Сказанье о попаданце

      Уильям резко открыл глаза и посмотрел на белоснежный потолок своего нового жилища. Ему казалось, что всё происходящее вокруг просто нереально. Он настолько сильно отвык от былого чувства спокойствия, что уже везде искал подвох или подставу. Даже в королевском дворце альфа был в постоянном напряжении. Он видел множество недовольных взглядов и эльфов, которых он откровенно нервировал. А здесь почему-то этого не было, пусть он и понимал, что встреча с народом у него будет нерадостная. Его предшественник наломал дров, а ему всё это надо разгребать в срочном порядке. Несмотря на то, что он сказал вчера Эйдену, мол, у него был план, альфа сам был в нём не уверен. Он мало знал о том, что тут вообще происходило, и слабо понимал, как можно было бы улучшить жизнь местных людей. Для начала был ремонт этого города и двух прилегающих. Дальше шли мелкие деревни, пострадавшие меньше, ведь жили они за счёт небольшого сельского хозяйства. На водянистой почве мало что росло, да и урожай был скудным. Поэтому проект по производству традиционного спиртного тут не прижился, ведь виноград хорошо рос в более солнечных регионах. Завод закрылся, и очень многие люди потеряли свои рабочие места, а само помещение начало приходить в запустение. Уильям думал, что с ним делать и какой алкоголь можно было произвести. Без какой-либо промышленности и привлечения инвестиций он не сможет приступить ко второй части плана – продажи дешёвой недвижимости для желающих. На такое предложение могли приехать самые бедные слои населения на первых парах, но самые образованные люди предпочли бы в любом случае остаться ближе к столице. Альфа прекрасно понимал это. Надо было что-то решать и как можно скорее. Альфа думал о том, что он мог предложить местным делать рисовую водку, которую тут он ни разу не видел. Проблема заключалась в том, что он только слышал о рисе, но никогда не видел, чтобы его кто-то ел или готовил.       Это касалось и армии, а не только высшего света, так что вариант с едой бедняков сразу был отметён. Надо было выяснить, почему при наличии этой культуры, растущей на заливных полях, которые тут было очень просто организовать, в данной местности его никто не выращивал и не употреблял в пищу. Этим можно было занять деревни, обеспечив их притоком желающих попробовать выращивать новую культуру. Да и к тому же, с экономической точки зрения здесь можно было многое заменить рисом, а не использовать непомерно дорогую пшеницу: печь хлеб, готовить некоторые специфические японские сладости, гнать водку и есть просто так в виде каши или просто отварной. Это помогло бы частично убрать нагрузку с бюджета для других статей, а не тратиться на покупку пшеницы и других культур, которые вырастить здесь не представлялось возможным. Плодородные земли находились ближе к горам, но туда никто не рисковал заселяться из-за гномов. Они были словно местные гопники: нападали с топорами на всех, кто пытался прийти к ним и забрать насильно эти земли. Пусть формально они и принадлежали государству, но были полностью необжитыми. Король явно надеялся, что альфа займётся и этим в скором времени. Уильям прекрасно понимал, что это был один из способов умертвить его как можно быстрее и избавиться от ненужного груза, но он не собирался помирать так легко. Это было слишком просто для короля Ешаита – убить его таким вот способом. Альфе хотелось насолить ему и доказать, что он тоже на что-то способен. Главное, чтобы его в будущем не захотели устранить, если он станет слишком сильным правителем своего региона. В таком случае всегда можно будет отделиться и стать независимыми, ведь территорий у них было достаточно на небольшое государство.       Уильям присел на кровати и подумал о том, сколько процентов тут можно было заселить людьми и какого населения можно добиться при развитии медицины. Альфа прекрасно понимал, что первое время ему придется платить из бюджета за бесплатную медицину, а затем можно было организовать страховые взносы, как в его мире. Оставалось только починить две больницы на три города и несколько деревень, дабы обеспечить всех жителей хорошим медицинским обслуживанием. Оно им было нужно как никогда прежде. Последней проблемой была безграмотность среди населения: практически никто тут, за исключением некоторых высококвалифицированных специалистов, присланных из столицы, не умел ни читать, ни писать. Большинство деревенских не имели доступа к нормальным школам. Альфа решил, что это надо срочно исправлять, ведь образование было фундаментом для процветания этого региона. Практически вся столица умела это делать, да и там были церковные школы для бедняков. Здесь альфа хотел сделать бесплатное образование для всех слоёв населения и ударными темпами научить читать взрослую часть, дабы ту было труднее развести каким-то мошенникам или хреновым работодателям. А также его ждала новая система налогов для пополнения бюджета. Ему предстояло сегодня ознакомиться со всеми бумагами. Альфа решил не тревожить слуг по пустякам, ведь он сам мог одеться и помыться.       Конечно, он понимал, что частично лишает этих людей работы, но он настолько не привык к такому, что чувство беспокойства не покидало его. Он считал диким обычай помогать одеваться взрослым самостоятельным людям его возраста. Альфа сам открыл небольшую дверь и оказался в просторной ванной комнате, где была раковина с позолотой, большая глубокая ванна с необычными ножками, увитыми листьями, огромное зеркало висело практически на половину стены. Альфа посмотрелся в это большое зеркало и слегка улыбнулся самому себе. У Уильяма было прекрасное настроение, ведь его наконец-то ждут дела. Альфа соскучился по интенсивной работе. После универа он не работал мозгами достаточно усиленно, как раньше. Даже военное планирование не занимало его так, как управление и изучение чего-либо. Теперь ему предоставили шанс управлять этим городом. Открыв воду, альфа окатил себя водой, помогая себе окончательно проснуться.

****

       Альфа сидел за столом рядом с омегой. Они завтракали вместе совершенно обычной едой. Благодаря тому, что альфа разобрался с продуктами, у него были сосиски с горошком, а омега предпочёл яичницу. Тот питался весьма скромно, гораздо скромнее самого альфы. Уильям привык есть плотно еще со времен войны, когда можно было потом не есть весь день абсолютно спокойно после этого. Сейчас он старался есть меньше с утра, ведь теперь ему не приходилось голодать и преодолевать огромные расстояние в сжатые сроки. Теперь он был абсолютно спокоен относительно того, что у него было раньше. Только стоявшие сзади напряжённые слуги совсем не помогали расслабиться. Им казалось, что они сделали что-то не так. Особенно после того, как распространились слухи о наказании работника розгами. Никто не знал точно, за что его наказали, но говорили практически обо всём, начиная от измены и заканчивая обычным недовольством от работы. Альфа пока не собирался развеивать эти слухи, ведь они занимали слуг, пока альфа работал. Они пока не начали распространять слухи про него, и это было очень хорошо. Главное, чтобы не начали шептаться о его романе с Эйденом. Пусть они и старались делать вид, что между ними ничего не было вчера ночью, но они периодически бросали заинтересованные взгляды друг на друга. Омега смотрел исподлобья на него немного холодным взглядом, но всё же в нём было несколько больше теплоты, нежели вчера. Он старался не показывать своего расположения перед альфой, которого он сам практически не знал. Альфа немного улыбался и изредка подмигивал ему. Эйден нисколько не смущался от такого, но отворачивался, скрывая свою лёгкую улыбку. Альфа был рад, что хоть на подсознательном уровне нравится. Этот эффект был очень милым. Альфа надеялся, что они смогут поднять отношения на хороший уровень. Теперь это не казалось таким сложным, с учётом того, как они хорошо пообщались ночью.       Уильяму хотелось найти себе хоть одного друга, а не то что пару. Найти себе кого-то здесь не представлялось возможным. У него было слишком много дел, требовавших неотложного решения. Альфа слегка выдохнул и посмотрел на своего помощника. Омега уже доел и просто сидел, думал о чём-то, исследуя глазами большую столовую. Альфе она тоже не особо нравилась: огромное помещение со столом из красного дерева с изогнутыми ножками, стульями с большими спинками и мягкими подушками, под ними была плитка серо-белого цвета, стены были окрашены в белый, на них висело множество картин в золотой оправе, а также большой монолитной камин с золотым бюстом какого-то известного политика. Тут опять была постоянно золотая лепнина и золотые рисунки на потолке. Даже стулья были с золотыми нитями и позолотой на спинках. Альфа думал, что это было абсолютно безвкусно и дорого. Уильям ясно представлял, сколько всё это стоило и откуда были взяты эти деньги. Альфа подозвал к себе слугу, дабы сказать ему убрать всю еду. Только после этого омега тихо встал и показал альфе следовать за ним. Уильям послушно пошёл за Эйденом.        Омега точно знал, куда он идет: сначала им надо было зайти в кабинет, а потом пойти и посмотреть на огромный сейф с деньгами, которые успел накопить предыдущий владелец здания. Они находились на разных этажах: сейф был на первом, а кабинет на втором в другой части замка рядом с большой библиотекой. Единственной положительной чертой предыдущего барона была любовь к книгам, которые он накапливал в огромном количестве. Альфа скупал их со всей страны за баснословные деньги, не запариваясь о суммах, отдаваемых за них. Теперь у омеги было развлечение – читать это огромное собрание, наслаждаясь им. У Эйдена была слабость к книгам, которые он обожал. Уильям тоже обожал читать, но они пока это не обсуждали. Они просто неловко молчали и шли из зала в сторону лестницы. Они старались поспешить, дабы успеть закончить как можно раньше. Альфу должны были представить городу как нового начальника прямо на городской площади. Глашатай приезжал к обеду, дабы обговорить всё. Было лишь раннее утро. Омега обычно вставал ещё раньше, но сегодня решил немного отдохнуть. Теперь ему не надо было столько работать, ведь большую часть на себя обещал взять альфа. Уильям прямо горел сейчас работой и готов был делать всё, что предложит ему омега. Его интересовало абсолютно всё: начиная от старых и залежалых документов и заканчивая свежими отчетами.       Эйден слегка утомился от такой работы, и его порой смешило поведение альфы. Он был словно маленький ребёнок. Альфа был под впечатлением от будущей работы. Он никогда не занимался ничем подобным. Ему казалось, что он не зря практически закончил один из лучших вузов своей страны, ведь благодаря таким необычным знаниям он теперь точно сможет кому-то помочь. Для него такая работа была важна. Они шли вместе на второй этаж. Помещение до сих пор напрягало альфу своим дубово-лакированным блеском. Ему хотелось убрать этот ужасный лак. Уильяму казалось, что он мог увидеть себя в этих настолько сильно начищенных ступеньках. По ним словно ни разу не ступала нога в грязных ботинках. Они в прошлый раз шли по такому же чистому полу, а сегодня с утра ступеньки были идеально чистыми. Альфа подумал, сколько же моющих средств было вылито на неё. Омега же просто не замечал этого блеска, ведь ходил по ней каждый день. Он не пытался в неё смотреться, в отличие от Уильяма. Эйден решил придать альфе ускорение и бесцеремонно схватил его за длинное ухо. Омегу бесило, что альфа был настолько медленным. Ему не терпелось дойти до их кабинета. Надо было как можно скорее начать работу.       Омега начинал проверку документов примерно в это время каждый день. И изменение расписания давалось ему достаточно тяжело. Этот странный альфа своим приездом переполошил всё поместье. После того, как Уильям чуть ли не ткнулся носом в пол, Эйден начал менять своё отношение к нему. С одной стороны, он казался очень сосредоточенным, умным и мотивированным, а с другой, такое ребячество портило всю картину. Альфа не особо парился о том, как к нему относился омега. Но то, что его тянули за ухо, словно ребёнка, практически до конца лестницы, ему не особо понравилось. Это было унизительно для самолюбия альфы. Уильям недовольно смахнул руку Эйдена, дабы тот прекратил его тащить. Альфа выглядел ещё более раздражённым, чем омега. Вот они двое, недовольные и надутые, шли по тёмному коридору с небольшими окнами. Омега практически инстинктивно жался к альфе, ведь ему дико не нравилась темнота в таких помещениях. Он даже свою комнату запирал перед сном на все замки перед тем, как затушить все лампы. Омега никогда и ни одному человеку ни расскажет, зачем он это делает, хотя многие слуги задавались таким вопросом. В замке было весьма безопасно, никто не планировал его штурмовать. Эйден сейчас выдохнул и подумал о том, как мог расценить такое поведение Уильям. Он всё же был альфой, и не подумать, что он заигрывает с ним, это было совершенно не так. Уильям же, в свою очередь, просто положил руку на плечо омеги и прижал его по-дружески к себе. Пусть он ещё и злился на него, но всё же почему-то хотел защитить от того страха, что мелькал порой у омеги на лице. Как Эйден ни пытался его скрыть, Уильям прекрасно читал его лицо, словно открытую книгу. Для него это было делом привычки после кучки лжецов вокруг. Вот так они дошли до нужной двери. Пусть коридор и не был узким, но омега жался к тёплому плечу альфы. Но как только они вошли в хорошо освещенное помещение с большим окном...       ...Эйден быстро отпрянул и поправил свою рубашку, словно ничего и не было. Его лицо вновь окатило холодом. Омега не хотел излишне показывать свои эмоции, хоть и понимал, что Уильям давно его прочёл всего. Перед ними предстал кабинет небольшого размера: стол с кучей неразобранных документов, большое окно, из которого лился приятный утренний свет; под ногами не было даже ковра, только голый пол с голым ламинатом, около стены стоял небольшой дубовый шкаф, забитый разными папками под завязку. Альфа осмотрелся вокруг: из красивого тут был лакированный стол с толстыми ножками. Около него стояло два стула с тонкими ножками и явно мягкими подушками на сиденьях и спинкам. Уильяму здесь понравилось, ведь тут было не настолько богато, но весьма комфортно. Пусть не хватало ковра на полу и какого-то источника тепла, но тут было слишком мало места для камина. А так, в целом, было практически идеально. Омега двинулся сразу к столу, осторожно касаясь документов. Они тут были навалены хаотично, даже не по датам, а просто, как было удобно омеге. Он сам составлял эту странную систему, которую он использовал для того, чтобы всё это проверять. Омега выдохнул и представил, как будет всё это показывать альфе, особенно все те бумаги, которые лежали в этих папках. Это было накоплено за несколько лет ещё предыдущим главой. Он в начале пытался работать, или делал вид, что трудится. Главное, что Уильяму не надо круглыми сутками сидеть здесь.       — Ты готов? — Эйден посмотрел на Уильяма. — Нам предстоит много работы сегодня. На поблажки не рассчитывай у меня.       — Я надеюсь, что у меня всё получится, — альфа радостно улыбнулся и посмотрел прямо в глаза омеги, заставляя того немного покраснеть. — Ты же не думаешь, что я брошу работу, как мой предшественник?       — Я думаю над этим, — пожал плечами омега. — Он тоже сначала радовался новой должности, а потом положил, м, половой орган и ушёл в запой и кутеж.       — Мне больше некуда идти, — честно признался альфа. — Дома в этом мире у меня нет, поэтому остаётся только работать, дабы добиться расположения местных жителей.       — Ну, всякое бывает, — Эйден посмотрел в глаза Уильяму. — Ты пока не показал себя абсолютным трудоголиком, хотя у тебя есть хорошие мысли насчёт всех дел. Я же в своём мире изучал государственное управление.       — Звучит интересно, — с небольшим интересом высказался омега. — Хотя и в этом мире ты мог спокойно поступить в любой университет, ведь ты альфа. А мне доступны только короткие программы для омег, и то, не во всех университетах. Только недавно такое разрешили, но до сих пор многие против подобного, ведь идеальное место омеги — это дом, а лучшие занятие – рождение и воспитание детей.       — Смотрю, ты пошёл против устоев ради своей цели, — альфа ободряюще положил руку на плечо омеги. — Я уверен, что у тебя всё получится, и ты достигнешь того, чего хочешь.       — Ты ещё и подлизываешься? — омега недовольно посмотрел, но не стал убирать руку со своего плеча. — Всё равно от работы не отвертишься. Нам пора начинать, чтобы сделать хоть часть от того, что запланировали сегодня. Иначе тебе же хуже будет вечером.       — Хорошо-хорошо, — выдохнул альфа, даже не думавший подлизываться к омеге.       Омега сел на стул и взял в руки первую кипу документов. Он был настроен очень серьёзно взяться за дело. Альфа не думал отставать от Эйдена, ведь ему не хотелось казаться тупым или ленивым. Уильяму хотелось начать разбираться со всем этим. Пока для него все эти документы были просто набором цифр. Но Эйден прекрасно умел объяснять абсолютно всё. Он знал каждую закорючку в этих бумажках. Он всё это самостоятельно заполнял днями и ночами. Альфа старался уловить каждое слово, вникая в саму суть. Ему казалось, что он никогда не сможет работать так как омега, практически на износ. Он был намного более легкомысленным и свободным, чем зажатый трудоголик Эйден. В своём мире альфа тоже был трудоголиком, но здесь он почему-то стал гораздо спокойнее и ленивее, особенно после окончания войны. Теперь его любящая работу часть требовала свободы, вырываясь из закромов души, куда альфа её запихал. Уильяму это не нравилось, ведь он не хотел сильно перенапрягаться и уставать до изнеможения.       Хотя бы какое-то время это было неизбежно, ведь ему предстояло изучать старые документы и разбираться с новыми, дабы не пропустить всякие проблемы или пробелы в бюджете. Дыры тут точно были, и их стоило начать заделывать. Альфа внимательно слушал омегу, начиная понемногу разбираться в теме. Уильям признался самому себе, что ещё не совсем отупел после целых двух с половиной лет сплошных сражений, а не учёбы. Многие документы говорили о том, что около города раньше была большая винная фабрика, разорившаяся из-за конкурентной борьбы с другими винодельнями. Тут делали неплохое вино, но почему-то из-за репутации региона и очень высоких цен на виноград местная фабрика потеряла все доходы. После этого они были вынуждены уволить всех сотрудников и закрыться. Уильям не знал, кому пришло в голову делать вино из обычного винограда, когда тут было много своего риса, а покупать виноград из другого региона было нецелесообразно. Для Уильяма было важно показать, что из риса можно приготовить столько всего нового, да и просто употреблять его в пищу. Это могло стать фишкой данного региона, позволяющей заработать больше денег, так как градообразующее предприятие закрылось и многие инвесторы ушли из города.       Теперь всё пришло в упадок, ведь многие люди потеряли работу, а часть быстро собрала вещи и уехала в более успешные регионы. Сейчас альфа слушал все эти падающие цифры в отчетах омеги и понимал, что надо быстро показать, как пользоваться рисом, готовя из него алкоголь. Иначе весь город выродится, становясь всё более и более пустым. А тут были ещё более бедные города, из которых отток был наиболее сильным. Альфа прекрасно понимал, что ему надо выделить деньги из своего бюджета, дабы привлечь сюда новых людей. Он уже хотел писать в столицу, чтоб пригласить в город старых знакомых из военной элиты. Часть из них всё равно была недовольна окончанием войны, ведь некоторые оказались у разбитого корыта: умершие родственники, разрушенные дома, растущие цены и недостаток денег. Это всё сказывалось, а тут было намного спокойнее: цены меньше, места больше и есть работа. Эйден с грустью на душе рассказывал о закрытом крыле больницы, ведь большая часть врачей уехала после закрытия фабрики и ухода денег из города, оставалось их привлечь заново: для начала инициативных людей, а потом уже и деньги. Омега выдохнул и посмотрел на снова сосредоточившегося альфу: он выглядел таким же грустным, но в его глазах горела какая-то искра. Было видно, как шестерёнки в голове альфы работали на благо города. Эйден мог с уверенностью сказать, что альфа точно слушал его и вникал в каждое слово. Омега даже засмотрелся на альфу, когда вставал за новыми документами. Ему надо было достать ещё одну папку. Ведь он зачем-то убрал туда старые документы по застройке города.       Эйден не заметил, как наступил на свои собственные шнурки и полетел вперёд. Омега даже сначала не понял, что происходит. Уильям намного быстрее среагировал. Благодаря тому, что он служил в армии, рефлексы у него были раскручены на максимум. Теперь они наконец-то пригодились ему для сохранения здоровья омеги. Альфа быстро вскочил со своего места и в один шаг оказался около падающего омеги. Уильям не хотел, чтобы его помощник как-то пострадал. Это было бы просто ужасно, ведь он был тем звеном между ним и всеми огромными ящиками с документами. Да и к тому же Эйден больно понравился Уильяму. Альфа подхватил омегу и поднял на руки. Эйден пару мгновений просто хлопал глазами. Он никогда не чувствовал ничего подобного, ведь альфы никогда не проявляли к нему особого внимания. А тут он оказался на руках у симпатичного альфы, поймавшего его после того, как он чуть не упал. Всё это выглядело как идеальный момент из омежьего романа. Эйден их особо не читал, но всё же порой баловался. Он прекрасно понимал, что сейчас происходит. На его щеках появился сильный румянец. Омега даже не решался что-то сказать. Он прикрыл глаза и слегка уткнулся в чужое плечо, недовольно пряча своё смущение. Ему не нравилась его реакция на этого альфу. Эйден ещё ни разу так не реагировал ни на одного из тех, кто пытался к нему подкатить. Уильям был первым, кто вызывал у него такие чувства. Он был настолько милым и ненавязчивым в своём желании помогать ему.       — Ты в порядке? — решил поинтересоваться альфа. — Не ушибся?       — Нет, я не упал даже, — выдохнул омега. — Но зачем ты меня поймал, ещё и держишь на руках так долго?       — Ты просто милый, — улыбнулся Уильям. — Ты не тяжёлый. Если хочешь, я могу донести тебя прямо до хранилища. Мне правда не тяжело.       — Не пори чушь, — раздражённо сказал омега. — Я не такой беспомощный, и я не поведусь на такие тупые подкаты.       — Я не пытаюсь на второй день знакомства подкатить к тебе свои шары, — выдохнул грустно Уильям. — Я просто хочу сделать твою жизнь лучше и наладить наши отношения. Ты слишком холоден ко мне, и мне действительно важно растопить твоё холодное сердце.       — Мы знакомы два дня, и этого слишком мало, чтобы ты топил моё сердце, — омега слез с рук альфы. — Но я всё равно благодарен тебе за помощь. Я немного задумался, и теперь мы с тобой потеряли слишком много времени.       — Теперь нам надо идти сразу смотреть на моё состояние, — напомнил альфа. — Мы с тобой успеваем, если ускоримся немного. Вечером мы можем посмотреть точные документы. Мне просто интересно посмотреть, насколько заполнен этот огромный сейф.       — Это целый зал, огромный просто, заполненный деньгами практически доверху, — пожал плечами омега. — Я не считаю его особо интересным, но если ты настаиваешь, пойдём.       — Я никогда такого не видел, — альфа был возбуждён подобным зрелищем не меньше, чем проверкой документов. — Настолько много денег я не видел ни разу в жизни. Мне необходимо это срочно увидеть.       Омега, увидев, что его работодателю действительно интересно, не смог устоять перед ним. Альфа протянул ему руку, предлагая омеге взять её. Уильям понимал, что его партнер боится темноты, и хотел заранее предложить свою защиту. С малость недовольным выражением лица Эйден всё же принял помощь и аккуратно взял предложенную руку. Ему не хотелось принимать такую очевидную помощь, но всё же так ему будет спокойнее. Ему не придется шугаться каждой тени и делать вид, что ему всё равно. Теперь омега мог хоть немного выдохнуть и подумать о чём-то важном, а не концентрироваться только на страхе. Альфа крепко сжал небольшую ладонь и пропустил омегу вперёд. Из них двоих только омега знал, куда идти. Альфа, конечно, мог использовать своё чутье и магию, но ему не хотелось сейчас чрезмерно тратить ману попусту ради каких-то глупостей. Он решил довериться своему помощнику, дабы тот всё ему показал. Но всё же альфа решил использовать магию, чтобы проверить документы и без участия омеги и ускорить процесс. Делать это надо было дозированно: когда альфа пытался засунуть в голову что-то сверх нормы, у него начиналась сильная мигрень, не проходящая в течение нескольких часов или дней. Такое уже было, когда его быстро учили местному общему языку, истории и магии.       Тогда всем было плевать на его состояние – самое главное было как можно раньше запихнуть в него базовые знания. Сейчас ему не хотелось испытывать подобного удовольствия. В такие дни он хотел просто умереть и не двигаться. Сейчас он слишком сильно заботился о своём здоровье. Омега тоже старался заботиться о себе и не прижиматься поближе к альфе, дабы не травмировать свою психику. Он, конечно, прижимался к парню, но не касался его плечом. Эйден не хотел казаться слишком навязчивым по отношению к альфе, который и так помогал ему справиться со страхом. Это было даже мило по отношению к нему, ведь они были мало знакомы, и это было совершенно не обязательно. Его предыдущий работодатель никогда так не делал и даже порой смеялся из-за его иррационального страха. Омега был благодарен нынешнему альфе за то, что не стал высмеивать его страхи. Они смогли двигаться очень быстро, дабы успеть всё. Альфе хотелось посмотреть на забитый деньгами зал. Он чувствовал себя Скруджем Макдаком. Только прыгать в деньги он определённо не планировал, понимая нерациональность этих действий. Монеты были жёсткими, можно было легко сломать себе что-то. А вот просто посмотреть на такие богатства, доставшиеся ему, можно. Уильям чувствовал себя сказочно богатым. У него никогда не было таких огромных денег. Он чувствовал себя одним из его богатых одногруппников, которым отвешивали просто огромные суммы на карманные расходы. Хотя ему было немного жалко, что он не мог использовать все эти деньги на свои нужды, просто наслаждаясь роскошной жизнью. Ему всё равно пришлось бы потратить часть на восстановление города и экономить на себе первые пару лет. Он уже смирился с этим фактом, но тот всё равно печалил альфу.        Он был максимально задумчив, пока они шли. Он даже забыл отпустить руку Эйдена, когда они вышли из того тёмного коридора. Омега просто выдохнул и решил, что теперь его очередь помогать Уильяму, следя за тем, чтобы тот не упал с лестницы. Альфа мог сильно пострадать, если скатился бы с такой вот наполированной поверхности. Омега крепко держал альфу за руку, просто выдыхая и стараясь не дать ему по голове за периодическое зависание на какой-то мысли. Эйдену хотелось залезть в голову альфе и посмотреть, о чём же он так интенсивно думает. Из-за такого задумчивого настроя альфы они значительно замедлились. Пусть они шли уже не так быстро, но всё же вписывались в график. Сразу после лестницы омега свернул направо в длинный коридор. Им нужна была конечная дверь: именно там был огромный сейф. Можно было сказать, что в этом замке была симметрия на первом этаже: с одной стороны был бальный зал, а с другой стороны такого же размера огромный сейф. Он было сделано благодаря старому эльфу, которому хотелось показать своё состояние. Уильяму не хотелось тратить столько денег, как предыдущий барон. Альфа слегка улыбнулся, когда отошёл от своих мыслей и понял, что омега так и не отпустил его руку. Это было безумно мило, и альфе нравилось касаться мягкой кожи своего помощника. Эйден выглядел весьма холодным, но умел порой быть достаточно заботливым.       Альфа не хотел говорить ему, что он уже пришёл в себя и теперь готов идти сам. Он лишь наблюдал за коридорами. Они шли слева и вперёд. Теперь они проходили через коридор с большими окнами и дверьми. Тут было намного больше света, чем наверху. Это было весьма странно — делать такие больше окна лишь на первом этаже, но не на всех остальных, из-за чего светлее всего было внизу. Эйдену не приходилось тут бояться из-за темноты. Уильяму нравились здешние двери, разрисованные разными природными мотивами: начиная от деревьев и листьев и заканчивая животными. Это было необычно и красиво, ведь нигде больше такого не было. Все остальные двери были совершенно обычными и даже скучными. Там были простые ручки, а здесь они были сделаны словно из сказки с лозами. Альфе не хотелось переделывать такую красоту. Тут было слишком красиво. Даже Эйден тихо признавал это. Ему нравилось тут, и он был готов жить здесь, а не на верхних этажах. Здесь не было спален, а только технические помещения: кухня, прачечная и прочие радости кухни такого огромного особняка.       Никто из них не понимал, зачем было так украшать обычные технические помещения. Здесь из окон был красивый вид на сад с лесом на фоне. Уильям и Эйден периодически смотрели туда и просто наслаждались видом. Так они и дошли до огромной двери сейфа с круглой ручкой. Они стояли около него некоторое время и просто пялились на чёрное железо. Этот сейф был практически не убиваемым, в нём можно было пережить даже атаку на замок. Омега первым подошел к этой огромной махине и осторожно нажал на три слабо видимые кнопки. Если не знать, где они находятся, то найти их было трудно. Это был определённый код: три из шести труднонаходимых кнопки. Это было сделано для того, чтобы точно никто не смог взломать. Сейчас Эйден сделал так, чтобы Уильям смог своими глазами увидеть, какие кнопки и где он нажимает, и запомнить всё с первого раза. Повторять сто раз омега не планировал, как делал это в прошлый раз. Открыв огромную дверь, Эйден выдохнул и отошёл, освобождая проход для альфы. Омега понимал, с кем имеет дело, и ждал соответствующей реакции. Уильяму действительно хотелось прыгать от радости, когда он увидел заполненную практически доверху золотом комнату. Это были баснословные деньги даже для этого мира. Альфа сомневался, что у большинства дворян были такие суммы в чистой валюте. Он даже не рискнул предположить, сколько тут денег. Здесь бы хватило на пару сотен лет безбедной жизни в своё удовольствие. Альфу так и манило бросить свой план и просто стать тем самым глупым, избалованным и богатым дворянином, но он вспомнил, какие чувства у него вызывали такие люди. Он точно знал, для чего у него эти деньги в пользовании. Он должен был потратить их на благое дело. Уильям постарался не давать волю эмоциям, чтобы не прыгать на месте от радости. Эйден вздохнул и посмотрел на этого большого ребёнка. Порой ему хотелось дать подзатыльник, дабы успокоить, но в этот раз этого не потребовалось: его наниматель сам смог сдержать себя в руках, пусть и с большим усилием.

****

       Уильям сидел на большой сцене и осматривался вокруг. Он устал от быстрой ходьбы и решил присесть прямо на пол, хотя ему предлагали огромный трон. Альфе было некомфортно садиться на подобное, да и сцена выглядела чистой, пусть и не новой: в дощатом основании были дыры, наспех залатанные другими досками, да и само дерево выглядело старым, откуда-то торчали гвозди. Всё это выглядело опрятным, но старым и изношенным. Всё это давно было пора менять на что-то более новое и красивое. Да и больше сцена никак не была украшена и просто стояла таким вот кругом на главной площади города. Надо было менять всё это и сделать главную сцену города более привлекательной. А то весь город был абсолютно серым и однотипным. Это приводило к депрессии и апатии у жителей. Уильяму самому хотелось впасть в глубокую депрессию от всего этого вида, а ведь он здесь только второй день, когда некоторые люди живут здесь годами и не имеют возможности никуда выехать. Это было слишком удручающе. Альфа повернулся и взглянул на омегу, сидевшего на кресле рядом с предложенным ему. Тот выглядел холодным и отстранённым, как обычно. Сразу было видно, что он годами выстраивал этот образ перед горожанами, дабы те даже не думали подкатывать к нему. Эйдену это было не нужно, да и лишний раз подойти боялись, никто не отвлекал от работы. Одни плюсы, и никаких минусов для него сейчас не было в его положении. Закинув ногу на ногу и подперев голову рукой, он скептически осмотрелся вокруг себя. Он не представлял, какой план был у альфы по превращению этого захолустья в процветающую область. По всем прикидкам омеги можно было только немного улучшить проживание местных, но никак не вернуть городу былое процветание, о таком омега раньше даже не думал. Только вот альфа был настолько на позитиве и уверен в своём деле, что весь его план казался ему утопией, которую Уильям считал правдой.       Перед ними стоял небольшой толстенький эльф, слегка лысеющей. Уильяму казалось, что его лысина немного блестела на солнце. Сегодня была просто прекрасная погода для местности. Здесь редко такое встретишь. Казалось, что сама погода благоволила альфе и омеге в проведении их дела. В этом мире никто не мог предсказывать погоду, и можно было считать счастьем, что они смогли выцепить такой приятный денёк. Небольшой эльф был просто в прекрасном настроении и бегал туда-сюда между двумя начальниками. Он встретил их около выхода из замка. Этого эльфа звали Абрахам Галлджер, он уже давно работал глашатаем. Он представлял ещё двух предыдущих баронов этой местности. Он был достаточно умудрён опытом, но умело казался услужливым дурачком, бездумно выполняющим просьбы своих хозяев. Альфа достаточно быстро просёк эту фишку и не повелся на такую откровенную лесть. Пусть она ему и нравилась, но вестись на неё он не планировал. Уильяму было важно сохранить здравый ум. Альфа внимательно рассматривал каждую деталь его одежды и внешности: кроме смешной круглой лысины, у него был нос картошкой, круглые с длинными ресницами глаза, едва видимые веснушки, а оставшиеся волосы были ярко рыжие. Они были словно солнышко на его голове. Он был весьма смешон, ведь он также был одет в довольно строгий костюм: рубашка, строгие штаны и ботинки. Последние были налакированные и блестели на солнышке. Альфа лишь вздыхал, слушая бесконечный трёп этого эльфа. С одной стороны, ему хотелось услышать какую-то полезную информацию, а с другой, вычленить её из речи этого беты было очень трудно. Эйден делал это лучше, чем альфа, ведь он уже не первый раз имел с ним дело.       Он порой шептал что-то Уильяму, что помогало ему вовремя кивать и делать свои замечания. Пока они шли под охраной пешком на главную площадь, им удалось договориться о том, как будут представлять альфу перед народом. Уильяму было важно то, как про него расскажут. Это поможет хоть частично расположить к нему народ, не любивший героев и ставников из столицы. Для Уильяма было главным произвести хорошее впечатление на большинство горожан, насколько это возможно. Ему не хотелось получить чем-то в лицо из-за их гнева. Это было бы жутковато для парня, и сейчас он был немного напряжён из-за всего этого. Абрахам шагал по краю сцены взад-вперёд, репетируя про себя речь. Народ всё собирался и собирался, словно муравьи. В этот раз пришло даже больше, чем вчера, когда приезжал альфа. Может, многих просто не пустила охрана. В этот раз её было намного меньше, чем в предыдущий. На этом настоял сам Уильям, которому не хотелось ограждаться от народа. Альфа внимательно смотрел в каждое уставшее и недовольное лицо. Никто из них не вызывал у него ощущения сломанного радио: все эмоции были настоящие и неподдельные. Им действительно было плохо от всего происходящего тут, и они сильно устали от бездействия власти. Они уже не верили в то, что очередной герой может что-то концептуально поменять и сделать их жизнь лучше. Уильям чувствовал всю эту массу эмоций. Ему самому было жалко этих людей до невозможности и слёз, ведь он понимал, что даже его изменения принесут пользу не сразу, а лишь спустя некоторое время.        Оратор уже было готов был начать свою пламенную речь насчёт всех регалий Уильяма, как альфа заметил летящий в них помидор. Уже второй раз за день его спасало острое чутьё. Просто подняв руку, альфа заставил гнилой овощ остановиться прямо перед сценой и с плюхающим звуком упасть на пол. Это был невидимый барьер, возведённый буквально за пару мгновений до того, как помидор должен был прилететь по лицу Абрахаму. Альфа тяжело вздохнул и понял, что никакие речи тут не помогут их переубедить. В них полетело больше тухлых овощей, что разбивались о невидимую стену, а из толпы послышались крики: «Ты нам не нужен», «Уходи». Они выделялись среди нечленораздельных злобных оров ярче всего. Абрахам начал паниковать и бегать по небольшой сцене, пытаясь отдать приказы солдатам, дабы те защитили их. Он сильно перепугался, что кто-то из толпы пойдёт в атаку и захочет действительно убрать их всех. Он боялся больше всего именно за свою жизнь. Эйден тоже вскочил в панике, ведь в прошлый раз всё проходило более гладко. Были слышны крики, но никто не посмел в них что-то кинуть. Он увидел абсолютно спокойного альфу, улыбнувшегося ему и поднявшего руку. Альфа понял, что теперь придётся разбираться самостоятельно. Он аккуратно сел на самый край и свесил ноги. Вся толпа просто замолчала в замешательстве. Никто не понимал, что этот странный человек собирается делать дальше. Уильям постарался максимально сосредоточиться, чтобы сформулировать свою дальнейшую речь. У него не было особо слов, но он решил показать себя максимально крутым.       — Итак, меня зовут Уильям, — слегка улыбнулся альфа. — Я рад познакомиться со всеми вами.       — Проваливай отсюда, — выкрикнул кто-то из толпы. — Ты нам не нужен.       — А с чего вы взяли? — не снимая улыбки с лица, вопросил он. — Я понимаю, что ваш предыдущий барон был полным придурком, но я сам из другого мира, и мне нет резона вам вредить. От меня избавились и решили убить вашими руками.       — Всё ты врешь, — ему ответили из толпы недовольные.       — Вы думаете, почему я здесь практически сразу после убийства бывшего главы региона? — решил уточнить альфа. — Вы думаете, почему героя войны отправили в самую глушь без почестей и без огромной суммы денег?       — Не прибедняйся, — уже менее уверенно выделил какой-то человек из толпы.       — А смысл мне их тут тратить, если я обязан находиться здесь? — пожал плечами Уильям. — Мне запрещён выезд отсюда следующие два года. Это позволяет вам спокойно меня убить, если что-то пойдет не так в самом начале на протестных настроениях после кризиса, а правительству найти одного человека и показательно казнить за мою смерть. После этого все забудут обо мне.       — И что ты предлагаешь нам делать? — один человек вышел из толпы и посмотрел прямо в глаза альфе. — Ты ничего о нас не знаешь.       — Я предлагаю пока сплотиться на ненависти к столице, — первая часть плана Уильяма начала работать. — У вас забрали деньги, часть мужей и сыновей на эту кровопролитную войну, разорили ваш регион и впоследствии забыли как страшный сон. А меня выкинули сюда, дабы убить. Ни у кого из нас нет смысла любить этих придурков. У меня есть план, чтобы вывести нас из кризиса.       — А если ты окажешься таким же, как предыдущий наш глава? — решили уточнить некоторые эльфы. — Он тоже нам заливал про промышленную революцию.       — Ну, я умею колдовать, но совсем не разбираюсь в строительстве, — задумался альфа. — Но я могу попробовать заняться дорогами для начала новой стройки. Сначала нам нужно сделать это. А потом я смогу найти новых строителей и возродить завод, который и привлекал инвесторов.       — Ты попробуй, — кто-то засмеялся, что немного разозлило альфу.       Альфа выдохнул и немного потёр виски. Он действительно не особо разбирался в строительстве, и ему порой было тяжело придумать, как красиво сделать дороги на весь город. Они должны были выдержать кучу повозок с цементом для будущей стройки города. Люди были бедны, им был не по карману внешний и частично внутренний ремонт жилищ. Альфа планировал нанять не только орков для этой грандиозной затеи. Этот проект мог обеспечить временную работу для некоторых горожан, что могло дать им деньги и занятость до того момента, как заново отстроится завод, а затем в город вернутся инвесторы и откроются другие рабочие места. Альфа подумал, что теперь ему предстоит тяжёлая работа по созданию дороги под пристальными взглядами своих горожан. Они ждали от него каких-то действий по ремонту. Альфа надеялся, что он сможет сделать всё правильно: он никогда до этого момента не занимался подобным. Дома ему точно будут не под силу, ведь ему обязательно нужно понимание всех технологий по их строительству. Он ничего не смыслил в этом и мог спокойно налажать с построением зданий. Архитектура не была его сильной стороной, ведь он никогда ей особо не интересовался. Лучше было обратиться к специалистам. Уильям прямо чувствовал, как на него пялится Эйден. Он чувствовал, как омега нервничал, и хотел кинуться к нему, дабы спасти его. Уильям повернулся к омеге и слегка улыбнулся, стараясь показать, что всё хорошо и ему нечего бояться. Сейчас он не боялся умереть, ведь был уверен, что они с ним ничего не сделают. Они были настолько заинтересованы тем, что, оказывается, альфа умеет колдовать. Это было очень редким явлением: мало кто мог колдовать в таком масштабе.       Обычно было бытовое и мелкое колдовство: пододвинуть стол, помыть посуду или подмести пол. Уильям собрался с духом и слез со сцены. Он оказался среди расступающейся толпы. Некоторые едва сдерживались, дабы не прикоснуться к нему. Вряд ли кто-то из них видел настолько хорошо одетого человека. Уильям с некой грустью посмотрел на этих бедно одетых людей и грязных детей. Ему хотелось помыть их и одеть за свои деньги. Единственное, что ему надо было сейчас сделать — это завоевать доверие этих горожан. Альфа сделал пару шагов от сцены среди пялящейся толпы и прикрыл глаза, расставляя руки. Он представлял у себя в голове, как старая плитка постепенно меняется на новую: блок за блоком, секунда за секунду. Он буквально чувствовал, как чистая мана концентрируется по всему его телу и придает ему сил для действий. Так прошло пару мгновений, и уже кто-то из толпы закричал, что он просто притворяется. Сейчас мало кто верил в то, что кто-то сможет преобразовать целый город лишь при помощи магии. Но неожиданной крик маленького мальчика заставил всех посмотреть себе под ноги. Плитка словно ожила и стала двигаться сама по себе: переворачивалась, вздымалась в некоторых местах, шевелилась. Так происходило по всему городу, вся земля словно дрожала от такого вливания магии в неё. Это было просто потрясающе. Двое детей на пару секунд смогли забраться на такой бугор и помахать своим родителям с него. Но вдруг от альфы пошла волна земли, меняя всё под ногами на совершенно новую плитку и укрепляя дороги. Это волна расходилась вокруг, делилась на более мелкие, но не останавливалась, пока не дошла до конца города по всем его мелким закоулкам. Это сильно вымотало альфу, ведь город, несмотря на своё полуразрушенное состояние, был достаточно огромным. Мало кто бы смог провернуть такое с одной попытки, но Уильям смог справиться с этим. Альфа слегка пошатнулся, когда заново открыл глаза. Мир вокруг него будто слегка поплыл.       Он приложил руку к голове, дабы хоть как-то убрать заново появившуюся головную боль. Это случилось из-за резкого истощения запасов маны за один раз. Он ещё не полностью восстановился после военных действий, когда у него так часто расходовались магические силы. Ему надо было больше времени, дабы его повреждённые ворота полностью восстановились. По-хорошему, ему надо было просто лежать и отдыхать, не используя магию ещё несколько месяцев. Его предупреждали врачи о таком вот побочном исходе, если он будет сильно напрягаться и пытаться что-то делать при помощи магии. Тут за ним никто не наблюдал, поэтому альфа решил ещё один раз истощить свои врата. Уильям поругался на себя за такую глупость: ему хотелось выпендриться и показать себя перед горожанами с лучшей стороны с самого начала. Он готовился проводить порой не совсем понятные реформы на будущее, и надо было заручиться их поддержкой. Благо, сцена была рядом. Уильям был несказанно рад, что где-то в толпе послышались радостные хлопки и улюлюканья, относившиеся к его поступку. Вся напряжённая обстановка постепенно спадала, и эльфы начали тихо переговариваться про себя о чём-то, не желая больше убивать своего градоначальника. Альфа увидел, как один эльф с грустью опустил целый лоток гнилых овощей на землю. На его лице выразилась целая гамма эмоций: от удовлетворения тем, что дороги наконец-то исправили, до разочарования тем, что он тащил все эти овощи сюда явно издалека.       Альфа сделал несколько шагов назад и буквально свалился в чьи-то тёплые руки. Он обернулся и увидел неожиданно встревоженное лицо Эйдена. Пусть они и были знакомы два дня, но омега искренне волновался за него. Омега аккуратно сел около него и посмотрел прямо в глаза, поддерживая его хрупкими руками. Уильям вымученно улыбнулся и взял его за руку. Мягкая и тёплая ладонь стала словно маяк, чтобы не провалиться с глубокий сон без сновидений. Она помогла собрать мысли в кучу. Альфа взглянул на довольный народ, который уже подумал, что они пара, и альфа приехал сюда не только из-за ссылки, но и к милому и одинокому омеге. Эйден первый раз за всё это время снял с себя маску холодного и отстранённого человека, показав свою другую сторону: милую и ранимую. Он сам не знал, почему его сердце неожиданно пропустило пару ударов, когда альфа едва-едва дошёл, покачиваясь, до помоста. Омега настолько быстро оказался рядом, что не успел всё нормально обдумать. Тело двигалось инстинктивно для того, чтобы помочь этому странному альфе. И вот он уже сидел рядом с ним на коленях перед всеми горожанами. Эйден сначала подумал, что это может выглядеть позорно, но потом отринул эти мысли, сосредоточившись только на своих ощущениях. Сердце колотилось словно бешеное, когда он смотрел на уставшее, но довольное лицо альфы, на его волосы, что ерошил ветер, на стекавшую по лбу капельку пота, на яркую улыбку. Это было словно чудо, сошедшее с небес для него. Он не мог поверить в существование такого странного, но одновременно влекущего к себе человека. Уильям же просто потрепал омегу по длинным белоснежным волосам и снова посмотрел в толпу.       — Теперь вы хотя бы немного верите мне? — он обвёл глазами всех присутствующих. — Я смог восстановить вам дорогу. Теперь вы готовы рассказать мне о ваших проблемах?       — Да, да, — закричал какой-то парень. — У меня крыша прохудилась.       — Парень, не лезь со своей крышей – это твои проблемы, — выкрикнул кто-то из толпы. — А вот у меня не хватает работников в баре, а также проблемы с поставками из-за опасных трактов.       — А у меня неправильно взяли налоги и обсчитали, — закричали несколько человек из толпы. — Да и вообще, это грабёж чистой воды. Дерут с три короба.       — Итак, предлагаю такую схему: вы записываете все свои предложения и отдаете лично мне в руки, — альфа посмотрел в заинтересованные глаза жителей. — Я их обрабатываю и выношу какое-то решение по ним. Хорошо?       — Только вот одна проблема, — вышел, охая, старый эльф. — Мы тут не в столице. Мы люд простой – грамоте многие не обучены, ведь с самого детства работали на благо страны. А потом большинство школ в нашем регионе закрылось. Да и сейчас нам не до этого, ведь мы пытаемся как-то выжить и не помереть с голоду.       — Тогда сделаем так: мои солдаты вам помогут, ведь они обучены грамоте, — выдохнул Уильям. — Из моего дома принесут письменные принадлежности и бумагу. А вы пока разделитесь по группам проблем: бытовые: протекла крыша или цветы завяли — в одну сторону, финансовые: нет денег на покупку продукции, неправильно посчитали с налогами или что-то подобное, то в другую. В третью те, у кого родственники погибли или пропали на войне, но они так и не получили за них выплаты, дальше те, у кого проблемы с трудоустройством, в последнюю те, у кого семейные проблемы. Если у вас их несколько, то можно переходить из группы в группу спокойно, если уже написали одну жалобу. Обязательно говорите своё имя и фамилию стражнику, дабы тот знал, от кого обращение. В последствии это поможет довести помощь до каждого гражданина. А если вы сомневаетесь, к какой категории себя отнести, то не стесняйтесь спрашивать.

***      Уильям лежал на небольшом диване в своём кабинете. Он попросил принести слуг его сюда, дабы он мог здесь отдыхать. Теперь он стоял около стены напротив шкафа с документами. Этот приятный предмет мебели прекрасно вписывался в обстановку, ведь теперь альфа мог изучать документы лёжа и отдыхая. Ему это было важно после всего случившегося, ведь он был на пределе. Весь сбор жалоб затянулся на несколько дней непрерывной работы. Народ словно с ума сошёл, наконец-то поняв, что их хотели слушать. Некоторые индивидуумы оставляли свои жалобы на одно и то же имя по несколько раз в надежде на то, что их скорее рассмотрят. Вся личная гвардия Уильяма не успевала всё это обрабатывать, и они сначала пытались просить людей так не делать, но это совершенно не работало. Всем словно было плевать на других, соблюдавших правила подачи заявок. От этого становилось только больше макулатуры, и количество стопок лишь увеличивалось. Даже Уильяму пришлось оторваться от работы и снова выступить перед народом, дабы хотя бы немного успокоить их. Обстановка всё накалялась до этого момента: люди устали от своих проблем и игнорирования их властью. Теперь они собирались компенсировать всё то, что они не додали раньше, и частично отыграться на Уильяме, предоставившему им такую возможность. Альфе едва удалось убедить народ, что все жалобы примут и рассмотрят по мере возможности, пока не дошло до драки из-за мест. Также Уильям начал свою первую кампанию по найму на работу: он выбрал трёх человек, которые в будущем будут работать в его администрации для приёма таких вот жалоб. Каждый отвечал за свой определённый сектор. Требования были весьма простыми: уметь писать, читать и быть честным гражданином.       Благодаря небольшой помощи Эйдена, знавшего тут всех в округе, альфе удалось убрать нескольких мошенников из списков кандидатов. Они явно хотели нажиться на достаточно хорошо оплачиваемой должности и игнорировать большую часть жалоб. Пока альфа не мог на полную использовать магию, ему было сложно распознавать ложь, и больше не было эффекта сломанного радио, что обычно сопровождал его везде и всегда. С каждым днём магия постепенно восстанавливалась, и уже через пару дней альфа смог снова искоренять ложь самостоятельно. Так он и проводил последние собеседования, пока его помощник сортировал жалобы. И альфа, и омега очень уставали, ведь кроме приёма жалоб вкупе с собеседованиями им приходилось ещё разбираться с бюджетом и старыми документами. Но теперь всё подошло к концу, ведь помощники были найдены: ими стали два альфы и один омега. Они закончили школу и прекрасно умели читать, писать и сортировать документы. Здесь они все оказались после войны, ведь им было больше некуда податься: их дома были разрушены, денег у них особо не было, да и тут жили их дальние родственники. У омеги был малолетний сын, так что ему жизненно необходима была такая работа. Несмотря на то, что у него не было мужа, этот эльф был сказочно красив: большие круглые глаза, острый нос и широкие скулы, а его лицо было обрамлено длинными каштановыми волосами. Звали его Юджином Мунвудом. Многие жалели его в городе. Альфа не знал всей его истории, но тоже проникся и пожалел его.       Два оставшихся кандидата были гораздо менее интересными: два бывших солдата из ближайших провинций. Они были двумя братьями, прошли войну бок о бок. А государство, выплатив им гроши, просто бросило их у обочины. Один из них потерял ногу на войне и больше не мог заниматься тяжёлой работой, дабы обеспечивать себя и своего мужа-омегу. Именно поэтому они переехали сюда с последними сбережениями, чтобы хоть как-то выжить. Столица и другие более богатые регионы были для них слишком дорогими и далёкими. Им было не по карману туда добраться и жить там, а найти работу где-либо после конфликта было проблематичным. Скоро за ними подтянулся и брат, которому тоже некуда было себя девать. Он раньше работал обычным счетоводом на небольшом предприятии, но оно обанкротилось и закрылось. Все сотрудники остались ни с чем и разъехались кто куда. Так два брата с необычной фамилией Систерс оказались тут. Уильям ничего не говорил о значении этого слова на его родном языке и просто принял их на работу. Да и к тому же у младшего по имени Себастьян уже был опыт. Именно такие люди и нужны были альфа. Ему казалось, что он делает доброе дело для них. Жизни стольких людей покалечила эта ужасная кровопролитная война, сколько семей разрушила и людей разорила – было не сосчитать. Альфа безумно жалел каждого такого. Именно поэтому он завалил весь свой небольшой кабинет жалобами этих несчастных и работал день и ночь, чтобы хоть как-то улучшить их жизнь.