Ready to Comply

Имущество просыпается через несколько часов полностью готовым к миссии, но нет никого, кто мог бы отдать ему новый приказ. Оно все еще одно в комнате. Оно садится на матрас и начинает ждать. Оно может ждать стоя, но нет смысла без цели утомлять мышцы ног. Ему приказали отдыхать, чтобы сберечь энергию. Оно сидит на матрасе и смотрит на дверь. Время идет. Имущество ждет. Имущество немного сдвигается, чтобы быть готовым к действиям, как только они потребуются. Имущество ждет. Время идет. Открывается наружная дверь, и входит объект, больше не нуждающийся в помощи другого человека. Этот факт делает что-то с телом Имущества, и оно расслабляется. Синяков на лице почти нет, но некоторая скованность движений остается. Значит, заживление раны на животе еще не завершено. Объект приносит тарелку и пластиковый стакан с водой и ставит на стол. Наружная дверь за ним закрывается. Он встает по другую сторону прозрачной стены и смотрит на Имущество. — Если я ее открою, — объект кивает на стену, — ты попытаешься напасть на меня? — Нет, — отвечает Имущество. Объект теперь его куратор. Оно не может напасть на куратора. — А сбежать? — Нет. Объект его куратор. Ему запрещено убегать от куратора. — Хорошо. ДЖАРВИС, открой внутреннюю дверь, пожалуйста. В прозрачном барьере появляется дверной проем. Имущество не двигается. Ему не приказывали двигаться. — Тебе нужно в туалет? — спрашивает объект. Имущество оценивает свое физическое состояние. Болезненное давление в животе указывает на переполненный мочевой пузырь. — Да. — ДЖАРВИС. Кусок стены смещается вправо. Объект указывает в сторону появившегося за ним помещения. — Ванная там. Имущество не двигается. Приказа нет. Информация о ванной могла быть инструкцией, а могла быть ловушкой, чтобы выяснить, проявит ли оно ненужную инициативу. — Тебе нужна помощь? — обеспокоенно спрашивает объект. — Нет. — Тогда почему ты не идешь? — Приказ не поступал. — Ой, точно. Тогда я приказываю тебе сходить в ванную? Он говорит неуверенно, как будто это вопрос, а не приказ, но формулировка верна. Имущество встает, проходит в другую часть комнаты, а потом — в новый дверной проем, за которым находится унитаз, душевая кабина и небольшая раковина. Это все — как и остальная мебель — надежно прикреплено к стенам и полу. Если бы оно решило устроить драку, то с большой долей вероятности смогло бы вогнать диспенсер дозатора мыла в глазницу человека. Больше здесь нет ничего, что можно было бы использовать в качестве портативного оружия. Правда, у него есть рука, которая сама по себе — превосходное оружие. Оно пользуется унитазом, а потом моет руки, придирчиво следя за взаимодействием мыла с металлическими пластинами. После этого оно возвращается к объекту. — Садись, — говорит объект. Имущество подходит и садится на стул. Перед ним стоит тарелка с сэндвичами, овощными палочками и чипсами. — Это тебе, — говорит объект. Имущество ждет. — Ты ждешь, когда я прикажу тебе поесть? — Да. Объект задушено выдыхает. — Тебе не надо… Я хочу сказать… Объект замолкает. Когда он снова начинает говорить, его голос звучит спокойнее, но в нем все равно слышится еле сдерживаемый гнев. Имущество ждет удара, ждет указания на неизвестную ему ошибку, но ничего не происходит. — Ты можешь есть, — говорит объект. — И можешь ходить в туалет. И спать. Ты лучше меня знаешь, что нужно твоему телу, поэтому не надо ждать приказов. Если захочешь в туалет, можешь сходить в туалет. Если захочешь поесть, можешь поесть. Если захочешь попить, можешь попить. Если устанешь, можешь поспать. Если нет, значит, нет. Необязательно устанавливать порядок действий для каждой мелочи, понимаешь? — Да, — отвечает Имущество. Иногда в более длительных миссиях от Имущества ожидали, что оно само будет заботиться о своих физических потребностях. Ему давали основной рацион и говорили использовать его по мере необходимости, чтобы тело было достаточно сильным для выполнения требуемой работы. Оно должно было само решать: нужен ему сон, поход в туалет или оказание первой помощи. Если это — чем бы оно ни было — станет долгосрочной миссией, то было понятно, почему куратор не хотел утруждать себя таким количеством приказов. Имущество тянется за сэндвичем, но все равно ждет окрика. Оно берет его, кусает, жует и глотает. Никто не кричит. Никто его не бьет. Никто не указывает на ошибку. Объект натянуто улыбается, и Имущество решает, что ведет себя правильно. Потом оно пьет воду из стакана и ждет. Ничего не происходит. Оно допивает ее, но тело сигнализирует, что ему нужно больше жидкости. Ему разрешено пить, если хочется, поэтому оно берет стакан и встает. Объект напрягается, но не отдает никаких запрещающих приказов, поэтому Имущество идет в ванную и наливает из крана целый стакан. Оно выпивает воду, наливает снова и возвращается к столу. Оно ест и пьет, пока тарелка и стакан не пустеют. Закончив, оно опускает руки и смотрит на объект, ожидая приказов. — Ты знаешь, кто я? — спрашивает объект. — Ты — моя миссия, — отвечает Имущество. Объект вздрагивает. Это неправильный ответ. Но объект не бьет его. — Стив. Я Стив. Твой друг. Ты не помнишь? — Стив, — повторяет Имущество. — Правильно. Я Стив, а ты Баки. Помнишь? Имущество помнит, как на хеликаррере человек называл его разными именами. Джеймс Бьюкенен Барнс, говорил он. Это имя Имуществу не знакомо. — Нет, — отвечает оно. Это тоже неправильный ответ. Объект морщится. — Ладно, ничего страшного, — говорит объект. Стив. — Я помогу тебе. Ты же вспомнил, как раньше слушался моих приказов, значит, и остальное вспомнишь. Мы будем работать над этим вместе. Вдвоем, как раньше. Понимаешь? — Нет, — отвечает Имущество, потому что не понимает. Оно понимает значение слов по отдельности, но не тогда, когда они звучат вместе. Слов слишком много. Имущество ничего не знает о прошлом, про которое говорит объект, и не имеет доступа к воспоминаниям, которые хочет получить Стив. — У нас полно времени. Теперь ты в безопасности. Никто не сделает тебе больно. Мы что-нибудь придумаем. Имущество не понимает смысл заявления об отсутствии боли. Имущество является оружием. Оно существует для того, чтобы причинять боль другим, и чтобы кураторы причиняли боль ему. Без боли, что это будет? У Имущества нет подходящего ответа, поэтому оно говорит то, что обычно считалось приемлемым: — Готов подчиняться. Судя по выражению лица Стива, это неправильный ответ.