Часть 8. Отдых
30 января 2023 г., 08:00
Пробуждение далось Уильяму тяжело. Его словно ударили чем-то по голове, ещё вчера вечером, после того, как он приехал. Хотя альфа был не уверен в том, что это было вчера. Ему тяжело далось само понятие, что на улице было утро. На него нахлынула дикая дереализация. Уильям присел на кровати и осмотрелся, осознавая, что он у себя в комнате, лежит на своей постели, а всю комнату заливает свет из окон. Шторы были раздвинуты. Альфа изо всех сил сосредоточил зрение, концентрируясь на пылинках, что летели вниз. Он так старался и пытался вспомнить, но память не желала обратно проявляться, и всё обрывалось на том, как он приехал в особняк. Посмотрев на повешенные на стене часы, он понял, что проспал свою работу. Было уже десять утра, а эльф ещё даже не начал никуда собираться. Тут ему пришло осознание, что скорее всего он всех напугал.
Вокруг него в тот момент было много людей: Эмори, Эйден, да и просто слуги. Альфа прекрасно понимал, что он упал в обморок от переутомления, ведь всю неделю до этого работал без нормального отдыха и выходных. Его тело просто не выдержало таких экстремальных перегрузок. Уильям попытался встать, но чуть не врезался ногой во что-то. Он посмотрел налево, туда, куда уткнулась его нога. Неожиданно, это оказался омега, который уснул на стуле и положил голову ему на кровать. Эйден был настолько нежным и милым, пуская слюни ему на постель. Омега выглядел настолько расслабленным и довольным, ведь он расслаблялся и просто отдыхал. Уильям ни разу не видел своего помощника спящим, да и в принципе настолько расслабленным. Альфа не удержался, вылез из-под одеяла и пододвинулся поближе. Ему нравилось рассматривать прекрасное лицо омеги.
До этого момента Уильям ни разу не замечал, насколько на самом деле был красив омега. Альфа прекрасно осознавал, что Эйден был очень красив, но при таком рассмотрении альфа мог заметить каждый миллиметр идеальной кожи и приятных черт лица. Альфа нежно касался светлых и мягких волос, на которые падал свет, и от этого они блестели, словно на них насыпали хайлатер. Уильям старался не касаться лица, дабы случайно не разбудить спящего. Уильям думал, что он точно смутит своего помощника, да и в последнее время альфа стал замечать, что Эйден ведёт себя несколько иначе. Альфа пока не мог как-то охарактеризовать такую смену поведения, но после анализа вчерашнего дня, до него дошёл этот факт. Хотя эльф подумал, что такое поведение могло длиться и дольше, но он просто не замечал этого. Пока у них ничего не менялось, альфа решил ничего не делать. Он выдохнул и осторожно потряс своего помощника. Альфа решил, что ему надо выяснить, что на самом деле происходит.
Омега резко подскочил и осмотрелся, едва разлепляя глаза и часто-часто мигая своими длинными ресницами. Эйден выглядел мило в этот момент, ведь был немного рассеянным и в то же время беззащитным. Понимание случившегося тоже приходило постепенно, но намного быстрее, чем у альфы, который проснулся сам. Реальность пришла к Эйдену как обухом по голове. Ему надо было быстро думать, что такое произошло в данный момент. Но когда он точно понял, что альфа проснулся раньше него и теперь с довольной улыбкой смотрел на его лицо, омега сразу же стал красным как рак от конца острых ушей и до кончиков пальцев. Ему было безумно стыдно за своё поведение, ведь он не думал, что альфа так быстро проснётся. Сердце омеге не позволяло ему оставить своего начальника ни на секунду, поэтому он провёл всё время в этой комнате. Он отходил только немного поспать, он даже ел здесь и старался немного поработать. Для альфы прошло всего несколько минут, в отличии от омеги. Уильям сладко зевнул, заражая зевотой Эйдена. Омега зевнул в ответ, аккуратно закрывая рот рукой. Альфа даже не прикрыл рот рукой, ведь ему было плевать на всякие моральные устои. Так они и сидели в полном и слегка напряжённом молчании, ведь никто не знал, как начать разговор. Только альфа решил, что ему действительно надо выяснить всё у своего помощника.
— Доброго утра, — довольно улыбнулся Уильям. — Как у тебя дела?
— Неплохо, — немного сухо ответил омега, стараясь убрать дрожь из голоса. — Как ты себя чувствуешь? Ты всех напугал, когда упал прямо перед домом. Что с тобой случилось?
— Скорее всего я просто слишком устал, ведь я работал практически без выходных, — немного разочаровано выдохнул альфа. — Мне надо всё-таки надо больше отдыхать и нормально спать. А то мой организм уже не выдерживает таких нагрузок. Когда я учился в вузе, то нагрузка во время сессии была похожей, но всё же не так долго. Старею, старею всё-таки...
— Ты полностью прав, — кивнул омега. — Мне кажется, что ты слишком себя перегружаешь. Тебе кажется, что ты делаешь всё правильно и двигаешься в хорошем направлении для города, но полностью запускаешь себя. Благодаря работе, проделанной тобой, город какое-то время может жить автономно. Прошу, отдохни ещё хоть чуть-чуть.
— А сколько я спал? — альфа посмотрел в окно, из которого лился свет. — Не представляю вообще. Моё ощущение времени исказилось после того, как я уснул. Мне кажется, что прошло несколько часов, хотя уже утро.
— Ты спал чуть больше суток, — решил всё же рассказать Эйден. — К тебе даже доктор приходил, ведь мы волновались, что это может как-то повлиять на твоё тело.
— Я всё понимаю, можешь не продолжать как это могло повлиять на моё тело, — альфа приложил руку ко рту омеги. — И ты всё это время был здесь со мной?
— Да, — одним ловким движением омега убрал руку с лица. — Пару раз заходил Эмори и что-то возбуждённо рассказывал про бывшего и твоего помощника из ратуши, который занимается прошениями жителей. Он тоже заходил проведать тебя, и похоже, они встретились. Между ними что-то похоже было, и теперь Эмори это не терпится с тобой обсудить.
— Не сомневаюсь в своём друге, ведь он тот ещё повеса, и у него было много бывших, — покачал головой Уильям. — Надо бы к нему сходить и расспросить. Главное, чтобы их прошлые отношения не мешали работе.
— Как раз и отдохнёшь несколько дней — строго сказал Эйден. — Так врач тебе передал, и я за тобой обязательно прослежу. Никакой работы, иначе я тебя точно убью.
— Прикончишь и сразу же лишишься работы, — слегка засмеялся альфа. — Раз уж ты будешь за мной следить, то как раз и отдохнём вместе сегодня.
— Ты точно уверен, ведь я только что пришёл с больничного, — отнекивался омега. — Нехорошо так бросать дела.
— Сам же говорил, что будешь следить за мной, — Уильям резко сократил расстояние между ним и омегой, облизывая губы. — Считай это работой.
— Хочу гулять, — уверенно заявил альфа. — Желательно в город. Надеюсь встретить там овоща и хорошо отдохнуть. Надеюсь, что ты не сильно напьёшься. Но сначала надо сходить посмотреть на сад за поместьем. А для этого мне надо одеться. Есть я не хочу, так что скоро можно выдвигаться. Если хочешь, то можешь тут подождать, пока я одеваюсь.
— Я лучше выйду, — решительно заявил омега, пулей вставая со стула.
Эйден постарался буквально выбежать из комнаты, сгорая от стыда. Он едва смог себя заставить это сделать, ведь ему безумно хотелось остаться и поглазеть на голого и красивого альфу. Одеяло прикрывало только низ, и омега вдоволь насмотрелся на рельефный пресс. Главное для омеги сейчас было не начать капать слюной прямо на кровать. Омега сам себе внушил, что они принадлежали к разным слоям общества и никогда не будут вместе. Из-за такого вот внушения омега проигнорировал все заигрывания альфы и быстро ретировался. Его щеки буквально пылали от смущения. Даже дышать было тяжело, пусть он и ничего не рассмотрел. Эйдену пришлось сползать по стенке и прикрывать рот рукой, дабы сдержать вырывающийся стон. Даже полуобнаженный Уильям был слишком впечатляющим для него. До этого момента омеге ни разу не нравился обнаженный представитель противоположного пола. А вот его начальник просто сводил с ума и заставлял сердце биться сильнее. Омега прикусил губу, заставляя себя прийти в чувство. Мозг старался взять вверх над сердцем и орал, что лишние эмоции не нужны Эйдену, а эта глупая влюблённость скоро пройдет, если её постоянно не подпитывать. Когда Уильям был рядом, задача казалась просто невыполнимой, а рядом альфа был минимум восемь часов рядом, а то и практически весь день. Омега старался максимально сосредоточиться сейчас, дабы привести все свои мысли в порядок и хоть как-то себя успокоить. Его душа стремилась посмотреть хоть одним глазком и удовлетворить внутреннюю похоть. Это было слишком постыдно для омеги, который до этого момента считал себя абсолютно хладнокровным.
Всё происходящее казалось диким сном, от которого совершенно не хотелось просыпаться. Единственным желанием Эйдена было навсегда остаться в этой сладостной. Омега надеялся, что альфа придёт позже, чем он сможет успокоиться и привести себя в порядок. В свою же очередь Уильям не понял, что случилось, от слова совсем. Он даже не осознал до конца, как тот красный как рак пулей вылетел из комнаты и громко захлопнул за собой дверь. Альфа так и остался сидеть на кровати с открытым ртом и протянутой вперёд рукой. От удивления он даже не успел извиниться перед своим помощником за такую неудачную шутку.
Альфа ожидал всего на свете: начиная от того, что его просто побьют или придушат, и заканчивая простым игнорированием этих тупых подкатов. Только никак не такого побега со стыдом. Уильям потряс головой и попытался осознать поведение своего помощника. Раньше они не воспринимали друг друга как альфу и омегу, а только как двух коллег. Сейчас же они перетекали с осознание того, что они особи противоположного пола. Уильям пока старался это игнорировать, избегая накопления ситуации и желая иметь хорошего помощника. На данный момент альфа решил отдыхать и совершенно ни о чём не думать, просто встав и начав собираться. Ему хотелось ни о чём не думать целый день. Слова омега возымел на него действие, и Уильям решил отдохнуть хоть день и вернуться в строй как можно быстрее и несмотря ни на что. Оглядывая на количество несделанной работы, это было самым логичным решением. Альфа уже подумывал, как бы выбраться в дальние регионы, дабы поднимать и их. А то создавалось впечатление, что он взялся только за столицу по-хорошему, а на весь остальной регион забил. Так нельзя было поступать, иначе на окраинах могли начаться диверсии и мятежи против него. Прошло уже достаточно времени для смещения фокуса внимания на другие крупные города. Да и с гномами не мешало бы договориться о сотрудничестве. Прошлый глава поступил с ними не очень справедливо: ограничил в праве на проживание вне гор и обложил налогами торговлю, а также ввёл целый ряд мер против них: начиная от запрета посещения остатков школ детьми гномов и заканчивая более пристальными проверками лавок. Было непонятно, почему подобные ограничения не коснулись орков, но факт оставался фактом. Уильям подозревал, что меры против орков уже готовились, но его предшественник просто не успел.
За такими мыслями он просто машинально всё делал, слоняясь по комнате и даже заглянув в ванную. Он продолжал виснуть и одеваться, даже не разглядывая, во что именно. Альфу никогда особо не волновал его внешний вид: единственным критерием была некая опрятность вещей, а вот сочетания могли быть совершенно разными. Уильям только порой смотрел за такими мелочами. Он даже в зеркало смотрелся только иногда, да и то без энтузиазма. Он никогда не понимал смысла вертеться перед этим предметом мебели часами, разглядывая себя и свои наряды. Быстро выхватив что-то из шкафа, альфа постарался как можно быстрее глянуть на это и надеть на себя. Ему не хотелось заставлять омегу ждать его, ведь уже и так было потрачено слишком много времени на ненужные мысли. Уильям пожурил себя за столь быстрое нарушение данных себе же обещаний. Это было глупо с его стороны так разбрасываться словами, но ему надо было что-то делать, с диким желанием думать о работе. Другого способа пока не приходило в голову, а решать проблему при помощи магии не хотелось. Только лишняя трата сил и без того истощенного вечной работой организма. Уильям побаивался за свои врата, которые могли снова повредиться из-за общего переутомления при слишком частом использовании магии. Такой расклад совершенно не устраивал альфу, и он решил пока пожить как обычный человек.
Потянувшись и бросив на себя быстрый взгляд в зеркало, альфа направился к двери. Он надеялся, что его помощник ещё не ушел и ждёт его где-то тут. Альфа точно не знал, сколько прошло времени пока он так яростно думал, ведь находясь в таком состоянии он буквально терял счёт времени и мог размышлять достаточно долго, пока решение не придёт в голову. А вот Эйден его постоянно торопил и вытаскивал из такого состояния, когда оно было ни к месту. Хотелось бы Уильяму, чтобы его помощник подсобил ему и не дал снова погрузиться в раздумья. Стоило альфе открыть дверь, как он чуть не столкнулся головами с Эмори, наклонившимся, дабы постучать в дверь. Альфа на несколько секунд оцепенел, стоя столбом и просто хлопая ресницами. Только спустя время он смог начать оценивать сложившуюся около двери обстановку: Эйден крепко держал его друга за руку в попытке оттащить его от двери, а Эмори в свою очередь наклонился и тянулся к двери с полным намерением её открыть. Вся сложившаяся ситуация выглядела комичной и очень даже нелепой.
Уильям словно чувствовал, что ему пора идти, и вышел как раз вовремя, дабы его помощник не поругался с его другом, ведь они выглядели не очень дружелюбно по отношению к друг другу. Альфа потёр переносицу и посмотрел на этих двоих, представляя, как будет их разнимать. Эмори порой вел себя как ребёнок, но от Эйдена такого поведения он явно не ожидал подобного. Омега казался ему весьма сдержанным. Но ничего сейчас не поделаешь, оставалось только разбираться в ситуации.
— И зачем вы мне дверь ломаете? — решил поинтересоваться Уильям. — Можно же было просто постучать.
— Он не собирался стучать, видите ли, у него очень срочное дело, — сложил руки на груди и недовольно хмыкнул Эйден. — Я знал, что ты ещё можешь быть не одет, поэтому старался остановить как мог.
— Вцепился в меня как клещ, — раздражённо произнёс Эмори. — А дело у меня реально срочное. Твой помощник даже не давал мне тебя увидеть, хотя ты пролежал без сознания больше суток. Между прочим, я волновался за тебя. Хорошо, что ты тут не помер от переутомления.
— Я правда не помер, так что готов выслушать тебя и помочь решить твою проблему по мере сил, — высказался альфа. — Надеюсь, что это не что-то по работе, а то меня заставили взять выходной.
— Не заставлял я тебя, — решил вставить свои пять копеек омега. — Ты бы и при смерти работал. Ты довёл себя до обморока и свалился с лошади. Хорошо, что себе ничего не сломал при падении и отделался парой ушибов.
— Кто-то волнуется о нашем Уильяме, — фамильярно сказал Эмори и приобнял омегу за плечо. — Может, тебе он всё же нравится? Ты практически не отходил от кровати всё это время. Признайся уже, что наш удалец смог тебя охмурить.
— Мы друзья, и не более, — скорее уверял себя, а не наглого альфу Эйден, снимая руку с плеча. — Да и к тому же, я не хотел потерять работу. Кто знает, что за придурок приедет после, если мой текущий начальник скоропостижно скончается из-за своей же упёртости.
— А ну-ка хватит спорить, — резко прервал их Уильям. — Мне уже надоело вас слушать. Вам совсем что ли нечем заняться? Эмори, ты же пришёл по делу ко мне, а сейчас просто смеёшься над моим помощником. Вот он я, перед тобой, спрашивай что хотел или иди по делам. Твой муж явно тебя заждался, или ему рассказать, что ты тут слоняешься без дела и пытаешься лапать моего секретаря…
— Всё равно он мне ничего не сделает, — лишь отмахнулся Эмори. — Я надеюсь, что ему есть чем заняться, ведь он думает, что я сейчас работаю в ратуше. Так вот в чём дело. Там у тебя сидит один очень милый омега на приёме жалоб от граждан. Даже не знаю, как тебе сказать.
— Мне не нравится к чему ты клонишь, — подозрительно сказал Уильям, прищуривая глаза и смотря прямо на собеседника. — Пусть мы и друзья, но любовника тебе искать не буду, уж прости. Я не фанат измен и не намерен в них участвовать.
— Ты понял не совсем так как надо, — постарался максимально подробно объяснить Эмори. — Ты же прекрасно понимаешь, что у меня до приезда к тебе были любовники, который я старательно скрывал. Знаю, за мной такой грешок есть, и это не делает мне честным, но факт остается фактом. Большинство из дворян подозревало, но никто ничего не мог доказать, ведь тогда мой тесть бы меня точно закопал. Ну вот, несколько лет назад я повстречал прекрасного омегу из обедневшей дворянской семьи. Мы идеально подходили друг другу, и у нас завязался роман несмотря на то, что я тогда только женился на Остене. Мне казалось, что мы с ним были теми самыми. Роман продлился больше года, а потом он узнал, что я женат, от нескольких омег из своего круга. Сразу же после этого он оборвал все связи со мной. С тех пор я его не видел, хотя до меня доходили слухи, что он ходил беременный. К нему домой я открыто поехать не мог, но письма отправлял, хоть ни разу ответа я не получил. С тех самых у меня началась бесконечная череда любовников, ведь никто не смог заменить его. А потом грянула война, и я ушёл на фронт, дабы забыть всё это. И тут неожиданно я встречаю омегу, который выглядит как две капли похожим на моего возлюбленного. Разговаривать он со мной отказался. Прошу, помоги мне?
— Ты хочешь узнать о нём побольше и понять, твой ли это старый любовник? — вопросительно поднял бровь Уильям. — Мне кажется, что это нечестно по отношению к Остену будет, ведь он всё же любит тебя.
— Ошибаешься, — покачал головой Эмори. — На любовь такое отношение совершенно не похоже. Он только мне мозги делает по поводу и без. Достало уже его такое отношение.
— Ты просто в упор не замечаешь всего того хорошего, что он для тебя делает, — с нажимом сказал Уильям. — Он верно ждёт тебя, прощает измены, не перечит, поддерживает и поехал за тобой сюда, хотя мог спокойно отсиживаться у себя дома и ждать. Я предлагаю компромиссную сделку: если мой помощник из ратуши окажется тем самым, и у него от тебя ребёнок, то ты мне кое-что обещаешь. Общение между вами я запретить не могу, ведь понимаю, что ребёнку нужен отец, да и финансовая помощь не помешает, но ты в то же время будешь улучшать отношение со своим мужем и хотя бы попробуешь понять его чувства к тебе. Я буду содействовать твоим отношениям с двумя омегами. Так и только так я сейчас тебе помогу.
— Лааадно, по рукам, — состроил недовольное лицо Эмори. — Как бы мне не хотелось забыть о своём замужестве, но ты мне всё не даешь. Да и к тому же, я всё равно хотел предложить двойной брак Остену. Уж очень меня привлекла такая инициатива, ведь так можно усидеть на двух стульях: жениться на прекрасном омеге и удержать в руках все блага уже имеющегося брака. Это будет самым лучшим вариантом для нас всех. Выкладывай давай, что ты знаешь об этом омеге.
— Его зовут Юджин Мунвуд, и у него действительно есть ребёнок, а приехал он откуда-то из столицы с ним и предпочитает молчать о своём прошлом, хотя видно, что он образован и грамотен, а это тут большая редкость, — задумался Уильям. — Ребёнок у него, не скажу, что очень взрослый, но родился, судя по виду, до войны. Многие делают предположения, что он ушёл из какого-то гарема, ведь стал не нужен с грузом.
— Этого мне достаточно, — поспешил Эмори. — Это точно он, ведь всё сходится. Моего возлюбленного звали точно также, он получил неплохое образование и жил в окрестностях столицы, а денег у его семьи не сказать, что было много. Да и они, судя по всему, не одобрили его интрижку без брака, да и к тому же, он точно пытался от меня скрыть этого ребёнка, ведь я возобновил его поиски. Раз уж у тебя выходной, то пойдёшь со мной к ратуше прогуляться?
— Я с вами, — впервые за долгое время подал голос Эйден. — Не хочу, чтобы ты впутывать Уильяма в ещё одну безумную авантюру. Я слежу за тобой.
— Не волнуйся, малыш, — ухмыльнулся Эмори. — С твоим драгоценным начальником всё будет в порядке. Никуда я его не впутываю особо, да и к тому же, надо разнообразить его жизнь по максимуму. Надеюсь, что ты согласен с этим.
****
Уильям, Эйден и Эмори неспеша шли по городу. Первым шёл омега, вторым шёл сам Уильям, а последним шёл его друг. Альфа сделал так, что его помощник и приятель не поругались в пух и прах. Их характеры были слишком разными, да и Эмори понял, что подтрунивать омегу весьма интересное дело, которое может долго не надоедать. Именнно поэтому было принято решение разделить эту парочку. Уильяму было так спокойнее, ведь ругаться через него было не сподручно, и такие попытки пресекать стало намного проще. Для всех троих так было намного лучше, ведь они могли спокойно наслаждаться прекрасной солнечной погодой. Никто не знал, сколько ещё продержится подобная благодать: намечалась смена сезонов, и должны были пойти дожди. Именно поэтому орки так спешили закончить делать дома. Строили они очень быстро, ведь здесь работало практически целое поселение: даже большинство омег решило прийти на добровольных началах помогать своим мужьям и сыновьям. Те, что были более сильными, занимались строительными работами на ряду с альфами, а не блиставшие физическими данными устраивали полевые кухни и кормили бесплатно и своих, и нуждающихся. Вокруг таких небольших каменных кухонь, сделанных наспех и включавших каменные печи с кастрюлями, скапливалось много местных. Несмотря на то, что город теперь официально помогал безработным пособиями, многие ещё нуждались в подобного рода помощи и защите. Уильям с каждым шагом понимал, что сделал много, но недостаточно для этого города. Ему хотелось стать идеальным правителем, и теперь у него на душе скреблись кошки. Орки додумались до того, что не пришло ему в голову. Давно пора было уже отправить своих поваров готовить в город, ведь альфа мог обеспечить свои скудные потребности в нехитрой еде. Теперь уже ничего нельзя было поправить, ведь орки сильно ему помогли. Уильям думал, что их надо будет старательнее отблагодарить за подобную доброту. Никто не говорил им этого делать, да и они могли кормить только своих, но не давать еды обычным горожанам. Альфа буквально чувствовал кожей, что в городе царила более дружелюбная и спокойная атмосфера, чем когда он приехал. Раньше словно висели чёрные тучи, не дававшие дышать, а теперь они постепенно рассеивались и давали спокойно дышать нарду. Всё казалось слишком утопичным, ведь Уильям не встречал сейчас никакой агрессии со стороны ни местных, ни со стороны орков. Наоборот, все были настроены исключительно положительно. Многие махали ему руками в знак приветствия или пытались переброситься парой слов. В городе уже прознали про его обморок, и от многих слышались слова благодарности за проделанную работу и сожаления о случившемся. Уильяму это было очень приятно, ведь никогда до этого он не получал столько одобрения со стороны окружающих его незнакомых людей. Раньше он думал, что оно ему не особо то и надо, но в данный момент до альфы дошло: ему приятны похвалы за хорошо проделанную и честную работу. Он наслаждался подобными словами, а внутри него ещё сильнее росла мотивация делать всё для этой пустоши ещё лучше. В стороне от него стоящий Эйден перестал сдерживать свою ласковую улыбку. Ему безумно нравилось сияющее от удовольствия лицо альфы, когда тот слышал слова благодарности. Омеге хотелось подойти обнять своего начальника покрепче, сказать, насколько он ценит его, и никогда больше не отпускать. Делать это на публике или как-либо ещё Эйден не мог, его бы сожрало чувство стыда, да и поддерживать образ холодного и сдержанного надо было обязательно. Пусть сердце и колотилось с бешеной скоростью, не давая покоя омеге, но сейчас он просто стоял чуть поодаль от альфы и не касался его, как бы ему это не хотелось. Да и к тому же, из-за того, что альфа постоянно отвлекался, они продвигались к ратуше намного медленнее, чем изначально планировали. Они должны были успеть к концу рабочего дня Юджина. Эмори всё больше нервничал, ведь ему безумно хотелось поговорить с омегой. Он столько лет потратил на безрезультатные поиски, а теперь находился буквально в двух шагах от того, кого действительно любил все это годы. Да и к тому же, пока он находился на территории своего друга, он мог спокойно быть женатым сразу на двух омегах. Ничего ему не помешает жить здесь долгие годы и быть счастливым, особенно из-за того, какие преобразования проводил Уильям. Эмори не сомневался, что его друг превратит эти топи в райское место всего за пару лет. На это были все предпосылки даже на данном этапе, именно поэтому альфа никогда не сомневался в Уильяме. Поэтому было так важно успеть сегодня, пока есть непопадающий запал и энергия на этот непростой разговор. Осталось убедить Юджина быть с ним во что бы то ни стало. Эмори решил сейчас взять всё в свои руки, а то эти двое его сопровождающих никогда не ускорятся: Уильям не сможет отказать в разговоре очередному горожанину, а Эйден так и продолжит пускать на него слюни. Альфа аккуратно взял этих двоих за воротники и резко притянул к себе с милейшей улыбкой, извиняясь перед всеми и показывая альфе с омегой, что они вообще-то торопятся. Уильям прекрасно знал эту милую улыбку на лице Эмори: она значила только одно — сделайте как мне надо или вам конец.. Альфа прекрасно понимал, как спешил на встречу своей судьбе товарищ, но покидать так просто горожан он считал невежливым. Благо, ситуация решилась благодаря Эйдену. Он умело соврал про визит в ратушу за чертежами фабрики. Это было сейчас единственное объяснение, сработавшее на все сто. Скажи он, что они идут разбираться с жалобами, то на них свалилось бы ещё полсотни подобных. А так никто ничего не спрашивал, ведь обычные горожане не знали о том, что Эмори уже давно перенёс всё к себе в кабинет, находившийся во дворце, и уже начал с утра работу. Альфа буквально тянул Уильяма и Эйдена за собой по улицам, дабы те не отвлекались ни на что. Было понятно, что его друг точно будет отвлекаться на всё на свете. Эмори впервые понял омегу насчёт залипания Уильяма: сейчас оно реально мешало. До этого момента оно никогда не мешало и проявлялось только в нужные моменты, и после него появлялись гениальные решения, а на поле боя альфа не вис и был максимально собран. Эмори бесился сам с себя, что дал своему другу потерять столько времени и просто мило, бесцельно беседовать со всеми подряд. Троица быстро пересекала улицу за улицей, ни на секунду ни останавливаясь даже отдышаться. Эмори и Уильям были хорошо подготовлены и могли преодолевать в подобном темпе десятки километров на марш бросках, а Эйден просто стелился тряпочкой за ними, едва-едва поспевая. Дыхание у омеги сбилось, и каждый вздох давался с трудом, а грудная клетка горела. Он уже жалел, что они решили прогуляться, а не телепортировались в сторону ратуши. Он бы сейчас предложил эту затею, но говорить было очень тяжело, практически невозможно. Омега сто раз пожалел, что вызвался идти с ними, но с другой стороны, ему хотелось провести время со своим начальником и проследить за тем, как он отдыхает. Это желание и помогало ему двигаться дальше, несмотря на все неудобства. Единственным плюсом сложившейся ситуации была скорость приближения к зданию ратуши. За это время при обычном шаге они бы прошли раза в два или три меньше. Коричнево-красное здание находилось как ни странно не на главной площади, где уже несколько раз выступал Уильям, а чуть подальше, ближе к восточной части города. Оно возвышалось над небольшими зданиями своей вытянутой башней с колоколом и часами на ней. Выглядело здание из крепкого кирпича свежо по сравнению с другими постройками в городе. Сразу было видно, что строили на совесть и надолго, да и денег туда было вложено много.. Ратуша единственная не нуждалась во внешнем ремонте — фасад мог прослужить ещё долгие годы, ведь в нём не было ни трещинки, а кладка была сделана хорошо. А вот внутри царил настоящий хаос из бумаг, старой мебели: начиная от стеллажей и заканчивая сломанными стульями. Заменить мебель было не самой страшной задачей, а документы постепенно разгребались и приводились в порядок. Потеряться по пути к ней было практически невозможно: её, как и дом Уильяма, было хорошо видно. Когда Уильям, Эмори и Эйден дошли до красивых белых дверей, то весь проделанный путь показался чересчур коротким и незначительным для альф, а вот омега наклонился, облокачиваясь на колени, и попытался отдышаться и выровнять дыхание. Ему казалось, что он пробежал всю дистанцию без остановки. В горле першило, а сердце норовило выскочить из груди, отбивая бешеный ритм. Эмори с воодушевлением посмотрел на закрытую дверь и часы сверху. Рабочий день у Юджина ещё не был закончен. Они успели добежать сюда вовремя и все старания были не зря. Альфа был уверен, что теперь его жизнь точно наладится, и он сможет быть с тем, кто по-настоящему любил все эти годы. Уильям же до сих пор с неким недовольством относился ко всей этой затеи: он слишком хорошо представлял реакцию Остена и даже жалел его. Никто бы не хотел, чтобы его благоверный без согласия взял себе второго мужа, да ещё и одним из первых в городе. Новости о такой свадьбе разлетятся по городу со скоростью света. В душе Уильям надеялся, что задумка его друга провалится, и Юджин не захочет возобновлять с Эмори никаких отношений и разрешит ему общаться только с сыном. За подобные мысли альфе было бесконечно стыдно перед другом, но отделаться от них совершенно не получалось, как бы альфа не старался это сделать. Пока альфа был в раздумьях, Эмори решительно направился ко входу. — Провожать меня не надо, — решительно сказал он. — Раз уж я сам заварил эту кашу, то мне и мириться. — Ты уверен? — решил поинтересоваться Уильям. — Может, тебе нужна группа поддержки? — Отстань, — лишь отмахнулся Эмори. — Я уже не маленький и должен сам разбираться со своими проблемами. — Пусть идёт, — коротко сказал Эйден. — Он прав. Раз уж сам напортачил, пусть сам и извиняется так, чтобы его простили как можно скорее. Надеюсь, что тебя не погонят оттуда в шею, как только ты зайдёшь.. — Очень обнадёживающе, — засмеялся альфа. — Ничего другого от тебя не ожидал. После этих слов все замолкли. В такой тишине Эйден и Уильям наблюдали за тем, как Эмори заходит в здание. Никто не проронил ни слова, ведь всё было уже сказано. Омеге было немного неловко, что он так грубо обращался с другом своего начальника, но это мероприятие не нравилось ему от слова совсем, и других подобрать не получалось. Оставалось только обмениваться едкостями и надеяться, что Уильям не обидится на такое. А тот, понимая сложные характеры своего помощника и друга, старался закрывать на небольшие перекидки колкостями глаза и не лезть, а вот ссоры надо было разнимать. Когда дверь за Эмори закрылась, Уильям и Эйден остались одни на улице. Пусть вокруг бегали туда-суда люди, но омеге казалось, что они совершенно одни в не рабочей обстановке. Это очень смущало его, поскольку в мыслях омеги это прогулка была похожа на свидание. То, зачем они пришли к ратуше, задавало определённый настрой. Эйдену оставалось молиться, чтобы Уильям не завёл разговор об отношениях. Омега боялся не выдержать и сказать, что не против попробовать с ним встречаться. Это звучало бы странно и слишком сильно резонировало с поведением омеги. Показывать свои чувтсва, да и тем более на публике, Эйден не планировал, как и признаваться собственно в них он никогда и не планировал. Уильяму были не видны все душевные терзания омеги: взор альфы был занят рассматриванием зданий вокруг себя. Тут везде уже кипела жизнь: начали развешивать бельё, ставить цветы в вазонах, слышались весёлые голоса детей и разговоры взрослых. Раньше у альфы не было времени обращать внимание на такое, да и он ходил в основном одной дорогой, ведшей от его резиденции до главной площади, а за тем до выхода из города. Последний раз лично в ратуше и этом спальном районе он был ещё до начала ремонта, и тут всё выглядело плачевно как и везде. Но благодаря стараниям орков тут преображалось всё буквально на глазах, и город приобретал определенный уют. Да и к тому же, в ремонте принимало участие всё больше местных в надежде заработать, ведь платили на стройке всем хорошо: что орку, что эльфу. Для большинства это был шанс вырваться из нищеты, а для некоторых скопить денег на возрождения своего дела. Уильяму хотелось побродить по улочкам и насладиться местным воздухом: после большого города в его мире, где всё было загрязнено выхлопами бесчисленного множества машин и заводов, воздух здесь казался кристально чистым. Вдыхать его было невероятно приятно и легко. Альфа протянул руку своему помощнику, приглашая его прогуляться вместе. Эйден не смог отказаться от столько заманчивого предложения, ведь ему хотелось как можно больше времени провести с альфой, наслаждаясь каждой совместной секундой. Стараясь скрыть своё смущение, он крепко взялся за большую руку альфы и крепко её сжал. Пусть он и понимал, что такая мера продиктована количеством людей на улице и высокой возможностью потерять друг друга в толпе, но всё равно омеге было приятно касаться грубой кожи на руках альфы. За несколько месяцев письменной работы на ладонях альфы появились новые мозоли от ручки, но ушли старые от боя. Уильям не особо следил за своими руками, но не мог не заметить, что с каждой неделей они становились всё мягче и мягче, пусть им было далеко от бархатных рук омеги. Вроде бы писали они одинаковое количество времени, но Эйден всегда отличался очень мягкой и шелковистой кожей. Альфе пришлось признаться, он взял омегу за руку не из самых благородных побуждений — ему просто нравилось держать такую хрупкую руку в своей. Уильям неспеша двинулся вперёд, осматривая каждое здание. Они никуда не спешили и могли так гулять хоть весь день. Времени у них было предостаточно до ужина. Пусть в городе поесть было негде, но увлечённая пара даже об этом не думала. Уильям ещё даже не завтракал, но его организм, привыкший к периодическим голодовкам, спокойно воспринимал такой перерыв в еде и не требовал срочно покормить его. Эйден же позавтракал прямо у кровати альфы и пока не хотел особо есть, да и под влиянием альфы совершенно забыл о каком-либо голоде. Они двигались меж зданий, не имея конечной цели. Только вот альфа неосознанно оценивал то, как скоро продвигался ремонт того или иного дома, застроенного сваями. На некоторых сидели орки или эльфы, махавшие им сверху. Некоторые со смехом предлагали им поднятся наверх и посмотреть на город. Но каждый раз получали вежливый отказ от Уильяма. Ему не хотелось лезть на крыши и смотреть сверху, этот вид уже давно приелся, ведь его из дома открывался точно такой же обзор на крыши. Он практически каждый день наблюдал одно и тоже. Такое уже приелось, а альфе как воздух было необходимо что-то новое: впечатления, запахи или звуки. Это растормаживало его уставший мозг. Пусть Уильям каждый раз и отказывался подниматься наверх, но он всё равно был не против поболтать о чём-нибудь с рабочими. Ему было всё равно на социальный статус, ведь он сам до перерождения был простым человеком, и ему трудно было воспринимать себя как-то по-другому. В свою очередь жители чувствовали это и относились к своему мэру без стеснения. Многие рассказывали про свои семьи, увлечения или просто болтали ни о чём. Эйдену нравилось не только смотреть на радостного Уильяма, но и послушать, что говорят в городе. Энергетика альфы передавалась и ему. Впервые омега общался с гражданами не по работе, а просто так. Раньше он никогда бы не подумал делать нечто подобное, ведь не хотел искать себе друзей или просто общения. Но с приходом такого человека, как Уильям, стало практически невозможно изолироваться. Альфа был словно ураган, дававший сил и мотивации общаться с эльфами или орками и узнавать что-то новое. Раньше омега даже немного побаивался, что про него будут говорить в городе и не пойдут ли про них слухи, но сейчас все его страхи словно улетучились. Горожане не обращали внимание на его прошлое вне города, а относились только по заслугам: до прихода к власти Уильяма, омега был единственным, кто хоть как-то пытался наладить жизнь в городе, старательно работая. Альфа сделал всё, чтобы сломать холодный и отстраненный образ омеги, а также разрушить стену между ним и жителями, вытащив омегу из его панциря. Уильям прекрасно видел по своему помощнику, что ему не противны местные люди, просто не достает навыков общения, которые он растерял, пока безвылазно сидел за письменной работой. Самое сложное было лишь начать общаться со всеми, а дальше всё пойдет как по маслу. Свою задумку альфа прекрасно воплощал в жизнь, давая возможность своему помощнику расширить свои социальные связи. Уильяму очень хотелось, чтобы Эйден нашёл себе друзей и возлюбленного, ведь омега выглядел одиноким по вечерам. Радостные разговоры Уильяма с очередным орком прервали веселые крики откуда-то со стороны. Не заметивший как прошёл несколько улиц, просто гуляя и болтая со всеми подряд, альфа встрепенулся и вернулся в реальность. Он даже не понимал, куда именно они забрели, благо, его дом был виден отовсюду, и вернуться в него не составляло труда. В противном случае, наступило бы время для паники и поиска обратного маршрута. Знакомый голос всё приближался и приближался. Первым обернулся Уильям, а затем и Эйден. К ним шёл до боли знакомый орк — Топинамбур. Он выглядел чересчур довольным и отдохнувшим на фоне бесконечной стройки. Он радостно махал рукой, привлекая к себе внимание. Его словно не заботило то, что он должен быть задействован сейчас где-то на ремонте. Омега недовольно выдохнул, представляя, какой его сейчас ждёт разговорчик с подобной личностью. Они же только распрощались с Эмори, и вот теперь к ним шёл очередной странный друг Уильяма. Эйден не понимал, почему столь рационального и спокойного человека окружают столь неординарные личности. Оставалось принять этот факт как данность и просто терпеть в надежде пережить разговор со странным орком. Омега разжал руку альфы и потёр переносицу, сосредотачиваясь и готовясь парировать выпады Топинамбура. Он ожидал чего-то как в прошлый раз и не хотел, чтобы его опять сватали с альфой. Уильям, наоборот, был очень рад видеть своего старого друга. Он радостно помахал орку в ответ рукой. Они не виделись с тех самых пор, как ездили в деревню орков для заключения договора. У альфы было слишком много работы для беспрепятственной встречи с другом. Теперь это стало ещё одним глотком свежего воздуха. Втайне Уильям надеялся, что они действительно смогут встретить тут Топинамбура, ведь он точно работал на одном из объектов. Пусть он не особо нравился его помощнику, но альфе нравился орк: он вносил хаос и смуту в его жизнь, добавляя туда красок. По мнению альфы скучно было общаться постоянно с такими же серьёзными людьми как он, поэтому у него в друзьях и были Эмори и Топинамбур, которые своими выходками могли заставить его почувствовать или сделать нечто кардинально новое. Такое потом долго хранилось в памяти и становилось историями, вспоминаемыми при каждой встрече на протяжении долгих лет. Когда Топинамбур приблизился на расстоянии, с которого его можно было слышать, то не стал церемониться и начал разговор как ни в чём не бывало. — Привет, — радостно произнёс орк. — Слышал, чты падал в обморок и лежал без сознания. Как я вижу, с моим дорогим другом уже всё хорошо? — Да, я уже оклемался, — кивнул в ответ альфа. — Вот отдыхаю тут и просто гуляю. — Вот и правильно, — укоризненно сказал Топинамбур, сжимая своего друга в объятиях. — Ты не представляешь, как я о тебе волновался. Хотел даже идти, но наш старик не пустил. Говорил, что я и на стройке нужен. Даже бухать не давал, вот изверг. Я надеюсь, что ты будешь отдыхать ещё очень долго, мой друг, а то ты только и делаешь, что работаешь. — У меня только сегодня выходной, а завтра опять на работу, — пытался высвободиться из медвежьих объятий Уильям. — Да и вообще, отпусти меня, я сейчас задохнусь и совсем помру. — Да и к тому же, это я заставил его взять один-единственный выходной, — пояснил с осуждением в сторону альфы Эйден. — А то он бы и сегодня пошёл упахиваться до упаду. — Вот молодец, уважаю тебя, — орк отпустил альфу и радостно похлопал по спине омегу так, что тот чуть не упал. — Как раз сегодня вечером будет праздник за городом. — Я ни о чём подобном не слышал, — честно признался Уильям. — Ты только что это придумал, чтобы затащить меня в бар выпить? — Не-а, — гордо выпятил грудь Топинамбур. — Сегодня празднуется день основания нашей деревни. Она, между прочим, стоит тут дольше, чем этот городишко. Старейшины долго спорили, надо ли него приглашать горожан, но я смог переубедить этих старых пердунов. И теперь весь город будет участвовать в пиршестве. — С чего вдруг? — подозрительно сощурился Эйден. — Раньше вы за километр не подпускали никого к своим праздникам, а теперь с такой лёгкостью зовёте весь город. — Всё благодаря нашему Уильяму, — Топинамбур принялся хлопать альфу по плечу. — Раньше мы практически никак не взаимодействовали с местным населением, да и многие нас боялись по незнанию, ведь мы очень воинственно выглядим. Благодаря такой помощи со стройкой и восстановлением города, орков наконец-то приняли, да и к тому же, многие теперь знают, что их любимый градоначальник дружит с таким прекрасным и замечательным орком как я. За последнее время практически каждый орк нашёл себе друга или приятеля тут, а наши дети играют с местными детьми, пока родители заняты важными вопросами. Многие всё равно хотели привезти кого-то отсюда в качестве гостя, так что теперь праздник общий. Только сегодня начали расклеивать плакаты по всему городу о вечернем торжестве. А так же их плакаты раздают около бесплатных кухонь. Это, считай, подарок городу за такое радушие после стольких лет плохих отношений. — Это просто превосходная идея, — довольно улыбнулся Уильям. — Да и к тому же, инициатива исходит от вас, и горожане не будут чувствовать себя обязанными из-за того, что я их попросил прийти к вам на праздник. — И я надеюсь, что вы придёте вместе голубки, — немного издевательским тоном сказал Топинамбур. — Да и всё же попытаюсь тебя споить, ведь пора переводить ваши отношения в горизонтальную плоскость. Да и я после такого долгого воздержания так уже хочу выпить: концентрация алкоголя в моём организме уже очень низка. — Тебе жить надоело? — Эйден решил, что сейчас точно сломает шею этому овощу. — Мы не встречаемся, и ни у кого из нас нет чувств друг к другу. — Остынь, — Уильям схватил своего помощника, готового броситься с кулаками на орка. — Он на это и рассчитывает. Если попытаешься его поколотить, то хуже будет только тебе. Топинамбур воевал вместе со мной, не забывай. — Ладно, — коротко и недовольно высказался омега, высвобождаясь из рук альфы. — Как скажешь. Только пусть больше не высказывается в подобном ключе про нас. — Надеюсь, что ты понял, Топинамбур, — сказал Уильям. — Я уже устал разнимать своего помощника со своими друзьями. Эмори же приехал, и началось. — Я его уже видел, он ничуть не изменился с тех пор, как мы в последний раз пересекались на фронте, — засмеялся орк. — Хотя он всё же поверил в то, что у меня три мужа. Так вы придёте сегодня на праздник вечером? — Да, конечно, — улыбнулся Уильям. — Я уверен, что мне и Эйдену понравится там. — Надеюсь, что хоть там ты будешь вести себя приличнее, — выдохнул омега. — А то сил уже моих нет. — Разумеется, — отсалютовал орк. — Мои мужья всё же встанут на твою сторону, и тогда мне не выжить. Их трое, а я один бедный и несчастный.****
Постепенно наступал вечер: солнце катилось за тонкую полосу горизонта, холод постепенно накатывал на пригород, пахло деревьями и сыростью. За городом на огромной поляне собрался практически весь город и вся деревня. Орки и эльфы сновали туда-сюда, восхищаясь тем, как тут всё было украшено: высоко на деревьях висели красивые фонарики, освещавшие поляну, в центре стоял огромный стол, который ломился от всякой всячины, начиная от запеченной дичи и заканчивая сырыми овощами, ближе к лесу стояла полевая кухня, мгновенно восполнявшая запасы на столе, на другой стороне был высокий шест с ленточками, вокруг которого танцевали некоторые гости. Алкоголь тут лился рекой. Некоторые гости, едва успев прийти на этот праздник жизни, уже успели захмелеть настолько, что едва держались на ногах. Многие из них устроили импровизированный турнир около бочек с вином и пивом, стоявших поодаль от кухни. Туда стягивались все новоприбывшие как пчёлы на мёд. Практически все желали отдохнуть и расслабится после тяжёлого рабочего дня на стройке. Всем здесь находящимся было просто необходимо подобное торжество: слишком много изменений произошло за последние месяцы, а перед ними шли тяжёлые времена, измотавшие жителей до предела. Многие годы у города не было денег на праздники из-за воровства высших чиновников, а сейчас не было денег из-за ремонта. Пусть второе горожане воспринимали гораздо лучше, имея надежду на светлое будущее, но всё же им хотелось хлеба и зрелищ. Сейчас им это предоставляли ближайшие соседи — орки. Уильям маневрировал между толпой и радостно улыбался. Это был его первый праздник, не считая празднования победы над соседней страной. Хотя тогда Уильям не испытывал никакого счастья, были только грусть, усталость, нервозность и страх перед будущим. Тогда он не знал, что будет дальше в чужом для него мире. Но сейчас, когда он нашёл свой дом и друзей, подобные мероприятия начали ему безумно нравиться. Хотя тут было всё намного проще, чем в королевском дворце, но тут была совершенно другая атмосфера — расслабленности и дружелюбия, никто не хотел перегрызть другому горло за власть, не плёл интриги и не хотел выдать за Уильяма своего ребёнка только из-за того, что альфа был героем. Альфа радовался жизни и старался насладиться каждой секундой пребывания здесь. Праздники были не каждый день, да и к тому же, дату следующего никто не знал. Может, в будущем, когда у города будут деньги на подобное, то можно будет устроить маскарад или карнавал, но пока это были долгосрочные планы. Уильям никогда не смотрел настолько далеко и не строил воздушных замков, но сейчас душа требовали мечтаний. Вдыхая свежий воздух полной грудью, альфа чувствовал, как его душа и мозги ещё больше отдыхают от бесконечной рутины. Оставалось только найти Эйдена в такой толпе. Народу тут была тьма, и они практически сразу же потерялись, стоило альфе отвернуться. Они пришли в самом начале торжества вместе с большим потоком зевак с листовками в руках. Все были настолько воодушевлены праздником и его обстановкой, что никто практически не узнал Уильяма, лишь пара эльфов мило помахали ему рукой, просто проходя мимо как бы невзначай. Уильям был рад такому, ведь ему не хотелось внимания к своей собственной персоне. Ему хватило разговоров в городе, и он сильно устал постоянно разговаривать с новыми людьми. Ему надо было побыть в одиночестве или рядом с омегой. Почему в компании Эйдена альфа не чувствовал никакой усталости, его наоборот наполняли силы. Да и к тому же, ему не хотелось оставлять омегу одного на этом празднике. Пусть тут и царила достаточно дружелюбная атмосфера, но тут было слишком много пьяных людей, желавших поприставать к его помощнику. Зная характер Эйдена, Уильям побаивался за него, ведь не брал обещания ни с кем не ссориться. Да и к тому же, альфа уже три раза сталкивался с пьяным в стельку Топинамбуром, который нежно носил на руках щенка какой-то собаки, больше смахивающей на волка. Если бы не слова самого орка, то альфа бы подумал, что его друг по-пьяне отловил волчонка и теперь с ним возится. Так ему оставалось только надеяться, что Топинамбур знает на что идёт, заводя собаку. Сам Уильям тоже очень хотел подобного домашнего питомца, но плотный график работы не позволял, а на кошек у его нынешнего тела была аллергия. Альфа был немного расстроен этим фактом, но сейчас ничего поделать он не мог. Стоило только альфе хоть на секунду подумать о работе, как ему на глаза тут же попался Эйден. Он сидел около деревьев с кружкой вина в руках. После того, как его унесла толпа, прошло не так много времени, но омега уже нашел себе место для отдыха. В той части под сенью деревьев сидело достаточное количество отдыхающих людей, предпочитавших просто смотреть на чужое веселье со стороны, но не включаться в общий праздник. Уильям заметил с неожиданностью, что совершенно не удивлен такому поведению своего помощника. Омегу нельзя было назвать самым социальным человеком в его окружении, поэтому логичнее всего его было искать там, где поменьше народу. Альфа хлопнул себя по голове, признавая свою ошибку: он изначально искал омегу в толпе и не ходил ближе к окраинам, из-за этого было потеряно много времени. Сейчас Уильям спешил к своему помощнику, буквально проталкиваясь среди эльфов и орков. Главное было не потерять омегу из поля зрения, ведь то и дело его кто-то закрывал собой. Благодаря подготовке альфа справлялся с этим на отлично. Пусть он не мог телепортироваться в толпе из-за высокого риска захватить случайно чью-то конечность, но альфа добрался до Эйдена максимально быстро. Остановившись около омеги, Уильям постарался отдышаться. Пробираться через такую толпу было проблематично, постоянно кто-то наступал на ноги. Омега поднял совершенно трезвый взгляд на своего начальника и улыбнулся, похлопав рядом с собой в качестве приглашения. Омеге было скучновато одному, ведь как он ни старался, он не мог найти альфу в такой толпе. Да и его действительно немного напрягало такое скопление народа, он быстро уставал, находясь в толпе. Он многие годы провёл только в своём кабинете или проводя краткие выступления. Сейчас же он отвык от долгого нахождения среди чужих людей. Он решил немного отдохнуть перед тем, как продолжить поиски, ведь все лица сливались в одно. Но как только он налил себе немного выпить и присел, как по волшебству пришёл его спаситель — Уильям. Омеге было не тревожно, когда рядом был человек, которого он любил. Альфа словно обволакивал его спокойствием и теплотой. Хотелось прижиматься, обнимать и в конце нежно поцеловать в губы, но из-за правил приличия оставалось только сидеть рядом и наслаждаться лёгкими прикосновениями рук. Уильям и Эйден первое время просто сидели рядом и молча смотрели на звезды. Освещение фонариков не смогло их перебить. Альфа до сих пор не мог поверить, что где-то можно так спокойно смотреть на такую красоту. Он сожалением вспоминал то, как в его родном мире из-за вечно горящих огней большого города практически не было видно звёзд. Сейчас он пытался восполнить все те годы со световым шумом вокруг. Омега, привыкший к такой красоте, решил первым начать разговор и прервать тишину между ними. — Как тебе праздник? — искренне поинтересовался он. — Я вот немного неловко себя чувствую во время таких столпотворений. — Мне тут очень нравится, - честно признался альфа. — Давно не был на подобных праздниках, если честно. Но если ты устал или тебе не нравится, то мы можем пойти обратно в особняк, если хочешь. — Пока нет, — отрицательно покачал головой омега. — Пока ты тут, намного веселее. Да и к тому же, со знакомым человеком, тут намного комфортнее. Я даже немного испугался, что потерял тебя на весь вечер, но я так и не смог тебя найти. Прости меня, пожалуйста. — Ничего, — улыбнулся Уильям и посмотрел прямо в глаза своего помощника. — Я сам тебя нашёл, и сейчас всё хорошо. Давай вместе немного повеселимся. Хорошо? — Я согласен, — выпалил, не думая Эйден. — С тобой хоть до утра, ведь мы мой единственный друг на этом вечере. — Мы можем пойти потанцевать, — задумчиво предлагал альфа. — Или пока посидеть тут и посмотреть, что происходит. — Я бы пока посидел, — потянулся омега. — У меня устали ноги от бесконечной беготни сегодня. Давно я столько времени не ходил. Мы же в основном сидели с тобой в кабинете и работали. Альфа просто кивнул ему в ответ. Сейчас они не нуждались в словах, чтобы понять друг друга. Всё было ясно и так. Альфа аккуратно и ненавязчиво накрыл небольшую руку омеги своей, не желая его больше терять. Словно они снова могли разлучиться, сидя на полу и не двигаясь. Эйден был совершенно не против такого вот. Сейчас на них практически никто не обращал внимания, все были заняты своими делами. Они были одни на этом огромном празднике жизни в своём небольшом мирке. Омега со слегка красными щеками от вина и стеснения мечтал о том, как альфа сейчас неожиданно посадит его к себе на колени как в тот вечер со звёздами, обнимет и будет жадно целовать. Эти грёзы заставляли его сердце биться быстрее, а тело пылать. Ему было совершенно не холодно, пусть на землю и спустилась тьма. Эйден редко когда оказывался в столь романтичных моментах с противоположным полом. Точнее до появления Уильяма в его жизни он всегда думал, что ни разу не испытает чего-то подобного. Но теперь он уже второй раз со своим начальником оказывается в подобных ситуациях. Омега не мог назвать это полноценным свиданием, ведь альфа вряд ли воспринимал их встречи подобным образом, он считал все свои знаки внимания просто проявлением дружбы, а вот омега навсегда сохранит эти вечера в своём сердце и будет беречь эти воспоминания как зеницу ока. Уильям правда был слишком увлечён происходящим: его цепкий взгляд хватался то за одно, то за другое. Он как будто наблюдал за каждым эльфом и орком на этом вечере, подсознательно изучая каждого и составляя о нём портрет. Ему было трудно отвлечься, ведь вокруг происходило множество событий. Кто-то танцевал без музыки, несколько парочек ушли в лес минут десять назад, кто-то спал около раздачи алкоголя, от портативной кухни пахло вкусной едой. Всё это переполняло альфу. Ему казалось, что орки что-то знают, до чего не догадываются эльфы в данной ситуации. Он уже несколько раз слышал разговоры орков о времени и закате. Они доносились практически ото всех возрастов: начиная от детей и заканчивая совсем стариками. Было не похоже, что все хотят как можно скорее закончить праздник. Они словно ждали какого-то чуда или огромного подарка. Уильям уже в сотый раз задавался вопросом о том, что же это могло быть. И ответ не заставил себя долго ждать. Как только самые последние тонкие и слабые лучи солнца пропали за горизонтом, случилось что-то невероятное. Словно по команде из леса неспешно вылетели сотни небольших светлячков. Они были абсолютно повсюду: на земле, на деревьях, в небе. Их свет был похож на сотни звёзд, которые неожиданно оказались на расстоянии вытянутой руки. Орки тушили один за другим фонари на деревьях, но поляна не погружалась в темноту. Она, наоборот, горела ещё большим количеством огней словно от пожара. Эти светлячки никого не трогали, а просто тихо летали и порой садились к людям на плечи. Практически все орки радостно протягивали руки и смеялись, когда на них садились эти насекомые, дети бегали и смеялись. Для них это было обыденностью, а вот для эльфов столь неожиданное явление стало полным шоком. Они настолько долго не покидали город, что потеряли своё изначальное единение с природой, породившей их. Такое зрелище буквально гипнотизировало их. Сердце Уильяма билось чаще и чаще. Он с нескрываемым восхищением смотрел на этих прекрасных существ. В его глазах сейчас они сияли ярче всех драгоценных камней и даже солнца. Они были чем-то неожиданным и таким красивым, что аж дух захватывало. Становилось тяжело дышать от переполнявших чувств. Омега рядом с ним замер и протянул руку, позволяя одному небольшому и робкому светлячку сесть на нее. Эйден был словно в трансе, когда смотрел на такое хрупкое и беззащитное, но в тоже время прекрасное создание. Уильям впервые видел, что его помощник был настолько красивым. С тех самых пор, как альфа приехал сюда работать, он совершенно забыл, насколько Эйден был прекрасен. Только сейчас при свете тысячи маленьких солнц он смог заново рассмотреть ту красоту, что скрывалась в омеге: лёгкая мечтательная улыбка, растрёпанные длинные волосы, красивый нежный взгляд и внутренняя сила поразили его до глубины души. Альфа не мог налюбоваться тем, как его помощник смотрит на ползающего на его руке светлячка.
