там, где хорошо

             — Последний раз, когда я видел Тэхена…              Мы встретились с ним поздно ночью после работы и решили пройтись, чтобы как обычно заказать любимый холодный кофе. На улице было почти безлюдно. Мы проходили стадион, в котором, кажется, заканчивался концерт. Мне так показалось, потому что начали запускать салют и я пальцем стал указывать ему за спину, чтобы он увидел. Было очень красиво. Салют длился недолго, но я чётко помню его лицо: оно было счастливым, впервые за долгое время. Но его улыбка никак не могла скрыть усталость. Мне кажется, что тогда он улыбался искренне. Я надеюсь, что перед его смертью, у него остались счастливые воспоминания.              Мы гуляли по городу примерно час, было уже поздно. Он посадил меня на такси до нашего дома, а сам решил пройтись. Тэхён часто так делал, когда хотел о чем-то подумать или когда у него что-то случалось. Он бы обязательно об этом рассказал, но только когда решил бы проблему у себя в голове сам. Не думаю, что если бы в этот раз он заказал такси или поехал вместе со мной, он был бы жив. Я знаю… Его убили намеренно. Мне даже кажется, что за ним следили. Но понятия не имею, что могло стать причиной для убийства. Что он сделал такого, что его решили убить? Я правда не знаю.                     — Место работы?       — Он работал в музее. В нашем главном музее. Увлекался фотографией, но это было хобби.       — Господин Чимин… Что вам известно о его родственниках?       — Я не знаю. Я… Он ничего не говорил, я и не спрашивал. Но у него есть отец, вы и сами знаете.       — А как долго дружили с ним?       — Вот уже шесть лет прошло.       — Удивительно, сколько всего вы не знаете о своём друге.       — О чем ты?!              Чонгук поднимает голову и вопросительно смотрит на стекло, за которым стоят его напарники и наблюдают за ходом допроса, ожидая от них хоть какого-то знака.       

***

             Три недели назад.              — Ты точно доберёшься своим ходом? — обеспокоенно спрашивает Чимин. Почему-то ему кажется, что именно сегодня, это была бы плохая идея. Но сказать об этом Тэхёну не решался, зная как он отреагирует на его просьбу.       — Да, ты только не переживай, все будет хорошо, — заверяет Тэхён, улыбаясь. Чимин старается в это поверить. — Я зайду в магазин, поэтому буду дома поздно ночью, — он посматривает на свои часы. — Можно сказать уже утром. А ты ложись спать. Тебе ещё учёбу заканчивать и на работу в ночную выходить.       — Общаешься со мной так, будто старше меня не на один год.       — Просто переживаю за тебя. Спокойной ночи, Чимин, — радостно говорит Тэхён и машет рукой, провожая такси взглядом.              Чимин закрывает за собой калитку и пикая ключом в домофон, открывает входную дверь. Сбрасывая с себя сумку с одеждой, он сразу же закидывает её в стиральную машину, зная, что если он не сделает этого сейчас, то вряд ли у него появятся силы, сделать это потом. В холодильнике лежали остатки вчерашней еды на двоих, что радует, ибо готовить он точно не собирается. Тэхён обещал, что вернется из магазина чуть позже, но Чимин не может его ждать — нет сил. Поэтому, закрывая дверь на замок, он ложится спать, наплевав на накопившееся домашнее задание, оправдывая это тем, что у него еще есть пара дней выходных. На самом деле, он привык оттягивать дела, откладывая все на последний день. А ещё уверен, как только он проснётся утром, его вещи будут постираны и развешаны Тэхёном на сушилке.              Но на утро Чимин не находит Тэхёна, а вещи, все еще влажные, лежат в стиральной машине. Он отгоняет мысль, что с ним могло что-то произойти, ибо это случалось уже не в первый раз, к примеру, он мог встретить старого знакомого и пойти с ним в бар. Причин за него переживать нет, Тэхён взрослый мальчик. Приготовив себе яичницу и сварив кофе, он завтракает и сразу же собирается выходить из дома, чтобы успеть ко второй паре. Захватив с собой «подик», Чимин закрывает входную дверь, параллельно включая «слоу» версию плей-листа, затягивается джулом и направляется к лифту. Кажется, что нужно ждать вечность, пока тот поднимется на его этаж.              — Стоит ли?              Он уже в третий раз за утро открывает мессенджер и снова просматривает старый диалог. Юнги больше не пишет первым и не интересуется чем он занят, поел ли. Чимин чувствует, что больше ему не нужен и эти «прекрасные» отношения скоро закончатся. И он считает, что это нечестно, но дать волю своим эмоциям не может: знает, что снова себя накрутит до состояния хронической тревоги, которая с каждым годом все хуже. Теперь его начинает тошнить. Снова.              — Да господи.              Чимин останавливается по середине тротуара, хватая себя за грудь. Он чувствует аритмию и тяжесть при вдохе.              — Смешно.                     Ему действительно смешно, что из-за Юнги у него снова начались проблемы с самочувствием. А Чимин хотел лишь всего лишь дружбы, верно?              Как он добрался до учебного здания и зашёл в аудиторию, помнится смутно. Его сознание включилось, когда этот же Юнги подсел к нему как ни в чем не бывало и начал о чем-то говорить. Но Чимин не мог сфокусироваться на его речи, он пытался успокоить свое сердце, которое так предательски начинало стучать, когда он садился рядом.       — Что? — отрешенно говорит Чимин. Юнги удивляется.       — Ты не слушал? — на что тот отрицательно машет головой. Юнги хмурится, ему явно не понравилось то, что он зря долгое время что-то рассказывал ему.       — Дай ключи от машины. Пожалуйста, — неожиданно просит Пак, а Юнги пытается уловить связь между своими словами и просьбой Чимина.       — Ты ебанулся? Зачем?       — У нас большая перемена, хотел посидеть у тебя в машине и попить пиво.       — Чего блять? Нет, — грозно отвечает Юнги, для которого эти слова звучат абсурдно.       — Ладно.              Мин сердито встаёт из-за парты и собирает вещи. Молча забирая рюкзак со стола, направляется на выход.              — Не разрешил? — расстроено спрашивает Намджун, когда Юнги уже выходит из аудитории.       — Раньше бы разрешил. Помнишь, как мы однажды пытались угнать его машину? — с улыбкой вспоминает Чимин события двухмесячной давности.       — Может поэтому он не дал?              Они выходят следом за Юнги и направляются на улицу. Мин уходит в «офис», пока парни спешат сходить в магазин через дорогу. Насчёт выпить пива Чимин не шутил. Правда пока никто не знал, где его можно успеть выпить, чтобы никто не донёс на выпускников университета. Hildur Guðnadóttir — Elevation              — Я сидел у него в машине после того раза, дело в другом. Ему стало плевать на наше общение, а сказать об этом он похоже не может или не хочет. Я не понимаю его, — разводит руки Чимин. — Отвозит до дома, платит за меня в кафе и при этом говорит, что как только закончится учёба, он больше не сможет общаться со мной. Как будто после переезда в другой город, он забудет обо… Не знаю. Нет, не знаю, Намджун. Я не вижу причины, по которой он не будет общаться со мной. Но при этом говорит: «давай оставим все как есть между нами», будто не он в этот момент намекнул, что проводит со мной время, потому что ему скучно. Хорошо, но…что в итоге?       — Только ебёт мозг… Тебе нужно поговорить с ним, — отвечает Намджун, перед тем как обхватить губами сигарету, которую успел достать из пачки, пока они переходили на другую сторону дороги и шли по выученному наизусть маршруту в алкомаркет.       — Нам не о чем говорить. Смысл, если он соврет во благо себя. Ему было удобно. Нужно было с кем-то поговорить в новой компании, вот и нашёлся дурачок Чимин. Попользовался и хватит. Со своими чувствами я как-нибудь сам разберусь. Ты же знаешь, что мне это не впервой.              Намджун похлопывает его по плечу и открывает двери магазина, пропуская Чимина вперёд.              — Возьмёшь то же самое, одну. Я пока здесь покурю.       — Я тоже хочу!              Пока Чимин стоит в очереди на кассе, Намджун успевает докурить любимый «чапман» и залипнуть в социальных сетях, но неожиданно ему на телефон приходит уведомление от Юнги. Осмотревшись, он заходит в диалог.        [я обещал чимину кольцо, не знаешь какой размер его пальца?]

[чувак, ты сейчас серьёзно?]

[ну я просто типа обещал ему, а мне не тяжело]

[кажется 21,5 или 22]

[посиделки у тебя дома ещё в силе ведь?]

[да, ты кажется должен приехать вместе с Чимином]

             На это сообщение ему не отвечают. В этот момент Чимин выходит из магазина, тут же открывая пиво.              — Нет, ну а что? Все равно там пить нельзя, — говорит он, указывая на их учебное заведение. — А тут не так заметно.       — Не могу с этим не согласиться.              Намджун следует его примеру.       

***

             Настоящее время.              — Ты все ещё носишь моё кольцо? Надо на левой руке. Помнишь?       — А какая разница? Я любой рукой смогу врезать тебе, если потребуется.       — Чимин, не надо злиться.       — Юнги!              Чимин еле сдерживается, чтобы не ударить его. Тэхена убили, а Юнги пытается строить из себя не пойми кого. То ли он хочет поддержать тебя, то ли выбесить. Чонгук был прав, когда сказал что им стоит прекратить общаться. Но Чимин вспоминает вечер, в котором он был так счастлив рядом с Юнги. Как они провели день со всей группой, его отношение к нему, подарок, как тот ухаживал и следил за ним, потому что был более трезвым из них всех. Чимин ведь не знает меры в выпивке, а Юнги, он просто… Он просто не любит, на самом деле крепкий алкоголь. Он рассказывал, что когда был младше, перепил разнообразные коктейли и теперь вкус алкоголя ему приелся и стал противным. Поэтому весь вечер он пил лишь разливное пиво и жарил мясо, пока остальные распивали напитки покрепче.              Он снова смотрит на свое кольцо с «Hello Kitty», которое подарил ему тогда Юнги и нервно вздыхает. Это не честно: Юнги дарит такие подарки, потому что ему не сложно, а Чимин что-то чувствует к нему. То, что не должен, в принципе. А Юнги ведь не такой. Ему девушки нравятся, например, новая подруга Чимина — Рейчел, их одногруппница, о которой Мин вдруг начал часто говорить. С чего это вдруг ему должны мальчики нравиться?              Когда Юнги довозит его до дома, он выходит из его машины хлопая дверью. Чимин собой гордится, он молодец, раз решил промолчать. Мин не должен видеть его слабость перед ним. Пак ведь сильный и эмоционально стабильный. Ведь так? Осталось только найти способ наконец признать, что Тэхёна больше нет, а полиция, по его мнению, не особо и заинтересована в расследовании его смерти.              Чимин быстро поднимается на свой этаж пешком по лестнице и забегает в квартиру. Он держится хорошо. Намного лучше, чем в первые дни, когда ему позвонил Чонгук из полиции, чтобы известить о смерти его друга. Он буквально пару дней не выходил из дома, не выходил на работу и учёбу. Смысл вставать с кровати у него пропал, как и желание есть, ходить в туалет. Первое время он пытался дозвониться до Тэхёна, хотел чтобы ему ответили и сказали что это не так и они обознались, это всего лишь глупая шутка. Но звонит незнакомый человек, представившись сотрудником полиции и просит приехать на опознание трупа. Хотя, ему казалось, что это все были лишь формальности.              На третий день его апатии, он смог сходить в душ, одеться, сварить кофе и выехать из дома в морг.              — Я офицер полиции Чон Чонгук из убойного отдела. Расследую дело об убийстве вашего друга. Буду признателен за сотрудничество, — кланяется Чонгук и просит пройти в грязную зону.              Чимин надевает на себя халат, маску и бахилы. Полицейский рукой показывает ему направление к единственному трупу, который лежит под большой лампой. Он не понимает, почему именно он, а не родственники Тэхёна, например, его отец? Чимин не хотел подходить ближе, чувствовать трупный запах.              Тэхёна нет, он это понимает. Но смотреть на него такого, совсем не хочет. Он быстрым взглядом осматривает своего друга, кивает, таким образом отвечая на вопрос. Тэхён выглядит совсем ужасно: неестественно бледный с синюшным оттенком на губах, в непривычной для него позе, лежа на спине. Настоящий бы Тэхён так не выглядел. Он хмурится когда спит и ложится набок, прижимая к себе одеяло. А ещё он часто включает музыку и ставит «таймер сна», потому что ему трудно уснуть, а это его всегда успокаивает. Но в морге тихо, музыка не играет и Тэхён больше не живой, он не откликается, как бы его не звали. Чимину хотелось, чтобы это был розыгрыш, а его друг встал бы и посмеялся вместе с ним. Обнял бы его и успокоил. Но вместо этого Пак лишь вылетает из помещения, скидывая с себя одноразовый халат.              Чонгук выбегает следом за ним, не зная, что может случиться с незнакомым человеком, если он отпустит его одного. Он заметил, что Чимин довольно хорошо смог сориентироваться и найти выход.              — Что ещё от меня нужно? Мне можно идти домой? У меня стоит ночная смена, я хочу выспаться.       — Вот это, — передаёт он в руки визитку, — мой номер. Запишите на всякий случай. Я вам вчера звонил, но вдруг номер у вас не сохранился. Вы будете нужны мне на допросе, хорошо?       — Вы не слишком молоды?       — Мне двадцать пять, — сдержанно отвечает Чонгук. — Думаю, вполне достаточно, чтобы расследовать убийства. То, что ваш друг не покончил с собой, я знаю точно. И найду убийцу, сделав все возможное, чтобы…       — Все вы так говорите, — усмехается Чимин под ноги.       — Что, простите?       — Говорю, что все вы так говорите, — уже прямо в лицо ему усмехается Чимин. Но Чонгук на это никак не реагирует. — Я сделаю все возможное… Я поймаю убийцу, его обязательно посадят… Сначала проходит месяц, потом полгода, год. А толку? Где гарантия ваших слов? Вот именно что её нет, это всего лишь слова. А мне нужно всего лишь поверить?       — Я рекомендую вам содействовать следствию, выходить на связь, когда вы нам понадобитесь и верить в успех. Если вам нужна психологическая помощь, приходите в участок и поговорите с нашим психологом. Платить ничего не нужно, я договорюсь. Не торопитесь отказываться сразу, подумайте и напишите мне ответ. Мой номер у вас есть. Если хотите, я могу подвезти вас до дома.       — Хочу, — без раздумий соглашается он. Чонгук же опешил. Чимин подумал, что денег у него осталось не так много, сил тоже, а полицейский повезёт его до дома будто на бесплатном такси, только на служебной и с мигалками.              Дорога домой оказывается не такой быстрой, как хотелось бы Паку. Но он благодарен, что офицер Чон ничего не спрашивал и в полной тишине смотрел на дорогу, пока Чимин думал, что ему делать дальше. Теперь потянуть квартиру, которую они снимали с Тэхёном вдвоём будет тяжелее. У него нет знакомых, которые нуждались бы в съемном жилье, а его небольшая зарплата оставляла желать лучшего. Скорее всего, ему придётся искать новое, снова переезжать. Учиться готовить, вовремя убираться, следить за квартирой. Просто быть самостоятельным и одному со всем справляться… С Тэхёном было проще, с Тэхёном жить хотелось, ведь он был его причиной жить новой жизнью, он дал старт. Он вспоминает как они вместе искали жилье, ходили и осматривали квартиры, пока не нашли на их взгляд идеальную всего в получасе езды от центра города. Они оба выбрались из квартир своих родителей и стали свободны. А теперь у Чимина не осталось никого, кто бы так поддержал его, как делал это Тэхён.              — Чимин, вы плачете?       — А что мне ещё делать? — вытирая слезы шмыгает Чимин. Разве это неадекватная реакция на то, что его друг умер и буквально полчаса назад, он смотрел на его труп? Надо же как-то сообщить об этом господину Киму. Или полицейский уже это сделал, раз вместо родственников Тэхёна, на опознание вызвали Пака.       — Может вам нужна какая-то помощь? Только скажите, — останавливается Чонгук. Чимин видит перед собой уже знакомый дом.       — Когда это полицейских стало волновать, что происходит с людьми, которые обращаются к ним за помощью? Офицер Чон, мы с вами не друзья, хоть и одного возраста. Большое спасибо, что вы подвезли меня, но мне нужно идти домой, я все ещё хочу выспаться.       — Не забудьте прийти к нашему психологу. Очень прошу вас подумать о себе.              Чимин молча кивает и выходит из машины, пока Чонгук смотрит за тем, как захлопывается дверь и удостоверившись, что Чимин зашел внутрь, уезжает.              К сожалению, для него рабочий день ещё не заканчивался и ему пришлось ехать обратно, чтобы сдать служебную машину и вернуться в их с напарниками кабинет. По дороге в участок он заезжает в кофейню, зная, что им всем придётся задержаться, чтобы изучить дело. По пути обратно, он задумался, что же его так мотивировало на раскрытие этого убийства, но ответа пока не нашёл.                     — Я принёс твой любимый фраппе, — говорит он Марку и обращается к Дэхёну. — Капучино и для тебя, хён.       — Как мило с твоей стороны, — улыбается Дэхён и отпивает все ещё тёплый кофе.              Марк и Дэхён два его старших напарника, которые уже давно работают в убойном отделе. Когда к ним присоединился Чонгук, они не сразу приняли его в их круг общения. Чон понимал, что для них он чужой человек и старался выполнять свою работу, зная при этом, что в какие-то моменты его напарники перекладывали свою работу на него. Но он никогда не жаловался. Ему и работа с бумажками нравилась, пока его старшие коллеги выезжали на места преступлений, а отношения с ними ещё наладятся, думал он. Но не прошло и недели, как его коллеги предложили увидеться вне работы, посидеть и выпить соджу. После он выяснил, что так они проверяли его на выносливость и умение адаптироваться. Они ни в коем случае не думали, что Чонгук лишний в их команде, наоборот: свежее мышление, которое всегда так не хватает.              — Нам нужно понять, связано ли это дело с другими. Вы же знаете, что буквально недавно, одного эскорт мальчика убили таким же способом и оставили на том же самом месте, — Чонгук присаживается за свой стол.       — Не понимаю, что он хочет этим показать, — хмурится Дэхён и внимательно рассматривает доску с расследованием, которую рисовал сам. — Либо преступник, который убивает по просьбе одного и того же человека, решил что скидывать тела в одно и тоже место очень гениально, и что это станет совсем нераскрываемое дело.       — Значит это действительно так, раз мы не можем узнать по чьей просьбе он или она это делает, — говорит Марк. Чонгук лишь устало выдыхает и продолжает мысль своего хёна.       — Выбросить труп на трассе, где никак не посмотришь по камерам номера, марку, да вообще ничего. Они могут это делать на разных машинах, в разное время.       — Мы должны раскрыть это дело. Проблема в том, что я не знаю как, — разводит руками Дэхён и отвлекается на свой кофе.       — Просто нужно узнать у агентства, каких клиентов наш труп обслуживал и тогда мы хоть на кого-то выйдем. Сможем поставить слежку…       — До того момента пока кого-то другого не грохнут? — злится Чонгук, перебивая Марка. — Нам разве это помогло? Они убили человека и мы не смогли это предотвратить. Ни одна из наших целей ни разу не была хоть как-то и в чем-то заподозрена.       — Можно завербовать своего человека для каждого из этих целей и попробовать проследить за ними. Если мы узнаем список людей, которых он обслуживал, может он сократится, может станет больше, может мы кого-то вычеркнем, — встаёт со своего места Марк. — Давайте действовать поэтапно, по маленькому шажочку, чтобы не ошибиться. Мы ещё не узнали заключение судмедэксперта и не должны торопиться.       — Надо понять причину, почему именно они, почему вообще эскорт парней убивают, почему именно парней? Наш убийца какой-то «обиженка» на них? По-моему это слишком глупая версия, — рассуждает Дэхён.       — Которую мы, к сожалению, не можем исключать, — бормочит Марк.       — Ну, так значит, нам сейчас нужно ехать туда? — указывает пальцем на фотографию агенства Чонгук.       — Мы с Марком поедем вдвоём, а ты пока заполни документы по прошлому делу и можешь ехать домой. Тебе нужно выспаться. Ты слишком много работал вчера и сегодня. Не думаю, что ты спал. Лишь бы это не переросло в эмоциональное выгорание.       — Я параллельно веду другое убийство, я не могу сейчас уехать. Лучше пойду к другим ребят после заполнения этих бумажек, помогу им чем смогу.       — Ты слишком много на себя берешь! И не должен помогать всем, — возмущается Дэхён.       — Если я могу, то почему бы и нет? У меня неплохо получается… В любом случае, вы сейчас теряете зря время, — хмуро отвечает Чонгук. Марк устало выдыхает. Молодой Чон всегда был таким упертым.       — Не задерживайся. Пока, Чонгук! — машет рукой Марк и вместе с Дэхёном выходит из кабинета, пока Чонгук бьётся головой об стол.              Ему действительно нужно немного отдохнуть, но мысли о том, что где-то сейчас по улицам ходят убийцы, а поймать их могут только они, мотивирует работать дальше.              Допивая свой любимый холодный кофе и заканчивая нелюбимую возню с бумажками, Чонгук собирает свои вещи в сумку и закрывает дверь на ключ. У них правило такое — кто младше, тот и заполняет всю документацию, пока не придёт другой новенький.              Чон замечает, что другие парни с отдела все ещё сидят над своим старым делом и рассказывают новые детали, которые он ещё не успел услышать. Джин добавляет новые фотографии подозреваемых и пишет под ними информацию. Телефон в кармане брюк начинает вибрировать, уведомляя хозяина о новых сообщениях, но он их игнорирует и продолжает слушать своих коллег, которые бурно ведут беседу.              Он задерживается всего лишь на пару часов. Как только у его коллег «сложилась полная картинка», они побежали за ордером на обыск квартиры сразу двух подозреваемых. Чонгук решил больше не мешать их делу и отправился на парковку к своей старой машине. Он совсем не жалуется, ему было достаточно того, что обслуживание машины обходится недорого, она не часто ломается, расход бензина не такой и большой, да и, в принципе, что она ездит. И как только он садится за руль и закидывает свою сумку назад, он проверяет новые уведомления. Это пишет Марк с сообщением о том, что они узнали отличную информацию и завтра, как тот появится в отделе, обязательно все расскажут, а ещё они желают ему спокойной ночи. Чонгук проверяет время.              — Ещё только семь часов.              Но как только он заваливается в квартиру, то сразу отключается на своей мягкой кровати, не слушая рассказы своего старшего брата о прошедшем дне.       

***

             Чимин продолжает жить дальше. Он пытается жить, не зная что делать. Он все так же ходит на работу, где иногда видит Юнги. Никто, кроме Намджуна, не знает, что каких-то почти четыре недели назад его друга не стало. Каждый раз, когда он приходит домой, ищет в прихожей разбросанные кроссовки Тэхёна, но их больше нет. Ему сказали, что их оставили на хранение, как вещественные доказательства. А ещё, дома больше не пахнет едой, либо постиранными вещами: Тэхён всегда любил добавлять кондиционер. О Чимине больше некому заботиться, как это делал раньше его друг.              Он заходит в диалог с Чонгуком, просматривая их переписку и думает, стоит ли ему позвонить? А потом задумывается. Когда они успели так быстро сдружиться, что он просит приехать не Намджуна, а его? И Чонгук без каких либо вопросов приезжает. Он привозит с собой любимое пиво Чимина и готовую еду в контейнерах. Они долгое время сидят на кухне в полной тишине, под звуки шумной улицы из-за открытого окна, пока полупустая бутылка Чимина не падает со стола.              — Чёрт.              Чонгук вскакивает со стула, чтобы помочь, но не делает и шага, понимая, что в этой квартире он всего лишь второй раз и совсем не знает где что находится. Он беспомощно наблюдает затем, как Чимин сметает осколки в совок и выкидывает в переполненный пакет для мусора.              — Может прогуляемся? Ты немного проветришься, нагуляешь аппетит.              Чимин какое-то время рассматривает лицо Чона и понимает, что с ним он чувствует себя в безопасности, не думая, что возможно, ему приходится быть с ним даже не по своей воле, а из чувства долга и служебной обязанности. Он старается об этом не думать. Ему просто точно так же комфортно, как и раньше с Тэхёном. Тэхён, он…              — Нет, Чимин, не плачь. Я прошу тебя.              Чон все же срывается со своего места и подбегает к нему, бережно обнимая со спины. Чимин же поворачивает голову и утыкается ему в рубашку, которую тот ещё не успел переодеть с работы. Чонгук аккуратно поглаживает его по макушке и пытается понять какого сейчас ему и через что приходится проходить. Мысленно пытается подобрать нужные слова, чтобы не задеть и сказать, что он искренне переживает.              — Извини, что обременяю тебя. Просто Тэхён, он… Его больше не вернуть. И я не знаю как жить дальше. У меня сейчас столько всего в жизни происходит. Чонгук, я не справляюсь. Кажется… Я не могу с этим справиться сам, мне нужна помощь.       

***

             Как только Чимин засыпает, Чонгук закрывает за собой дверь и спускается вниз на лифте. Бренча новой связкой ключей, он смотрит вниз под ноги. Он сам не знает что делать и как ему помочь. Кроме консультации со специалистом, ему больше ничего на ум не приходит. Сначала Чимин отрицал, он говорил что справится сам. И разговор с психологом тогда был пустой тратой времени. Но разве сейчас он не намекает, что готов поговорить с ним ещё раз?