On the roof

Солнечные лучи ещё не успели проникнуть в комнату Исыль, когда она уже тихо поднялась с кровати. Шесть часов утра. Говорят, тело привыкает к новым изменениям за двадцать один день, но, к счастью, у девушки это произошло раньше. Теперь ей было легче вставать в шесть утра на утренние тренировки, несмотря на то, что спала она всего три часа — почти всю ночь проверяла тесты. В этот раз — без звонка сонбэ. Сердце стучало быстрее не от усталости, а от одной-единственной мысли: как избежать встречи с профессором Ли. На спортивной площадке свежий утренний воздух бодрил. После лёгких упражнений девушка то и дело бросала взгляд в сторону корпуса, где находился кабинет профессора, словно умоляя, чтобы там не загорелся свет. Летая в своих мыслях, она пропустила мимо ушей замечания Кима, и тот, в свою очередь, был заметно раздражён. — Если снова ошибёшься, будешь бегать сорок кругов. — Сонбэ... — неожиданно обратилась Исыль. — Могу я попросить об одолжении? Парень подозрительно посмотрел на неё. — Можешь пойти со мной в кабинет профессора Ли? — Зачем? — Мне нужно вернуть тесты, — она кивнула в сторону папки, лежащей позади него. — Пожалуйста. Потом обязательно побегаю сорок кругов. Исыль подумала, что с ним ей будет хотя бы немного безопаснее. Сначала Ким отказывался, но стоило услышать обещание купить острую курицу на обед — сдался. Что не сделаешь ради еды. В холле университета она шла быстрыми шагами, стараясь не замедляться. Подойдя к кабинету профессора, Исыль встала на цыпочки и осторожно приложила ухо к двери. — Ты что делаешь? — неожиданно громко, как ей показалось, спросил Намджун. Она вздрогнула и тут же приложила указательный палец к губам, требуя тишины. — Собралась грабить, что ли? — усмехнулся он. Исыль, не отвечая, наклонилась и аккуратно просунула папку с листами под дверь через нижнюю щель. Пусть будет так, — прошептала она себе, ощущая странную смесь тревоги и облегчения. Намджун стоял, скрестив руки на груди, наблюдая за её действиями. Бровь была приподнята — он явно ждал объяснений. Но Исыль быстрыми шагами направилась вперёд, словно надеясь, что расстояние поможет не возвращаться мыслями к вчерашнему вечеру. — И что это было? Почему ты его избегаешь? — Давай продолжим тренировку? — Ты проверяешь за него тесты? И сколько это продолжается? Ким не отставал. — Сонбэ, — поспешно перебила она, — я изучила наше расписание. Оно... не слишком ли суровое? Это же не армия. Что за жестокость? Исыль начала ныть, намеренно уходя от темы. Ей совсем не хотелось говорить об этом. Она не хотела, чтобы кто-то подумал о ней плохо. — Это ещё цветочки, — строго ответил Ким. — Чтобы завоевать сердце парня, ты должна бороться. А твой противник — Чо Нара. Отличная фигура, уверенность и мечта половины университета. — Не надо... — еле слышно пробормотала Исыль и начала бег. * * * Перед первой парой она зашла в столовую — нужно было хоть немного прийти в себя. Позавтракать дома она так и не смогла. Свет утреннего солнца отражался от белых стен и металлических поверхностей. Исыль остановилась у входа — и сердце замерло. За одним из столов сидели Чонгук и Нара. Нара, заметив сводную сестру, как всегда усмехнулась и демонстративно положила руку поверх руки Чона. Холод прошёлся по груди. Словно кто-то невидимый ткнул прямо под рёбра. Исыль попыталась сглотнуть горечь, но взгляд сам искал Чонгука. Он сидел напротив и слегка улыбался — спокойно, легко. Внутри росло напряжение. Боль, ревность и странная радость от того, что он улыбается, переплелись в одно. Как же больно возвращаться в реальность... Невинное рукопожатие, всего один жест — а в голове уже выстроились десятки сценариев, вплоть до свадьбы. И как же больно, когда тебя резко и безжалостно возвращают обратно. Намджун стоял неподалёку и наблюдал молча. Его взгляд был холодным, но внимательным. Он видел, как Исыль чуть отступила, стараясь не привлекать внимания. — После завтрака — новые указания по диете, — сказал он ровно. Она кивнула, натянуто улыбнувшись. Аппетит исчез окончательно. Односторонняя любовь — всегда больно. * * * Перемена была короткой, но Исыль всё равно направилась к спортивной площадке. Это было единственное место, где она могла идти медленно и не притворяться. В наушниках играла музыка — негромкая, но будто заглушающая весь университет. Мир стал приглушённым, словно за стеклом. Она думала о столовой. О Наре — спокойной, уверенной. О том, как та сделала вид, что не узнала Исыль. О боли — тянущей, не резкой, но глубокой. Музыка сменилась. И в этот момент рядом легла чья-то тень. — Исыль. Она вздрогнула и сняла один наушник. Перед ней стоял Чонгук — всё с той же лучезарной улыбкой, от которой сбивалось дыхание. — Прости, если напугал, — неловко почесал затылок. — Я хотел кое-что отдать. Он протянул шоколадку. — За тот инцидент в магазине. Я был невнимателен. Исыль растерялась. Сердце снова билось слишком быстро. — Спасибо... — прошептала она, принимая шоколад. — Увидимся, — просто сказал он и ушёл. Музыка снова заиграла. Теперь — слишком светло, чтобы не бояться. * * * Исыль, увидев машину отца, немного опешила — господин Сон никогда не возвращался домой раньше десяти вечера. После инцидента с Чонгуком на площадке девушка никак не могла выбросить из головы ни его самого, ни тем более его лучезарную улыбку. Именно она словно придала ей сил — захотелось меняться быстрее, сильнее, упорнее. Исыль тут же написала сонбэ, желая продолжить тренировки в зале и заодно рассказать ему о шоколадке, которую подарил Гук. Но Намджун ответил коротко: он занят. Посоветовал ей самой заняться собой — прогуляться перед сном на свежем воздухе. Чуть позже Исыль отправила сообщение своему боссу, предупредив, что в скором времени уволится. Она решила полностью посвятить себя «завоеванию сердца Чонгука». Эта «необычная» шоколадка — необычная, конечно, только для неё — придала ей уверенности. Впервые за долгое время Исыль снова поверила, что когда-нибудь сможет стать девушкой баскетболиста. День выжал из неё всё: тренировки, пары, взгляды в столовой и мысли, от которых никак не удавалось избавиться. Она уже на ходу расстёгивала куртку, когда услышала смех из гостиной. Чужой. Непривычный. От этого внутри что-то сжалось, и шаг невольно замедлился. — Исыль, — позвала мачеха слишком громко и слишком сладко. — Ну иди же сюда. Поздоровайся с гостями. Не будь невежливой. Казалось, мачеха только её и ждала: она быстро взяла Исыль за локоть и почти силой потащила в гостиную. Там сидели гости. Мужчина средних лет с уверенной осанкой и женщина — ухоженная, спокойная, с тёплым взглядом. Они выглядели так, будто привыкли, что к их словам прислушиваются. — Здравствуйте, — тихо произнесла Исыль и чуть поклонилась. Женщина тут же улыбнулась и ответила тем же. И в этот момент взгляд Исыль зацепился за парня, который спокойно сидел в стороне и наблюдал за её реакцией. — Ты что тут делаешь?! — вырвалось у неё, прежде чем она успела себя остановить. Тут же Исыль закрыла рот ладонью. — Девочка моя, ты чего кричишь? Это так невоспитанно, — мачеха тут же надела виноватое выражение лица. — Простите, пожалуйста. — Я пойду наверх, — быстро сказала Исыль и, не дожидаясь ответа, покинула гостиную. Поднимаясь по лестнице, она уже доставала телефон. Зайдя в свою комнату и закрыв дверь, Исыль быстро напечатала сообщение. «Ты что тут делаешь? Ты точно домом не ошибся?» Ответ пришёл почти сразу. «А что? Рада меня видеть?» Исыль закусила губу и набрала новое сообщение. «Сонбэ, почему вы здесь?» Телефон снова завибрировал. «Ты не говорила мне, что ректор — твой отец. И что Нара — твоя сводная сестра». Исыль нахмурилась. «Это не относится к нашему делу... Можешь сказать, почему вы здесь?» Ответ пришёл быстро. Слишком быстро. «Нас собираются поженить.» Глаза Исыль расширились от удивления. Сердце ухнуло куда-то вниз. В этот момент в дверь постучали. — Исыль, — послышался голос домработницы. — Вас ждут внизу.