Случай в гримёрке

По дороге ехали молча, а слов и не надо. Арсений сел на заднее сиденье, к Лене. Он попытался ее приобнять, но девушка вздрогнула и отодвинулась. «Блять», — Попову не надо объяснять — он сам все понял. Лене страшно, неприятно. Она не хочет, чтобы ее теперь кто-то касался. Говорить что-то трудно, за это время девушка привыкла молчать, но поблагодарить надо, хотя обычных слов мало… -Спасибо…- неловкая пауза, — большое, — слезы заполнили глаза, их невозможно было сдержать. -Лен, спокойно, сейчас все хорошо. Он тебя больше не тронет. Все. Будет. Нормально. Лена… Но она уже не особо слышала. В ушах все звенело. Эмоция, переживания, сдерживаемые на протяжении двух с половиной месяцев, хлынули наружу. Теперь певица сама придвинулась к актеру. Тот старался ее не касаться. Но хотелось. И Лене хотелось, однако неприятные ощущения и колючие воспоминания сразу заполняли ее тело. -Простите… -Лена, — голос мужчины звучал ласково, но с нотками тревоги, — Леночка… Мы с тобой. Все хорошо. Да, Сереж? -Конечно, — в зеркале отражался его сверлящий Арса взгляд. «Ну кто так успокаивает?! Дурачок мой.» — Лен, тебе включить музыку? Отвлечься, так сказать. Она кивнула, хотя из-за шума в ушах вряд ли можно что-то услышать. Включили. На радиоволне играла убийственная теперь для Лены песня. «Под грустный дэнс я отпускаю нашу любовь. Только здесь я оттанцую всю свою боль…» Воспоминания картинками всплыли в голове. Тело будто стало ощущать его руки. Новый поток слез хлынул ливнем из глаз. Удушье подступило к горлу. Певица не хотела слышать эту песню, но сказать об этом сейчас не могла. Почему? Никто не знает. Ей неловко. Не столько с ситуации, сколько просто говорить что-либо. Ни Арс, ни Сережа не поняли ее жеста. «Тот, кто был мне необходим, слишком чужой, чтобы быть родным.» Песня безжалостно продолжала звучать, заглушая тишину в машине. -Переключите, пожалуйста, — заикаясь, попросила девушка. -Хорошо, Лен… *** Дорога далась тяжело. Напряжение заполняло стены машины всю дорогу. Но они наконец-то доехали. В кабинете их уже ждали. Сначала зашли втроем, но следователь попросил друзей выйти. Матвиенко не заставил себя ждать — не нравилось ему это место — а вот Попов… Попов начал спорить, проситься посидеть, поддержать, но это не работало. -Не положено. Нельзя. -Почему это?! -Арс, иди. -Лен… -Мужчина, Вы только проблем создаете. -Ладно, Лен. Вышел. -Да че они меня выгнали?! Она ж не сможет одна… -Арс, все будет нормально. Ну вот что ты как маленький?! Ждут. Попов встал, начал ходить взад-вперед, перебирать пальцы. -Что за привычка, а?! Сам на нервах и других заводит! Сядь уже! -Серег, отвали. Пару раз из-за двери доносились всхлипы. Да. Арс подслушивал прямо там. Не мог он иначе. Время, как назло, шло слишком медленно. Только спустя 40 минут девушка вышла с немного красными глазами. Мужчины, как по команде, резко поднялись. -Ну что? -Все. Завтра надо будет еще сюда прийти и посмотреть, насколько тяжкий вред нанесен. -Его посадят, накажут? -Зависит от того, какой вред он нанес. Могут и на два года посадить, а могут и исправительные работы на 360 часов назначить. Либо более суровые меры наказания. -М-да… Ладно, будем ждать. Сейчас можно идти? -Да. -Сереж, к тебе? -Конечно. -Может ко мне заедем? Я давно не была в своей квартире… Там, наверное, уже все цветы высохли… -Ты переехала в Москву? -Давно. Чуть позже после… -Понятно. Нет. Мы поедем к Сереге. -Ладно. *** Хорошо что у Матвиенко трёхкомнатная квартира — каждый может отдельно спать. -Ужин предлагаю заказать. Так будет быстрее. Все согласны? -Я да. Лен? -Я не голодная…- девушка замялась. -Да ты посмотри на себя! Ты же похудела, так и до анорексии недалеко. -Арс… -Просто скажи, что будешь. Либо мы выберем на свой вкус. -Но… -Ясно. Серег, ты знаешь, что мне заказывать, ей давай то же самое. -Понял. -Ребят… Мне бы переодеться… Только не во что… -У меня оставались пару старых вещей Попова, скорее всего кофты или футболки, а вот насчет штанов… Не помню. Мои тебе будут еще больше. -Ну хоть что-то… -Сейчас, — Матвиенко ушел в другую комнату. Лена и Арсений остались вдвоём. Актер смотрел на певицу пристальным, изучающим взглядом, та покраснела. Ей до сих пор не верилось в происходящее. Впервые за последнее время наступление восьми не было предвестником чего-то ужасного. Можно не бояться разговаривать, шевелиться, делать что-то не так… По-хорошему надо еще нормально поговорить со спасителями, поблагодарить, но, видимо, не сегодня… Не сейчас… Тишина на пару с неловкостью давит. И как им объяснить, что без слов лучше… Для подтверждения своих мыслей или по каким-то другим причинам Лена посмотрела на Арсения. Тот все так же разглядывал ее. Будто не мог узнать. В его обеспокоенных глазах стоял вопрос, но он, по-видимому, боялся спросить. -Вот, держи футболку, Лен, — Матвиенко прервал это гробовое молчание. -Спасибо. А кофты нет? -Бля-я-ять… -Ладно-ладно, не надо. Арс усмехнулся, а певица пошла в ванную, надеясь смыть с себя все воспоминания, балластом легшие на ее сердце. Однако это сделать не удалось. Горячая вода обжигала кожу, синяки и красные полосы, становилось еще больнее. Сев в ванну полностью и облив себя с головой, Лена начала плакать. Она слишком долго держалась, чтобы сейчас этого не сделать. Она не могла даже взглянуть на свое тело — оно напоминало о недалеком прошлом. «А завтра еще и в участок…» Страх перед неизвестностью, будущим поглощал ее. Чувство долга перед друзьями тоже. Она захлебывалась слезами с водой, но продолжала держать душ над головой. Мысли метались, не давали покоя. Одна сменяла вторую, та — третью. Вопросов было много, а ответов — ноль. Лена не следила за временем, оно для нее в тот миг остановилось, поэтому, когда Арсений начал стучать в ванную и спрашивать про самочувствие, певица вздрогнула. -Лен, открой. -Я выхожу уже. -Хорошо, — разочарованно сказал Арс. «Надо собраться. Теперь всё будет как раньше. Выйти, улыбнуться, поблагодарить.» Девушка и правда пришла через несколько минут. Глаза у Попова загорелись, когда Лена показалась в его футболке. Та же наоборот. Ей было стыдно выходить с избитыми голыми руками и ногами. -Ты чего так долго? Уже даже еда пришла, — сказал Матвиенко, занося привезённый ужин. -Простите… -Да ладно тебе. А что…- Сережа осекся, а Арс уже злобно смотрел в его сторону. -Ты про синяки? — на удивление спокойно спросила Лена, - «Господи, зачем я это начала?!» -Забей. -Да, это он сделал, — карие глаза заполнились слезами, — в подобных все тело. Если честно, я думала, что живой оттуда не выберусь, а тут…- девушка опять задыхалась, — спасибо, — чуть ли не крича поблагодарила Лена, - «Блять.» Она прошла на диван к Попову. Тот аккуратно обнял ее. Певица уже не была против. Она нуждалась в этом, поэтому пересиливала себя. Матвиенко тоже не стоял в стороне, а присоединился к этим объятиям. Сердце Лены билось часто и сильно, что очень мешало сейчас, ведь актер это чувствовал. Он и сам-то был не лучше — в носу странно щекотало, рябило. Момент милый, домашний, но неловкий, хотя девушке полегчало… «Как хорошо, что есть такие люди…» -Спасибо, ребят. - Она наконец-то искренне улыбнулась. Когда Лена и Арс были в отношениях, сформировалась привычка иногда пересматривать старые выпуски «Импровизации». После приступов это хорошо помогало, поэтому и сейчас Попов предложил включить 2 сезон шоу. -О-о, всегда только «за». А ты, Лен? -Согласна. -Отлично, — подытожил актер. «С ними так уютно, спокойно…» — девушка, полностью расслабленная, сидела между двух мужчин. Сережа разрешил положить на него ноги, а Арс легонько обнял певицу, склоняя ее голову к своему плечу. Смеялись много, громко, часто. Когда выходил кто-то из друзей, Лена сначала смотрела в экран, а после переводила взгляд на комика. Пересмотрели выпуска три — четыре. Лица красные, щеки болят от смеха. -Так, Лен, тебе еще завтра в участок, давайте спать? — Арсений беспокоился за девушку. Причем очень сильно. -Ну, может еще чуток? -Правда, Арс, расслабься. Не будь ворчливым, старым дедом. -Ой, ладно-ладно. Включили еще одну серию, однако ее до конца досмотреть не получилось. Ближе к середине Лена уснула, голову располагая на плече Попова, а ноги — на коленях Матвиенко. -Сереж, — тихо сказал Арс, — может не будем ее одну оставлять? -На что ты намекаешь? -Я посижу с ней? -Нет, давай не сегодня. Пусть она одна отдохнет. -Ок, — холодно ответил Арсений, хоть и понимал, что друг прав. Матвиенко постелил Лене в другой комнате, и Попов принес ее туда, после чего сам пошел спать. Внутри все напряжено, сердце бешено колотится. Переживание перемешано с каким-то чувством… Любовь? *** Ночь прошла нормально. Утром Сережа отвез Лену в участок, а сам,вместе с Арсом, поехал к Стасу (по его просьбе). «Спокойно. Все будет нормально. Лена, соберись…» — она стояла у двери кабинета. Было страшно, неудобно, волнительно. Стук. -Войдите. «О Боже» -Здравствуйте. -Добрый день. Вы Елена Александровна? -Да. -Хорошо. Женщина была добрая, ласковая, не кричала. Она осмотрела ее тело, что-то себе пометила и сказала Лене ждать в коридоре. «Еще и ждать чего-то.» Каждое прикосновение этой женщины приносило поток воспоминаний и слез, еле как удерживающихся в глазах. Сейчас ожидание будет просто невыносимым. Однако певица пытается взять себя в руки. Получается не очень, но немного успокоиться удается. В коридоре разносятся шаги. Это идет следователь Лены. -Здравствуйте. -Здравствуйте, подождите еще немного и пройдем в мой кабинет… *** Спустя, наверное, час Лена уже ехала к себе домой. Все прошло успешно. Как оказалось, за Ильей подобное замечалось уже несколько раз, однако свидетелей не было, и его вину доказать было нельзя. А подтверждение двух людей это уже что-то, да и сам полицейский видел ситуацию в парке. Илью посадят… Уже в квартире на певицу навалился полный гнет воспоминаний, и она не смогла сдержать истерику. Вновь предметы увеличились, руки задрожали. Лена растерялась. Ее дом стал таким большим, но слишком давящим, маленьким, удушающим для нее. Чужим. Нет, ей нравилась эта квартира, но вот аура у нее была… мягко говоря, отрицательная. Она опять забилась в какой-то угол, закрыла голову руками, чтобы хоть как-то остановить головокружение и увеличение предметов. Однако телефонный звонок заставил Лену подняться. Конечно, она сначала ждала, что назойливый человек отключиться, но когда после первого звонка раздался второй, певица пересилила себя. На трясущихся ногах, медленно она дошла до тумбочки с сумкой. Это был Арс…