wrecked.

      — Ты точно уверена, что хорошо себя чувствуешь?       — Да, точно, — по меньшей мере десятый раз отвечала Аяка брату, который целое утро не мог смириться с тем, что она всё же пойдёт в школу. Тома лишь наблюдал за этой сценой, подперев стенку прихожей. Если бы Аято не отвлекал девушку, то та уже бы собралась полчаса назад. И она это прекрасно понимала. — Так, всё, перестань. Мы уже всё решили, а я из-за тебя сейчас опоздаю.       А опоздать не хотелось бы. Она бы выглядела глупо, впопыхах вбегая в класс, одетая, ко всему прочему, как всегда с иголочки: светлая водолазка, юбка с мелким клетчатым узором, а также пиджак под неё. Поведение должно соответствовать внешнему виду, считала девушка, и поэтому хорошо держалась практически во всех ситуациях, умудряясь сохранять лицо семьи Камисато из года в год. Возможно, причиной был страх опозорить не только себя, но и омрачить репутацию. Причины, на деле, не слишком важны.       — Ладно. Хорошего дня, — всё-таки добавил парень, обнимая её напоследок, словно Аяка может не вернуться домой и бросая на Тому взгляд в стиле «если что-то случится — я тебя убью.»       — Тебе тоже, — отстраняясь и надевая наконец любимое бежевое длинное пальто проговорила девушка. Аято ушёл, и она обратилась уже к Томе. — Идём.       Пусть Аяка и была уверена, что в состоянии сама донести портфель, парень настоял на том, чтобы самому взять его.       — Что ты туда напихала? — удивился он, подняв и закинув сумку на одно плечо.       — Хочу зайти сегодня в школьную библиотеку после уроков. Может, задержусь там на полчасика, — пожала плечами девушка. Тома покачал головой, пробормотав что-то про то, что он в её возрасте с друзьями гулял. Аяка думала было проигнорировать этот комментарий, который таки задел за живое, но он настолько комично прозвучал в сложившейся ситуации, что она не удержалась:       — Аято нам головы оторвет, если я пойду гулять с кем-то без тебя сейчас. Не придуривайся, ты сам прекрасно об этом знаешь. И не закатывай глаза.       — Но ты же не видишь, что я делаю! — в самом деле, девушка повернулась к Томе спиной, отпирая дверь. Аяка хихикнула.       — Почувствовала.       Под недовольное ворчание парня они наконец вышли на улицу. Закрыв дверь, девушка глянула на недавно установленные видеокамеры по велению Аято. Мера предосторожности, сказал он. Паранойя, подумала Аяка, но ничего не возразила. Так странно получилось, что покушались на её жизнь, а больше всех волнуется её брат. Насчёт Томы она не знала, по крайней мере тот не выказывал особого беспокойства. Бог знает, что у него на уме. Кажущийся легкомысленным, он таковым точно не являлся. И девушка доверяла его мнению и решениям.       Прошло два дня и три ночи с тех пор, как Аяке разрешили вернуться домой. Конечно, она бы хотела сразу пойти на учебу, так как пропускать много не хотелось, однако Аято строго-настрого запретил и заставил отдыхать. На возражения сестры отвечал, что она выглядит довольно болезненно. В итоге, конечно, получилось вырваться несмотря на все возражения, но только под строгий контроль Томы. Упоминать о том, что его контроль строгим быть не может по определению никто не стал.       Заявления Аято, в его защиту, были весьма обоснованы. У Аяки периодически темнело в глазах, когда она просто шла, и даже пару раз падала на пол из-за этого. Но всё равно не считала себя беспомощной. К дню, когда она всё же убедила его отпустить её, стало в самом деле лучше. С крайним недоверием и неудовлетворением, как можно было увидеть выше, он всё же сдался.       Утро выдалось на удивление ясным, хотя прогноз погоды обещал дождь. Солнце ласкало просыпающийся город своими нежными, но по-осеннему не особо греющими лучами. Температура была ещё приемлемой, однако только днём — достаточно комфортной. По утрам же прохлада могла неплохо бодрить, пробираясь сквозь тонкую капроновую ткань колгот. В общем, осень в самом разгаре. Сезоны ещё не начали сменяться с яркого и дождливого на перламутровый белый, что можно было легко увидеть по желто-оранжевой палитре деревьев вокруг, но по началу дня казалось, что на дворе ноябрь, и природа замирает в ожидании первого снега. Отсутствие ветра только подкрепляло это ощущение.       — Так, ну вроде успеваем, — сверившись со временем в телефоне, произнесла Аяка. У Томы же сделалось такое лицо, будто бы он что-то вспомнил.       — Раз время есть, я тебе хочу кое-что показать, — с хитрой ухмылкой, которая не понравилась девушке, он залез рукой под расстегнутую кожанку и выудил оттуда то, что было просто максимально неожиданно увидеть. Аяка нахмурилась.       — Где ты достал пистолет?..       — Из кармана в куртке.       Послышался тихий, но очень раздраженный вздох. Тома рассмеялся.       — Твой брат сказал, что на всякий случай, — парень неопределенно повел плечами, покрутив оружие в руке. — Зато теперь я как в кино!       — Ага, в кино. Всё это замечательно, но надо идти, — хмыкнула девушка, направившись к выходу со двора не дождавшись Тому. Небольшой каблук её стильных туфель слегка постукивал по дорожке при каждом шаге, будто смеясь парню в лицо. Он, в свою очередь, поспешил за Аякой.       — Я и обидеться могу так-то…       — Переста-ань, — улыбнувшись, протянула она, бросив на него самый ангельский и невинный взгляд ясных голубых глаз, на который только была способна. — Ты не можешь обижаться на меня.       — Не смотри на меня так, — насупился Тома, отводя глаза. В ответ послышался лишь смех, напоминающий звон колокольчиков. Парень вздохнул, посмеиваясь в ответ. Сухая реакция на пистолет была ожидаема, и обижаться — по крайней мере всерьез — он не посмел бы.       Остальной путь прошли (частично проехали) они без перепалок, что было на пользу настрою Аяки. Ведь, как бы она не хотела вернуться в обычный ритм жизни, в школе всегда было слишком одиноко. Не хотелось зацикливаться на этом, ведь главное в учебном заведении это учеба, так ведь? Правда, тяжело было просто принять это как факт, просто потому что остальные подростки разбились на компашки и пары. В общем-то девушка чувствовала себя слишком выделяющейся из толпы. Словно белая ворона. И ведь непонятно, в чем именно была проблема. Скорее всего в ней, как предпочитала думать она. Ведь нельзя винить окружающих в своих проблемах, это скорее уже дело принципа.       Забрав у Томы сумку, распрощавшись и пообещав быть поосторожнее, Аяка направилась прямиком ко входу в здание, куда довольно активно стекались дети самых разных возрастов. Скинув с плеч куртку в гардеробе, немедля, прошла в нужный кабинет. Там уселась за своё постоянное место — последняя парта у окна. Соседа не было, да она и привыкла. Девушка взяла в руки телефон и бездумно листала социальные сети вплоть до чрезмерно громкого звонка. Впереди ещё целый день.       Идя по не всегда хорошо освещенным коридорам и лестницам с урока на урок, Аяка всегда невольно задумывалась над сущностью того, что её окружало. Постоянное чувство, что она не принадлежит к потоку школьников, а толпа обтекает её, сохраняя дистанцию. Гул чужих голосов сливался в единую непонятную мешанину из смеха, вздохов и простых разговоров. Девушка не рассматривала людей вокруг себя, но всё равно ловила на себе заинтересованные взгляды. Вероятно, новости про болезнь одной из Камисато настигла и подростков в том числе.       Никто не задавал лишних вопросов, потому что никто не задавал вопросов в принципе. Всё как всегда и абсолютно ничего необычного. Привычно, хоть что-то продолжало чувствовать подавленность на протяжении уже многих лет. Почему так сложилось — неизвестно. У судьбы на всех свои планы, утешала себя Аяка. Это работало. Тома и Аято ведь никуда не исчезали, верно? Верно, и всё-таки недоставало какой-то будто неимоверно важной, но так глупо упущенной детали в жизни.       Время текло медленно, но верно приближаясь к минуте конца последнего урока. Весь учебный день девушка старалась слушать как можно внимательнее, так как пропустила некоторые новые темы и надо было наверстать как можно скорее, чтобы не покинуть список отличников. После звонка Аяка, не торопясь, сложила вещи и покинула кабинет, направившись прямиком в библиотеку. Среди полок с книжками и в тишине было гораздо комфортнее, нежели в суете остальной школы. Женщина, что являлась заведующей библиотекаршей в очередной раз задремала прямо на своём рабочем месте.       — Мисс Лиза, — обратилась к ней Аяка, чуть улыбаясь. Было приятно её видеть спустя перерыв. Её ресницы затрепетали, прежде чем веки поднялись, а она сама, потянувшись, проснулась.       — О, дорогая, рада тебя видеть, — немного сонно произнесла Лиза, уже копаясь в карточках посетителей библиотеки. — Ты что-то отдать или просто в гости?       — Всё сразу, — повела плечом девушка, достав из рюкзака несколько книжек, которые взяла незадолго до происшествия. Лиза, в свою очередь, нашла карту Аяки и бегло сверяла книги с ней. Спустя пару секунд удовлетворенно хмыкнула.       — За пару дней до просрочки, — промурлыкала женщина. — Моя девочка как всегда пунктуальна.       Аяка зарделась.       — Перестаньте, ничего особенного…       — Это ты перестань, — цыкнула Лиза, с невероятной тоской вздыхая, подперев голову ладонью. — Хоть представляешь, сколько школьников не приносят книги вовремя? А мне потом гадать, что там у них случилось, что принести не могут никак. — Она покачала головой, будто разочарованная нынешней молодежью. — Ладно, не буду тебя больше держать. Проходи, сегодня почти никого нет, как всегда. Только, если я правильно помню, около твоего любимого места кто-то сел. В общем, разберешься.       Кивнув, девушка скрылась среди стеллажей. Аккуратно проводя кончиками пальцев по корешкам книг, Аяка шла, пробегаясь взглядом по наименованиям. Это занятие неплохо так успокаивало, и это очень даже кстати. Наконец она выбрала пару произведений из любимого жанра — фентези. Ей нравилось погружаться в новые, неизведанные и волшебные миры. Можно было с легкостью раствориться в них, на время забыв про реальный мир и то, кем являешься в нём. После смерти матери Аяка целиком ушла в музыку, танцы и боевые искусства, параллельно закопавшись под огромной горой самых разнообразных книг.       Со временем необходимость загружать голову до невозможности, к счастью, пропала. Занятия девушка не бросила, но интенсивность уменьшила, потому что растущий организм попросту не справлялся. К слову, после выписки уже поднимался разговор, когда ей можно будет вернуться к любимым хобби, но Аято наотрез запретил чрезмерную физическую активность вплоть до полного восстановления. Аяка не планировала следовать его указаниям, по крайней мере полностью. Потому что смерть как хотела на танцы.       Как и говорила Лиза, сегодня за столом, за которым обычно одиноко устраивалась Аяка, был ещё кое-кто. Девушка, что сидела, склонившись над какой-то книгой. Светлые короткие, помимо двух локонов, волосы скрывали от Аяки половину её лица. Белая рубашка, свободные кремовые брюки — всё это сидело на ней, словно влитое. Незнакомка оторвалась от своего занятия, похоже, услышав шаги. Она посмотрела на непонятно почему застывшую Аяку с легким оттенком удивления. Глаза её переливались янтарным блеском. Почему-то в голове пронеслась мысль, что настолько красивых и завораживающих девушек ещё не видывал свет. Но это испарилось, стоило раздаться голосу.       — Садись, чего встала то, — это прозвучало удивительно туманно знакомо, словно слышалось во сне.       — А, да, — пробормотала Аяка, стараясь параллельно привести спутавшиеся мысли в порядок. Она сама не до конца поняла, что произошло у неё в голове в ту секунду, так что просто затолкала это подальше и прокашлялась. Возможно, дело в том, что со сверстниками общаться приходилось нечасто. — Я обычно всегда здесь сижу.       Придя в себя и выпрямившись, девушка с мягкой улыбкой на губах присела рядом с всё ещё незнакомкой. Но черты её лица, неожиданно, но кого-то напоминали.       — Меня зовут Аяка, — решила представиться она.       — Люмин, — сказала та в ответ, протянув руку в знак знакомства. Ногти на ней были выкрашены в черный. Очень неординарное решение для человека, который ходит во всем светлом. Аяка пожала её ладонь, внутренне радуясь тому, что всё получалось не слишком плохо.       — Я тебя знаю? — решила поинтересоваться девушка, склонив голову набок, так как и лицо, и голос, и имя казались очень знакомыми.       — Мы не были знакомы лично, но ты могла видеть меня вместе с моим братом, Итэром, — предположила Люмин.       — Точно! Вы ведь близнецы, — кивнула сама себе Аяка с видом, будто это всё прояснило. Но и неудивительно — Итэр вместе со своей подхалимкой Паймон были местными авторитетами, так, что даже такая оторванная от социума девушка имела о них представление. А ещё это значило, что Люмин сейчас в выпускном классе, на год старше её.       — Да, конечно, — улыбнулась девушка. — Я тебя, кстати, тоже знаю. Твоя фамилия весьма говорящая.       Аяка отвела глаза, едва заметно поникнув.       — И не говори…       Люмин, видимо, оказалась достаточно проницательна, чтобы перевести тему.       — Ты любишь фентези? — выразительно глядя на лежащие на столе рядом с Аякой книжки.       — Да, люблю. Ты, что-ли, тоже? — этот факт заметно оживил её, особенно после того, как Люмин ответила положительно.       Беседа пошла гораздо легче, когда выяснилось, что они читали одни и те же произведения, и было что обсудить. Аяка давно не разговаривала ни с кем так увлеченно, потому что никто особо не разделял её интересы — Томе и Аято подобное было попросту не интересно. Будто прорвало некую дамбу, и слова лились сами собой. Сначала это был разговор просто о книгах, но незаметно он перетекал в нечто более повседневное.       — Вы редко с братом появляетесь вместе, — заметила Аяка. Факт этот был на деле правдивым. Увидеть Люмин в компании Итэра было поистине редкой возможностью.       — У него свои друзья, у меня… свои. Я только буду путаться под ногами, — она произнесла это так просто, что Аяка на мгновение опешила. Не уж то можно мешать собственному близнецу? Конечно, в памяти всплывали картинки, где парень общается с одноклассниками и по совместительству друзьями. Так же всплывали имена. Кэйа и, кажется, Альбедо. Девушка не помнила, откуда это знала.       Запинка перед «свои» заставила насторожиться, но Аяка не решилась в принципе развивать эту тему, да и Люмин весьма умело перевела центральную тему диалога с себя на девушку. В итоге получалось, что она в какой-то степени больше слушает, чем говорит. Однако проблемой тот факт не являлся. Легкость, которая присутствовала между двумя почти незнакомыми девушками была поистине прекрасна в своей простоте. Спустя какое-то время Аяка неожиданно встрепенулась.       — Мне надо идти, точно, — посмотрев на время, произнесла она. — Меня ждут.       — Конечно, — понимающе улыбнулась Люмин.       Они обменялись контактами напоследок и распрощались. Аяка пошла к выходу, заглянув к Лизе, чтобы отметить новые книги, которые она взяла.       — Нашла себе подружку? — хитро спросила женщина, записывая названия в карточку.       — Н-нет, о чем ты, — прозвучало весьма неубедительно.       — Нет? — с неким разочарованием подняла голову Лиза. — А мне показалось, что вы так мило общались. — Она хмыкнула, протягивая девушке ручку и подвигая бумажку. — Вот.       Аяка быстро расписывается, где надо, и, ничего не сказав, покидает библиотеку, чувствуя, как к щекам стремительно приливает кровь. Библиотекарша всегда умудрялась сказать нечто эдакое, что заставляло её смутиться. Возможно, это какая-то супер-способность. В общем, девушка достаточно торопливо забрала из гардероба пальто и через пару минут оказалась на улице. Только там смогла спокойно выдохнуть. Прохладный воздух помог немного остынуть. Она быстро нашла глазами Тому и направилась к нему.       — Ты выглядишь запыхавшейся, — отметил парень, оглядев Аяку. — Что нового?       — Я, кажется, нашла себе подругу, — выпалила девушка, а на лице возникла мечтательная улыбка. Тома аж присвистнул.       — Ух ты, да ты сегодня жжёшь, я посмотрю. А бежала то от кого? Поклонники что ли?       — Нет, просто торопилась, так хотела тебя увидеть, — фыркнула Аяка.       Тома рассмеялся, продолжив расспрашивать про день. Они, не торопясь, отправились домой — погода идеально подходила для размеренных прогулок. Несмотря на разговор с парнем, Аяка пребывала где-то далеко в своих мыслях. Новое знакомство оставило после себя осадок, и не выходило понять, что это вообще такое. Люмин казалась безумно далекой, девушкой, в которой огромное множество загадок, которые ещё только предстоит разгадать. Определенно, осадок был приятным. И цепочки мыслей, о чем бы они не были, приводили к ней вновь и вновь. Сосредоточиться на чем-то одном тоже не получалось. И когда Аяка попросту проигнорировала Тому, тот тыкнул ей в плечо пальцем.       — Земля вызывает Аяку, — как будто в рацию проговорил парень.       — А?       — Ты где витаешь, спрашиваю.       — Не важно, — отмахнулась девушка, стараясь приземлить себя, чтобы больше вопросов не возникало.       — Ну как знаешь, — недоверие проскользнуло в голосе Томы. Но больше по этому поводу он тактично не возникал.       Ребята спокойно шли домой, болтая ни о чем, и не подозревали, что вслед за ними следует некто низкий и неброский, ведя, откровенно говоря, слежку. Настолько незаметный, что ни Тома, ни Аяка в жизни не догадаются о присутствии в тот день некоего наблюдателя.