Сказанье о попаданце

      Уильям лежал на своём диване и смотрел документы. За его столом сидела чёрная фигура без лица и глаз. Она напоминала просто тень с чёткими контурами. Оно было практически осязаемым, но при попытке прикоснуться к нему кому-то, кроме самого альфы, рука просто проходила насквозь с ощущением небольшого холода и покалывания. А вот сама фигура могла касаться некоторых людей или вещей по желанию хозяина. Эта фигура была соединена ментально с Уильямом, и альфа мог видеть, слышать и иметь с нею общие мысли. Это и помогало в работе этому дуэту. Омега должен был сегодня выйти после трёхдневного перерыва из-за течки. Альфа сначала хотел предложить ему отдохнуть целую неделю, дабы тот не напрягался сильно. Уильям понимал, насколько сильная эта нагрузка на организм без альфы. Эйден настоял на том, что за годы жизни без альфы его организм адаптировался к подавителям. Уильяму было жалко бедного омегу, который так и не смог найти подходящего партнёра. Последние три дня альфе было немного тяжело работать, хотя у него и были помощники. Они только сортировали и немного проверяли, а всю остальную работу делал альфа: ему надо было прочесть, ещё раз отсортировать и сделать заметки про то, как решить ту или иную проблему. Очень многие проблемы можно было решить ремонтом города: у многих протекали крыши, надо было починить мебель или что-то докупить. А ещё было слишком много просьб о работе, ведь у многих не хватало денег даже на базовые вещи. Альфа примерно понимал, как вернуть большую часть работы для людей. Он уже попросил на сегодня собрать рис, чем вызвал огромное количество вопросов среди местных слуг. Они ни разу не собирали и не ели рис, что было нормально для них.       А вот для Уильяма это было дико. Ему было трудно объяснить, как и что надо было делать, дабы собрать и всё сделать правильно, чтобы ничего не испортить. Теперь оставалось только ждать и проверять документы, пока ему не сообщат о готовности. Уже прошло несколько часов, ведь альфа встал практически с первыми лучами солнца. Это было странно даже для него. Теперь Уильям зевал как проклятый и старался не заснуть снова. Он спал слишком мало, что напоминало ему о сессии. Альфа не любил эту часть своей жизнь, но сделать ничего не мог с таким распорядком дня. На данный момент ему надо много работать. Альфа надеялся, что с выходом Эйдена с больничного у него станет больше свободного времени. Он надеялся просто отдыхать и спать для разгрузки своей нервной системы. Пусть он и мог хорошо работать на износ, но он быстро выматывался. Это было не самым лучшим исходом для него. Сейчас он не понимал, почему омега опаздывал, хотя вполне догадывался. Он немного разбирался в подавителях, а они работали не сразу, им нужно было время. Уильям старался не думать о том, сколько раз Эйден самоудовлетворялся за эти дни. Это не помогало работе, а только возбуждало. Эйден был слишком красив в понимании Уильяма, практически идеален. Пусть на данный момент альфа даже не думал рассматривать его в качестве партнёра, он всё равно считал себя недостойным фантазировать о ком-то реальном. Покачав головой, Уильям откинул все эти фантазии и снова уставился в документ. Это была очередная жалоба на протёкшую крышу. Он видел точно таких же уже три. Этот человек был явно слишком настойчивым и хотел быть услышанным во что бы то ни стало. Альфа прекрасно понял всё с первого раза. Надо было придумать способ бороться вот с такими любителями оставлять кучу заявок, стараясь не разозлить горожан. Кредит доверия был маленький, и его можно было потерять в самом начале, а потом восстановить было очень сложно.       Надо было придумать, как всё это провернуть спокойно и без волнений среди горожан. Нельзя было отнимать у них возможность жаловаться на свои проблемы напрямую, а не через посредников. Альфа начал постепенно клевать носом и с каждой секундой засыпать. Даже поток мыслей от его тени не помогал сосредоточиться, а только назойливо мешал мозгу отдыхать. Альфа упорно боролся со сном и старался продолжать свою эффективную работу во благо города. За этим занятием его и застал омега, тихо вошедший в комнату. Он постарался сделать это как можно тише, дабы не отвлекать начальника от работы. Ему было немного стыдно, что они были знакомы всего ничего, а альфа уже имел представление о его цикле. Сконфуженный этим фактом, омега старался не появляться на глазах у альфы в те короткие вылазки из комнаты за едой. Первые три дня у него проходили очень тяжело и интенсивно, не смотря на все подавители из трав, что он пил. Особенно в этот раз, когда рядом с ним образовался красивый и непомеченный альфа.       Он чувствовал запах молодого тела, и его организм вошёл в режим берсерка. Эйден практически забылся в возбуждённом бреду. Средства помогали всего на пару часов в лучшем случае, а затем заново накатывала тяжёлая и липкая волна противного возбуждения. Вся комната и все вещи пропахли сильным запахом сирени, которой в обычной жизни Эйден пах еле-еле. Его не принимали за бету только из-за типичной для омег внешности. Сейчас даже на подавителях, начавших наконец работать, он пах сильнее, чем обычно. Оставалась надежда на то, что альфа просто не учует этот запах по невнимательности, но это было маловероятно. Эйден ни за что себе не признается, что во время течки мечтал о том, чтобы альфа почувствовал его и пришёл к нему помочь, а те абстрактные образы в голове для быстрого оргазма собирались в один конкретный образ одного эльфа. Эйден был настолько не готов признать, что его мог заинтересовать хоть на секунду противоположный пол, что придумал уже сотню отговорок и оправданий своему поведению. Он смог полностью убедить себя в том, что альфа его интересует максимум как друг из-за его необычного характера и поведения.       Эйден говорил, что ему хотелось увидеть исключительно осуществление плана альфы, а не его рядом с собой в романтическом плане. Омега решился осмотреться, после того как прикрыл дверь, и перед его глазами предстала весьма странная картина: полуспящий альфа, лежавший на диване с документами, а также сидящая за столом чёрная фигура. Омега чуть не подпрыгнул на месте в ужасе от этой тени. Это было так неожиданно и необычно, что Эйден едва не схватился за сердце. Только спустя несколько секунд он распознал обычного фамильяра из тени, кои были у многих и не требовали большого запаса маны для их использования. Своя же неосмотрительность просто выводила омегу из себя и заставляла раздражаться, а также внутри начинала бурлить злость. Омега решил растрясти альфу, дабы тот не уснул окончательно. Эйден также злился на то, что, по его мнению, Уильям уже разленился и перестал что-либо делать. Омега наклонился прямо к альфе и резко дёрнул за плечо, начиная сильно трясти. Уильям чуть ли не подскочил от такого, едва не падая с дивана вместе со всеми документами. Альфа не слышал, как омега зашёл, и реально чуть не схватил инфаркт. Он посмотрел слегка испуганными глазами на омегу. Эйден сам теперь слегка перепугался от такой вот реакции своего работодателя.       — Что ты тут делаешь? — решил уточнить омега. — Валяешь дурака опять?       — Ты не видишь, что я работаю? — слегка разозлился альфа. — Я устал немного и чуть не уснул, а ты меня напугал. Мне тут пришлось самому разгребать огромное количество документов.       — Я уже вижу, как ты тут всё разбираешь, — недовольно хмыкнул Эйден. — Что эта штука сидит вместо тебя за столом? Я сильно перепугался, когда она на меня посмотрела. Это твой фамильяр?       — Да, он передаёт мне всю информацию, — решил рассказать всю правду альфа. — У нас с ним ментальная связь, я могу видеть, слышать и чувствовать всё то же, что и он. Такой контакт позволяет мне проверять вдвое больше документов, пока тебя нет. После проверки каждого документа моя тень передаёт мне всю информацию о нём.       — Выглядит необычно, но у тебя же повреждены врата? — Эйден сел рядом с альфой и стал помогать собирать рассыпанные документы. — Я просто немного волнуюсь за тебя. Вдруг что-то случится?       — Это не влияет на врата, — покачал головой альфа. — Требуется мало магии для поддержания фамильяра подобного рода. Врата, пусть и чуть медленнее, всё же восстанавливаются. Мне не стоило преобразовывать целый город с настолько нарушенными вратами. Просто в обычном своём состоянии я бы спокойно смог сделать и больше. А ты как себя чувствуешь? У тебя же всего четвертый день.       — Я пью подавители, у меня всё в порядке, — слегка покраснел омега, отвернувшись от альфы в попытке скрыть некоторое смущение от своего состояния. — Я же не сильно пахну и не мешаю тебе работать? Лично мне возбуждение не мешает, но оно и так не сильное.       — Ты очень приятно пахнешь цветами сирени, — альфа наклонился прямо к шее омеги, вдохнув приятный запах, исходящий от его помощника. — Ты мне не мешаешь. Мне нравится твой запах. Жаль, что в обычной жизни ты так не пахнешь. Мне бы было приятно чувствовать такое рядом с собой.       — Хватит говорить подобное, — Эйден прикрыл лицо документами, дабы ещё больше скрыть пылающие щёки, ведь ему давно уже не делали комплименты, — Ты всё ко мне пытаешься подкатить? Вон ты себе помощника омегу нашёл. Даже вон с ребёнком, точно сможет тебе наследника ещё одного родить. Да и к тому же, он очень красивый, в отличие от меня.       — Вы оба невероятно красивые и милые, — Уильям похлопал омегу по голове. — Я даже не знаю, откуда у него ребёнок. Может, его изнасиловали, и он переживает травму, или у него погиб муж, и он в трауре? Я не хочу его травмировать и приставать, пользуясь положением. Да и к тому же, он мне нужнее как работник, чем как партнер.       — Ты не удосуживался спросить, откуда у него ребёнок? – поднял бровь Эйден. — Мне кажется, что он из отверженных и просто сбежал сюда из центральной части страны.       — «Отверженные»? — переспросил Уильям. — Ни разу не слышал о таком явлении в столице.       — Реально? — очень удивился омега. — Хотя в столице эта тема – табу с чужими людьми не из высшего общества. Это действительно показывает, что ты совсем не прижился там. Но давай я тебя просвящу на этот счёт, если ты всё же решишь вернуться в столицу. Из-за того, что в нашем королевстве омег намного больше, чем альф, и запрета на многожёнства из-за влияния церкви нет, некоторые богатые альфы собирают себе гаремы из более бедных омег. Например, просто из обедневшего дворянства или красивых горожан. Они спят с ними, ведь большинство даже обычных людей не может позволить себе содержать гарем, боятся гнева церкви. Большинство богатых людей просто отваливает огромные суммы церкви, дабы те не начинали катить на них бочку. Благодаря такому вот перекосу большинство аристократов начало собирать себе просто огромный гарем. Они просто развлекаются так, вот и выкидывают всех беременных и надоевших. Особенно активных противников омег, не желающих мириться с тем, что их просто выкинули, выдавливают из столичных регионов куда-то подальше. А беременных омег всегда старались выдавить, если те не желали делать аборт. Таких омег с детьми от разных аристократов достаточно в стране, и они молчат по большей части, ведь боятся гнева церкви и разных аристократов. Народ стал звал их «отверженные» из-за того, что их отвергли и выкинули аристократы на улицу. Очень маленькому числу дают хотя бы какие-то деньги, и большинство омег вынуждено искать работу или находить тех, кто готов содержать их вместе с детьми. На самом деле я очень удивился, что ты не привез с собой пару таких омег из гарема.       — Меня убедили, что тут запрещено многожёнство, и не пускали в некоторые части королевского замка, рассказывая сказки о помещениях для слуг, — выдохнул альфа. — Я проигнорировал тогда бесконечный треск от их слов, ведь я думал, что моя магия барахлит из-за повреждённого ядра. А на самом деле всё работало исправно, и они мне просто лгали и выставили меня дураком. Теперь я действительно ненавижу их ещё больше.       — Ты тут со всеми нами в одной лодке, — выдохнул Эйден. — Ты вроде смог произвести первое впечатление на горожан своей речью и колдовством. А также ты заинтересовал всю кухню своим рецептом из риса. Они уже все сходят с ума и надеятся, что ты не отравишь их.       — В моём мире рис едят все абсолютно спокойно, и никто не травился, — признался Уильям. — Тут рис такой же. Из него можно готовить очень много всего: начиная от алкоголя и заканчивая сладостями. Здесь он растет в огромном количестве, и можно поднять на этом денег. Ты хочешь посмотреть, как я покажу некоторые рецепты?       — Давай, — кивнул омега с интересом. — Мне интересно, ведь у нас несколько раз люди травились блюдами с рисом, а потом все решили, что именно из-за риса.

***

      На кухне было столпотворение: практически все сотрудники навалились сюда, дабы посмотреть, как их начальник готовит рис. Им было интересно, как и зачем он это делает, ведь никто и никогда его не ел. Ни один эльф не знал, почему у них в регионе это не ели. Ходили только слухи о том, что кто-то сильно отравился блюдом с рисом. И теперь все старались избегать подобного сорняка. Рис в этом мире был немного другой: ведь он мог самостоятельно опыляться и поэтому не требовал посадки. А здесь он рос в затопленных полях, и некоторые горожане сами ходили туда, дабы прополоть его и избавиться от вредного растения. Ничего больше не росло в подобном климате и с таким количеством воды на полях. Уильям немного грустил, ведь он любил блюда с рисом: в том числе и суши. Здесь рыбу никто не ел в сыром виде, ведь боялись не сколько паразитов, сколько просто не хотели пробовать что-то новое. Медицина тут была не настолько развита, дабы определять наличие паразитов в организме. Альфа думал, что он сможет часть приготовить сам, а часть можно было просто объяснить, как готовить, своим поварам. Только вот осталось убедить всех, что можно это есть. Он планировал сначала самостоятельно всё попробовать, а потом дать Эйдену попробовать всё это.       Омега тоже стоял прямо за ним и смотрел через плечо. Ему действительно интересно, что сделал альфа. Он ни разу в жизни не видел, как кто-то готовил рис. А вот сам альфа достаточно часто в своём студенческом прошлом готовил рис. У него было несколько соседей из Японии, как раз таки научивших его готовить некоторые суши и другие рецепты с рисом из поднебесной. Ульям ни разу не думал, что будет учить кого-то этим рецептам, но, как оказалось, никакие навыки в его странной жизни не оказались бесполезными. Раньше бы только посмеяться над этим, но сейчас это оказалось одним из самых полезных навыков для привлечения внимания. Теперь он стоял напротив огромной кастрюли с рисом, который он варил. Когда он объяснял своим слугам, что он будет делать это сам, а не с их помощью. Он немного посмеялся про себя, ведь ему было весело осознавать это: они думали, что он совершенно не умеет готовить и вообще был беспомощным. Но с каждым днём он показывал, что мог полностью самостоятельно себя обеспечивать, в отличии от других. Многие аристократы не умели готовить совершенно, а вот Уильям не растерял своих старых навыков из прошлого мира. Так что он тщательно варил этот несчастный рис. Так же рядом с ним стояли маленькие баночки с дрожжами, сахаром и просто пастеризованные банки.        Оказывалось, что они уже начали делать шаги в сторону изобретения промышленной пастеризации. Альфа слышал о том, что тут есть что-то подобное, но менее совершенное. А вот домашнее приготовление и пастеризация алкоголя тут процветали. Тут были исследования по поводу бактерий, но всё равно они не пришли к конечному выводу. Уильяму нравилось наблюдать за тем, как постепенно изобретают то, что в его мире уже давно было. Он словно был свидетелем исторических событий, хотя теперь он и сам частично входил в историю с новыми рецептами и использованием риса. В его мире сначала не ели картошку, но они сами до этого дошли без помощи других людей. Все смотрели на то, как кипела вода в кастрюле. Было видно, что им хотелось попробовать всё это, пусть им и было страшно. Эйден порой порывался ткнуть туда ложкой и попробовать. А ещё рядом с ним стояла просто чашка риса для муки. Он хотел показать, как делать муку из риса. Здесь он мог приготовить её при помощи специального аналога кофемолки с ручкой. Ему не хватало автоматизации, ведь его сосед готовил муку при помощи блендера или кофемолки. Такой способ был быстр и надёжен, ведь точно получалась белая и рассыпчатая мука за пару минут. Сейчас он не знал, как это сделать при помощи такого устройства. Оно напоминало ему мясорубку с ручкой, которая у него была у него дома из-за бедности. Сейчас ему предстояло пропустить через подобный механизм рис для того, чтобы сделать из него муку.       — Ну, что? — Эйден решил всё же поинтересоваться приготовлением. — Ты тут уже давно стоишь.       — Его надо сварить сначала для того, чтобы потом сделать из него алкоголь или добавить в блюда, — выдохнул альфа. — Вам всем так не терпеться попробовать? Или просто боитесь, что сдохну раньше времени, так и не исполнив свои обещания?       — Сомневаюсь, что ты так просто умрёшь, — слегка засмеялся омега. — Ты выжил в таком аду, как война. И обычным блюдом тебя так просто не отравить. Да и к тому же, ты сам уверяешь, что он не опасен.       — Ты прав, — кивнул Уильям. — Рис тут такой же, как и в моём мире. Он достаточно сытный и дешёвый, что позволит обычным людям сэкономить на производстве продуктов, не уменьшая их качества. Рисовый хлеб ничуть не хуже хлеба с пшеницей, хоть вкус и слегка отличается.       — А ты сам хоть ел такой? — немного скептически и осуждающе произнес Эйден. — Чтобы такое предлагать людям, надо самому сначала поесть.       — Да, — кивнул альфа. — Мой сосед в общаге студенческой меня регулярно кормил подобным. Мне нравилось, да и я уже говорил, что денег у меня раньше особо не было.       — Что такое «общага»? — решил поинтересоваться омега. — Типа места совместного проживания студентов? Ты так сокращаешь коммуну студенческую, как у нас в столице?       — У нас это называлось «общежитие», а не коммуна студенческая, — решил пояснить альфа, видя непонимание на лицах всех остальных. — У вас кто-то закончил университет?       — Только я, — поднял руку главный повар. — Я закончил высшую поварскую школу в столице, а ещё мой су-шеф заканчивал высшую школу в другом городе. А остальные не заканчивали?       — Я не доучился последние полгода на факультете государственного управления, — решил признаться альфа. — Это и помогает мне сейчас. А ты, Эйден? Ты выглядишь очень образованным членом богатой семьи.       — Ты не совсем понимаешь, как тут устроено общество, — грустно сказал Эйден. — Я не могу поступать в вузы. Только на курсы для омег, попасть на которые весьма трудно. И они стоят больших денег. Хотя ты прав, я заканчивал такие вот курсы по экономике, но потом меня попросили сюда.       — Я даже не знал, что поступать можно только альфам и бетам, — альфа остался недоволен таким вот раскладом дел. — Я подумаю над этим. А сейчас мне надо показать, как делать алкоголь.       — Мы как раз за этим собрались, — высказался главный повар. — Мне действительно интересны твои рецепты, как алкоголя, так и муки. А потом и более сложные.       — Да, — кивнул альфа. — Для муки мне надо будет прокрутить промытый рис через вот это устройство, а для алкоголя нужно будет кое-что посложнее: сначала надо будет промыть его, подождать, пока он остынет, затем поместить вот в эту банку и залить водой, засыпать дрожжи, провести пастеризацию и поместить в специальное устройство, а потом ждать.       Альфа ещё немного помешал доварившийся рис. А затем Уильям ловко подхватил кастрюлю и понёс её в сторону раковины. Теперь оставалось только его просушить для приготовления рисового вина в домашних условиях. Ему хотелось сделать это как можно быстрее для того, чтобы потом можно было заняться мукой для приготовления хлеба. Теперь к нему присоединился его помощник. Он начал замешивать тесто пока что без муки, ведь альфа её не сделал. Когда он промыл целую кастрюлю риса и положил его на большую тарелку. Надо было осторожно промокнуть салфеткой, что альфа и сделал, едва не уронив эту тарелку. Уильям пусть и старался готовить, но всё равно был немного неуклюжим в этом. У него не всегда получалось делать всё прямо-таки идеально, но альфа был упорным.       Теперь оставалось только попробовать аккуратно. Альфа выдохнул и потянулся за ложкой. Многие повара практически сразу напряглись. Кто-то уже попытался обратиться за помощью. Многие до сих пор боялись риса, считая его ядовитым. Только вот альфа совершенно не испугался пробовать такое. Теперь он абсолютно спокойно взял небольшую серебряную ложку из серванта. Они хранились там огромное количество времени, и никто старался не трогать этот сервант, ведь он был куплен предыдущим владельцем дома. Он не разрешал никому из слуг трогать свою столовую утварь, а для них была утварь намного более дешёвая. Теперь Уильям спокойно давал пользоваться одними с ним ложками и вилками. Уильяма не волновали такие предрассудки, и теперь он свободно со всеми говорил. После того, как он пришёл к власти, он стал намного более либеральным. Когда он всё же съел целую ложку риса, и с ним ничего случилось, то все выдохнули: особенно Эйден. Омега неосознанно боялся, что новый и хороший начальник неожиданно помрёт, и ему придется искать замену. А после него мог прийти ужасный тиран с ленивым и никчемным характером, как и предыдущий барон. Эйден отказывался осознавать, что ему определённо нравился этот немного странный, но весьма интересный парень.       Омега точно решил, что не скажет ему о своём интересе. Такое состояние было странным для Эйдена, ведь его раньше никогда не особо интересовали другие эльфы, а вот Уильям интересовал просто безумно до дрожи в коленях. Теперь он тоже решил попробовать рис с руки альфы, хотя никому раньше не разрешал себя кормить и даже полностью пресекал все намеки. Ему было противно делать такое, а сейчас он абсолютно спокойно ел с ложки альфы. Ему даже понравилось так вот есть, да и рис уже не казался ему таким противным. Он даже не знал, почему никто и никогда не ел его, ведь он был достаточно вкусным. Это выглядело бы достаточно романтично со стороны, если внимательно смотреть на это. Но все были насколько взбудораженным тем, что можно было есть рис, что все просто забили на то, что Эйден и Уильям делали. Они просто пялились на сохнущий рис. Это и сыграло им на руку, ведь омега бы точно умер от смущения, если бы кто-то обратил внимание на то, как он ест. Он не привык к тому, что к нему вообще как-то проявляют хоть какое-то внимание. Для Уильяма это ничего особо не значило, и он дальше просто пошёл дальше прокручивать рис для муки. Для этого ему пришлось закинуть мытый рис в эту странную машину, напоминающую мясорубку. Прокрутить её ручку, дабы вышла мука, для него было очень трудно, ведь он и не был особо сильным. Альфе приходилось чаще использовать магию, чем мускулы. Из-за этого ему приходилось прилагать большие усилия для прокручивания риса. Никто пока не ринулся помогать Уильяму, и все просто наблюдали за тем, как появляется белоснежная мука, выглядящая гораздо чище, чем обычная мука. Уильям прекрасно понимал, что рисовая мука намного белее, чем обычная. Её вид был намного привлекательнее для всех присутствующих.       Альфа радовался, что ему удалось заинтересовать всех своих поваров. Им нравилось всё это дело, ведь до этого момента им не приходилось делать ничего концептуально нового. А теперь Уильям предложил что-то интересное. Когда альфа смог докрутить с большим трудом муку, то смог спокойно выдохнуть. Рука теперь сильно болела от такого напряжения, ведь он давно не прилагал столько усилий. Альфа пошутил про себя: он словно дрочил целый день, а теперь перестал. Но теперь он действовал во благо своего народа. После всех этих манипуляций он договорился с главным шеф поваром, чтобы тот вывесил все рецепты на главной площади, дабы все горожане могли потом посмотреть и приготовить дома всё это из дешёвого риса. Вечером альфа планировал открыть новые вакансии для сборщиков риса, дабы тот не был слишком дорогим для обычных людей. Он должен был заместить дорогую муку из других материалов. Главное – это обеспечить всех здоровой и питательной пищей на долгое время. Данный вопрос являлся стратегически важным для ближайших пары месяцев, пока люди не начнут зарабатывать намного больше и не смогут спокойно найти себе любую работу. Уильям посмотрел на довольных поваров, которые просеивали муку для теста и возможности её приготовить вкусно. Альфа почувствовал себя весьма удовлетворённым, ведь он смог убедить всех в том, что рис безвреден. Его миссия по преобразованиию города была успешно начата: ведь он начал борьбу с повальным недоеданием и уже совсем скоро начнёт перестройку.

****

      Уильям сидел за своим столом и ждал последних известий. Ему надо было получить новости про его знакомого орка, к которому он хотел подойти и поговорить с ним насчёт всей перестройки всего города. Ему надо было убедить всех остальных орков сделать всё не по таким скотским ценам. Для знакомых они работали гораздо старательнее и дешевле. Это имело большое значение, ведь альфа пересчитал все свои сбережения. Он провёл тщательную инвентаризацию всего своего имущества и решил, что у него достаточно денег, дабы перестроить частично город, да и денег в казне городской оказалось достаточно. Ему казалось, что его предшественник разворовал гораздо больше, хотя теперь он был доволен. Теперь он мог немного отложить себе для комфортной жизни. Альфа был рад, что теперь он мог не сильно париться из-за денег. До этого момента альфа сильно парился и очень много думал насчёт того, как и откуда достать денег. Теперь на первое время точно хватало, а дальше можно было добирать с нормальных налогов, из которых он точно не собирался воровать. Его официальная зарплата была хороша, хоть он и уменьшил её себе из-за кризиса в регионе. После этого можно было повышать себе доход. Такой расклад был слишком хорош для альфы, который слишком сильно размечтался. Чтобы сосредоточиться на своих делах, альфа постучал своей перьевой ручкой по столу. Ему надо было дописать письмо своему другу-инженеру в столице: этот альфа со своим мужем давно хотели сменить место жительства, ведь их дом сильно пострадал после войны. Уильям практически дописал ему письмо с приглашением.       Это было рациональнее, чем просить приехать людей из столицы. Так альфа был хотя бы уверен в том, что всё будет сделано нормально и качественно, а также вся сказанная информация останется только между ними и не утечет в столицу. Альфа мог доверять сейчас только ограниченному количеству лиц, так как боялся, что его могут либо свергнуть, либо в будущем привлечь по статье за какое-то неповиновение столице, сообразив о том, что план с его убийством через народ провалился. Альфа грустно взглянул в окно, где светило яркое дневное солнце. Скоро будет темнеть и на небе встанут красивые, но чужие звёзды. Это смотрелось великолепно, но каждый раз при взгляде на них альфа ощущал просто невыносимое одиночество. Пусть у него тут и были друзья, но всё равно он только привыкал к миру и не имел особенно близких и ценных связей. Сейчас весь круг общения либо отвернулся от него после войны, либо просто находился слишком далеко, а письма могли идти неделями из-за плохих дорог после войны.       Альфа надеялся, что найдёт тут друзей, но пока что более менее тёплые отношения у него были только с Эйденом, а он был весьма сдержан в своих разговорах. Уильям надеялся вытянуть его в город на разговор с орком, а потом пройтись и поболтать в нерабочей обстановке. Это казалось просто превосходным планом, только вот было непонятно, когда его шпион отследит обычный маршрут нужного орка. На это могли уйти недели, оставалось только ждать и надеяться на лучшее. Альфа примерно мог прикинуть места, где бывали орки: парочка местных баров, лавка травника, рынок и площадь, а также оставшиеся мелкие магазины с бытовыми товарами. Разброс был широк, да и по городу ходили другие орки. Не выбирались из деревни только омеги и маленькие дети: разрешено было выходить альфам лет с пятнадцати, если того не требовала какая-то острая необходимость. Альфа прекрасно помнил, как Топинамбур любил приложиться к бутылке во время боевых действий.       Да и к тому же он практически не пьянел и мог оставаться в хорошем расположении духа и здравом уме даже после бочонка крепкого алкоголя. Так что встретиться с ним где-то в баре представлялось самым вероятным вариантом. Альфа обдумывал, что сказать, даже слишком тщательно, ведь они не виделись уже несколько месяцев, и встреча должна была пройти просто идеально для нужного впечатления. Это было важно и для самого альфы, хотевшего возобновить дружеское общение. Его отвлек быстро вошедший омега, казавшийся очень встревоженным. Он был словно чем-то напуган, но не подавал виду. Он буквально в пару шагов преодолел комнату и резко хлопнул перед лицом альфы, отвлекая его от всех дел. Это было слишком не похоже на Эйдена, наоборот привлекавшего его только к делам из задумчивости. Уильям буквально подскочил на месте и посмотрел на встревоженного омегу. Эйден выглядел сейчас серьёзным и в его глазах читалось некоторое осуждение альфы. Уильям прекрасно знал этот взгляд: омега недоволен тем, что альфа делал, и сейчас ему будет нагоняй за вот эти действия. Оставалось только терпеливо ждать, пока омега выскажет все свои претензии. Они словно были давними супругами, понимавшими друг друга с полуслова, хоть они и были знакомы совсем недавно.       — Твой орк избил до полусмерти одного из наших солдат, когда понял, что за ним следят, — сообщил омега. — Ты чем думал, когда посылал новичков на такое задание?       — Да нет, я же четко написал в приказе фамилии тех, кто должен идти, ведь они были в разведывательных корпусах, — альфа начал рыться в документах. — Он у меня есть, а таких людей не так много, ведь они элита и по большей части приехали передо мной для разведки. Как там могли оказаться новички?       — Я-то откуда знаю, — хмыкнул омега. — Ищи быстрее, а то несдобровать либо тебе из-за моего гнева, либо тем, кто нарушил приказ. Скажи спасибо, что у этого парня семьи здесь нет, а то бы праведный гнев горожан пал на тебя слишком скоро.       — Понимаю-понимаю, — выдохнул альфа. — Вот, держи, благо, я все свои действия документирую, и на такой случай остаются доказательства.       — Дай сюда посмотреть, — омега немного успокоился и не стал вырывать у альфы из рук документ. — Ты прав, имени этого парня нет в списке.       — Я сам разберусь с этим, — грустно выдохнул альфа. — Не ожидал, что против меня пойдут мои же люди так рано. А что сказал орк после этого?       — Кстати об этом, совсем забыл, — вспомнил что-то важное омега. — Я был зол так на тебя за то, что ты бессмысленно подверг неопытных солдат опасности, что чуть не забыл передать тебе слова того орка. А это было действительно важно. Он хотел, чтобы ты пришёл в бар «Ирит» без охраны сразу же после того, как тебе передадут его слова. Ждать он будет только до начала музыкальной программы сегодня, а до неё ещё есть время. Этот отбитый хочет с тобой поговорить.       — Он мой армейский товарищ, я не был уверен, где его искать, и он ли это вообще, — неловко признался альфа. — Кажется, это он. Я не боюсь к нему идти, мне он ничего не сделает, ведь знает меня. Но мне нужен будет помощник. Пойдёшь со мной?       — Ты уверен, что я не повторю судьбу того солдата? — решил уточнить омега. — А то мне немного не хочется быть убитым или избитым в каком-то провонявшем баре. Я ещё пожить хочу, знаешь ли.       — Гарантирую, что с тобой ничего не случится, — Уильям протянул руку Эйдену. — Если что, я убью каждого, кто захочет напасть на меня или на тебя. Порой надо показывать зубы.       Омега не смог сдержать некого смущения от слов альфы, ведь никто не предлагал ему свою защиту так напрямую. Он в душе страшился и ненавидел сальные взгляды и попытки коснуться его в таких местах, ведь его красивая внешность всегда вызывала ажиотаж у альф. Особенно прямо перед течкой. Он был девственником, и его запах выдавал это, пробуждая инстинкты обладать и завладевать девственной омегой. Эйден пока не ставил себе цели найти секс-партнёра и любовь, поэтому это только мешало и сильно бесило. Омега ничего не мог с этим поделать и раньше лишь мирился с таким раскладом дел, а сейчас у него появилась реальная возможность спокойно куда-то сходить. Эйден сто лет никуда не выбирался из заведений, поэтому согласно пожал руку. Ему было интересно, зачем его начальнику понадобился настолько странный орк и какие вопросы они будут там решать по поводу города. Уильям выглядел слишком замотивированным, и это сильно притягивало. Да и к тому же, омега знал город намного лучше альфы, практически не ориентировавшегося здесь. Уильяму хотелось пойти немедленно, и поэтому он за пару минут сложил все документы в разные стопки: счета к счетам, жалобы к подобным документам.       Теперь вместо царившего на столе хаоса стало очень чисто и красиво. Альфе нравилось наблюдать за таким вот порядком на своём столе, и поэтому он задержался на пару мгновений неосознанно, дабы полюбоваться. За это он получил небольшой подзатыльник от напряжённого омеги. Тот не был готов так просто идти без альфы в бар прямо в середине города без охраны. Только вот Уильям был довольно беспечным на этот счёт, ведь он совершенно не боялся горожан, в отличии от омеги. Альфа был доволен тем, что у него появилась возможность пройтись в город. Он был только на главной площади. Ему хотелось как можно скорее осмотреть все тропы в городе. С таким вот приподнятым настроением альфа вышел из комнаты, выпустив омегу перед собой. Оставалось только закрыть дверь. Альфа быстро провернул ключ в замке, а затем подкинул его и схватил в кулак. Уильям решил просто понтануться перед омегой, но Эйден лишь выдохнул. Хоть в душе он и посмеялся, но решил не показывать свою заинтересованность. Только лёгкий весёлый блеск в глазах выдал его смех. Альфа смог зацепиться за это и тихо хихикнул в кулак. Ему понравилась реакция омеги на его действия. Уильяму нравилось, что мог выводить этого холодного омегу хоть на какие-то эмоции, ведь тот только при нём вел себя так.       Эйден пока что сам не замечал, как постепенно начал таять при альфе. Определенно ему нравился альфа, что он мало признавал. Да и к тому же омега впервые задумался о том, что ему хочется общаться с противоположным полом не только по рабочим вопросам. Так они и вышли в коридор, просто болтая. Альфа рассказывал о барах в его мире. Уильям не так часто ходил куда-то, но всё же у него был опыт походом в бар с его более богатым другом. За Уильяма чаще всего платили, но он пил всегда с умом. Его практически нельзя было напоить в зюзю, что было его козырем. Эйден прекрасно понимал, что его достаточно легко напоить, а потом он начинал творить всякое, о чём потом сильно жалел, ведь практически помнил все свои действия. После каждой пьянки он с диким стыдом ходил и старался отсвечивать как можно меньше, а лучше вообще никуда выходить и прятаться от своих собутыльников. Он надеялся, что его не заставят пить во имя дружбы со странным орком. Для омеги это было важно, ведь он собирался сохранить лицо перед своим работодателем и весьма добрым и симпатичным альфой.

****

      Уже менее через полчаса Эйден и Уильям стояли около «Ирита». Это был небольшой бар рядом с центральной площадью в хорошо сохранившемся здании. Хозяева даже для красоты высадили немного цветов на газоне рядом с этим зданием. Теперь это место выглядело весьма мило по мнению альфы, ведь вокруг этих небольших клумб был чистый белый забор. Уильям даже сел рассмотреть его поближе и задумался, что никогда раньше не видел подобных цветов: это были небольшие с широкими листьями, большими красными цветками и желтыми сердцевинами лозы, ползущие только по земле. Они даже не стремились к стенам бара и спокойно себе жили просто на земле, переплетаясь между собой. Альфа осторожно протянул руку и прикоснулся к одному такому цветку, чувствуя мягкий и нежный запах, напоминающий карамель из его родного мира. Эйден достаточно часто видел подобные цветы на полях и лугах: в некоторых областях их считали сорняком. Но омега остановился не только, чтобы подождать здесь альфу. Эйден просто залип на мечтательного Уильяма: ветер слегка трепал его короткие волосы, на лице молодого эльфа застыла мягкая улыбка, черты перестали быть напряжёнными из-за непрерывно бегающих мыслей.       Омега выдохнул и признался, что считает своего начальника одним из самых красивых альф, которых он когда-либо видел. Мало кто мог его переубедить в этом. Из транса омегу вывел толчок в плечо, ведь в бар постоянно входили не совсем трезвые уже эльфы. Один из них прямо влетел в плечо Эйдена, едва ли не сшибая того с ног. Альфа среагировал практически мгновенно: он встал и подставил руку под спину омеги, слегка налегая и не давая тому упасть. Эйден справился бы и сам, но почувствовать поддержку со стороны альфы было приятно. Только ему пришлось аккуратно повернуть головой и слегка отрицательно мотнуть, ведь на лице у альфы появились угрожающие нотки, и стала появляться угрожающая аура. Омега впервые видел своего начальника таким устрашающим. Что-то в нём было, что пугало всех вокруг и даже просто мимо проходящих людей: двое мирно идущих альф буквально отшатнулись от такой ауры смерти и желания крови. Но Уильям быстро успокоился и слегка смущенно улыбнулся, наклонившись через плечо омеги. Эйден впервые подумал, что порой надо защищать не альфу, а от него. Омега впервые осознал, что этот человек прошёл через войну и был прекрасным солдатом. А вот альфа уже ни о чём подобном не думал, ведь как можно реже старался концентрироваться на своих навыках и умениях подобного рода. Если он слишком долго вспоминал о тех ужасных событиях, то просто сходил с ума от воспоминаний о кровавой бойне и мучился кошмарами. Это было дико и страшно для альфы. Он старался не делать этого. Кинув взгляд на нарисованную вывеску с надписью «Ирит» красными буквами на ярко-жёлтом фоне с зелёными стрелами рядом. Альфа думал, что это не самый лучший вариант для дизайна подобного заведения, но не ему тут было решать.       Хозяев заведения он тут не знал, но догадывался, кто это мог быть, судя по жалобам. На заднем дворе у них что-то текло. Альфа помнил эту жалобу, он отвечал на неё сам, ведь тогда уже собирался реформировать город. Они смогли договориться о том, что в ближайшее время будут присланы рабочие сюда, дабы залатать трубы. Ему бы не хотелось, чтобы тут случился потоп, и всё банально утекло. Когда пара зашла в помещение, то перед ними предстало жалкое зрелище: плохое освещение, немного дырявый пол, но всё же тут стояли хорошие высокие стальные стулья с большими круглыми столешницами, такие же высокие барные стулья с красными сидушками, длинная каменная стойка, уставленная разными напитками, за ней был алкогольный бар шкаф со светло-жёлтыми стенками и небольшой подсветкой: тут можно было посмотреть все бутылки, находившееся тут, и выбрать себе самое подходящее. Альфа посмотрел на эти напитки и понял, что знает лишь некоторые названия. Они встречались в королевском дворце, но большинство были ему неизвестны. Ему было интересно попробовать хоть что-то из этого. Только вряд ли Уильям точно сможет перепить такое количество алкоголя, ведь у него было тут определённое дело. Альфа крутил головой и смотрел на всех посетителей: тут в основном были эльфы, пара гномов и всего один орк. Он сидел за барной стойкой и пил алкоголь из огромной кружки.       Он словно лакал пиво, но по факту он пил намного более крепкий напиток. Ему казалось, что этот орк уже давно вылакал около литра крепкого алкоголя. Уильям выдохнул и посмотрел на то, как был одет этот орк: короткие штаны с кучей побрякушек, замотанный вокруг пояса кусок ткани, на шее у него висело ожерелье из чьих-то зубов, а в длинные волосы были вплетены перья. Альфу определённо смущал этот дикий образ огромного бугая с длинными клыками и небольшой горбинкой на носу, его карие миндалевидные глаза смотрели словно прямо в душу, на лице был небольшой шрам, никак не портящий его. Уильям выдохнул и решил, что ему пора подойти. Но Топинамбур опередил его и резко повернулся до того момента, как альфа успел подойти к нему. На остром лице появилась радостная улыбка. Он чуть не перевернул стул, пока вставал для того, чтобы подойти к альфе. Уильям даже не успел среагировать, как этот огромный орк смял его в медвежьих объятиях и даже поднял над землей. Бедный альфа чуть не захрипел, ведь сил в теле Топинамбура было намного больше, чем у Уильяма. По сравнению с этой горой мышц альфа был просто тростинкой. Но Топинамбура это не волновало. Он был настолько рад видеть старого друга, что не смог сдержаться в проявлении эмоций.       — Я так рад тебя видеть, старый друг, — радостным басом сказал Топинамбур. — Так давно тебя не видел.       — Мне тоже приятно тебя видеть, — прохрипел Уильям. — Но отпусти меня, пожалуйста. Я сейчас задохнусь и не смогу с тобой поговорить.       — Но ты меня слегка обижаешь, — покачал головой орк, все же отпуская эльфа на пол. — Мы с тобой давно знакомы, а ты устанавливаешь за мной слежку с какими-то зелёными пацанами, которые только взяли в руки оружие. Ты мне не доверяешь и хочешь проверить?       — Я просто хотел проверить твой маршрут, чтобы не искать тебя по всему городу, — немного смущенно потрепал свои волосы альфа. — Мне стыдно за это, я не решил, как с тобой поговорить, ведь мы давно не виделись. Я не совсем прижился в этом мире и поэтому не совсем понимаю, что тут принято.       — Ну, орки народ простой, мы могли бы просто так увидеться на улице и пойти ко мне или в твои царские хоромы, — похлопал по плечу альфы Топинамбур. — Вон какой ты огромный дом получил в наследство. Там, наверное, такие огромные пространства и куча дорогой мебели, а ещё точно есть вкусный алкоголь.       — Не ожидал, что ты так хорошо среагируешь на моё появление, — слегка неловко улыбнулся альфа. — Но я, точнее, мы по делу.       — Этот красивый и интересный омега с тобой? – присвистнул Топинамбур. — Какую красоту ты отхватил себе пока мы не виделись. Признавайся: у тебя ещё целый гарем подобной красоты дома?       — Я с ним работаю, и мы не вместе, — строго ответил Эйден. — Меня зовут Эйден, и я помощник Уильяма со всеми бумагами. Не надо переносить свои фантазии в реальность, очень прошу.       — Хорошо-хорошо, мистер Колючка, — Топинамбур прошёл обратно к стойке. — У меня дома три мужа, и я неплохо порой справляюсь с разговорами с такими вот как ты. Садитесь и рассказывайте, что вам надо от простого орка. Помогу, чем смогу.       — Я бы хотел поговорить о том, что твое небольшое поселение займётся реставрацией города. — рассказал альфа. — Деньги не проблема, ведь орки делают всё достаточно качественно и быстро. Главное, чтобы вы справились быстро.       — Звучит, интересно, — хмыкнул Топинамбур. — Только из дружеских чувств я могу устроить тебе встречу с нашим старейшиной. Он человек дельный и может с тобой поговорить по делу. А я только рад помочь тебе, ведь ты классный чувак. Пока я не свёл с нашим занудным главой, лучше расскажи, чем ты занимался. Мне интересно, где так долго пропадал мой друг, и как ты тут оказался. Нечасто тут встретишь героя, ведь это то ещё болото без перспектив.       Уильям выдохнул и решил не врать своему другу. Это было бессмысленно в таком унылом месте. Пока за ним не было слежки, то всё, что происходило в этом небольшом баре с тусклым светом, останется в этих стенах. Альфа подхватил под руки Эйдена и осторожно подвел его к стойке. Омега не особо сопротивлялся, просто выдохнул и осмотрелся. Ему было тут весьма спокойно: рядом с двумя альфами на него никто не смотрел, а Топинамбура вообще боялись. Ему ничего не угрожало, да и к тому же авантюра Уильяма неожиданно удалась даже лучше, чем они предполагали. Орка не пришлось даже насильно уговаривать или подкупать, ведь он был простодушным и задорным, пусть и пьяницей. Омега прекрасно понимал, что орк не был пьян, пусть он и выпил просто огромное количество алкоголя. Эйден даже немного завидовал этому орку, который уже выпил практически пол-литра очень крепкого и терпкого алкоголя. Сам омега решил взять некрепкий и красивый ярко-оранжевый коктейль с бурбоном, битером, вишней, сахаром и апельсиновой цедрой. Он такое не пробовал ни разу, а ему очень хотелось. В этот раз Уильям решил совершенно не пить, ведь он решил просто посмотреть, что будет происходить вокруг него. Ему хотелось посмотреть, как ведут себя горожане в абсолютно спокойной обстановке. Никто не узнал альфу и не стал к нему подходить, спрашивая о чём-либо. Всё происходящее радовало альфу.       Топинамбур болтал о том, как он успел жениться на сразу трёх красивых и милых орочьих омегах. Уильям был слегка обескуражен тем, как быстро этот орк успел обзавестись семьей за тот короткий период, что они не виделись. Просто всего месяцев восемь до этого дня с тех пор, как они разошлись на фронте. В день их встречи Топинамбур не был женат, а сейчас у него уже был целый гарем. Орк умел нагнетать атмосферу, заставляя альфу желать встречи с этими тремя разносторонними личностями: один из омег был добрым и домашним и мечтал стереотипно о детях, второй был из семьи воинов с кучей старших братьев-альф и имел соответствующее воспитание и характер, третий был сыном одного из ближайших друзей главы клана, который был очень хорошим дипломатом, смерив всю эту разношёрстную семью. Топинамбур был красноречивым блюстителем интриги вокруг своей семьи. Это прибавляло резона прийти к ним в гости, хотя он и так собирался это сделать. Топинамбур был рад тому, что случилась эта встреча. Он соскучился по такому вот простому общению, ведь в армии очень часто было лишь формальное общение под строгим взглядом более высших чинов.       Уильям тоже начал втягиваться в разговор, ведь ему тоже было что рассказать. Он постепенно говорил том, как он оказался здесь, и что от него просто хотели избавиться. Топинамбур, оказывается, подозревал что-то подобное по недоверчивым взглядам королевской семьи на непонятного для них попаданца в лице Уильяма. Альфа был слишком взрослым для влияния на него. Альфа был слишком самоуверенным и слишком сильно интересовался всей чёрной подноготной, которую не хотели показывать сразу новенькому члену общества. А вот альфа бы не воспринял такое из-за своей честности и принципиальности. Уильям до сих пор не понимал, зачем было набирать целые гаремы, а потом бросать их. Альфа хотел сделать весь этот мир лучше, привнеся свои технологии в его новый мир. Топинамбур с открытым ртом слушал о том, как можно готовить рис. Уильям даже чирканул пару рецептов на салфетке и пособие по варке риса. Топинамбур спрятал эту салфетку в свои широкие штаны, дабы не потерять после того, как он напьётся.       А вот Эйден говорил мало и в основном пробовал новые напитки. Ему было интересно испытать все новые вкусы. Он вполуха слушал рассказы альфы, и ему хотелось плакать от того, как альфу просто выкинули из системы, воспользовавшись им. Омеге действительно было жалко своего начальника. Эйден прямо проникся этим человеком, который на самом деле был гораздо сильнее. До этого момента омега ни разу не слышал рассказов о войне: они были страшными, отвратительными, наполненными отчаянием и диким желанием выжить. Такие вот рассказы заставляли омегу ещё сильнее пить, дабы на него не накатывал дикий ужас. Он буквально проживал всё то же самое, что и Уильям. Омега стал намного чаще смотреть на альфу с гораздо большим уважением. Ему дико хотелось обнять этого бедного альфу. Сердце Эйдена буквально упало в пятки и пропустило удар. В этот момент в душе омеги зародилось то самое и нежное чувство, называемое любовью. Это было пока не понятно, и трудно было осознать подобное, ведь омега ещё никогда и никого не любил.

****

      Уильям и Эйден шли по улице под лунным светом. Время близилось уже к полуночи. Они надолго засиделись в баре, ведь Топинамбур был просто нереально общительным. У него были сотни историй на каждый случай жизни. Он смог попробовать каждый алкоголь, что находился в баре: орк пил и пил, практически не просыхая. Он остался в баре танцевать с местными алкашами, пришедшими в тот бар после работы. Да и к тому же, там началось то самое выступление, до которого собирался ждать Топинамбур. Оно было просто прекрасно, его делали местные омеги лёгкого поведения: они были облачены только в красивое и эротичное нижнее бельё. Омеги обычно носили только красивое и кружевное бельё, но только для своих благоверных. А вот эти омеги были словно моделями из местного эротического магазина: на них были ещё и лифчики, пусть у них и не было груди в привычном понимании Уильяма, а также у них были красивые кружевные чулки с подвязками. Альфа буквально пускал слюни на таких стройных и точёных омег.       Недотрах всё же сказывался на нём и не давал оторвать взгляд первые двадцать минут представления. Топинамбуру оставалось лишь тихо смеяться и шутить, что он обязательно найдёт прекрасного омегу из местных, который удовлетворит его друга по полной, а потом и детей ещё нарожает. В данную ситуацию, как ни странно, вмешался сам Эйден. Ему не понравилось, что его начальник пялится на каких-то омег лёгкого поведения. Преисполненный праведного гнева, Эйден вытянул Уильяма на танцпол, где на тот момент веселилась основная часть посетителей этого бара. Омеге хотелось, чтобы альфа смотрел сейчас только на него, не залипал ни на кого. В пьяной голове они ещё были на работе, а не просто отдыхали после удачно проведённой сделки. Альфе оставалось только подыгрывать и уводить бормочущего чушь омегу. Да и к тому же, Эйден танцевал просто ужасно: за те десять минут, что они были в толпе танцующих, он отдавил ему ноги раз сто. Но омегу это совершенно не волновало, ведь с каждым вздохом и движением музыка уносила его всё дальше и дальше. Омега никогда особо не скрывал свою страсть к данной части искусства, но из-за большой загруженности не мог никуда ходить. Да и театров или филармоний в городе никогда не было. Это был первый раз за несколько последних лет, когда омега пьяный веселился под несерьёзные песни. Его голова постепенно тупела, и он откровенно вис на альфе, говоря всякие непристойности по поводу его красивой внешности. На пьяную голову он мог абсолютно спокойно говорить, что считает альфу очень красивым. Пусть всё это и льстило Уильяму, но тот решил, что омега достаточно пьян для продолжения банкета. Именно тогда он еле-еле протиснулся между людьми и отдал Топинамбуру часть денег за выпивку.       В тот момент орк уже наслаждался обществом двух других своих друзей из его расы, пришедших как раз к началу выступления. Альфа понял, что его армейский друг изначально хотел отдохнуть и был не намерен отказывать себе в этом. Он не мог его осуждать, ведь ему тоже понравилось времяпрепровождение. Да и все его силы уходили на то, чтобы двигаться против потока лишь прибывающих людей. Тут словно был весь город, и ни один человек не собирался уходить. Они казались странной парой и ловили на себе осуждающие взгляды. Уильям понимал, что осуждали его и за то, что он решил просто помочь нетрезвому омеге, а не использовал его положение для собственного удовлетворения. Альфа старался не вступать в пререкания с ними, чтобы не раскрыть в последний момент свою личность. Он удивлялся, как его никто до сих пор не узнал, ведь многие проходили в паре миллиметров от него и смотрели прямо в глаза. Оставалось надеяться на то, что не все смогли его нормально рассмотреть с задних рядов. Так они и оказались на свежем воздухе под звёздами. Эйден едва мог нормально идти сам и постоянно опирался на услужливое плечо альфы. Он громко рассуждал обо всём на свете: начиная от звёзд на небе и заканчивая сегодняшним вечером. Уильяму было интересно слушать впечатления, рассказы обо всех названиях светил и пару слов о предыдущей жизни Эйдена. Альфа не представлял, что он из разорившейся аристократии, и о том, что у него в столице остался друг со школы, которому он достаточно часто пишет. Омега становился более живым по мнению альфы. Это делало его простым обычным и расслабленным человеком, а не только чрезмерно работоспособным помощником. Это давало надежду на то, что всё пойдет в гору у Уильяма: встреча с другом, удачное внедрение риса и сближение с Эйденом определённо делали этот день лучше.