Менты веселятся

— Игорь! Игорь, смотри! — Дима машет рукой в сторону находки, — это последний холодильник, мы его нашли! Гром подбегает к Дубину, на ходу поправляя кепку, останавливается, хлопнув по плечу, мол, хорошая работа, малой. — А знаешь, по большей части ты совершил практически всё расследование. Значит, тебе полагается небольшое вознаграждение, — Игорь вскидывает брови вверх и сдержанно улыбается уголком губ. — Да? И это еще какое? Разве раскрытое дело не является само по себе вознаграждением? — Дима совершенно не понимает, к чему клонит Гром. — Дим, прекращай занудствовать, — хрипло смеется он, помещая ладонь на талию парня, тем самым притянув ближе к себе. Наклоняется, щекой задевая его щеку, шепчет на ухо, — сейчас я подниму тебя на руки, позволяя тебе обхватить меня ногами, прижму спиной к дверце холодильника, а потом, — Гром резко замолкает, так как Дима поспешно отталкивает его от себя, покрутив пальцем у виска. Дубин таращится на него во все глаза, кричит шепотом: — Ты мне скажи, Игорь, ты дурак?! — Нет! — таким же тоном отвечает он. — А по-моему дурак. Раз уж так хочешь наградить чем-то, то у меня есть идея получше, — он хватает его за воротник куртки и сам прибивает к злосчастному холодильнику. Все-таки годы тренировок не прошли зря, раз он смог передвинуть с места на место такого бугая. — Ах вот как мы заговорили… — С тобой же иначе нельзя, — Дима нечаянно наступает ему на ногу, а потом коленом бьет о колено, заставляя пригнуться ниже. Игорь опять перехватывает инициативу, сжав димин подбородок, целует, сталкиваясь зубами, проталкивая язык глубже. Дима больно кусает в ответ, наказывая за этакую самодеятельность. Отстранившись, он смотрит Грому прямо в глаза, поднимает руку перед его лицом, а пальцем совершает круговое движение, намекая развернуться к нему спиной. Он муторно вздыхает, но покорно разворачивается, упираясь ладонями в блестящую, металлическую поверхность холодильника. Видит в нем свое искаженное и смазанное отражение. Пока Дима возится с их одеждой, расстегивая ремни, Игорь с большим любопытством разглядывает магнитики. Вот один из Анапы, один из Египта. Хорошо владельцы холодильника живут, припеваючи, однако. Интересно, а есть чё пожрать? Он бы заглянул внутрь, если б не был так занят. Закончив суматоху с ремнями, спуская штаны обоих до щиколоток, Дима прижимается ближе, буквально ложась на Грома. Утыкается носом ему в шею, вдыхая привычный запах сырости, одеколона и острого соуса из шавермы. Целует один из шрамов, находящихся почти возле самой артерии, а затем нащупывает пальцами губы, проталкивая один за другим. Игорь послушно облизывает, обильно покрывая фаланги слюной. Кажется, Дима шепчет ему «молодец». Гром ничего не отвечает, только лишь в предвкушении вздыхает, ощутив пальцы у входа, начинающие постепенно растягивать его. Для Грома проходит вечность, он уже весь изнывается, тихонечко поскуливает, выпрашивая большего. Дима не может ему отказать и заменяет пальцы членом, сразу же вбиваясь в податливого Игоря, не сдержав себя. Дима надрачивает ему, обхватив его руку, двигаясь в ритм. Они кончают одновременно, а Игорь стыдливо прикрывает глаза, чтобы не встречаться с искаженным отражением. Прижимается щекой к холодящей поверхности, другой другой ладонью утирая раскрасневшийся лоб и зачесав назад взмокшие волосы. — Вот так бы сразу. А то вознаграждение, вознаграждение… — жалуется Дубин Грому на ухо, лениво прикусывая мочку.

***

Правда, владельцы этого холодильника будут возмущены тем, что отсутствует один магнитик. Да им жалко что ли? Игорь его себе на память взял. Сидит, любуется египетскими пирамидами, буквально ощущая жар, исходящий от них.