Don't Let Me Wash Away

— Ты такой хорошенький, что мог бы быть изображен на рождественской открытке. Ремус удивленно поднял глаза, пораженный глубоким голосом, который говорил так близко к нему. Его встретила пара серых глаз, уставившихся прямо на него. Рефлекторно Ремус оглянулся через плечо, пытаясь найти человека, к которому была обращена фраза. Но там никого не было. Лицо Ремуса покраснело, когда он собрал факты воедино. — О, — пробормотал он, сжимая подол своего темно-зеленого джемпера. — Эм… спасибо? Молодой человек ухмыльнулся, и Ремус отметил, что сделал он это так преступно привлекательно. Это была самая ослепительная улыбка, которую он когда-либо получал. Привлекательные юноши не подходили к нему, если не хотели чего-то, что он не мог дать. Обычно это была возможность сделать за них домашнее задание в университете. Парень протянул ему руку. — Сириус Блэк, — представился он. — Я увидел тебя на другом конце кампуса и понял, что просто обязан подойти. Ремус осторожно пожал протянутую руку. Сириус Блэк со своими длинными черными волосами и кожаной курткой был полной противоположностью Ремусу, у которого были неуклюжие конечности и мягкий джемпер. Он не был настолько наивен, чтобы поверить, что сам привлек внимание этого человека. Здесь определенно есть какой-то подвох. — Ремус Люпин, — тихо ответил он и беспокойно провел рукой по своим рыжевато-каштановым кудрям, слегка нахмурившись, когда увидел, что Сириус проследил за его движением глазами. — Я могу вам чем-нибудь помочь? Сириус засунул руки в карманы и прислонился к дереву у скамейки, на которой сидел Ремус. — Да. Мне было интересно, не хочешь ли ты как-нибудь сходить выпить кофе? Поблизости есть довольно неплохое местечко. Ремус моргнул. — Я… э-э… — Он судорожно сглотнул. Его глаза метались из стороны в сторону, оценивая людей, которые замедлили шаг, чтобы понаблюдать за их перепалкой. Сириуса хорошо знали в университете. Ремус знал, что он добился большого успеха в футбольной команде, хотя до сих пор никогда не встречал его. Теперь студенты доставали свои телефоны, и Ремус вспомнил, что Сириус также имел репутацию пранкера. Его щеки покраснели еще больше; он не собирался становиться жертвой какой-то розыгрыша. Ремус встал со скамейки, и глаза Сириуса загорелись предвкушением. — Извини, — осторожно сказал Ремус, — но я немного занят. Работа в универе, и все такое. Улыбка Сириуса дрогнула. — Ты не уделишь мне минутку в течение следующей недели? Подхватив свою сумку, Ремус начал удаляться от места происшествия, прекрасно осознавая, что на него направлены камеры. Он зашаркал по снегу, отчаянно пытаясь смотреть вниз, надеясь, что не угодил в ловушку. — Может быть, позже. Сириус, казалось, запнулся, но Ремус ушел, быстро шагая по снегу — и, самое главное, подальше от всех глаз.

***

— Итак, позволь мне прояснить кое-что. Сириус Блэк пригласил тебя на свидание, а ты сказал «нет»? Ремус бросил на Лили раздраженный взгляд, на который она ответила улыбкой. Она развалилась на диване в его квартире, приподняв брови и глядя на него. Закусив губу, Ремус вернулся к своим конспектам. — Это в значительной степени так, да. Лили фыркнула и села, ее длинные рыжие волосы рассыпались по плечам. — Ты идиот, — заявила она. — Ага. — Ремус! — Лили вскочила и пересекла комнату, скрестив руки на груди. Ловкими пальцами она выхватила его работу из его рук, не обращая внимания на его протесты. — Давай же. Я не говорю, что это должен быть Сириус Блэк — видит Бог, я терпеть не могу Поттера, поэтому не понимаю, почему Блэк был бы лучше, хотя я его не встречала, — но ты не можешь просто уклоняться ото всех, кто хочет узнать тебя получше. — Это было не то, что ты думаешь, — слабо возразил Ремус. — Тебя там не было, Лили, ты не видела… Он спросил меня в этой толпе людей, которые начали снимать нас. — Ремус поднял дрожащую руку, чтобы провести по одному из шрамов на лице, — привычка, когда он чувствовал себя неловко. — Это больше походило на то, что я был кульминацией какой-то злой шутки. Лили долго смотрела на него, казалось, разрываясь между желанием утешить его и попыткой выследить Блэка. К счастью, она выбрала первый вариант. — Эй? — Она села рядом с ним и обняла его тонкой рукой за плечи. — Он не должен был делать этого в таком общественном месте, но то, что люди снимали, не означает, что он планировал какую-то шутку. Все просто ждут, что он выставит себя на посмешище. Ремус резко встал и прошел на кухню; Лили последовала за ним. — Ну, в этом-то и проблема, не так ли? Даже если бы это было по-настоящему — а я уверен, что это было не так, — я не могу выдержать такого пристального внимания. Лили нахмурила брови, но не пыталась спорить с ним. — Хорошо, — неохотно согласилась она. — Но пообещай мне, что ты попытаешься встретиться с людьми и перестанешь прятаться в своей квартире. Ремус тихо рассмеялся, его настроение немного улучшилось. — Я обещаю. — Превосходно. Итак, что должна сделать девушка, чтобы получить здесь какой-нибудь ужин? В ответ Ремус бросил ей меню на вынос.

***

— Ударь меня. Джеймс даже не оторвал взгляда от компьютера. — Нет, спасибо. Мама говорит, что твои частые просьбы о наказании вредны для здоровья. Сириус застонал и плюхнулся на кровать рядом с Джеймсом, уткнувшись лицом в место соединения бедра с тазом Джеймса. Он громко застонал. — Но это было так неловко, Сохатый. Теперь Джеймс с интересом повернулся к нему. — Да? И что ты сделал? Сириус поднял лицо и надул губы. — Ты слишком радуешься этому. Джеймс склонил голову набок, его карие глаза и улыбка только подтверждали слова Сириуса. — Да, — согласился он. — Итак, что случилось? Сириус закрыл глаза и постарался не поморщиться, вспоминая события сегодняшнего дня. — Я наконец-то нашел Люпина. Он читал сидя на скамейке и выглядел совершенно по-идиотски в своем джемпере. Джеймс приподнял бровь. — И? — И я пригласил его на свидание… но, боюсь, я его спугнул. — О, я уверен, что все было не так уж плохо. — Джеймс взъерошил волосы, что Сириус про себя подумал, что это немного глупо, и подвинулся так, что Сириусу пришлось сесть. — Что ты ему сказал? Сириус почувствовал, что слегка покраснел. — Я… сказал ему, что он достаточно хорош, чтобы быть на рождественской открытке. Несколько следующих секунд прошли в молчании. Наконец Джеймс снял очки и провел рукой по лицу. Он ущипнул себя за переносицу, когда заговорил. — Ты… ты же понимаешь, что это слишком спонтанно, верно? И что ты никогда раньше с ним не разговаривал? И что это худшая фраза, которую я слышал в своей жизни? — Эй! — Сириус скрестил руки на груди, как бы защищаясь. — Это было первое, что пришло мне в голову… и это правда. — Сириус. — Джеймс казался очень расстроенным. — Большинство людей хотят познакомиться с парнем поближе, прежде чем вступать с ним в серьезные отношения — а ты этого хочешь, да? Сириус обмяк и закусил губу. — Я… да, ты прав. Но я запаниковал! Откуда мне было знать, что он сбежит? Джеймс покачал головой. — Пораскинь мозгами, приятель. Пораскинь мозгами. Подходит незнакомец, загоняет его в угол и пристает к нему — что он должен был сделать, поблагодарить тебя? — Он действительно сделал это, да, — внезапно вспомнил Сириус. Джеймс уронил голову на руки.

***

Должно быть, Вселенная действительно ненавидит его, подумал Ремус, потому что на следующий день Сириус появился в кафе во время его смены. Серые глаза загорелись удивлением, а затем улыбка озарила это красивое лицо. Он не казался смущенным тем, как Ремус сбежал накануне, хотя было ли это благословением или проклятием, Ремус не был уверен. — Привет, — сказал Сириус, приподнимая бровь. Он одарил Ремуса обаятельной улыбкой, опершись локтем о стойку. — Ты попал сюда из… Другой парень, в котором Ремус узнал Джеймса Поттера, зажал Сириусу рот рукой. — Не вздумай закончить свое предложение, — простонал он. Затем он повернулся к Ремусу с извиняющимся видом. — Извини, приятель. Ему нужен кофеин, прежде чем он сможет хорошо функционировать в обществе. Два латте, пожалуйста. Ремус поборол смущение и набрал номер заказа. — Конечно, — сказал он с легкой улыбкой. — Скоро будет готово. Могу я узнать имя для… — Эй, я знаю, что вчера я немного переборщил, — перебил Сириус, — и ты знаешь. Извини за это. Но, — он говорил достаточно громко, чтобы люди начали оглядываться, — я хотел знать… не дашь ли ты мне хотя бы шанс? — О. — Ремус огляделся. Люди перешептывались, показывали пальцами и доставали свои телефоны. Может быть, Лили была права — может быть, для Сириуса это не было шуткой, — но он ненавидел, когда его фотографируют, больше всего на свете. — Эм. Карие глаза Джеймса блеснули, когда он наблюдал за Ремусом; возможно, он понял причину колебаний Ремуса. Как бы то ни было, он повернулся к своему другу. — Сириус, это не то место, чтобы… — Я не знаю, замечал ли ты когда-нибудь это, — продолжил Сириус, не подавая виду, что услышал Джеймса, и глядя прямо в янтарные глаза Ремуса, — но первое впечатление часто бывает совершенно ошибочным. Я имею в виду, что мое было ужасно, но ты когда-нибудь встречал кого-нибудь, чье первое впечатление было правильным? Джеймс схватил Сириуса за руку и потащил его к другому концу стойки. — Извините за него! — крикнул он через плечо. — Он все еще не проснулся. Ремус неуверенно улыбнулся Джеймсу, затем смущенно повернулся к следующему клиенту. Прежде чем он успел спросить ее о заказе, он услышал, как Джеймс пробормотал Сириусу: — Это было довольно хреновое второе впечатление, идиот. Ремус подавил вздох и вернулся к своей работе. После еще трех часов попыток улыбнуться, пока незнакомые люди пялились на шрамы на его лице, Ремус вышел и направился к двери кафе, эмоционально опустошенный. Однако ему удалось выдавить улыбку, когда он увидел, что Лили ждет его снаружи. Затем он увидел ухмылку на ее лице и подумал, не следует ли ему бежать отсюда подальше. — Привет, — поздоровалась она, ее зеленые глаза сверкнули. — У тебя был насыщенный событиями день, не так ли? Ремус застонал, его лицо покраснело, когда он вспомнил сцену, произошедшую ранее днем. — Что из этого ты слышала? — спросил он немного отчаянно. Лили пожала плечами и потянулась, чтобы сжать руку Ремуса. — Все. Но, знаешь… — Она искоса взглянула на него, ее веселье сменилось серьезностью, — он, кажется, не играл с тобой, Ремус. Почему бы не дать ему шанс? Он тебе явно нравится — нет, не говори мне этого, я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы утверждать это. Его протесты стихли, Ремус уставился на свои ботинки. Медленно он достал телефон из кармана и открыл первое приложение для социальных сетей, которое смог найти. Ему не потребовалось много времени, чтобы обнаружить бесконечные сообщения о встрече с Сириусом. Некоторые фотографии оказались четче, чем другие, но на всех, очевидно, были Ремус и Сириус. Каждая подпись говорила почти одно и то же: как так и почему именно Ремус Люпин? Ремус передал телефон Лили, которая, нахмурившись, просмотрела сообщения. — Я просто… Мне часто отказывают, — пробормотал он, думая о… довольно многих прошлых случаях, связанных как с парнями, так и с членами семьи. — Мне тоже не хочется быть отвергнутым. Долгое мгновение Лили не отвечала. Было странно видеть ее такой тихой — такой неподвижной — и Ремус беспокойно переминался с ноги на ногу, ожидая хоть какого-то ответа. Наконец Лили взяла его за руку и потащила в ближайший магазин, где было не так много людей. — Ремус, я знаю, что жизнь была нелегкой для тебя… но откладывать свое собственное счастье из-за того, что могут сказать другие, нездорово. Тебе нужно что-то делать для себя. Если остальной мир всегда будет влиять на твои решения, ты будешь вечно несчастен. — Лили вернула ему телефон. — И это пройдет. Скоро они найдут новые сплетни. Ремус взял телефон обратно, его руки дрожали. Логически рассуждая, он знал, что она права. Это не было для него личным, это был просто побочный эффект популярности Сириуса, и он исчезнет, как только история потеряет актуальность. Но в эмоциональном плане все было не так просто. Ремус посмотрел на Сириуса и понял, что они не подойдут друг другу. Неважно, что Сириус был красив; влечение не было основой для отношений. А Сириус даже не знал, что не очень нравился Ремусу. Или это было всего лишь его оправданием? — Я постараюсь, Лили, — пробормотал он. — Но все хотят счастливого конца, верно? И это не всегда так. Он знал, что она собиралась возразить, но не обратил на это особого внимания. Он сказал то, что чувствовал. Это было большее, что он мог сделать.

***

Сириус смотрел, как Ремус и рыжеволосая девушка идут по улице, непринужденно болтая. Его желудок сжался при виде этого; почему Ремус так откровенен с ней? Он едва мог смотреть Сириусу в глаза. Ужасная мысль о том, что Ремуса не интересуют мужчины, мелькнула у него в голове, но Сириус быстро прогнал эту мысль. Были знаки, напомнил он себе, и Ремус выдал некоторые из них. Кроме того, Сириус должен был верить, что у него есть шанс. Иначе он сошел бы с ума. Рядом с ним Джеймс прищелкнул языком так, что это слишком напомнило миссис Поттер. — Сириус, перестань пялиться на них. — Я ничего не могу с этим поделать, — прошипел Сириус, его серые глаза все еще были прикованы к двум друзьям — паре? — и отказывался признавать Джеймса. — Как получилось, что она может говорить с ним, но всякий раз, когда я пытаюсь, меня отталкивают в сторону? Нежная, но твердая рука легла ему на плечо. — Бродяга… ты не очень хорошо следил за ним. Сириус недоверчиво повернулся к Джеймсу, и мужчина чуть пониже поспешил объяснить. — Я имею в виду, что ты продолжаешь приглашать его на свидания в этих очень публичных местах; люди видят и начинают обращать на вас двоих внимание. Вот тогда-то он и начинает нервничать. Он интроверт и не любит быть на виду у всех, ты должен уважать это, приятель. Сириус молчал, переваривая слова Джеймса. — Ты не думаешь, что ему нравится, когда его фотают? — Я не думаю, что ему вообще нравится быть на виду у публики. Ему не нравится быть в центре внимания. Закусив губу, Сириус потянул себя за темные волосы. — Я… часто нахожусь в центре внимания. Сириус вырос в месте, где его обычно не хвалили. Он жаждал признания, которое исходило от других, независимо от того, было ли внимание положительным или отрицательным. Ему действительно не приходило в голову, что Ремус может предпочесть быть незаметным. Джеймс, однако, кивал. — Я знаю. Тебе придется умерить пыл, если ты серьезно относишься к этому — а ты определенно относишься, не так ли? Сириус медленно кивнул. Джеймс казался довольным и похлопал Сириуса по спине. — Так. Тогда это хорошо. Давайте посмотрим, не сможем ли мы что-нибудь придумать — я думаю, что эта девушка посещает со мной один из предметов… — Ты же не думаешь, что они встречаются, не так ли? — выпалил Сириус, оглядываясь через плечо, чтобы посмотреть на рыжую, которая обнимала Ремуса. Джеймс закатил глаза. — Это Лили, приятель. Девушка, о которой я тебе рассказывал, — нет, они не встречаются. — Джеймс прочистил горло. — Я изучал это давным-давно. Довольный этой информацией, но не желая упускать возможность подразнить Джеймса, Сириус приподнял бровь. — Значит, ты думаешь, что она только на одном из твоих занятий, да? — Заткнись.

***

Ремус озабоченно поправил свой темно-синий галстук и взглянул на Лили через зеркало. — Напомни мне, почему мы так нарядились? Лили поджала губы, тщательно нанося румяна на свои веснушчатые щеки. — Я же сказала тебе, я хочу попробовать это новое место — и не смотри на меня так. Я знаю, что это дорого, но я заплачу. Я должна что-то сделать с деньгами, которые прислала мне Петуния, не так ли? У Петунии Дурсли, урожденной Эванс, был муж, который ни в чем не нуждался; ей нравилось выставлять это напоказ перед Лили любым возможным способом. Ремус тихо вздохнул. — О, хорошо. Но только для того, чтобы помочь тебе растратить деньги твоей сестры. Лили злобно ухмыльнулась ему и показала большой палец. — Знала, что могу на тебя рассчитывать, — пробормотала она. Только когда они были в ресторане, Ремус понял, что что-то не так. У входа стояли два парня, дружелюбно болтая друг с другом. Ремус узнал в них Джеймса Поттера и Сириуса Блэка. Его охватила паника, и он повернулся к Лили. — Что ты наделала? — зашипел он. Лили была невыносимо непримирима. — Я согласилась на свидание с Джеймсом Поттером, и, похоже, он привел с собой друга, как и я. У тебя с этим проблемы? — Я не идиот, Лили, — проворчал Ремус, упираясь подошвами в тротуар, когда Лили схватила его за руку и потащила к двум мужчинам. — Я знаю, в какую игру ты играешь. Лили вздохнула, выглядя крайне расстроенной — что было несправедливо, подумал Ремус, надув губы. — Послушай, Ремус, если тебе не нравится наш разговор, просто уходи. Это не твое свидание. — Она многозначительно посмотрела на него, и Ремус понял, что она дала ему: шанс испытать Блэка, но со встроенным путем побега. Он не был уверен, следует ли ему обнять ее или задушить. — Хорошо, — неохотно сказал он. — Но никогда больше не делай этого со мной. Лили фыркнула и встала на цыпочки, наклонив голову, чтобы чмокнуть его в щеку. — Молодчина. А теперь пошли, давай подцепим тебе бойфренда. — Я думал, это твое свидание. — Тогда давай найдем нам бойфрендов. Ремус на мгновение заколебался, забавляясь, но все еще нервничая. Но потом… потом он начал задаваться вопросом, что бы он сделал, если бы упустил эту возможность. Через мгновение он решил, что с него хватит «что, если». — Знаешь что? Ты права. Я больше не буду прятаться. — Он глубоко вздохнул и провел рукой по своим рыжевато-каштановым волосам. — Пошли. Лили ослепительно улыбнулась и нетерпеливо потянула Ремуса, преодолевая оставшееся расстояние. Когда Джеймс заметил их и подтолкнул Сириуса, чтобы предупредить его об их присутствии, Ремус почувствовал, как его лицо покраснело. Однако он не позволил этому остановить его. На этот раз он приложит усилия. Конечно, помогло то, что никто не пытался его сфотографировать. — Моя дорогая, прекрасная Лили! — воскликнул Джеймс, его глаза загорелись при виде нее. — Восхитительна, как и всегда. Лили закатила глаза, но Ремус знал ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она не совсем возражала против комплимента. — Лесть на меня не действует, Поттер. А теперь пойдем, я умираю с голоду. Она поменяла руку Ремуса на руку Джеймса, прежде чем провести его внутрь, оставив Сириуса и Ремуса неловко стоять рядом друг с другом. Через мгновение Сириус протянул руку и открыл ему дверь. — После тебя. Ремус кивнул в знак благодарности и вошел внутрь, осматривая интерьер, пока не нашел столик рядом с Джеймсом и Лили. Он подошел и сел, уставившись в стол. Ему отчаянно хотелось придумать, что сказать Сириусу, но во рту у него совершенно пересохло. С небольшого расстояния Лили увидела его дилемму. — Ремус, — сказала она тихо, но достаточно громко, чтобы Джеймс и Сириус могли услышать, — не смей нарочно выбирать подешевле. Я на полном серьезе сказала тебе, чтобы ты заказывал все, что хочешь. Не скромничай. Она, конечно, ничего такого не сказала — такие вещи теперь оставались невысказанными между ними, — но он понял, что это было предупреждение и для Джеймса, и для Сириуса. Пока он кивал, парни переглянулись. — Лили, — начал Джеймс, — я более чем счастлив оплатить счет… — Я плачу, Поттер, — перебила она с ноткой решительности в голосе. В ее зеленых глазах сверкнул триумф. — Не спорь. Ремус сжалился над Джеймсом, который казался ошеломленным. — Она говорит серьезно, ты же знаешь. Нет смысла протестовать, я уже пробовал это раньше. Джеймс открыл и закрыл рот, но Сириус разразился лающим смехом, от которого у Ремуса заколотилось сердце. — Спасибо, Эванс, — благодарно сказал он, беря меню. — Очень мило с твоей стороны. Теперь жизнь Ремуса была не просто какой-то причудливой романтикой, но, когда Сириус подмигнул ему, он подумал, что может растаять. Первые несколько минут трапезы прошли в относительной тишине между ним и Сириусом, хотя Лили, казалось, отлично проводила время, заставляя Джеймса быть нетрадиционным. Сириуса, казалось, это тоже позабавило. — Твоя подруга такая мужественная, — сказал он в какой-то момент, выглядя почти впечатленным. Ремус рассмеялся, сделав глоток воды; он не пил по личным причинам. — Это ее особенность. Джеймса ждет сюрприз. Если Сириуса и удивил такой легкий ответ, он этого не показал. Вместо этого он склонил голову набок. — Знаешь, она ему действительно нравится. — Затем он сглотнул. — А ты… действительно нравишься мне. Ах, вот оно что. Ремус уставился в свой стакан, старательно избегая взгляда Сириуса. — Э… спасибо. Но ты мало что знаешь обо мне. — Я знаю, что в те первые несколько раз я вел себя как настоящий дурак, и мне жаль, что я поставил тебя в такое положение. Застигнутый врасплох, Ремус поднял глаза. Сириус говорил искренне, и Ремус был удивлен правдой в своих собственных словах, когда заговорил. — Я не виню тебя за все твои попытки. Но… спасибо за извинения. Сириус кивнул и откусил кусок от своей еды. — Знаешь, люди часто меня фотографируют. Я делаю кое-какие глупости, что отлично подходит для таких, как они. — Он посмотрел Ремусу в глаза. — Это не оправдание, но я действительно хочу пойти с тобой на это свидание. Я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы ограничить количество людей вокруг, и постараюсь не делать ничего, чтобы привлечь внимание. — Скопофобия, — выпалил Ремус. Когда Сириус посмотрел на него в замешательстве, он опустил взгляд на свой салат, но продолжил. — Это страх того, что на тебя будут пялиться. Думаю, я справлюсь с этим нормально, и это не так серьезно, как в некоторых случаях… но я… Вот почему я продолжал отмахиваться от тебя. — Он был подавлен собственной смелостью, но поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с Сириусом, вызывая его на смех. Это звучало как простая, тривиальная вещь, но это было то, вокруг чего вращалась большая часть мира Ремуса. Он не собирался притворяться, что этого не существует. Ремус помнил, как несколько лет назад Фенрир, его старый приятель, напал на него в переулке. Он вспомнил вспышки камер людей, толпившихся вокруг, когда парамедики пытались помочь ему. Он помнил свое недавно изуродованное лицо на всех валлийских новостных каналах и во всех газетах. Больше всего он помнил шепот, указательные пальцы и взгляды всех, с кем он сталкивался потом. Это была главная причина, по которой он решил пойти в школу в Лондоне. Но, похоже, Сириус был полон сюрпризов. — Хорошо, — просто сказал он. Он протянул руку Ремусу ладонью вверх; жест согласия и предложение утешения. — Достаточно справедливо. Ремус на мгновение задумался, но позволил своей руке опуститься поверх ладони Сириуса. Его голос был тихим, когда он заговорил в следующий раз. — Хорошо. Сириус обхватил пальцами пальцы Ремуса. — Итак… Могу я как-нибудь пригласить тебя на настоящее свидание? Джеймс сказал, что Лили должна была обманом втянуть тебя в это дело. Губы Ремуса дрогнули. — Я не против этого, — тихо признался он. В конце концов, пришло время попытаться двигаться дальше.