Амурный магнит

Очень часто в маленьких поселках, когда о чём-то узнаёт один житель, то мгновенно постигают и все остальные. Слухи там разлетаются быстро, едва ли не со скоростью света, что можно назвать особенностью крошечных деревенек по типу этой. Но Луговое также имеет ещё одну очень типичную фишку, относится к которой можно по-разному — в этом месте все знают друг друга. А от того и ярко реагируют на появление новеньких, которых из-за редкости считают почти восьмым чудом света! Именно таким чудом и оказалась семья Петровых. Жена, муж и два ребёнка достаточно долго обсуждались среди взрослых дяденек и тётенек, жаждущих поговорить обо всём на свете. О мире, отвратности политиков, поднявшихся на крови, да боли, остальных соседях и, конечно, о своих детях. Особенно острой атмосфера становилась, когда упоминали самую последнюю тему для разговора, в которой все жаждали как-нибудь да высказаться. Все нахваливали своих детей. «Хвастались» их достижениями, делами, поступками и частенько даже тем, за что не имеют права кичиться. Некоторые особо «умные» даже делились чем-то сокровенным, личным… Даже интимным в жизни своих детей, забывая о какой-то тайне. Тогда любители потрындеть о всём и ничем особо остро вслушивались, принюхивались, заостряли любопытные уши и вникали, смакуя каждую подробность, которую можно осудить или обговорить. Это было интересно. Приятно, сладостно для них, но от этого не менее мерзко. Именно такие разговорчики заставляли слушателей быстро забыть о вернувшейся Карине с новой семьёй и начать вникать в грязные подробности. От этого Антону становилось спокойнее. Петров не раз был свидетелем того, как шайка столпившихся мужичков и женщин лет за тридцать семь всячески обсуждала других и иногда старалась высмотреть что-то и в нём. Что-то… Мерзкое, провоцирующее падких шакалов на разбрызгивание слюни в сторону блондина. Заставляющее тело вздрогнуть от отвращения, а лицо скривиться в такую злобную гримасу, что даже самый жуткий монстр запищит от страха и сиганёт в ближайший куст А таких кустов было много! Всё Луговое, как бы противоречиво названию не звучало, было сплошь и рядом окружено лесом. Не укрыто ласковым слоем листвы и зелени матерью Природой. Не защищающим настилом или куполом была эта, уже с самого первого вида напрягающая чаща. Она была врагом. Страшной угрозой, маячащей так близко, что ни убежать, ни справиться от неё было нереально. По правде говоря, Антон после переезда боялся смотреть в окно. Его всегда напрягал этот ельник, растущий прямо перед окном. Вот-вот, и силуэт проходящего легко проникнет в тучную пущу… Проникнет… И никогда не вернётся! Потеряется там, а потом и не найдётся как Вова Матюхин — потерявшийся мальчик, которого не могут найти так долго, что шансов на его спасение практически нет. Эту печальную мысль Антон понял, когда ещё активно вёл своё расследование. А вёл он его не просто так! Мальчишке даже удалось найти перчатку пропавшего мальчика, пусть она и оказалась прямо возле его дома. Но этот факт Антон не считал таким важным, рисуя динозавра для Оли. Маленькая девочка сидела рядом со своим братом, рассматривая его работу. Светловолосая милашка очень любила, когда её опора и защита от совы создавал мир ярких красок на белой бумаге! Делал он это очень хорошо, даже несмотря на то, что по мнению некоторых был не самым умелым ребёнком. Вот только их мнение — глупая мысль, которая никак не соответствует реальности и расшибается об ту самую! -Уаааау… — не сдержала восторженного вдоха девочка и мило улыбнулась — Нравится? — робко спросил очкастый, и увидев радостный кивок сам залился в согревающей улыбке. Сердце девочки пропустило удар… Ещё недавно она и сама так не реагировала, но один случай полностью изменил мнение Оли… ********* Ночь Она не была шумной, активной и моторной как день. Обычно она мягкая, безмятежная и вводящая в лёгкий транс. Заставляющая расслабиться и упасть в руки к Морфею, который только и ждал такого момента. В это время в стареньком доме должна быть тишина. Тишина обволакивающая, приятная для слуха и мозга. Но не в этот раз…! Тишину обычного зимнего вечера прервал плачь Плачь маленького ребёнка резал слух и заставил Антона открыть глаза. Не медленно и истомно, жалея о просыпании. Нервно, быстро и резкое. Эти слова — то, чем можно описать такое действо. Петров средний, издав несколько глубоких вздохов и постаравшись игнорировать крик сестрёнки встал и побежал прямо ей в комнату. Мальчику было всё-равно, проснётся ли злобная Карина и отец, которые почти всё время ругались. Он забыл о том, как волновался за развод и поставил перед собой лишь одну цель — спасти Оленьку, даже если причина плача — просто придуманная Бабайка! Антон почти добежал! Прямо перед его глазами с расплывчатым зрением красовалась дверь в детскую, украшенная несколькими рисунками. Они выглядели так невинно на фоне того, что происходило там Это пугало Антона! Сводило его едва ли не с ума и заставляло лёгкие дышать с неимоверной скоростью Ощущая, как его грудная клетка поднималась и опускалась, Антон попытался резко открыть дверь, но… Секунда, и дверь с громким скрипом открылась сама! Два тела столкнулись друг с другом, вызвав боль и громкий шум от удара об пол. Оля, не удержав равновесия, свалилась на дерево и плакала. Её детские глаза с белыми ресничками утопали в диком ужасе и страхе -Оля! — громко позвал её Антон, придя в себя. Устоявший на ногах мальчишка поднял девочку и испуганно, с нотками решительности и волнения спросил: — Что случилось? — Т-там… Громкий, немного пищащий голос девочки надрывался от оглушительного плача. Он казался Антону самым страшным, что мальчишка умудрился увидеть в своей жизни. Конечно, Петров помнил то, с какой силой сестрёнка боялась Бабая и остальных частей дома, но не до такой же степени! Такую истерику, граничащую с жахом, подросток видел впервые. Он никогда не видел за Олей подобного, а от того и сам впал в лёгкую панику. — Т-там…! От раздумий его прервала резкая фраза: — СОВА! ОГРОМНАЯ И СТРАШНАЯ! Потоки возможного крика прервали солёные капли, стекающие с некогда слегка покрасневших щёк девочки. Тогда это было мило, но разогретое, наполненное ужасом лицо ещё сильнее волновало мальчика. Однако, услышав это, он… Немного расслабился? Да, именно это он и сделал, но лёгкого волнения не потерял. Всё же, эта сова могла быть опасной или очень жуткой! «Надо включить свет!» — проскочило в его голове… В этот момент, пред глазами Оли появилась картина, которую она навсегда запомнит в своей жизни Этот момент поменял всё. Всё, а особенно отношение девочки к брату. Он, сделав самую спокойную и хладнокровную походку, подошёл к двери вплотную и резко открыл её. Холодный воздух сразу проник в коридор, обдав тело ребёнка холодом. Вот только ей было всё-равно на всё. На всё, кроме брата, гордо зашедшего внутрь и внезапно включившего свет. Приятная комнатка времён Советского союза была окутана светом — казалось, что все даже самые тёмные уголки мигом исчезли, сдались перед мягким, тёплым светом. Но даже это не дало Оле Петровой отойти от странного, смешанного чувства, появившегося внутри. Её сердце запело серенады, ноги едва держали младшую на ногах. Появилось чувство, будто она за раз пробежала сотню нормативов по физкультуре! Но даже это не могло сравниться с тем, как резко появилось чувство лёгкого опьянения. Конечно последнее Оля никак не могла описать именно так, ведь ни разу не пила алкоголь. Да и она не могла сказать вообще хоть что-то Юный язык заплетался, смешивая все чувства и эмоции воедино, не давая сказать хоть что-то, и лишь немного поражая одетую в пижамку На лице длинноволосой появилась счастливая улыбка ********** Чувство, которое испытала Оля никогда не было ей известно так сильно, что-бы его осознать. Вспоминая ту ситуацию, девочка представляла себя в роли принцессы, попавшей беду. Она была прекрасна, мила и изящна, а Антон — храбрый, сильный и отважный принц, который спас любимую даму «Ох, вот бы так и было…»