Ready to Comply

Имущество причинило вред Стиву. Стив молча смотрит на него с точно таким же затравленным выражением лица, которое бывает у Имущества в моменты тренировок неповиновения или особо сложного выбора. Имущество переживает, потому что не хочет, чтобы Стив испытывал эти ужасные ощущения. Вредить Стиву недопустимо, но слова, которые он сказал, делают именно это. — Стив? Имущество произносит это так, будто разговаривает с животным, которое не хочет спугнуть. — Ты любил меня, — шепчет Стив. — Но… Я думал… Ты заботился обо мне, но… но ты ходил танцевать с девчонками. И пытался и мне найти. Каждую вторую неделю ты играл в сваху и устраивал для меня свидания. Зачем… если… если ты был влюблен в меня? — Не знаю, — отвечает Имущество. — Я не помню. Но твоя мама спросила Баки Барнса, любит ли он тебя, а потом сказала, что ты мог сделать кое-что похуже и жениться на нем. — На тебе. — На прежнем Баки Барнсе. — Мама… Неужели она это сказала… Имущество задумывается. — Я могу ошибаться. — Нет. Нет… Просто… Почему она ничего не сказала мне? И почему ты ничего мне не сказал? После того разговора с мамой у тебя была куча времени, но ты этого не сделал. Должно ли Имущество извиниться? Конечно, странно извиняться за то, чего не помнишь, и за то, что сделал тот, кто был кем-то другим, но это огорчило Стива. Имущество задумывается. — Если у меня еще когда-нибудь будут разговоры о том, что я люблю тебя, обещаю тебе рассказать, — говорит он. Стив удивленно смотрит на него, а потом улыбается. Он не перестал грустить, но выглядит явно лучше. Имущество действует правильно. — Я был бы тебе очень признателен, Бак. — Я говорил с Сэмом о желании заняться с тобой сексом, а он предположил, что ты занимаешься сексом только с тем, кого любишь. — А я подумал, что ты пришел ко мне из-за того, что прочитал об этом в интернете, — говорит Стив, опять начиная выглядеть несчастным. Похоже, секс все еще является беспокоящей его темой. — Так и было. Я прочел статью о том, как доставить удовольствие мужчине. Но Сэм сказал, что это для замужних женщин. Я пойму, если ты не захочешь заниматься со мной сексом из-за того, что любил его. — Ты говоришь о себе, как о другом человеке. — Я другое, — отвечает Имущество. — Я делаю себя новым человеком. Ты сказал, что это правильно. — Да. То есть, наверное. Но там, внутри… ты… все еще ты. — Но ты сказал, что Баки Барнс был другим человеком. И если ему нравились какие-то вещи, это не значит, что они должны нравиться мне. Если я не помню, как был им, и мне не нравится то, что делал он, значит, мы разные люди. Мне проще думать о нем, как о ком-то другом. — Я… мне… я смотрю на тебя, а вижу его. — Ты хочешь, чтобы я притворился им? — Имущество рассматривал такую возможность. Ему было бы сложно, если бы Стив приказал ему притворяться Баки Барнсом, но он готов был попробовать. Стив резко качает головой. — Нет! — он, кажется, расстроен этой идеей. — Не надо притворяться. Просто будь тем, кто ты есть. Имущество не знает, что на это ответить, но, к счастью, их прерывает звонок в дверь. Стив дергается, но Имущество уже слышал этот звук, поэтому даже не вздрагивает. Стив идет открывать, и в комнату заходят два человека с маленькими тележками, заставленными пакетами. Стив благодарит их, и они уходят. Имущество помогает Стиву распаковать продукты и начинает аккуратно раскладывать их по шкафам, не забывая как можно более рационально использовать пространство, чтобы можно было легко добраться до наиболее часто используемых. Он сортирует еду, основываясь на вкусах Стива, и раскладывает ту, что он любит больше всего, на самых нижних полках, чтобы ему было легко доставать ее без посторонней помощи. А потом он понимает, что ему больше не нужно этого делать. Стив сейчас выше него. Имущество не чувствует себя Баки Барнсом, но иногда ему кажется, что Баки Барнс стоит за спиной и шепчет ему на ухо инструкции, касающиеся заботы о Стиве. Возможно, именно так он и сможет стать независимым человеком — прислушиваясь к шепоту прежнего Баки Барнса и делая Стива счастливым. Он не знает, как сделать так, чтобы шепот звучал чаще. Он раздавался в моменты, когда Стиву угрожала опасность, будь то раны, нанесенные Имуществом на хеликарриере, или угроза простуды и неспособность нормально питаться. Мысль о том, чтобы подвергать Стива опасности только для того, чтобы чаще слышать шепот, абсолютно неприемлема. Ему нужно найти что-то еще. То, что знакомо Баки Барнсу, и что активирует старые протоколы. Нужно воскресить более глубокие воспоминания. Те, на которые не повлияло обнуление. Он ведь помнил, как ходить, говорить, стрелять. Эти навыки остались нетронутыми. Возможно, существуют и другие, на которые не повлияло обнуление. Навыки, которые можно использовать для того, чтобы призрак Баки Барнса говорил с ним как можно чаще. Фотографии, рассказы и архивные хроники не помогли пробудить воспоминания, может, действия помогут. Но сейчас Имуществу некогда. Он хотел испечь печенье, и теперь у него все для этого есть. Имущество начинает подготавливать ингредиенты согласно рецепту из телефона и параллельно составлять план новой миссии «призыв призрака Баки Барнса». Следовать шагам рецепта так же просто, как следовать приказам, не требующим принятия решений, поэтому в процессе готовки он вполне может думать и об этой другой задаче. К тому времени, когда тесто замешано и выложено на противень, основные наброски плана произведены. Когда начинает пищать таймер, и Имущество вынимает из духовки готовое печенье, он уже знает, каким будет его следующий шаг. — Вкусно пахнет, Бак, — говорит Стив. Он с интересом следил за процессом готовки, но вмешиваться не пытался. Теперь он подходит ближе и смотрит, как Имущество перекладывает печенье на поднос для охлаждения. Стив тянется, чтобы взять одно, и Имущество, не задумываясь, шлепает его по руке лопаткой. Имущество тут же начинает паниковать — он ударил куратора. Но тут появляется призрак и берет управление на себя. — Обожжешься, — говорит он Стиву. — Ну, и пожалуйста… — надувается Стив. Баки не обращает на него внимания. Он делит печенье на три равные части. Он хочет сделать это максимально точно, но печенье разного размера, поэтому он группирует самые большие с самыми маленькими. Потом думает, достаточно ли этого, и не надо ли взвесить стопки, чтобы достичь идеала. Но решает, что в точном совпадении необходимости нет. Он подозревает, что в кучке слева немного больше печенья. Он указывает на эту кучку. — Это тебе. — Спасибо, Бак. А кому остальное? — Это мне, — он кивает на среднюю башенку, потом открывает ящик, достает рулон фольги и осторожно перекладывает на отрезанный кусок последнюю стопку. — А это кому? — спрашивает Стив. — Наташе. Очевидно, ответ застает Стива врасплох. — Зачем ты испек для Нат домашнее печенье? Имущество не хочет отвечать, потому что Стив, скорее всего, разволнуется и начнет надеяться на воскрешение прежнего Баки Барнса. Имущество не хочет давать ему ложную надежду, но отказаться отвечать на прямой вопрос куратора не может. Он должен что-то сказать. Пока он подбирает слова, давление необходимости повиноваться продолжает расти. — Это взятка. Пожалуйста, не задавай больше вопросов. — Хорошо, не буду. Стив улыбается. Похоже, даже того, что Имущество просит его не спрашивать, достаточно, чтобы сделать его счастливым. Стив берет печенье из своей кучки и, пока Имущество заканчивает упаковывать гостинец для Наташи, съедает его. Имущество берет свое печенье и тоже съедает. Прежде чем предложить печенье кому-то еще, нужно проверить, все ли с ним в порядке. Это пятерка. Печенье с шоколадной крошкой, расплавившейся внутри теплого теста, — это, определенно, пять баллов. Он выходит из квартиры Стива и спрашивает ДЖАРВИСа, где можно найти Нат. Оказывается, у нее квартира этажом ниже. Имущество едет на лифте вниз, подходит к двери и нажимает на кнопку звонка. Когда дверь открывается, Имущество протягивает Наташе сверток. Она подозрительно смотрит на него, как будто то, что завернуто в фольгу, может взорваться. — Что это? — спрашивает она. — Печенье. Взгляд не становится менее подозрительным, поэтому Имущество добавляет: — Я проверил одно и не испытал никаких побочных эффектов. Думаю, они не ядовитые. Она улыбается, забирает у него сверток, рвет обертку и смотрит на печенье. Потом берет одно и осторожно откусывает кусочек. — Ты печешь печенье всем Мстителям? — спрашивает она. — Нет. Я испек печенье Стиву, себе и тебе. — Я польщена. А почему не Сэму или не Клинту? Или не Тони. В конце концов, это его башня. — Это взятка. Мне нужна твоя помощь. — Помощь в чём? — Мне нужно потанцевать с дамой. Нат смеется, и от этого крошки у нее изо рта разлетаются во все стороны. Нат начинает кашлять, а Имущество ждать, когда она придет в себя. — Во-первых, — чуть позже говорит Нат, — больше никто не называет женщин дамами. А во-вторых, почему тебе вдруг приспичило потанцевать с женщиной? Имущество не хочет объяснять ход своих мыслей, особенно тому, кто может доложить об этом Стиву. К счастью, она не является куратором, поэтому прямого ответа не требуется. Он не станет говорить ей о своих попытках вынудить призрака прежнего Баки Барнса чаще всплывать на поверхность. — Чтобы сделать Стива счастливым, — говорит он, поскольку это является его целью почти во всем, что он делает. — Хочу узнать, смогу ли обучиться навыку, которым когда-то владел Баки Барнс. Но Стив не должен знать, пока я не пойму точно. Наташа хмыкает. — Ладно, Ромео. Иди стряхивай пыль со своих танцевальных туфель. Я дам тебе пару уроков. — Не думаю, что у меня есть танцевальные туфли, — отвечает Имущество. — Может, попросить ДЖАРВИСа заказать?