...Эхо любви...

Бывает, видишь сны похожие на реальность. Бывает, живешь как во сне. В нашем мире все когда-то и с кем-то бывает. Люди перестали удивляться маленьким случайностям, перестали верить в чудо, перестали мечтать, провожая глазами падающие звезды. Люди стали смотреть на мир трезво, научились здраво оценивать ситуацию. Если падают звезды, то это наверняка метеориты сгорают в атмосфере, если встретился со старым знакомым, значит так было написано у тебя на судьбе. Люди перестали верить в суеверия, прекрасно понимая, что об разбитое зеркало можно порезаться, и на этом семь лет неудачи заканчиваются. А черный кот, перешедший человеку дорогу, просто куда-то идет, не стоит усложнять. Да, именно, люди научились не усложнять. Не усложнять себе жизнь лишними вопросами, глупыми мыслями, несбывшимися мечтами. Даже судьба стала восприниматься как должное, как заранее прописанная программа, алгоритм действий, с выбором ответа в определенных местах. Люди перестали жить. Алгоритм не есть жизнь. И самое страшное, что вера в чудо убивается еще в детстве. Люди научились укорачивать детство. Люди научили детей взрослеть быстрее. Люди забрали у своих детей святое – детство. В мире, где не будет детей – не будет будущего. Мир без детей обречен на погибель. Люди обречены… Печально, но, к моему великому сожалению, это правда. Моя жизнь сама по себе стала чем-то необъяснимым. Я погрузился в сон, в этом нет сомнения, который был точь-в-точь как реальность. Мне, человеку далекому от мечтателей, повезло оказаться в мире полном чудес. Помнится, я мало верил в волшебство. Моя единственная мечта затрещала по швам, стоило только приблизиться к ее исполнению. А когда я вовсе смог к ней, моей мечте, прикоснуться, я обжегся. И знаете, я понял, как больно, когда мечты не сбываются. Да и вообще, когда взрослеешь, как-то перестаешь верить во весь этот бред. Перестаешь уповать на судьбу – сам строишь планы и добиваешься их исполнения. Перестаешь верить в случайности – все заранее запланировано, в удачу – это трудно достижимый успех, вообще перестаешь верить. Просто верить, без лишних приписок. Но сейчас, сидя за этим резным столом, я понимаю, как сильно заблуждался. Листая эти потрепанные временем страницы, я словно учусь заново жить. Как ребенок делает свои первые открытия, так и я знакомлюсь с чуждым мне миром. Когда я просыпался, то не сильно верил, что ночная беседа с Мисаки окажется действительностью. И опять ошибся. Теперь вот сижу в королевской библиотеке, среди массивных стеллажей, сплошь уставленных книгами, тело приятно согревает ткань темно-бардовой мантии и тоненькое пламя одинокой свечи. В одночасье мне на плечи свалились не хилые обязательства. Так, я теперь секретарь Советника его Величества, проще говоря - его личный помощник. В мире, где я ни разу не был, у меня оказывается, уже была роль. Более того, у меня была жизнь… Иная, я бы сказал волшебная, хотя, кто знает, быть может, живя здесь, я так же не замечал всей прелести это мира, как не замечал ее там, в родном Токио. Каким я был человеком? Во что я верил? На что надеялся? Мисаки исчез, кстати, совершенно неожиданно, даже не попрощавшись. Грустно, но неотвратимо. Помнится, его не знали придворные люди, выходит, он не мог остаться в поместье. Куда он отправился? Держится ли молодцом? Странно, но мы оказались в похожих ситуациях. Такое невозможно, скажете вы. Чушь. Невозможное возможно, теперь я это понимаю. И вообще, довольно мыслить так, словно ребенок в вас давным-давно погиб. Хватит строить из себя всезнающих, успешных, самодостаточных людей. Довольно. Оглянитесь вокруг, а лучше поднимите голову и взгляните на небо. Красиво, правда? Любовно огладив корешок выбранной книги, я вновь погрузился в чтение, знакомясь с историей и традициями этих мест. Из-за “временной потери памяти” им пришлось оградить меня от работы, хотя бы до момента как заживут все раны. А таковых было достаточно. Незначительные порезы были по всему телу, просто царапины, но чтобы не было, не дай Бог, заражения, пришлось перевязать самые крупные. Теперь у меня руки в белых перчатках из бинтов по локоть. Однако это все такие мелочи. Я вдруг почувствовал жизнь. Мне захотелось, действительно захотелось узнать об этом месте все, все и даже больше! И на мгновение я допустил мысль, совершенно дикую, что этот сон… Пожалуй, я бы хотел посмотреть, что там дальше. Я зачитался и не заметил, как за окном начало темнеть. На столе, к тому моменту выросли ровные рядки различных книг. Я изучил каждую, и теперь с определенной уверенностью мог заявить, об этом мире я знал большинство общеизвестных фактов. Тех фактов, что люди не страшатся изложить на бумаге. - Решил вспомнить все? Господин Хироки был местным книжником, хранителем этой библиотеки и ее тайн. А так же тайн правящей семьи, но это мелочи, не для ушей посторонних, безусловно. Его хмурый вид вводил в заблуждение, ибо человеком он был спокойным, относительно спокойным, и в меру отзывчивым. По крайней мере, со мной он был вполне обходителен. - Я помню только имена, и то не все. Нужно же как-то восполнить пробелы? Никогда не любил обманывать, но ложь во благо поможет мне сохранить в секрете свою маленькую тайну. - Правильно мыслишь. Лишиться твоего положения, только из-за потери памяти, тем более частичной, было бы глупо,- плавно скользя между стеллажами, книжник зажигал свечи, дабы разогнать густые сумерки. Он выглядел сосредоточенным, и только ушки выдавали его настоящее настроение – за день Хироки видимо устал. Кстати, об ушках. - Могу я задать вам один вопрос? - Прошу. - Ваши уши, вы эльф? Рука с зажженной лучиной замерла над очередной свечой. Вопрос мог прозвучать грубо, и я уже хотел извиниться, как Хироки обернулся ко мне, задувая огонек. - Чистокровный их представитель,- он впервые при мне усмехнулся и игриво передернул ушами. Я заворожено наблюдал, как они пропадают в волосах и тут же появляются вновь. Улыбка сама собой расцвела на моем лице, и я радовался этому маленькому открытию как ребенок. Камидзё не выдержал и, в конце концов, заливисто рассмеялся. - Еще вопросы? И я спросил. Раз, два, и потом до глубокой ночи. Я расспрашивал его обо всем, что успел прочитать, и о многом, что уже видел. Он рассказал мне о Лунах, о королевском саде, о городе, гордо носившем название Денеб Альгеди, о далекой столице; я узнал об эльфах, драконах, гномах. Я узнал, что цветы похожие на райских птиц, зовутся Стрелициями райскими. Что в городе полно волшебных народов, в том числе редко, но встречаются и представители драконов. Он рассказал мне об истоках королевской семьи, и легенду, связанную с Туфелькой Жаннетты. Частично посвятил меня в тайны магии, и поведал, какого это исцелять. Мы сидели в кругу теплого света свечи, и голос его мягко шелестел в тишине. За всю свою жизнь я впервые отключился от повседневности и погрузился в собственные мысли. Все о чем мы разговаривали, красочно представало у меня перед глазами, и это было восхитительно. Наверное дети чувствуют тоже самое, когда слушают сказки, жаль мне нечасто рассказывали их в детстве. Когда на небеса окончательно вышли Луны, священные хранительницы это мира, Хироки устало повел плечами – я совершенно замучил его своим неугомонным любопытством. Прикрыв глаза, он вздохнул, а после тихо произнес: - Странно, для человека просто забывшего, ты слишком многого не знаешь,- надеясь, что он не заметит как застучало мое сердце, я поспешил ответить. - Просто вспоминаю, на всякий случай. Кстати, я могу приступить к работе уже завтра,- перевести тему, что может быть безопаснее? - Как пожелаешь,- он не заметил моего волнения, вставая и задувая свечи. – Нужно будет предупредить Советника. Пускай объясняет тебе, что именно делать. - А вы?- перспектива встретиться с Масамунэ меня мало радовала. - Я понятия не имею, чем именно он нагружал тебя. Так что все вопросы организационного плана не ко мне. Прибравшись в библиотеке, мы вместе ее покинули, и по темным коридорам разошлись в направлении своих комнат. Прикрыв за собой дверь, я огляделся. В редком свете Луны моя комната выглядела иначе. Кровать у стены, стол перед окном, шкаф и отдельная ванная комната. Это все что имелось в моем распоряжении, но воспринять это как свой дом, я не мог. Новая информация забила голову до отказа, было интересно, но в тоже время страшно. Что вдруг если я застряну тут?… Среди этого волшебства и каждодневного чуда… В дверь неловко постучались, и я отвлекся от неприятных мыслей. - Простите господин, я принес вам…- Мисаки застыл на пороге, с открытым ртом и стопкой белья в руках.- Рицу? - Мисаки?- он радостно улыбнулся, и я вдруг почувствовал себя лучше. - Проходи. Как ты тут? Он только пожал плечами, укладывая стопку в шкаф. - Устроился на работу. Прислуга Его Величества, ну, звучит? - А личный секретарь Советника Короля, как тебе? Мы оба засмеялись, но вскоре голоса наши затихли, оставив грустные улыбки на лицах. Мы переглянулись, разговор не вязался, да он и не был нам так уж необходим. - Выходит кошмар продолжается?...- вопрос не требующий ответа. - Выходит что так. Мисаки так и остался в моей комнате, оказывается, его поселили в какой-то кладовке, там не было даже окна. А моей кровати хватило бы и на троих, да и боязно было оставаться надолго одним. Мы так и уснули перешептываясь. Я рассказывал, ему что узнал, а он внимательно слушал, изредка зевая. Он поднялся еще до восхода солнца, чтобы незамеченным проскользнуть в свою комнату. А я отключился еще на пару часов, мысленно проснувшись у себя дома.

***

Мне казалось, я знаю, каково это отдаваться работе полностью. Тем более, вспоминая какой Акихико хозяин, неудивительно, что каждый день мне приходилось вкалывать по-черному убирая его шикарный по размерам дом. Но выходит, это были только цветочки. Отвратительные такие пыльные цветочки, все еще кружащие вокруг меня всем своим необъятным скопищем. А все потому что я не удержался на стремянке, точнее лестнице, когда протирал захламленные гардины, в одной из многочисленных комнат поместья, и полетел как неоперившийся птенец вниз, конечно же, оборвав по пути эту самую гардину. Не скажу, что она смягчила мне падение, зато ворох пыли подняла не хилый. Теперь вся моя двух часовая работа коту под хвост. Обидно до слез. Шмыгнув носом, я устроился поудобнее, вальяжно закинув одну руку за голову, а второй подтягивая гардину – укрываясь. Укутанный в красный бархат как Цезарь, я погрузился в раздумья, ибо подумать было над чем. Утро мое началось еще затемно, далеко до восхода солнца. Я-то наделся, что еще подремлю часика так два, после того как удачно ушел под покровом тьмы от Рицу. Но тихий стук в дверь меня сумел переубедить. Сёта, как самый безответственный работник, с удовольствием согласился сходить и разбудить меня. А после и вовсе препроводить до прачечной. Вот с этого момента я и понял, что ошибался. Меня запрягли, как паховую лошадь и вознамерились не отпускать до момента, пока я не свалюсь с ног замертво. Мне пришлось перестирать десятки вещей: полотенца, занавески, скатерти, салфетки, постельное… Отчего же стирал я один? Нет, не один, в компании очаровательных девушек, которые стирали, выжимали, гладили, сортировали, в общем, трудились наравне со мной. Часа через три, когда уже взошло солнце… Хотя, нет. Не так. Наконец, когда взошло солнце, меня вытянули на кухню. Его Величество вставал поздно, а то я не знаю когда и как обычно просыпался Великий и Божественный, но это совершенно не значило, что завтрак ему начнут готовить за мгновение до пробуждения. Вот люди и вставали ни свет, ни заря, и на кухне, в том числе жизнь уже кипела вовсю. Меня как младшего и неопытного, вдобавок ко всему еще и новенького, поставили конечно же перемывать посуду. И ее было много. Очень много. Эти чертовы белоснежные горы посуды будут преследовать меня теперь в кошмарах еще долгое время. А после с победным видом Мино вручил мне швабру, тряпку и ведро – пришло время выдраить полы. Сёта сочувствующе похлопал меня по плечу и смылся, только пятки сверкали, остался я в кухне на пару со шваброй. Делать нечего, посильнее затянув косынку на голове и закатав рукава рубашки, уже не белоснежно свежей, я принялся за полы. На кухне остались девчонки, госпожа Андо – лучший повар в городе, и Хатори – второй главный повар короля, безусловно, после Андо. Девушки могли позволить себе перерыв, чем они тут же воспользовались. Заварив по чашечке чая, они увлеченно перешептывались, обсуждая наверняка последние сплетни в городе. Кстати, в чем я смог убедиться в свой первый полный рабочий день, так это то, что за любой информацией нужно идти на кухню. Столько сплетен, сколько проходит через кухню, не доведется услышать более нигде. Каждый случайно зашедший человек обязательно принесет с собой пару-тройку новостей, главное вовремя услышать. А не удалось услышать, тогда спросите. И вам ответят, будьте уверены. Вымученно облокотившись на швабру, я перевел дыхание. Отмыть кухонный пол оказалось сложнее, чем я думал, благо я справился. - Отдохни. Ты славно потрудился,- Хатори протянул мне чашку с горячим чаем. Я благодарно улыбнулся, и принял кружку, жадно вдыхая ягодный запах. Спину ломило, руки затекли, шея отваливалась - а я чувствовал себя самым счастливым человеком, просто вдыхая аромат горячего чая. Миссис Андо что-то уже варила в котле, ловко лавирую между столами, несмотря на свою довольно-таки пышную фигуру, Ёсиюки ей помогал, а я самым наглым образом отдыхал. Правда, замечтавшись, я не заметил, как стих шепот и стук ножа. Пришел в себя только после неуверенных слов: - Простите я…Можно мне просто здесь посидеть? В проходе стоял, переминаясь с ноги на ногу, Рицу собственной персоной. Он выглядел смущенным, но податься парню было больше некуда, и я его прекрасно понимал. - Входите, коль пришли,- Андо поправила чепец и вновь вернулась к готовке, пробуя массивной ложкой золотистый бульон. Онодэра благодарно кивнул, и медленно поплелся ко мне. Девчонки, похватав накрахмаленные передники, хихикая, промчались вон из кухни, а я приветственно отсалютировал другу кружкой. Тот сел за самый дальний конец стола, обхватывая себя руками, и чему-то недовольно хмурясь. - Все в порядке? - Кем я был до крушения?- тихий вкрадчивый шепот заставил меня напрячься, и этот взгляд в упор, словно я обязан знать ответ на этот абсурдный вопрос. Самое ужасное, что я знал. На кухне только и делали, что обсуждали крушение кареты, да потерю памяти секретаря. Я невольно стал свидетелем этого неприятного разговора, и уже сто раз успел пожалеть, что не страдаю глухотой.- Ты знаешь, да? Оглянувшись и убедившись, что ни Хатори, ни Андо не слушают нас, я шепотом поведал то, что мне довелось услышать. Слова пришлось выдавливать из себя, пару раз я запинался, смущенно отводя глаза, несколько раз вообще замолкал. А Рицу слушал, закусив губу, и я видел, как глаза застилает его пелена, видел, но не мог уже промолчать. - Подстилка Советника?- голос дрогнул, и на лице его отразилась ужасная гримаса отвращения. В это действительно было тяжело поверить, но в этом мире Онодэра и Такано были знакомы по-своему близко. Я понятия не имел, добровольно ли Рицу, тот Рицу, согласился лечь к нему в постель, но слава личной игрушки прочно закрепилась за ним с тех пор. Все знали, каким именно образом отдаются приказы и как они исполняются. Правда легкодоступным он не был, и постель делил только с Советником, который в свою очередь верностью и преданностью не страдал. Однако при этом, известна была пара моментов, когда особые договоры закреплялись именно передачей Онодэры во временное пользование тех или иных людей. Не трудно догадаться, чем они занимались. И теперь обитателей поместья интересовало, помешает ли амнезия отношениям Хозяина и его личной подкладки. Я знаю, как противно было это слушать, но личного отвращения к парню я не испытывал. Наоборот хотелось хоть как-то его поддержать и успокоить, но тело словно парализованное, отказывалось двигаться. - Ха, а я-то думал, с чего бы вдруг,- кривая усмешка отдавала внутренней злостью. - Что случилось? - Все в порядке. Подстилка…Подумать только. Он с силой сжал руки, так что побелели костяшки. Я хотел успокоить друга, но правильных слов подобрать так и смог. На кухне повисла напряженная тишина. - И чего же все теперь от меня ждут?- он поднял глаза, и мне оставалось только поражаться злости плескавшейся в глубине этих зеленых омутов. В нависшей тишине стук ударившейся ложки об стол был подобен грому, а последовавший за этим голос не предвещал ничего хорошего. - Плевать, чего от тебя ждут другие!- Андо сурово уставилась на Рицу, и ложка в ее руках выглядела чересчур воинственно. – Теперь все зависит только от тебя самого. Закинув специи в суп, женщина вытерла руки фартуком, а после продолжила. - Я знала тебя еще мальчишкой. Ты пешком под стол ходил, когда я здесь уже работала, и как ты думаешь, кто с тобой нянчился?! Твои родители не могли нарадоваться успехам сына, не говоря уже о должности Секретаря. Но это было ошибкой,- она со злостью затянула передник, дабы не ерзал, и принялась усердно нарезать овощи.- Этот ублюдок Такано испохабил тебе все жизнь. Совратил и стал подкладывать в постель к важным шишкам! Была бы моя воля, уже бы четвертовала гада! Нож с тихим свистом вошел в столешницу почти наполовину, как по маслу сквозь дерево. - Но Боги благосклонны к тебе. Они украли у тебя память, дабы ты изменил свою жизнь! Так не будь же идиотом, не опускай прошлых ошибок,- глаза в глаза, уже беззлобно, а по-матерински взволнованно. - Я понял. Спасибо. На искреннюю улыбку Онодэры Андо только повела плечом. Она переживала за этого парня, переживала как мать, ведь ей довелось растить его практически с малых лет. И когда жизнь Рицу пошла под откос она не могла скрыть слез украдкой. Но с тех самых пор мальчишка, названный сын, не заходил более на кухню, и величать его просил на Вы, да и смотрел с высока, хотя гордиться особо было нечем. Обстановка накалилась бы вновь, если бы Хатори не предложил нам чаю. Сам он занялся готовкой - время близилось к обеду. Поговорить нам более не удалось. Рицу ушел к себе в кабинет, сославшись на занятость, а за мной явился Чиаки, еще один парень из прислуги, и потянул наверх, на второй этаж в комнаты для гостей. Вот так я и оказался тут, на полу, в пыли и бархате, полный горестных раздумий. Дверь скрипнула, и послышался удивленный свист. - Ну, ты и даешь, дружище. Охренеть. Что здесь произошло?- Сёта развел руками не в силах описать масштабы бедствия словами. - Я натираю полы,- оттолкнувшись ногами от близстоящего кресла, проехался по полу несколько сантиметров и замер, запутавшись в гардине. - Мда…С кем мне приходится работать,- театрально закатив глаза, Киса помог мне выпутаться из плена.- Ладно, не время наводить порядок. Пошли. - Куда?- я все же попытался скрутить штору, но меня упрямо потянули за руку. - Общий сбор в холле. У нас форс-мажор. Полный догадок я понесся за ним, мысленно отмечая перенасыщенность дня событиями.

***

В холле в этот горестный момент развернулись самые настоящие военные действия. Стены ходили ходуном от ора, который там стоял. Нам посчастливилось лицезреть Его Величество, вальяжно развалившегося в мягком кресле и с совершенно отсутствующим видом слушающего причитания своего Книжника, по совместительству и главного лекаря. По правую руку от короля стоял укутанный в черную мантию его Советник, и на лице его было выражение полного пренебрежения к словам оратора. Напротив, у противоположной стены, как раз между двумя большими напольными горшками с цветами стояли в два ряда большинство прислуги, среди которых я успел заметить братишку и Рицу, понуро опустившего голову. Не укрылось от взгляда и то, как г-н Такано сверлил своего помощника взглядом. Теперь у меня нет сомнений – днем что-то случилось. Тем временем крик прервался и Хироки развернулся к королю, указывая на него пальцем. - Ты! В его смерти виноват ты! И ты ни капли не раскаиваешься. - Еда была отравлена,- в отличие от книжника Акихико говорил спокойно и уверенно, как и всегда в принципе. - У тебя есть дегустаторы, какого же ты приказал испробовать еду пажу?! Зачем?- устало массируя переносицу, Камидзё продолжил тише.- Пятый. У тебя умер уже пятый паж. - Господин Хироки, Его Величество вообще не должен волновать такой вопрос, как не отравлена ли еда. Да и безопасность нашего Короля не должна подвергаться сомнению.- Такано обвел властным взглядом публику, пока братишка не вышел неуверенно из строя. - Господин Советник, простите мне мою дерзость, но я лично проверяю приготовленную на кухне еду. А после ее проверяют в очередной раз уже дегустаторы, перед тем как непосредственно подать Его Величеству к столу. - Выходит ее успевают отравить в промежутке после проверки.- Такахиро загнано оглянулся, боясь найти подтверждение его словам.- И в этом случае тень падает на ваших подопечных людей, и… - Довольно,- Усаги грубо прервал речь Советника, не одарив его даже взглядом.- Такахиро служит мне верой и правдой уже не первый год, и я верю ему как себе. Взгляд Акихико потеплел, стоило обратить только внимание на братишку, и я узнал этот взгляд. Неприятно кольнуло в груди, пришлось с силой сжать ткань жилетки. Как-то непривычно видеть взгляд фиалковых глаз полный нежности направленный не на тебя. Непривычно и…Больно? - И если он доверяет своим людям, то и я им доверяю.- Масамунэ недовольно цокнул, и Хироки перенял у него эстафету. - Тем не менее, результат на лицо. Уже пятый мальчишка умирает в твоих покоях,- король вновь безучастно откинулся в кресле – ему была неинтересна судьба мальчишки – пажа.- Господин Такафуми, что у нас с личной безопасностью нашего Короля? Тень от смерти пажа падает и на вас в том числе. Взглянув на выше обозначенного господина, я заметил, как загнано на него оглянулся Рицу. Мужчина же уверенной походкой вышел в центр зала, отвесил глубокий поклон Акихико и поразил всех кратким ответом: - Расследование уже ведется. Виновные будут найдены и наказаны. - Ладно, дальнейшие разговоры не для всеобщих ушей. Господа будьте впредь более сознательны и ответственны,- разведя руками в стороны, Хироки выдержал паузу.- А теперь давайте решим вопрос с королевским пажом. Шепот прокатился по стоявшей прислуге. Девушки испуганно зажмурились, опуская головы, парни молча стиснули зубы, дабы не высказать в лицо правителя все, что они о нем думают. И опять братику пришлось выручать всех, взяв на себя пальму первенства. - Ваше Величество, если позволите,- Усаги заинтересовано уставился на Такахиро.- Откровенно говоря, по своей воле никто из ребят, а тем более девушек, не согласится на эту, ныне смертельно опасную, роль. И я не хотел бы никого принуждать, с вашего позволения… - А новенький? Понятия не имею, какая сволочь это выкрикнула, но руки уже зачесались. Нужно будет найти его и дать по морде, подставщику. Я был знаком не со всем персоналом естественно, однако я и предположить не мог, что уже кто-то воспылает ко мне нелюбовью. - Новенький?- Такано тоже заинтересовано обернулся.- Вы приняли кого-то новенького в прислуги? - Да,- Такахиро замялся, а после скомкано ответил.- Мисаки, простой разнорабочий, еще совсем мальчишка. - Так и быть. Распорядись о его назначении и пришли через полчаса ко мне в покои.- И показывая всем своим видом, что разговор окончен, Акихико встал и направился прочь из холла. Толпа к слову тоже стала рассасываться, и заодно ободряюще хлопать меня по плечам на выходе. Виноватый взгляд братишки – и я понял, что попал. Махнул рукой, мол, следуй за мной, и мы отправились в подсобку. Там он молча выдал мне новую, ярко-красную форму и свежую рубашку. И пока я переодевался, там же в крохотной подсобке, Такахиро молчал, изредка тяжело вздыхая. - Мисаки, ты прости его если что. Он не такой плохой человек, как кажется, просто жизнь у него такая. Я весело улыбнулся и уверил его, что все нормально. Как-никак не каждый способен получить повышение в первый же день работы, так что мне, считай, повезло. Сам я ужасно волновался. Человек, которого я знал, остался в другом мире, а этот Акихико чужд мне. Да и я для него только случайный мальчишка, очередной паж. Смогу ли я прислуживать тому, кто страстно шептал мне слова любви по ночам? Смогу ли я смириться с его равнодушным взглядом? И взглядом полным обожания моему псевдо братишке? Посмотрим. Возможно, завтра это все закончится, и мне не придется переживать подобное. - И главное ничего не пробуй сам! Лучше потрать минуту и позови дегустатора,- получив последние наставления и благословения, я под горестные вздохи Такахиро направился в королевские покои.

***

Если весь дом в целом был просто произведением искусства, то покои Акихико были шикарными, и даже более. Крученые ножки у мебели, обитые бархатом и кожей подушки, шелковые простыни, красивейший балдахин над кроватью, массивный стол из красного дерева посредине комнаты и стеллажи вдоль стен с книгами. Многоярусная люстра из хрусталя дополняла композицию, а цветы в расписанных вазах привносили свежую нотку. Было красиво, но непривычно. Хотя, если задуматься мой Усаги примерно так же, с тем же размахом, уставил собственную квартиру, и чему я вообще удивляюсь? Инструкций на счет того, что я должен делать, я не получил. Поэтому пришлось остановиться в центре комнаты, глупо надеясь, что меня не заметят. Какой же я еще наивный парень, сам поражаюсь. Стоило вырваться из груди разочарованному вздоху, как появился король. Его Величество окинул меня холодным взглядом, медленно вытянул сигарету из золотого портсигара, закурил и только после третьей глубокой затяжки мне отдали приказ. - Приготовь ванную,- дым полетел в мою сторону, а вместе с ним и презренный взгляд. Оставалось только склониться в знак почтения, и с бесцветным “Слушаюсь, мой Господин” отправиться в ванную комнату. Молясь всем известным мне Богам, я стал набирать воду, заодно просматривая флакончики, стоявшие на резных полочках. Названия неизвестных мне трав, резали глаза, и все же выбрав одно приятно пахнувшее масло, я осмелился добавить его в воду. Комната тут же наполнилась нежным приятным травяным ароматом, с цветочными нотками. Заранее приготовив банное полотенце, найденное в одном из шкафов и мочалку из неизвестного мне материала, я осмелился позвать Усаги, вернее Его Величество, принять ванную. Он не стал медлить, проходя в комнату, и стягивая с себя одежду, что сразу же летела прямиком на пол. Дабы не пялиться столь нагло на открывавшееся тело этого знакомого незнакомца я отвернулся закрывая дверь поплотнее. Воздух стал нагреваться, и я почувствовал себя неуютно в костюме. - Повернись и иди уже сюда,- противиться властному тону я не стал, поспешив выполнить его указ. Акихико уже успел раздеться, и даже более того погрузиться в воду. Он положил руки на борта ванны и выжидающе уставился на меня, в то время как я заворожено рассматривал его прекрасное тело. - И долго мне еще ждать?- одного недоуменного взгляда хватило, чтобы он раздраженно выдохнул.- Подложи мне полотенце под голову и не стой уже как истукан, приступай к своим прямым обязанностям. Как там в песне? Есть только миг, между прошлым и будущем…А у меня был только миг, дабы понять, в чем заключаются мои обязанности. Найдя маленькое полотенце, я сложил его и аккуратно подложил под голову Его Величества. Он сразу же расслабленно откинул голову на борт, блаженно закрывая глаза и наслаждаясь ароматом, витавшем в воздухе. Однако бдительности он не потерял, а потому до меня долетело тихое, но твердое: - Возьми уже эту чертову мочалку. И до меня, наконец, дошло. А стоило мне осознать, как я тут же залился краской до самых кончиков ушей. Правда, выбора у меня не было, пришлось трясущимися руками взять мочалку. Окунув ее в воду, я вылил на нее содержимое очередного флакона, благо я угадал, и смесь сразу же запенилась. И сделав глубокий вдох, я осторожно провел мочалкой по его груди. Руки дрожали, уши горели, сердце готово было вырваться из груди, а я старался не смотреть на Акихико, блаженно откинувшегося в ванной, так как вода была абсолютно прозрачной и… И… И это было впервые, когда я видел его полностью без одежды, и при этом он не пытался затащить меня в постель. Так непривычно было прикасаться к нему, без всяких намеков, чувствовать под рукой, как перекатываются напряженные мышцы, и бьется сердце. Затаив дыхание, я следил за движением собственной руки, допустив грешную мысль, что сон сей не так уж и плох. Пока глазами не встретился с его внимательным взглядом из-под полуопущенных век. Загоревшись, как помидор, я уставился в пол, забыв, что в руке мочалка. - Довольно. Свободен,- он перехватил у меня мочалку, откидывая ее в дальний угол ванны и вновь устраиваясь на ее борту. А я смущенный до предела выскочил из ванной комнаты, захлопнув дверь. Мне оставалось только в панике заметаться по комнате, а после, переведя дух – успокоиться. Почему я так смутился, ведь это мой Акихико. Даже если по какой-то причине он меня не помнит, я чувствую, что это он, Акихико Усами, человек, признавшийся мне некогда в любви. Чувства чувствами, а против разума не попрешь. Головой то я понимаю, что все это сон, бред больного мозга, последствия отравления, что угодно но не реальность. Но сердце предательски щемится, стоит только встретиться с ним взглядом. И что мне делать, кто подскажет? Дверь отворилась и в комнату скользнула девушка, в коротеньком платьице служанки. В руках она держала поднос с фруктами и бутылкой вина. Она робко улыбнулась мне и поставила принесенное на стол. Уже через мгновение в комнате появился и сам король. За ним тянулись клубы ароматного пара, и только банное полотенце, приготовленное мной, прикрывало его бедра. Он величественно прошествовал к кровати, а я не смог отвести глаз от мелких капелек, стекающих по его спине. Он присел и утвердительно кивнул нежданной гостье, после чего девушка ловко забралась на постель, устраиваясь как раз за спиной Усаги. Достав пузырек из кармашка на переднике, она вылила его содержимое себе на ладошку и стала втирать его в плечи Акихико. До меня дошел тонкий запах эфирного масла, да только это было последнее, что меня волновало. Ее руки скользили по его широким плечам, массируя и растирая, делая массаж. Только вот в массаже нет никакой необходимости нежно гладить шею и медленно скользить тонкими ручонками по его груди. И в то время как я ошарашенный представленной картиной, не мог вспомнить, как дышать, Акихико наслаждался “массажем” покрасневшей и томно дышавшей в затылок девушки. Наслаждался, но о моем присутствии не забывал. И когда она особенно провоцирующее огладила его по бокам, он лениво раскрыл веки, тяжело воззрившись на меня. - Вон. И большего я не удостоился. Порывисто развернувшись, я поспешил покинуть ненавистную мне комнату. Но зачем же я оглянулся, прежде чем закрыть дверь? Возможно, просто захлопнув ее, я бы не увидел, как девушка оседлала его бедра, и как его руки заскользили по ее стройным ногам. После, путь до комнаты мне показался вечностью. Я не понимал, совершенно не понимал, почему человек, который любил меня, сейчас лапал неизвестную мне девушку? Почему в этом чертовом кошмаре я лишился самого дорого, что было в моей жизни? Да, только теперь я понял, что значит быть никем. Никем даже для человека, которого я продолжаю звать своим возлюбленным. Конечно, весь этот бред закончится, и я обязательно проснусь в ласковых объятиях Акихико, так ведь? Это ведь не реальность, а только плод моего воображения? Вопросы, море вопросов и ни одного ответа. А видеть его с другой оказывается больно даже во сне… И плевать мне, что он не знает меня. Это больно, пускай, и нет слез, только необъяснимый вой. И я вою в подушку, в надежде проснуться, а где-то там, в королевских покоях, Усаги развлекается с чертовой шлюхой… Если это сон, то я хочу проснуться. И лучше если это произойдет сейчас.