Будь моим смыслом...

      Прошло несколько месяцев…       Осаму привык к дочери и нашёл к ней подход. Девочка тоже привыкла к отцу и теперь, если капризничала при нём, то, скорее, для того, чтобы он её взял на ручки. И Осаму брал, хотя Чуя его иногда ругал за это:       — Ты её избалуешь.       — А сам-то? — возражал Осаму. — Только и таскаешь её на руках, особенно, если Коё занята; ты не упускаешь возможности нянчиться с ней весь рабочий день, вместо того, чтобы заниматься своими прямыми обязанностями. А нашей принцессе это нравится, мне даже иногда кажется, что она любит тебя больше, чем меня.       — Ты что ревнуешь? — усмехнулся Чуя.       — Конечно нет! Я боялся, что ты не сможешь её принять, но теперь я вижу, что опасался напрасно.       Дазай держал Софью на руках, сидя на диване, а Чуя наклонился к нему, чтобы поцеловать, но на самом деле, он чмокнул в нос Соню, которая тут же залилась громким смехом. Накахара действительно не заметил, как привязался к девочке, и ему было в радость оставаться с ней и играть. Наверное, это произошло потому что у Дазая плохо получилось вначале справляться с ребёнком и Чуя волей-неволей ему помогал, вскоре обнаружив, что полюбил Софью, как родную.       — Ну вот, так всегда, — Осаму театрально-расстроено закатил глаза, вставая с дивана. — Теперь ты, если кого-то и целуешь, то её, а не меня.       — И всё-таки ты ревнуешь. — Чуя игриво шлёпнул Дазая по заднице. — Только кого её или меня?       — Обоих, — рассмеялся Осаму. — Когда вы вместе, то мне внимания совсем не уделяете.       — Правда? — Чуя удивлённо приподнял левую бровь. — Клятвенно обещаю уделить тебе внимание сегодня ночью.       — Ловлю на слове.       — Может, пойдём прогуляемся в парке?       — Давай.       Взяв с собою прогулочную коляску, на тот случай, если ребёнок захочет спать, эсперы вышли на улицу и направились в парк. Гуляли они несколько часов, ели мороженое, кормили сладостями Софью, пока она не уснула, а потом отправились домой. Чуя с Осаму довольно часто проводили так вечера после работы, а в выходные ездили на загородную минку, где девочке нравилось так же, как и им.       Что касается работы, то в последнее время в Портовой Мафии было какое-то затишье. За все эти несколько месяцев, которые прошли после уничтожения Достоевского, они всего лишь раз сходили на миссию. И то босс собирался отправить на задание Акутагаву, но Чуя с Осаму вызвались сами уничтожить вражескую организацию, если так можно было сказать о банде, состоявшей из 20 человек, в состав которой даже одного никчёмного эспера не входило. Пошли, потому что захотелось, как говорится, размять кости.       — Какое-то странное затишье, — сказал как-то Чуя. — Прям как перед бурей.       — Не думаю, что перед бурей, — ответил Осаму. — Но ты прав, не помню, чтобы в Портовой Мафии было так тихо когда-то, теперь совсем некого мочить.

***

      Прошло несколько месяцев…       В этот день у Чуи был день рождения, ему исполнялось 26 лет, коллеги из Портовой Мафии решили устроить в его честь вечеринку в одном из банкетных залов высотки. Собрались все эсперы, а также члены спецотряда Чёрные Ящерицы и некоторые сотрудники Агентства, такие как: Йосано Акико, Танидзаки Джуничиро с сестрой, Кёка Изуми, Куникида Доппо и Кенджи Миядзява.       Банкет был организован с размахом. Изысканные блюда и дорогие вина доставили из самого шикарного ресторана Йокогамы. А команда из профессиональных официантов обслуживала банкет.       Софья вместе с Кью и Элис играли в другой комнате неподалёку от банкетного зала, где для детей был накрыт отдельный стол.       Мафиози гуляли всю ночь: пили, танцевали, пели в караоке и развлекались, как могли, даже после того, как именинник покинул вечеринку.       Дазай, договорившись с Коё и Акико, о том, чтобы они присмотрели за Софьей, утащил куда-то Чую, сказав, что у него есть для него сюрприз. Но ушли они не одни, Осаму пригласил Акутагаву и Ацуши составить им компанию.       — Дазай, куда мы идём? — поинтересовался Чуя.       — Это сюрприз, — ответил Осаму.       — Какой ещё сюрприз?       — Подарок на день рождения.       Вскоре четвёрка эсперов вышла к морю и подошла к шикарной яхте, стоявшей в порту.       — Нам сюда, — произнёс Осаму, указывая на яхту.       — Ночная прогулка по морю? — спросил Чуя.       — Не просто прогулка, — ответил Дазай. — Это твоя яхта.       — В смысле? — не понял Чуя.       — Я купил её для тебя. Хотел перевязать ленточкой, но потом передумал. Стало жаль оформителей подарков, которым пришлось бы провести довольно длительное время в воде, обвязывая яхту под днищем.       — М-м-м, даже не знаю, что сказать. Такой необычный подарок. Яхта шикарная, спасибо. — Чуя обвил шею Осаму руками и поцеловал его в губы, несмотря на то, что ему не нравилось выставлять чувства на показ, а тут были Ацуши с Акутагавой, и раньше он смущался и старался не делать что-то подобное при них, хотя эти двое сами не стеснялись целоваться и обниматься при наставниках.       — Ну чего вы застыли? — задал вопрос всем присутствующим Дазай. — Поднимайтесь на борт, нас ждёт незабываемое путешествие.       У Ацуши, если честно, немного отвисла челюсть, когда он услышал о том, что Дазай подарил эту прекрасную яхту своему возлюбленному, он с завистью взглянул на Чую, а потом перевёл взгляд на Акутагаву, на что тот, пожав плечами, сказал:       — Милый, я пока столько не зарабатываю, но обещаю, что мой подарок на твой день рождения тебе точно понравится.       — Я не сомневаюсь, Аку, — проговорил оборотень и поднялся на борт, вслед за остальными.       — У нас есть капитан? — спросил Чуя.       — Конечно, — ответил Осаму и тут же к ним подошёл мужчина лет тридцати пяти-сорока.       — Дазай-сан, — произнёс он, слегка кивнув головой.       — Макото-сан, всё идёт по плану? — задал вопрос Осаму.       — Конечно, всё идёт по плану, — ответил капитан.       — Тогда отправляемся.       — Будет сделано, — произнёс капитан и удалился.       — Что за план? — поинтересовался Чуя.       — План заключается в трёхдневном круизе по морю, — ответил Осаму.       — В трёхдневном? — спросил Акутагава. — А как же работа?       — Не волнуйся, Акутагава. — Дазай положил руку на плечо Рюноске, сверкнула белая вспышка, обнуляя способность вампира полностью, теперь всегда так происходило, после того как Акутагава стал вампиром, если Осаму касался его. Обнуляющий дар полностью нейтрализовал вторую способность Рюноске, и Дазай старался не прикасаться к нему лишний раз. Ведь задержи он руку на несколько минут — вполне мог убить этим эспера. — Я твой босс, и даю тебе отгул, так же как и Ацуши.*       — А запасы крови? — снова спросил Рюноске. — Я не могу долго без них.       — Я знаю, — ответил Осаму. — Не переживай, об этом я тоже позаботился.       — Дазай… — вдруг заговорил Чуя. — А как же Соня, мы что оставим её на целых три дня?       — Чу-уя, не волнуйся так за Соню, она в надёжных руках. Коё и Акико позаботятся о нашей малышке. Нам ведь тоже нужен отдых. Мы с тобой так давно не расслаблялись. Софья очень привязана к Коё и Акико, она не будет скучать с ними.       — Ну хорошо, — Чуя пожал плечами. — Тебе виднее. И что за круиз? Куда мы отправимся?       — В открытое море. Как тебе идея?       — Даже не знаю. Никогда не путешествовал по морю так долго.       — Тебе понравится. — Осаму чмокнул возлюбленного в губы. — Идите за мной.       Дазай прошёл по палубе к корме. Там располагался довольно большой стеклянный столик под навесом, возле него с одной стороны стоял шикарный диванчик белого цвета, а с другой к нему были приставлены несколько стульев, обитых белой кожей.       — Присаживайтесь, — проговорил Осаму. — Здесь не так много обслуги, я нанял всего одного повара, уборщицу и официанта, чтобы нам не особо мешали. Думаю, что мы сами справимся, если решим перекусить или выпить, но вдруг кто-то из нас захочет, чего-нибудь особенного на завтрак или обед, только повару заказать заранее надо.       Сказав это, Дазай куда-то удалился, а минут через пять вернулся с бутылкой любимого коллекционного вина Чуи «Романи Конти» и четырьмя бокалами, а так же коробкой шоколада Meiji. Присев на диван рядом с Чуей, Осаму сказал:       — Рюноске, откроешь?       — Конечно, — кивнул вампир и, воспользовавшись Расёмоном, как штопором, откупорил бутылку вина, после чего наполнил бокалы эсперов.       — За нашего именинника, — произнёс тост Дазай, вставая и поднимая бокал.       — За именинника, — вторили ему эсперы, поднимая свои бокалы, так же встав со своих мест.       — Дазай, — вдруг сказал Ацуши, после того, как все выпили за Накахару. — Мы с Аку решили пожениться, вы придёте с Чуей на нашу свадьбу?       — Ну конечно, Ацуши, — ответил Осаму. — Мы обязательно придём, правда, Чуя?       — Конечно, — кивнул Накахара, отпивая вино из бокала.       — А вы с Чуей-саном не планируете свадьбу? — снова задал вопрос оборотень. — У вас вроде уже полноценная семья, даже ребёнок есть.       Акутагава ткнул тигра локтём в бок.       — Ай, — оборотень с непониманием взглянул на возлюбленного.       — Ацуши, ты как всегда в своём репертуаре? — с укором взглянул на полосатого вампир.       — А что я такого сказал?       — Акутагава, да ничего страшного. Наш Ацуши всегда был очень любопытен. Не ругай его за это. Он не смутил нас с Чуей своим вопросом, — сказал Осаму, делая глоток из своего бокала.       — Тогда, может ответите, Дазай-сан? — снова спросил Накаджима.       — Конечно. Видишь ли, Ацуши, мы с Чуей придерживаемся традиционных взглядов, хотя наши с ним отношения и противоречат им. Поэтому мы жениться не собираемся. Нам и так хорошо, правда, Чуя?       — Правда, — ответил тот.       — Мы обсуждали когда-то этот вопрос, и это решение было принято единогласно нами обоими. Конечно, если бы Чуя хотел, я, пожалуй, пошёл ему навстречу, но он не любит выставлять наши отношения напоказ, поэтому о свадьбе не может быть и речи. Он даже при вас с Акутагавой стеснялся меня поцеловать или обнять, что уж говорить про свадьбу?       — Понятно, — проговорил Ацуши.       — А когда ваша свадьба? — спросил Накахара.       — Через полтора месяца, а точнее, через месяц и 13 дней.       — Мы обязательно придём, — пообещал Чуя, закуривая сигарету и делая несколько глотков из бокала.       — Мы с Рю будем очень рады, — сказал тигр, отпивая вино из своего бокала. — А можно мне сигарету?       — Если твой будущий муж не будет против, — произнёс Чуя. — А то, мне помнится, что он был недоволен, когда ты курил.       — Я курю, только, когда пью, — проговорил Ацуши. — Рю, ты же не против?       — Да кури, если хочешь, — разрешил вампир. — Но не увлекайся.       — Хорошо. — Ацуши извлёк из пачки Чуи, которую он положил на стол, одну сигарету и закурил.       Акутагава разлил в опустевшие бокалы по новой порции вина и эсперы тут же их разобрали.       — А не хотите якитори? — вдруг предложил Дазай.       — Ты предлагаешь пожарить их здесь? — поинтересовался Чуя.       — Почему бы и не пожарить? Тем более, что у нас есть повар на яхте. Хотя мне очень нравится, как Чуя готовит якитори, но ты у нас сегодня именинник, поэтому отдыхай.       С этими словами Осаму сделал знак официанту, который всё это время стоял неподалёку, а когда тот подошёл, сделал заказ. Официант кивнул и удалился.       Яхта на всех парах неслась в открытое море, лёгкий морской бриз обдувал тела пассажиров, которые после вечеринки в высотке Портовой Мафии были уже немного выпившими, но свежий морской воздух немного отрезвлял. Хотя Ацуши стало нехорошо, на что Акутагава сказал:       — Тигр! Это всё из-за сигарет, я же говорил тебе много раз: не кури.       — Рю, а может, у меня морская болезнь? Я посижу немного, просто не курите никто, моя ускоренная регенерация должна с этим справиться.       — Посиди, посиди, — с укором взглянул на тигра вампир.       — Чуя, пошли отойдём, покурим, чтобы на Ацуши не дымить, — предложил Дазай, взяв из пачки одну сигарету и забрав свой бокал.       — Пойдём, — Накахара так же вытащил сигарету и, взяв бокал в руку, пошёл за Осаму.       Облокотившись о борт яхты, Чуя сделал глоток из бокала и закурил, Осаму подошёл к нему сзади и уткнулся носом в рыжий затылок, вдыхая приятный аромат шампуня, исходивший от волос возлюбленного.       — Ты не устал? — поинтересовался Осаму, целуя возлюбленного в макушку и отстраняясь, после чего так же, как и Чуя облокотился о борт яхты, став лицом к нему.       — Да нет, — поговорил Чуя. —Здесь обалденно. Никогда не мечтал о яхте, но сейчас я очень рад, что она у меня есть. Спасибо за подарок, Осаму, я такого, честно говоря, не ожидал. — Чуя сделал несколько глотков вина и затянулся сигаретой, морской бриз приятно обдувал прохладой, развевая рыжую шевелюру в разные стороны, да и каштановую тоже. — Почему ты решил подарить мне именно яхту?       — Ну, я подумал, что бутылка коллекционного вина за 200 или 500 тысяч долларов — это слишком банально, да и тачка тоже, а вот яхта… Ну кто бы не обрадовался такому подарку?       — Ты прав. — Чуя сделал новый глоток из бокала и взглянул в глаза цвета виски. — Теперь, после такого подарка, я вообще не представляю, что подарить тебе на день рождения.       — Для меня главное, чтобы ты был рядом. Подарок — это не так важно, — заверил Осаму возлюбленного.       — Я понимаю, но всё же… Ладно, у меня есть ещё два месяца, чтобы об этом подумать. — Накахара докурил сигарету и, выбросив бычок за борт, прильнул к Дазаю. — А давай выпьем с тобой на брудершафт, — предложил он и улыбнулся.       — Давай, — согласно кивнул Дазай. Эсперы переплели свои руки с бокалами и, выпив вино до дна, поцеловались.       — Как там наш тигр, интересно? — проговорил Накахара. — Не умеет всё же Ацуши пить.       — Ага. Пойдём к ним?       — Пойдём.       Эсперы подошли к столику и сели на свои места.       — Ацуши, как самочувствие? — поинтересовался Осаму.       — Уже лучше, — ответил тот. — Не стоило мне курить, наверное, Аку был прав. Я сегодня и так перебрал. Дазай, можно я спать пойду?       — Ну это, конечно, твоё дело, но, может, всё-таки дождёшься якитори? Я думаю, что их скоро принесут.       — Хорошо, я подожду, — кивнул тигр. — Но пить, наверное, не буду.       — Ну это ты сам решай. Если плохо, лучше не пей.       Минут через пятнадцать, официант принёс якитори и поинтересовался, не надо ли ещё чего-нибудь господам, получив отрицательный ответ, он удалился.       Отведав шашлык и распив ещё одну бутылку коллекционного вина, эсперы разошлись по своим каютам.       Каюта, в которую отправились Чуя с Дазаем была великолепна: оформленная в бежево-коричневых тонах, она хорошо освещалась софитами на потолке, у одной из стен располагалась шикарная двуспальная кровать, у которой стояли две прикроватные тумбочки в тон ей и остальному интерьеру, посредине комнаты стоял стеклянный кофейный столик, а на стене напротив постели висела плазма средних размеров.       Чуя остановился в центре каюты, окинув спальню восхищённым взглядом, а Дазай подошёл к нему и нежно поцеловал, оглаживая плечи и спину возлюбленного. Накахара обвил его за шею своими руками, страстно отвечая на поцелуй. Осаму подтолкнул эспера к кровати, освобождая его от одежды, как всегда, неумело справившись с пуговицами на рубашке, которые отлетели от неё и упали на пол.       — Дазай, я не брал запасную одежду, если ты не заметил, будешь пуговицы сам пришивать, — немного раздражённо произнёс Чуя.       — Я думаю, что мы найдём для тебя что-то в шкафу, — ответил Осаму, указав взглядом на встроенный в стену гардероб.       — Там что-то есть?       — Ага, — кивнул Осаму, заваливая Чую на постель.       — Ну, тогда ладно. — Чуя, который был уже полностью без одежды, на нём оставался лишь чокер, лёг на спину, в ожидании, когда разденется Осаму. Вскоре Дазай снял с себя всю одежду и улёгся рядом с ним, склоняясь к нему и целуя его лицо.       Чуя зарылся пальцами в великолепную каштановую шевелюру, притянув голову возлюбленного к себе и проникая языком в его рот, оглаживал затылок, чувствуя прилив возбуждения. Дазай начал спускаться поцелуями ниже, оставляя на шее эспера и груди влажные дорожки, перемещаясь к соскам, затягивая их в рот по очереди, слегка посасывая, лаская великолепное тело, на котором не было ни единого изъяна, если не считать шрамов. Но шрамы на коже любовника Осаму никогда изъянами не считал, он обожал их целовать, так же как и каждую клеточку его тела.       Чувствуя возбуждение партнёра, Дазай решил не тратить сегодня время на долгие прелюдии и, смазав пальцы лубрикантом, сразу проник двумя из них внутрь него, нащупывая простату и начиная её массировать; Дазай протолкнул пальцы дальше, до самого конца, отчего парень под ним застонал, выгибаясь и двинул бёдрами вперёд, пытаясь вобрать их глубже, и задрожал всем телом. Осаму ввёл в Чую ещё один палец, то толкаясь в простату, то массируя её, срывая с губ любовника новые стоны. А вскоре к трём пальцам добавил четвёртый, проникая в него глубже и двигая рукой более интенсивно.       — Осаму… — стонал Чуя, и Дазай, прекрасно зная чего сейчас больше всего хочет любовник, ещё раз надавил на простату, проталкивая пальцы глубоко внутрь, после чего вытащил их из него и, взяв в руки смазку, хорошо смазал его анальное отверстие.       Неожиданно Накахара перевернул Осаму на спину, забрав смазку у него из рук, и лёгкими движениями пальцев нанёс её на его член. После чего, закрыв баночку и отбросив куда-то на кровать, приставил возбуждённый орган любовника к своему колечку мышц. Медленно двигаясь вниз, постепенно вбирая в себя член полностью, Накахара опустился на бёдра Осаму полностью, а ощутив, как орган внутри него проехался по простате, застонал, приподнимаясь вверх, и с новым стоном резко опустился вниз, насаживаясь на член до конца. Упершись руками в грудь партнёра, Чуя снова приподнялся на ногах, которые были согнуты в коленях, и с силой опустился вниз, не сдерживая стонов и срывая их с губ любовника, который вскидывал бёдра вверх, проникая в партнёра ещё глубже и срывая с любимых уст что-то похожее на вскрик. Приподнимаясь вверх и опускаясь вниз, опираясь на ноги и руки, Чуя постепенно ускорял темп, полностью перехватив инициативу у Осаму и двигаясь всё быстрее, ощущая, как пламя внутри разгорается всё сильнее. Переместив руки за свою спину, упершись ими в ноги партнёра, Чуя ещё сильнее ускорился, прогнувшись в спине и приподнимаясь всё выше. Резко опускаясь на член с характерными хлюпами и шлепками, не в силах сдерживать стонов и криков, ощущая жар внизу живота, Накахара доводил движениями своих бёдер и себя и любовника до безумия.       — Кончай, — прошептал Чуя, в очередной раз опускаясь на член Осаму и чувствуя, что сам уже на пределе.       По телу Дазая прокатилась дрожь, когда Чуя, ещё несколько раз приподнявшись, резко опустился вниз, и Осаму со стоном излился внутрь него, удерживая его руками за бёдра и резко натягивая на свой член, а Чуя, продолжая скакать на члене, с криками кончил на живот Дазая практически одновременно с ним.       — Ты всё? — с трудом, из-за сбившегося дыхания и бешеного сердцебиения, выговорил он, а когда любовник кивнул в ответ, обессиленно свалился на постель рядом с ним.       Немного придя в себя после крышесносного оргазма, Осаму притянул мокрого от пота Чую к себе, оглаживая его спину и плечи, целуя в губы и шепча на ушко слова любви. Накахара одной рукой приобнял Дазая, всё ещё не придя окончательно в себя и поглаживая второй рукой возлюбленного по голове.       — Чу-уя, с тобой каждый раз, как в первый раз, — проговорил Дазай, целуя лицо любимого. — Ты великолепен. Я хочу, чтобы так было всегда и через двадцать лет и дольше.       — Я тоже, — прошептал Накахара, чмокнув Осаму в нос. — Та дверь ведёт в душ? — спросил он, указывая глазами куда-то за спину Дазая.       — Да, — ответил тот, проследив за взглядом любовника.       — Тогда пошли?       — Пойдём.       Приняв душ и занявшись сексом ещё раз, после чего снова помывшись, наконец, уставшие и удовлетворённые любовники уснули.       Проснувшись после обеда, и выйдя на палубу, мафиози столкнулись с Акутагавой и тигром, которые тоже вышли из своей каюты. Осаму позвал официанта и попросил принести обед, после чего сказал капитану лечь в дрейф, так как всем захотелось искупаться в море.       — Здесь нет акул? — спросил оборотень.       — Ацуши, а ты боишься акул? — с усмешкой спросил Дазай.       — Я с ними не сталкивался, но, наверное, боюсь, — ответил тигр.       — Если кому и стоит бояться этих рыб, так это мне, — проговорил Осаму, всё так же улыбаясь. — Любой из вас легко справится с акулой, применив способность.       Дазай разделся до плавок и нырнул с борта яхты, призывно махнув рукой своим товарищам. Чуя тоже разделся и прыгнул вслед за Осаму, за ним последовали тигр и Акутагава. Брызгаясь водой, ныряя и плавая на перегонки (хотя победителем в этой гонке, всё-таки стал Рюноске, использовав свою вампирскую скорость), парни весело смеялись, и Осаму чувствовал себя мальчишкой. Он никогда прежде не расслаблялся подобным образом и не веселился так искренне. Чуя это понимал и лишь слегка улыбался, от всей души радуясь за Осаму.       — Рюноске, так не честно, — сказал вампиру Дазай, останавливаясь и даже не пытаясь его догнать. — Ты используешь способность, соответственно, — мухлюешь.       — Дазай-сан, в воде не так просто использовать вампирскую супер скорость, — возразил Акутагава.       — Но ты используешь. Интересно, а кто быстрее из вас двоих плавает ты или тигр?       — С применением способностей? — задал вопрос вампир.       — Да, — кивнул Осаму, нырнув и незаметно подплыв к Чуе, он схватил его за пятку и потянул вниз. Чуя, конечно, сразу понял, что это Дазай так развлекается и когда тот вынырнул, хохоча, обрызгал его водой.       — Так вы будете соревноваться с Ацуши? — поинтересовался Накахара у вампира с тигром, ему эта идея показалась забавной.       — Чуя-сан, вы же знаете, что я не могу в полную силу применять дар вампиризма днём, — произнёс Акутагава.       — Но ты ведь только что применял, — возразил Дазай.       — Я применял не в полную силу, ведь я оставался в человеческом облике, если я принимаю форму вампира днём, то испытываю боль от дневного света.       — Ну тогда соревнуйтесь, не применяя способностей, — предложил Осаму. — А мы с Чуей проследим, чтобы никто из вас не мухлевал. Чуя, присматривай за Ацуши, а я буду следить за Рюноске.       — Хорошо, — кивнул Накахара.       — Ну что, Ацу? — обратился Акутагава к оборотню. — Наши бывшие наставники* хотят, чтобы мы продемонстрировали им, кто из нас быстрее плавает. Удовлетворим их любопытство?       — Конечно, Рю, — с готовностью согласился тигр.       — Тогда выстраивайтесь в одну линию от Чуи и на счёт три, начинайте заплыв ко мне, — сказал Осаму и отплыл от эсперов метров на тридцать, а Чуя, дождавшись, когда вампир и оборотень подплывут к линии старта (которой являлся сам Накахара), начал отсчёт.       Ацуши с Акутагавой начали заплыв в сторону Дазая и шли они, надо сказать, примерно одинаково, правда в конце всё же оборотень вырвался немного вперёд и пришёл к финишу первым. Потом соревновались в заплыве Дазай с Чуей и Осаму, в этом соревновании стал победителем.       — Ты победил потому, что у тебя огромный опыт в плавании по реке, — сделал выводы Чуя.       — С чего это ты взял? — удивлённо взглянул на возлюбленного Осаму.       — Да так, вспомнилось просто, сколько раз ты прыгал в реку с моста, а о скольки случаях ещё я не знаю?       — Чу-уя, так я прыгал, чтобы утопиться, а не для того, чтобы поплавать. — Осаму подплыл к Накахаре и чмокнул его в губы.       — Да ладно, ты ж выплывал как-то на берег каждый раз, — возразил тот.       — Вообще-то, — усмехнулся Дазай, — меня чаще кто-то вытаскивал из воды.       Поплавав ещё минут двадцать, эсперы поднялись на борт и устроились на шезлонгах на солнце, решив позагорать, попивая прохладные коктейли и болтая о всякой ерунде.       Позже решили покататься на тарзанке, используя спинакер-фал и яхту на ходу. Тигр вызвался прыгнуть первым. Для этого он встал на корму лодки справа, держась за натянутый фал; капитан выполнил резкий поворот в сторону противоположную от Ацуши, а тигр, в момент поворота, спрыгнул с яхты, держась за фал, а долетев до середины судна, отпустил его, со смехом плюхнувшись в воду.       — Ацуши, ты там живой? — спросил Акутагава, перехиляясь через борт яхты и глядя на весело плескавшегося в воде оборотня.       — Да! — крикнул в ответ тигр. — Аку, ты должен это попробовать! Это так здорово!       — Даже не знаю, хочу ли я этого, — проговорил Рюноске, всё так же глядя на оборотня за бортом.       — А я хочу, — произнёс Чуя, после чего забрался на корму яхты и держась за фал, последовал примеру Ацуши, следующим с тарзанки спрыгнул Дазай, а за ним и Акутагава. Затем эсперы поднялись на борт яхты и снова, один за другим прыгали в воду с тарзанки, а потом ещё и ещё. После чего снова разлеглись на шезлонгах, попивая прохладные алкогольные коктейли.       После ужина выпили вина и отправились парами по своим каютам заниматься любовью и спать. Следующие два дня прошли примерно так же. Эсперы купались, прыгали с тарзанки в воду, катались на канате с использованием кранцов и беседки с гиком, пили прохладительные напитки и коктейли, а перед сном — дорогое вино, играли в бильярд и теннис. А после трёхдневного активного отдыха на море, загоревшие и довольные, вернулись домой, прежде заехав в порт за дочерью Дазая, которая несмотря на то, что ей нравилось общество Коё и Акико всё же очень скучала по папе и Чуе, к которому она тоже очень привязалась.       Приехав домой и уложив Сонечку спать, парни поужинали и тоже отправились на боковую, так как завтра им нужно было идти на работу. Правда уснуть им сразу так и не удалось, от близости друг друга оба моментально возбудились и провалились в царство Морфея не раньше, чем через час, лишь после того как занялись отменным сексом. А утром поехали на работу.