Do u remember?

В голове пульсировало. Эти боли появлялись редко, лишь тогда, когда я вспоминал ту божественную жизнь. Я открыл глаза и увидел… Ничего. Тени заволокли комнату, что я даже не различал очертания предметов. Аккуратно приподнявшись на кровати, я смотрел в разные точки, чтобы хоть что-то увидеть, но перед глазами появлялся один и тот же образ. Андреа. Точнее, Артемида. Окружённая соснами она кружилась в воде. Подол платья намок и капли воды летели с него во все стороны. Ее глаза блестели. Это чувство беззаботности редко находило на богиню, обычно она всегда была начеку и редко расслаблялась. Сейчас же она улыбалась. И больше всего мне хотелось, чтобы она улыбалась так всегда. Вдруг, будто что-то почувствовав, она остановилась и посмотрела в мою сторону. Я, окружённый тенями, молча смотрел на то, как Артемида оглянулась по сторонам и спешно подошла ко мне. — Что ты тут делаешь? — зашептала она, кидая взгляды в сторону. — Хватит за мной следить! — Наблюдать — это единственное, что я могу делать, находясь с тобой, — мой голос звучал глухо, но я точно не шептал. Богиня прикусила губу. Ее взгляд становился более нежным, а на губах появлялось что-то похожее на улыбку. На душе стало тепло. — Ты ведь знаешь, что наши встречи добром не кончатся! Я не могу так…- Артемида покачала головой. — Я не понимаю, что происходит. Где-то недалеко послышался девичий смех. Артемида попятилась назад. — Уходи. Они не должны тебя видеть. Задержав на себе взгляд ее зелёных глаз, я схватил ее за руку и коснулся губами тонких пальцев. — Я буду рядом. Я всегда буду рядом. — Эдриан! Яркий свет хлынул из-за только что распахнувшейся двери. Аида вскинула руку, и тени поползли назад. Как только очертания предметов начали проясняться, мама кинулась ко мне. — Эдриан, опять, да? — она села рядом на кровать и провела рукой по моим плечам. — Артемида… Андреа… — то ли прошептал, то ли простонал я. — Я должен быть рядом с ней. Мама, мне нужно к ней. — Гранатик, сейчас одиннадцать ночи. Выспись, а утром съездишь к ней, — Аида ласково провела по моей руке. — Мама, ты не понимаешь, — я вскочил, погружая пальцы в волосы. — Я не должен был ее бросать! То, что я держусь от неё подальше, только хуже. — Она ничего не помнит. Эдриан, дай ей шанс провести эту жизнь нормально, без всех этих божеств и… — Откуда я буду знать, что у неё все нормально, если я не буду рядом?! — заорал я, но заметив, как дёрнулась Аида, поумерил пыл. — Мёрфи присматривает за ней, но этого недостаточно. С ней может случиться все, что угодно. — Пока она не помнит свою божественную сущность, ей ничего не угрожает, — голос матери был холодный. Она говорила так, будто не потерпит никаких возражений, но речь шла об Андреа. Девушке, которую я любил больше, чем свою жизнь. — Я устал, мам, — вздохнув, я продолжил. — Я устал просыпаться ночью с мыслью, что она может быть в опасности. Я устал нервничать, когда она уезжает за город или когда пропадает где-то на каникулах. Я не смогу себе простить, если с Андреа что-то случится. — Эдриан, милый, я понимаю, что ты чувствуешь, — Аида встала с кровати и дотронулась до моих плеч. — Завтра утром поедешь к ней и поговоришь. Думаю, ей тебя тоже не хватает. — Думаешь? — я прищурился. — А если она… — Так, прекращай сеять панику! — строго сказала Аида, и ее голос прозвучал как отрезвляющий звонок. — Поговоришь с ней и все узнаешь. Не хватало ещё пол Нью-Йорка тенями заполнить! Через пару минут Аида ушла. Я ещё долго смотрел в потолок, переваривая все мысли. Поняв, что не засну, я стал колотить боксерскую грушу, что висела у меня в комнате. Джеб. Кросс. Хук. Я не переставал тренироваться, пока руки не начали дрожать. Откинув перчатки в стороны, я дрожащими пальцами набрал номер Мёрфи. — Ты где? — Ну в клубе, — его голос заглушала музыка. — А ты чего не спишь, принц? — Я сейчас приеду. Не дожидаясь ответа, я сбросил вызов. На улице стояла ночь. Луна освещала полный жизни Нью-Йорк, который горел яркими красками света. Из своего района я гнал как сумасшедший в центр города, где и находился клуб. Мёрфи звонил ещё два раза, но мне не хотелось отвлекаться от дороги, да ещё и на такой скорости. Цербер встретил меня возле входа, где за дверями гремела музыка. Он стоял оперившись об стену и со сложенными руками на груди. — Аида пригнала? — спросил Мёрфи, заметив мой хмурый взгляд. — Говорю сразу, у нас все в порядке. Я устало посмотрел на него. Мёрфи, не замечая моего взгляда, продолжал рассказывать, как обстоят дела клуба, иногда заглядывая в телефон. Я остановил его жестом и кивнул на двери. Мёрфи вопросительно уставился на меня. Когда я зашел в клуб, громкая музыка сразу ударила меня по ушам. Не обращая на нее внимания и оклики Мёрфи, я направился к бару. — Стакан виски, — кивнул я бармену. — Эдриан! — Мёрфи с силой тряхнул меня за плечи. — Что за херня? Если ты напьешься, Аида с меня шкуру снимет! Мёрфи заметно нервничал. — Это из-за Андреа, да? — догадался он. Ее имя резануло меня. Не смотря в стакан, я залпом выпил содержимое. А потом еще. И еще. Через пару дней, я рьяно спрашивал у Мёрфи, почему он не остановил меня, но толкового ответа я так и добился. — Отношения с Андреа повлияли на вас обоих. Как и расставание. Сходить с ума вдвоем неплохо, но по одному — сущий ад. Я плохо помню, как дошел до ее квартиры. Все мысли спутаны. Помню лишь ее голые плечи, холодную воду и горячие руки. Было приятно готовить на кухне, где я проводил с Андреа много времени. Казалось, что сейчас она подойдет сзади и прижмется к спине. И будет рядом. — Эдриан, — Андреа дернула меня за рукав. — Все хорошо? Мы шли к ближайшей станции метро. Стояла прохладная погода, листья медленно падали на землю. Андреа куталась в шарф, который она накинула поверх свитера. — Все в порядке, — ответил я, глянув на девушку. Андреа смотрела прямо. Ее лицо было напряженно. Я хотел спросить в чем дело, но задавать тот же самый вопрос было глупо. — Сегодня прохладней, чем вчера, — сказала Андреа, спустя пять минут молчания. — Тебе не холодно в одной рубашке? — Нет, — честно ответил я. Будь я человеком, наверняка замерз бы. Но моя божественная сущность позволяет мне не чувствовать сильный холод. — А мне кажется, что холодно, — Андреа остановилась прямо передо мной. Девушка стянула с себя яркий красный шкаф. Закинув его на меня, она обкрутила его вокруг шеи. Меня сразу же обдало знакомыми духами. От этого запаха я, прямо как подросток, немного дрогнул. Андреа восприняла этот знак за мерзлоту и недовольно цокнула языком. — Даже не думай противиться, — сразу же сказала она, поняв, что я собираюсь снять шарф. Я ведь точно не замерзну, а она еще не вспомнила свою божественную сущность. — Вечно вы, мужчины, не показываете свои слабости, даже если истекаете кровью. — Мужчины не должны быть слабыми, — возразил я. — Вас же надо защищать! — Сейчас женщины могут сами за себя постоять, — заметила Андреа, но тут же быстро добавила: — Но мне нравится, когда ты за меня заступаешься. Я улыбнулся. Андреа, засмущавшись, развернулась и пошла вперед. Я тут же догнал девушку и сжал ее тонкие пальцы. Андреа не возражала. В метро, в принципе, как и всегда, было очень многолюдно. Пришлось сжать руку Андреа крепче, чтобы случайно не потерять ее в толпе. Зайдя в полный вагон, одной рукой я ухватился за перила, а другой обхватил талию Андреа. Она уткнулась носом мне в грудь, и я тут же почувствовал ее теплое дыхание. Андреа прижалась ко мне всем телом, цепляясь пальцами за шарф. На удивление, не было волнующей дрожи. Лишь приятное спокойствие окатило меня. Поддавшись порыву, я провел носом по ее пышным волосам, вдыхая запах. Андреа подняла на меня глаза и удивленно уставилась. Я медленно прикоснулся губами к ее лбу, ожидая реакции. Девушка не двигалась. Но я чувствовал, как участилось ее дыхание. Осмелев, я коснулся кончика ее носа. А затем замер над ее губами. Если б у меня или у Андреа спросили, кто первый поцеловал другого, то мы бы никогда не дали идентичного ответа. Потому что я так и не понял, как начал яростно целовать ее. И как она начала целовать в ответ. Боги, до этого момента я и не понимал, что мне ее так сильно не хватает. Андреа была моим наркотиком, теперь я знал это точно. Вдруг оторвавшись от меня, она смущенно заозиралась по сторонам. Ее пальцы еще лежали на моей щеке. В тот момент мне было глубоко плевать на окружающих нас людей. Не обращая ни на никого внимания, я взял кисть ее руки и, не отводя от нее взгляда, коснулся губами запястья. — Эдриан, — сказала она укоризненно, пытаясь освободить руку, но я не давал. — Боже, я надеюсь, ты женишься на ней! — вдруг заорал девчачий голос. Мы с Андреа синхронно повернули головы. На нас пялились две девчонки-подростка, одна даже снимала на телефон. — Ты будешь полной дурой, если откажешь ему, — продолжала из-за шума метро орать девчонка. — Слышала? — кивнул я Андреа. — Ты же не хочешь быть полной дурой, верно? Андреа закатила глаза и повернулась к дверям. Была наша остановка. То, какой невозмутимой хотела казаться девушка, меня смешило. Не скрывая улыбки, я подтолкнул свою /i> Андреа к дверям. Не замечая ее недовольный взгляд, я взял ее за руку. И больше не планировал отпускать.