеском в глазах смотрела на старшеклассников. Они же такие взрослые и состоявшиеся личности, знающие, чего хотят от жизни, и уже определившиеся с планами на будущее.       А на самом деле, если лично судить по себе, то ничего особо не поменялось: я всё еще чувствую себя маленькой девочкой, которую завалило всеми этими взрослыми проблемами и заботами; только вдобавок ещё и всё лицо покрылось огромными ярко-красными прыщами и фиолетово-синими синяками под глазами, а также появились тремор и головная боль.       Но, что странно, в этом мире подобных проблем я не испытываю, хотя это, наверное, и логично. Ведь Такемичи всего тринадцать лет, восьмой класс — да он еще не познал всю боль жизни! Хотя в манге явно говорится об обратном.       Ох уж этот Вакуй. Все его садистские наклонности бы повычищала. Пусть только на глаза мне покажется — сразу можно бронировать место на кладбище.       Кхм. Ну, это в худшем варианте, но и про такой финал нельзя ни в коем случае забывать.       Так вот, о чём это вообще я… Нужно поменьше думать о подобных вещах, иначе мой психопаспорт ухудшится. В этот мире, наверное, подобной системы нет, но и расслабляться просто так нельзя. Поэтому отвлечемся на что-нибудь постороннее. Например, на какие-то вывески о розыске людей. Не думала, что в таком современном мире подобное до сих пор используется.       Как я поняла, что этот мире современный? Во-первых большие мониторы на высотках, что говорит о каком-то мегаполисе. Во-вторых, новейшие гаджеты в руках обывателей. Я уже давно перестала разбираться в этих новинках, но, на вид обычного человека, они кажутся довольно навороченными и крутыми. А это значит, что я явно сейчас не в том две тысячи пятом (Или каком-то другом вообще, уже ничего не помню!) году. И в голову напрашивается очень логичный вывод, что я, отметив при этом маленький разрез глаз у обывателей, нахожусь сейчас в Японии, через двенадцать лет после первого моего появления в этом мире.       Ну, не в самой Японии, а в манге, где главным местом действий является Япония. Другого варианта просто не может быть, потому что попросту я в это не поверю. Поэтому остановимся на этом варианте и наконец-то изучим эти листовки с разыскивающимися людьми.       Так… Какой-то бунтарь с короткой стрижкой и наглым выражением лица (Кхм, а он мне кого-то напоминает, но не могу вспомнить кого), мужик с синим ирокезом и шрамом на пол-лица (Вроде уже взрослый, а до сих пор носит такую прическу), девушка с короткой стрижкой и выбритыми висками (А она очень даже ничего, хотя меня не привлекает женский пол) и какой-то додик с непослушными чёрными волосами, которые растрепались во все стороны. Да он же совсем молодой, а уже в розыске. М-да, ну что за молодежь пошла?! То ли дело я в свои шестнадцать путешествую через миры.       Да и вообще, откуда в моей голове подобные причитания? Я что вам, бабка какая-то? Совсем уже эти учителя советской закалки мозги мне прочистили. Бр-р-р, пора избавляться от подобной дряни в мыслях.       Интересно, а как я сейчас выгляжу? Я, конечно, могу предположить, что я всё ещё тот двадцатишестилетний девственник с убитыми волосами, но всё же, думаю, стоит это проверить. А вот, как раз справа от меня, какая-то пожилая женщина продаёт свои старые и супермодные шляпки. Можно будет притвориться покупателем и незаметно посмотреть на свою внешность. Что я сейчас и делаю.       Кхм, а эта черная шляпа выглядит очень интересно. Были бы у меня деньги, я бы, наверное, прикупила её. Да и смотрится на мне просто превосходно, как будто специально для меня делали. Она просто идеально сочетается с моими чёрными волосами и хорошо прячет это непослушное гнездо.       Так, стоп, где-то я уже видела подобное. Только не говорите мне, что…       — Молодой человек, мы случайно раньше не виделись? — поинтересовалась вдруг старушка, пристально оглядывая меня с ног до головы. Кажется, она видела те листовки с преступниками. Только, пожалуйста, не догадайся. Пусть старческий склероз возьмёт своё. Пожалуйста! — Вы мне кого-то напоминаете…       — Мне кажется, вы обознались, — попыталась переубедить её я, порываясь убежать. Ну её! Ещё закричит на всю улицу и привлечёт внимание полиции. А этого мне совсем не нужно.       Ума не приложу, что Такемичи мог такого натворить, что его даже в розыск объявили. Правда, я не прочитала название самого преступления, но, думаю, это мне не особо помогло бы.       Так и знала, что нельзя было его одного оставить. Как я вообще сюда переместилась?..       — А вы случайно не…       — Простите, но мне уже пора. — Положив шляпу на место, я бросилась бежать подальше от этой догадливой бабки.       Был, конечно, шанс, что она меня спутала с каким-нибудь своим родственником и собиралась всего-навсего зацеловать, но, зная свою удачливость и умение влипать в разные неприятности, лучше сразу свалить куда подальше, мало ли что.       — Это ведь ты тот серийный убийца?! — на всю улицу закричала она. Как знала, как знала. Не подвело меня моё чутьё. Но на этом все радости и кончаются. — Полиция! Полиция! Задержите его! Это тот самый… — это было последнее, что я смогла услышать от неё, убежав уже достаточно далеко.       Оглядевшись назад, я встретилась взглядом с одним из копов, который тут же, завидев меня, спустил собак. И когда это полицейские стали гулять с собаками?! Да какого черта тут вообще твориться?! Не успела я достаточно изучить этот новый мир, как сразу нарвалась на приключения!       Да по-любому это та женщина подкрутила мои шансы на удачу, лишив хоть какой-то радости в этом мире! К тому же, тело этого сопляка явно отвыкло от тренировок и потеряло былую прыткость, которая имелась при моём управлении.       И как мне из такой ситуации выкрутиться? Тем более, здесь очень большая толпа людей, сквозь которых очень сложно лавировать. Я даже кого-то случайно облила горячим кофе (В том числе и себя, но это пока меня не заботит), запуталась в поводках женщины с тремя собаками (Да зачем такую ораву водить в многолюдное место?!), сбила ребенка (Я не специально, клянусь!), при этом чуть на него не свалившись, и несколько раз успела обо что-то споткнуться, едва не поцеловавшись с дорогой и своим сокамерником.       В общем, убегаем как можем, изо всех сил стараясь случайно не самоубиться. А то у копов возникнет много вопросов, или они просто плюнут на мой труп и спокойно пойдут дальше, смеясь над очередным неудачником.

Спустя некоторое время

      Я всё громче начинаю слышать этот собачий лай! Такими темпами меня снова догонят! Чёртов Такемичи! Чёртов этот мир! И чёртова эта женщина! Если меня всё-таки поймают и упекут за решетку, не устроив при этом смертную казнь, то моим телом явно заинтересуются многие грязные обыватели этого днища. Нет! Я не допущу этого! Но всё идёт явно против меня.       От натренированных собак с отличным нюхом почти невозможно убежать, только остается отвлечь их на что-то или перебить запах. Кхм, мой чуткий нос как раз учуял какой-то противный аромат чужих духов. Возможно, это очередная лавочка какой-то дамы в возрасте, которая обязательно попытается втюхать очередной очень уникальный флакон для обворажения мужского пола, в моём случае женского.       Но, видно, не судьба, потому что у меня вдруг случайно кончились деньги и появились важные дела, которые ни при каких обстоятельствах нельзя отменять или переносить. Поэтому я сейчас просто схвачу какую-то химозную хрень, обольюсь ей с ног до головы и побегу дальше. Надеюсь, это сработает.

Спустя очень приятный душ

      Фу! Ну и вонь! Да я сейчас просто задохнусь! Хорошо, что хотя бы собаки отстали. Но нельзя так рано расслабляться, ведь они явно вызвали подкрепление. Я в этом на все сто уверена, поэтому хотелось бы куда-то нырнуть в подворотню, пока я не наткнулась на ко….       — Ой, простите, — пробормотала я, столкнувшись с кем-то лоб в лоб. Блин, опять задумалась и не уследила за окружением. Когда же я перестану так делать?..       Ладно, думаю, извинений хватит, и я могу поскорее удалиться…       — Попался! — закричал вдруг он, хватая меня за руку. С чего бы это? Что я такого сделала? Стоп… Ну не могла же я… — Долго же мы тебя искали. — Блять! Как я могла так беззаботно наткнуться на копа?! Сука! Меня же сейчас повяжут! Чёрт! Надо быстро ударить его в пах и бежать!       Да-да, я знаю, что это очень грязный трюк, но мне больше ничего и не остаётся. Потому что возле нас уже начала собираться толпа зевак, и жужжать полицейская сирена. Если к этому хрипящему от боли между ног бедняге сейчас придёт подкрепление, то для меня всё будет кончено. Поэтому прости, мужик, но мне уже пора…       — Держите его! — попытался выйти из своего шаткого положения он, но обычным людям не особо свойственно кому-то помогать, лишь бы только посмотреть на шоу. Что мне и выгодно.       Никаких усилий не стоит растолкать их и пробежать дальше. Поэтому успеваем воспользоваться такой шикарной возможностью и валим от уже пятерых копов. Как они сумели за такое короткое время расположиться? Вот это скорость!       Впрочем, это сейчас не важно. А нет, важно. Я уже вижу, как спереди огородили путь к отступлению, а сзади доносится очень громкий топот. Блять, я в дерьме. Остаётся только бежать в какой-то переулок, пока другие люди смеются и показывают на меня пальцем. Ну-ну, посмотрела бы я, как они в такой ситуации додумались выкрутиться. Ладно, не стоит на них вообще отвлекаться. У меня тут дела и поважнее есть.       Нырнем под один ларек, тем самым сбросив на себя яблоки (Больно вообще-то!), прошмыгнем мимо рыбного прилавка, задев при этом несколько вонючих туш (Блин, да я теперь ещё и тухлятиной воняю!), и побежим в какую-то подворотню (Да меня теперь за километр можно учуять!). Поворачиваем налево, потом направо, ещё раз налево и…       — Окружайте! — донеслось совсем недалеко от меня. — Ему теперь точно от нас не скрыться! — А он прав. Чёрт! Что же делать? Что же делать? Меня не должны поймать. Это исключено! Я не могу сейчас загреметь в тюрьму! Меня же близкие ждут!       Как будто, услышав мои мольбы, какая-то невесомая сила потянула меня за шкирку влево, в какое-то помещение, дверь которого тут же же захлопнулась с характерным звуком, подкрепленным лязгом ключей.       — Фу, ну и вонь от тебя, Такемичи, — донёсся до моего сознания очень знакомый хриплый голос, обладатель который придирчиво осматривал меня, демонстративно зажав нос рукой.       Ну да, попахивает от меня знатно. Мне бы в помыться наконец-то. Такемичи, видать, давно не мылся, раз его голова настолько жирная.       — Иди в душ прямо по коридору, а потом поговорим, — четко отчеканил мой спаситель, скрываясь из моего поля зрения.       Какой строгий, но я и не особо против, ведь приятнее же благодарить этого человека, когда от тебя не воняет.       Так-с, идём прямо по коридору и видим дверь, открываем её и оказываемся в ванной. Кхм, как и ожидала, нет никакой роскоши: обычный душ, туалет и раковина рядом — чем-то похоже на наши типичные коммуналки в России. Ну да ладно, я же не какая-нибудь там светская львица, чтобы придирчиво фыркать и поливать дерьмом этих нищебродов. Я наоборот рада хотя бы такой перспективе, чем параше у моей тюремной койки с пахотливым соседом.       А пока я там намыливаю себя каким-то гелем с апельсиновым запахом, можно и подумать о насущном. Хотя этим я занималась даже во время побегушек с копами, за что чуть и не поплатилась.       М-да, как можно было так задуматься, что вплотную подойти к полицейскому и даже этого не заметить? То есть, меня вообще ничего не смутило?       Что это за такой внутренний мир, погрузившись в который, ты не замечаешь ничего вокруг? Ну, я понимаю, задумалась. Но не до такой же степени?!       Вдох…       Выдох….       С такими самокопаниями можно и до суицидальных мыслей дойти.       Кажется, подобный разговор уже как-то возникал в моей голове.       Что-то я совсем себя распустила. Надо бы брать свою заблудшую душу в руки. Чёрт, какой раз я уже обещаю это себе? Двадцатый?! Тридцатый? Сколько?! Почему я никак не желаю совершенствоваться и избавляться от своих слабостей?! А-а-а!       — Ты чё, уснул там, Такемичи? — раздался насмешливый хриплый голос из-за двери.       Выйдя из своих мыслей, я обнаружила, что тупо пялюсь на то, как вода смывает пену с вехотки. Кажется, голову и тело я уже помыла, поэтому смысла здесь задерживаться больше нет.       И вот, снова я ругаю себя за то, что зависаю в мыслях, в этот же момент зависая в мыслях. Какой-то замкнутый круг получается.       Одежда моя очень грязная и сильно воняет, поэтому сбросим её куда-нибудь в этот угол и завернем свой маленький пенис в полотенце, мало ли что. Вдруг этот парень окажется геем и влюбится в меня до потери пульса, а потом я его отошью, и он начнет сталкерить и рушить мою жизнь. Бр-р-р, не нужна мне такая перспектива. Тем более, когда вокруг снуют неугомонные копы, а я зажата с этим человеком в четырех стенах.       В ближайшее время вообще лучше не выходить из этого укрытия, а то рискую быть пойманной окончательно. И тогда все мои фантазии насчёт похотливого соседа станут явными. Аж мурашки от таких мыслей появились.       Ладно, отворяем дверь и видим моего недовольного спасителя, который хмуро меня осматривает, сложив руки на груди. Он мне явно кого-то напоминает, но я никак не могу понять кого. Чёрт, а ведь говорила, что у меня хорошая память. М-да…       — Давай сразу к делу, — нетерпеливо начал он. — Нас осталось всего двое: остальные уже мертвы. — Кого осталось двое? Меня и его? Как понять, что остальные мертвы? Что вообще происходит?       — А кто их убил? — задала тупой вопрос я.       Блин, сейчас он сразу поймет, что со мной что-то не так. Баджи же ещё тогда не особо доверял мне. И сейчас, наверное, даже ничего не поменялось.       Стоп, что я сейчас сказала? Баджи? Точняк! Передо мной же сейчас стоит тот, кого, по канону, не должно было быть в живых! А это значит, что я всё-таки предотвратила его смерть! Хоть что-то радостное за сегодня.       — Майки, — хмуро ответил тот, сжав губы и уставившись в пол. — После твоей пропажи он просто слетел с катушек, чем и воспользовался этот гад Кисаки. — Какой пропажи? Кисаки? Ах он мразь! Так он всё-таки не отказался от своих планов? Как знала, но не до такой же степени…       А может, он тогда меня специально заманил, чтобы потрепать нервы Майки, а потом воспользоваться его шатким положением? Вот же упрямец. Явно не любит проигрывать, а тем более сдаваться.       — Я так понимаю, у тебя есть какой-то план, — взяв себя в руки, наконец-то более-менее нормально смогла проговорить что-то я.       Если мы только вдвоём остались в живых из всех тех, кто раньше был близок Майки, то предпринимать необдуманно какие-то действия запрещено.       Я не сомневаюсь, что всех их убил Майки: такое уже было в манге. Этим непредсказуемым Сано завладел черный импульс, чем и воспользовался Кисаки.       Теперь я начинаю понимать, почему сейчас в розыске. Ну, не совсем, конечно, но какие-то догадки уже есть.       Если и меня, и Баджи объявили в розыск (Ведь я вспомнила, что это именно он был на первом листе с преступниками), хотя и уверена, что хотя бы Такемичи точно никого не убил, то у этого мерзкого Кисаки есть связи в полиции. А может, даже он и сам там работает.       — Да, я знаю, где находится, убежище Майки, — ухмыльнувшись, тем самым показав мне свои клыки (Интересно, а он когда-нибудь ими надкусывал кожу, чтобы попробовать свежую кровь?), проговорил Баджи. — Нам нужно привести его в чувства и сорвать планы Кисаки. Ты займешься переговорами, а я набью всем ебала. — Я даже не сомневалась, что он подобное скажет. Всё-таки Баджи даже спустя двенадцать лет не поменялся. И это греет душу.       — Я согласен, напарник, — протянув ему руку в знак нашего сотрудничества, радостно проговорила я, лучезарно улыбаясь.       Что ж, пора бы наконец-то выбить из головы Майки всё то дерьмо, которое ему навязал Кисаки. А потом вставить обоим люлей.       Я уже вся трясусь от предвкушения настоящего веселья! Да начнет операция по спасению Майки!