Утро

      Тихо прикрывая за собой дверь, Холмс сбрасывает промокший до ниточки плащ на вешалку, а вместе с ним такой же мокрый пиджак, и недовольно фыркает. Он только вернулся с дела, очень не вовремя подвернувшегося под руку. Отказываться он не стал, потому что, по описанию, оно звучало весьма любопытно. Пришлось провозиться всю ночь и, какая неудача, попасть под дождь, будь он неладен.       В квартире царит идеальная тишина, что несколько успокаивает детектива. Чего ему не хватало с утра по раньше, так это Уильяма, пытающегося ему приготовить завтрак. Или просто сделать что-то приятное.       Своего друга Шерлок безмерно любил и уважал, но его попытки быть полезным не всегда кончались чем-то хорошим. Поэтому он радовался, что тот не подвергает себя опасности.       Уильям Джеймс Мориарти всегда был очень упрям и, особенно если это касалось дел по дому, стоял на своём до конца, пока не найдёшь ему занятие поинтереснее и побезопаснее. В частности, обычно это было простое чтение книг. Порой, Шерлок читал ему книги, даже в отсутствие желания или сил. Так, зачастую решалась половина их споров.       Когда они впервые встретились на Ноатике, детектив не сразу приметил особенность Уильяма. В тот момент Мориарти был один, так что им удалось перекинуться парой фраз, пока к ним не присоединился его брат, кажется, Льюис. Он поинтересовался, не начудил ли Уильям чего и со спокойной душой увёл его. И подобному Холмс очень удивился. Даже встретившись с ним после плаванья, ему не удалось понять, почему Льюис так беспокоился. До их встречи в поезде. Тогда он узнал причину подобного беспокойства.       Уильям оказался очень неуклюжим, ко всему, если бы не Льюис, он, наверное, убился бы на том поезде. Или того раньше, но сути это не меняет. Сперва Шерлоку это показалось забавным. Но когда им пришлось распутывать дело за сорок восемь минут, он стал подмечать кое-что необычное в поведении знакомого.       Не расставаясь с тростью ни на секунду, Уильям, после объяснения трюка со снотворным, чуть не сшиб бутылку с виски, которую сам же поставил на пол. Какое-то время он крепко держался за дверку купе, но всё же решился отцепиться от несчастной. После чего почти сразу же чуть не налетел и на самого Шерлока, что было и милым, и добавляло странности этому человеку. А потом, после окончания дела, Льюис лично встретился с детективом и поведал весьма неожиданную, но вполне логичную, новость. Уильям Джеймс Мориарти слеп.       Мир перевернулся с ног на голову в ту секунду. Это несколько меняло абсолютно всё. Особенно представление о самом Уильяме, уважение к которому возросло в десятки раз.       «— Если вам действительно дорог мой брат, относитесь к нему так же, как и раньше», — эти слова ему говорит Льюис, уходя.       «— Даю слово», — отвечает ему Холмс, на что младший Мориарти только благодарно улыбается и уходит.       С тех пор ничего не менялось... До момента их падения в Темзу, а после и побега в Швейцарию. Тогда не то, чтобы всё пошло наперекосяк, но декорации слишком резко сменились.       Детектив не представлял, что ему делать в тот момент. Им нужно было сматываться не просто из Лондона, им нужно было оказаться где-то за пределами Великобритании, просто, чтобы их точно не нашли. А их будут искать, в Темзе так точно.       А потом они оказались здесь, в Швейцарии. И теперь живут в квартирке на окраине города, дабы сильно не светиться на людях. Выходят порой на улицу — не вечно же им сидеть в четырёх стенах, в самом деле? — проветриться да за продуктами зайти. Бывает, иногда ночью выбираются, но это только по инициативе Уильяма.       Тихо прокравшись в комнату, Шерлок убеждается, что Уильям спит. Главное, не разбудить его своими попытками приготовить нечто съедобное на завтрак. Благо, за те месяцы, что они здесь живут, он научился готовить что-то незамысловатое.       Недолго ещё постояв в комнате, Холмс ушёл на кухню готовить завтрак. Только ему стоило приступить к готовке, как из комнаты донеслось копошение. Значит, он всё же потревожил сон Уильяма. Неприятная ситуация.       — Ты уже вернулся? — в дверях появляется ещё сонный Мориарти, придерживающийся рукой за дверной косяк.       — Да, Лиам. Я дома, — соглашается Шерлок, подходя к другу и обнимая его. Сейчас этот человек кажется беззащитным и долгом детектива является защитить его. Неважно, от чего именно.       — Я слышал, что на улице шёл дождь. Тебе стоит пойти и переодеться, — отвечает Уильям, отпуская косяк и цепляясь за Шерлока. Сейчас Холмс — единственная опора, которая у него осталась. — Потом... сходим погулять?       — Обязательно. И, если хочешь, можешь приготовить завтрак, — улыбнулся детектив, подводя Уильяма к плите. Тот благодарно кивает и высвобождается из объятий. Он давно хотел это сделать, в благодарность за всё, и раз выпал шанс, не стоит его упускать.       Мориарти прекрасно понимает, почему обычно его старались не подпускать к разного рода делам. Даже в собственном плане он был не более, чем кукловодом. Тем, кто раздавал приказы и строил гениальные и идеальные планы. И даже когда он отправлялся со всеми остальными на задание, его пытались отговорить. Потому что беспокоились, что сам он может не справиться.       Его это нисколько не огорчало. Он прекрасно понимал товарищей и, окажись на их месте, поступал бы так же. Но порой было тошно от собственной беспомощности.       Уильям безмерно благодарен случаю за знакомство с Шерлоком. За то, что в тот день он спас его. Теперь они только вдвоём, нет никаких масштабных планов и каких-либо серьёзных препятствий на пути. И у него есть шанс показать дорогому другу, что он не настолько беспомощный и бесполезный. Что он может приготовить сносный завтрак, что может убраться в квартире, не разгромив её.       Мориарти знает, что он может делать всё то же самое, что делал бы, не будь слепым с рождения. И он докажет это, сначала Шерлоку, а после, если ему удастся уговорить того связаться с Льюисом, и товарищам. Неважно, сколько на это уйдёт времени, он сможет это сделать. Поэтому, для начала, он поразит Холмса своими кулинарными навыками.