Будь моим смыслом...

      — Чуя, поехали на минку, — предложил шатен рыжему.       — Почему бы и нет? Завтра выходной, поедем, — проговорил рыжий.       — Только я пригласил к нам Акутагаву и Ацуши.       — Ну ладно, я не против их компании.       — Это не всё.       — А что ещё?       — Я позвал кое-кого помимо них, — Осаму загадочно улыбнулся. — Чууя, только не злись.       — Так, кого ты ещё позвал, Осаму? — Чуя внимательно посмотрел в глаза цвета тёмного янтаря. — Только не говори, что позвал того, о ком я думаю.       — Прости, — Осаму встал из-за стола и, подойдя к рыжику, взял его за руку, глядя в голубые озёра. — Я позвал Верлена.       — Кого? Дазай, ты совсем ебанулся? Какого хуя?       — Мне кажется, Чуя, что пора забыть о старых обидах и наладить отношения между вами. Всё-таки он твой брат.       — Он мне не брат! Он лишь клон моего брата.       — Да какая разница? Твой настоящий брат ведь мёртв, мы уже обсуждали это. Ты обещал подумать над тем, чтобы наладить с ним отношения.       — Дазай...       — Что? — Осаму взял вторую руку эспера в свою и провёл пальцами по его ладони.       — Ничего. Я не поеду.       — Ну, Чуя. Не будь врединой. Вы ведь общаетесь на работе и к боссу ты претензий не имеешь за то, что он не наказал Верлена, а даже наоборот, я бы сказал.       — Это совсем другое, я понимаю мотивы босса, на его месте, наверное, поступил бы так каждый, да и я сам, ведь Верлен — сильнейшее оружие во всём мире и понятно, что лучше иметь его в союзниках, а не во врагах и уничтожать такое оружие глупо. Но это не обязывает меня относиться к нему по-другому.       — Я понимаю, Чуя. Но считаю, что пора забыть о пошлом. И идти дальше. Не будь врединой. Поехали.       — Ладно, хрен с тобой. Сделаю вид, что его там нет.       Дазай ничего на это не ответил, лишь усмехнулся.       Эсперы быстро оделись, но вот ребёнка собирали довольно долго. То не смогли найти курточку, которую Дазай хотел надеть Соне, то где-то потерялись любимые ботинки девочки, и если одеть другую куртку Софья согласилась, то идти куда-то в иных ботинках, а не в своих любимых, напрочь отказывалась.       — Дазай, как можно потерять куртку и ботинки? — недоумевал рыжий.       — С чего ты взял, что это я их потерял?       — А с того, что позавчера я гулял с Соней в парке и точно помню, что надевал ей эти ботинки и именно ту куртку, а так же припоминаю, что когда мы вернулись с прогулки, я убирал эти вещи в шкаф. Вчера я раньше тебя поехал на работу, ты оставался с Софьей до обеда дома и это именно ты просрал её вещи.       — А! Я вспомнил, — Дазай стукнул себя по лбу. — По пути на работу, я отвёз Соню к Коё, а когда забирал, она спала. Я не стал её будить, а просто отнёс на руках в машину, вещи Сони остались у Озаки.       Дазай достал мобильник и позвонил Рюноске, однако оказалось, что они вместе с Ацуши уже выехали на минку к Осаму и Чуе.       — Позвонил бы Коё и пригласил её к нам, — предложил рыжий.       — У Коё сегодня дежурство в штабе, — ответил Дазай. — Позвоню-ка я Верлену.       Дазай набрал номер Поля и произнёс в трубку:       — Верлен, ты ещё не выехал?       — У машины, — последовал ответ.       — Нужно забрать у Озаки Софьины вещи: куртку и ботинки.       — Хорошо, заберу, — ответил Поль и отключил вызов.       Дазай попытался обуть Соне другие ботинки, но девочка начала капризничать и наотрез отказалась их надевать.       — Милая, ну давай наденем пока эти ботинки, — увещевал дочку Дазай. — А твои любимые привезёт на минку Верлен-сан.       — Я не хочу! — Соня скрестила руки на груди и капризно надула губки. — Эти ботинки мне не нравятся. Я не буду их обувать, лучше пойду босиком.       — Ну, Соня... Ты же уже большая девочка, должна понимать, что на улице не лето, без обуви идти нельзя, ты заболеешь.       — Ну и что? — девочка упрямо вздёрнула подбородок.       — Ладно, Дазай, — вступил в разговор Чуя. — Пусть идёт босиком. Мы с тобой по пути заедем в магазин и пойдём туда сами, потому что босиком в магазин не пускают, а Соня посидит в машине одна. Ты же посидишь одна в машине?       — Нет! Не посижу, я тоже хочу в магазин с вами.       — Соня, но тебя не пустят туда без обуви.       — Ладно, я согласна обуть эти дурацкие ботинки, — наконец, сдалась девочка и просунула ногу в правый ботинок, затем в левый, позволяя Дазаю завязать шнурки.       По пути на минку, Дазай с Чуей заехали в магазин и хорошенько затарились продуктами, алкоголем и сладостями для Сони, а вскоре они уже въезжали во двор двухэтажного особняка, издалека приметив автомобиль Рюноске и Ацуши.       Остановив машину рядом с Тойотой эсперов, Чуя вышел из машины и, открыв багажник, принялся выгружать из него пакеты с провизией. Осаму вместе с Соней пошли по направлению к дому, а Ацуши подошёл к Чуе и предложил свою помощь:       — Чуя-сан, давай помогу.       — Да не нужно, Ацуши, я справлюсь, — ответил эспер, подхватывая пакеты гравитацией все разом и закрывая багажник машины, всё так же при помощи способности. — Давно ждёте?       — Да нет, не очень, — ответил оборотень, мелкими шажками семеня вслед за Чуей.       — А где Рюноске?       — Был у пруда, наверное, пошёл с Дазаем поздороваться.       Эсперы вошли в дом, и Чуя переместил пакеты на кухню гравитацией, после чего принялся их разбирать, убирая скоропортящиеся продукты и йогурты в холодильник, а всё остальное, разложил по полкам в шкафах.       Рыжий извлёк из одного большую кастрюлю, помыв и порезав мясо, сгрузил его в неё и принялся за приготовление маринада.       — Может нужна, какая-то помощь? — снова, спросил Ацуши.       — Да нет, не нужно. Дазай настаивает на том, чтобы якитори мариновал именно я, говорит, что у меня это прекрасно получается. Не знаю, может врёт? — усмехнулся рыжий.       — Нет, не врёт, Чуя, у тебя и правда это получается превосходно.       — Спасибо, Ацуши. Ты можешь пока достать бокалы и вино и отнести в беседку. Всё равно, пока будет мариноваться мясо, придётся бухать, вот только ещё одного пассажира дождёмся.        Оборотень усмехнулся и произнёс, доставая пять бокалов из подвесного шкафчика и бутылку вина:       — Рюноске говорил, что Дазай позвал Верлена. Смелый поступок, как ты его не убил за это?       — Сам не знаю, — ответил Чуя, взглянув на Ацуши, — если честно, такая мысль меня посещала.       — О, Рю! — воскликнул оборотень, завидев вампира, входящего на кухню, который держал в руках несколько пакетов с кровью.       — Я положу в холодильник, — проговорил Акутагава.       — Конечно, — ответил рыжий и вампир, открыв холодильник, положил в дверцу свои пакеты.       — Пойдём на улицу, — сказал Накаджима, обращаясь к Акутагаве. — Возьми ещё одну бутылку вина.       Рюноске кивнул и, взяв вино, вместе с Ацуши вышел на улицу, а вскоре послышался шум двигателя, Чуя выглянул в окно и заметил машину Верлена, хотя и так не приходилось сомневаться в том, кто это к ним пожаловал.       — Привет, Чуя, — раздался через минуту знакомый голос за спиной.       — Привет, — поздоровался рыжий, не оборачиваясь.       — Где Дазай? Я привёз Софьины вещи.       — Где-то в доме, — Чуя пожал плечами. — Оставь вещи в прихожей.       — Хорошо, — сказал Верлен и вышел из кухни, а через пару минут послышался счастливый голосок Сони:       — Мои ботинки!       — Чууя, ты долго ещё? — задал вопрос шатен, проходя на кухню и обнимая рыжего за плечи.       — Уже закончил, — произнёс рыжий, накрывая кастрюлю крышкой и разворачиваясь к Осаму, который склонился над ним и поцеловал.       — Пойдём к остальным?       — Конечно.       Эсперы вышли на улицу и направились к беседке, где уже сидели Верлен, Рюноске и Ацуши; Соня бегала неподалёку, буцая мяч своими любимыми ботинками. Рюноске открыл бутылку вина и разлил его по бокалам.       Взяв в руки свой, Чуя присел на скамейку рядом с Акутагавой, около него разместился Дазай.       — За что выпьем? — задал вопрос оборотень, поднимая бокал.       — За бродячих псов!— произнёс "тост" Осаму и поднял бокал. Все пятеро чокнулись и сделали по несколько глотков вина.       — А мы с Рюноске тоже решили купить загородный дом, — сказал Накаджима, делая несколько глотков из своего. — И уже даже подобрали вариант, правда не такой шикарный, как у вас с Чуей-саном, но там уютно и нам с Рю очень нравится.       — Ооо! — протянул шатен, отпивая немного вина из бокала. — Поздравляю! Ты всё-таки уговорил Рюноске, Ацуши.       — Да, не особо и уговаривать пришлось, — ответил вампир, так же прикладываясь к бокалу. — Загородный дом — это замечательно. Как только закончим с оформлением документов, сразу же пригласим вас с Чуей к нам.       — Будем рады, — ответил рыжий и сделал глоток из бокала, после чего положил пачку сигарет на стол и закурил.       Дазай потянулся к сигаретам Чуи и, вытащив одну из пачки, тоже закурил. После чего последовал болезненный тычок в его бок.       — Чууя... — протянул шатен, встретившись с возмущённым взглядом рыжего.       — Когда ты уже будешь носить свои сигареты? — задал вопрос Накахара.       — А я ношу, правда они в машине остались.       — Боюсь спросить, — проговорил тигр. — А можно мне сигарету?       — Ладно, тебе можно. Я знаю, что Рюноске не разрешает тебе их покупать.       — Да, это так печально. Вчера я купил пачку сигарет, а он поломал их и смыл в унитазе. Представляете, каков деспот?       Чуя усмехнулся, а вампир рыкнул, одарив Ацуши многозначительным взглядом:       — Тигр!       — А? — невинно спросил Накаджима.       — Папа, папочка! Я хочу йогурт. — Соня подбежала к Дазаю и дёрнула его за рукав. — Дай мне йогурт.       — Соня, подожди минутку, — ответил Дазай, взглянув на дочь. — Я докурю и дам тебе йогурт.       — Но я хочу сейчас, — глаза девочки вспыхнули фиолетовым пламенем, Осаму молча поднялся со своего места, обронив:       — Сейчас.       Чуя схватил Софью за руку и произнёс:       — Соня, нельзя так делать. Мы же уже говорили с тобой об этом. Ты не должна использовать способность на папе, у него нет к ней иммунитета, да и на других людях тоже нельзя её применять, для того, чтобы манипулировать ими.       Глаза девочки перестали светиться, она виновато опустила голову.       — Я помню. Извини.       Осаму остановился, как вкопанный, не сразу поняв, что происходит.       — Что случилось? — спросил он. — Я странно себя чувствую. Соня, ты опять? — Дазай с укором посмотрел на дочь. — Будешь так делать, я тебя отшлёпаю.       — Я больше так не буду. Прости, папочка, я тебя люблю. — Соня прижалась к отцу, обняв его за талию, а он, запустив руки в мягкие волосы, погладил дочь по голове.       — Соня, я могу принести тебе йогурт, — неожиданно, вызвался Верлен. — Пусть папа покурит.       — Хорошо, но пойдём вместе. Я хочу выбрать.       — Идём. — Верлен встал со своего места и, взяв Соню за руку, отправился с ней в дом.       Осаму сел на своё место рядом с Чуей, а тот спросил:       — Ну и каково это, ощущать себя совершенно беспомощным перед чьей-то способностью?       — Ужасно, особенно, если это моя собственная дочь и это хуже, чем та битва с Лавкрафтом. Соня, если захочет, может верёвки из меня вить, а я и не догадаюсь в чём дело.       — Догадаешься, но не сразу, — усмехнулся Чуя. — Конечно, нельзя позволять, чтобы она делала это, Софья должна понять, что так нельзя.       — Да. У неё очень сильная способность. После того раза, когда на вас напали возле подъезда, и она поняла, что может управлять сознанием людей, Соня часто это делала и со мной, и с тобой, и с Коё, наверное. Ацуши, с тобой она тоже поворачивала этот финт?       — Я не помню. Но Рю говорит, что такое было, она заставляла меня катать её на спине, обратившись в тигра, а ещё, дёргала за усы. — Накаджима понуро опустив голову, вздохнул, а Акутагава отвёл взгляд в сторону, рассматривая бордовую жидкость в своём бокале.       — Акутагава, — обратился Дазай к вампиру. — Почему не сказал об этом мне или Чуе? Выходки Сони нужно пресекать. Ты ведь единственный, на кого её способность не действует и точно должен был знать об этом.       — Дазай, — тихо проговорил оборотень. — Скажу тебе по секрету, но мне кажется, что они с Рюноске в тот день вместе на мне катались, потому что у меня на утро ужасно болела спина.       — Правда? — Дазай удивлённо приподнял вверх правую бровь, а Чуя тихо посмеивался. — Рюноске, было, говори?       — Было, — признался вампир. — Простите, — он прыснул в кулак. — Но я не смог удержаться, когда бы ещё представился такой случай?       — Акутагава!       — Ладно, я понял, Дазай-сан. Такого больше не повторится.       Пару минут спустя, к эсперам присоединился Верлен и Рюноске снова наполнил бокалы.       — Верлен, Верлен! Пошли поиграем, — Соня подбежала к эсперу и, взяв его за руку, потянула за собой. — Ну пожалуйста.       — Соня, что ты пристала к Полю? — одёрнул дочь Дазай. — Иди попрыгай на батуте или, если хочешь, я с тобой поиграю в мяч.       — Нет, я хочу с Верленом поиграть или с Чуей. Они такое могут делать своими способностями.       — Дазай-сан, не волнуйтесь, — произнёс Поль. — Я поиграю с Соней, мне несложно.       — Ну ладно, как хочешь. — Осаму взял в руки бокал и сделал из него несколько глотков, остальные последовали его примеру.       Вскоре бокалы опустели, и Акутагава снова их наполнил, а минут через тридцать ему пришлось откупорить вторую бутылку, так как первая опустела. Верлен всё это время играл с Соней и не принимал участие в пьянке, Чуя был этому даже рад, да и Поль чувствовал, какую-то напряжённость за столом из-за рыжего, наверное, именно поэтому он с такой лёгкостью согласился поиграть с девочкой.       — Не знал, что Верлен любит детей, — проговорил Накахара, опустошая свой бокал до дна.       — А я думаю, что дело не в этом. Наверное, он чувствует себя лишним в нашей компании, — произнёс Осаму.       — Вероятно. Но ты ведь знал, что я не рад ему, однако всё равно позвал его.       — Зато Соне с ним нравится проводить время, и она не цепляется к нам. Мы можем спокойно отдохнуть.       — Так ты для этого его позвал? Бесплатная нянька? Мог бы взять с нами Кью. Им было бы тоже весело.       — Ну, для этого, но не только. Я же тебе уже говорил для чего. Если бы ты был настроен более дружелюбно, Верлен не чувствовал себя лишним сейчас. Ладно, пойду положу ребёнка спать, дневной сон ещё никто не отменял.       С этими словами, Осаму допил своё вино и, поставив бокал на стол, поднялся со своего места. А вскоре в беседку пришёл Поль и сел на своё прежнее место. Акутагава наполнил его бокал, а заодно долил вина всем остальным, когда допили, Рюноске встал со своего места и, незаметно ткнув Ацуши в бок, произнёс, многозначительно глядя на тигра:       — Мне нужно поесть.       — Я с тобой, — вызвался оборотень и тоже поднялся со своего места, после чего они вместе с вампиром проследовали в дом.       Чуя довольно быстро опустошил свой бокал, Верлен тоже не слишком от него отстал, Накахара закурил и двинул бокал по направлению к Полю, так как бутылка вина стояла ближе к нему.       — Наливай, — проговорил рыжий, и Верлен тут же наполнил оба бокала.       Взяв каждый свой, эсперы снова очень быстро их опустошили, после чего Поль опять наполнил бокалы.       — Чууя... — решил нарушить тишину Верлен.       — Что? — спросил Накахара, посмотрев на своего брата.       — Прости меня, Чуя. — Поль придвинулся к рыжему и накрыл его руку своей ладонью.       Накахара осторожно высвободил её и сделал глоток вина.       — Нас могут не так понять, — Чуя пьяно хихикнул. — Наливай.       — Ладно. — Поль снова наполнил бокалы. — Ты ничего не ответил.       — Мы уже говорили об этом и не раз. Ты убил моих друзей. И сколько бы лет не прошло, я не смогу этого забыть.       — Я понимаю. И я не прошу, чтобы ты забыл. Я знаю, что забыть такое невозможно.       — Тогда чего же ты хочешь?       — Твоего прощения. Я был тогда совсем другим человеком. Сейчас бы я ни за что так с тобой не поступил.       — Я знаю, — произнёс Чуя и взял свой бокал в руку. Тем временем где-то на кухне...       Вампир открыл холодильник и извлёк из дверцы пакет с кровью. Оторвав уголок, он присосался к пакету губами и быстро его опустошил, после чего отправил в мусорное ведро.       — Пойдём к остальным? — спросил Накаджима.       — Нет. Дадим им немного времени, может быть они, наконец, смогут прийти к какому-то взаимопониманию, — ответил Рюноске.       — Ладно. Чем пока займёмся?       — Угадай с трёх раз.       — А если они сюда зайдут или, вдруг Дазай спустится?       — Пошли в ванную, — предложил Рюноске и подтолкнул оборотня в нужном направлении. Открыв дверь душевой, Акутагава втолкнул Ацуши внутрь и закрыл дверь на щеколду, после чего развернул оборотня к себе лицом и впился в его губы своими, одновременно с этим, освобождая тигра от одежды, оглаживая спину и плечи руками и чувствуя, как учащается его дыхание. Сбросив свой плащ на пол, Рюноске расстегнул ширинку на штанах Ацуши и стянул их вниз. Руки оборотня заскользили по спине возлюбленного, а вскоре и одежда Рюноске оказалась на полу. Стащив с блондина боксёры, брюнет усадил его на край ванны.       — Рю, а ты смазку взял? — задал вопрос Накаджима.       — Конечно, правда, она в машине осталась, — невозмутимо ответил вампир, целуя лицо и шею своего мужа.       — Тогда как?       — Одолжим у Дазая и Чуи, я думаю, она должна быть где-то здесь. — Акутагава окинул взглядом полку. — Точно, вот и она.       Рюноске дотянулся до полки Расёмоном и, обхватив им баночку лубриканта, притянул её к себе. Открыв смазку, Акутагава окунул в прохладную субстанцию свои пальцы, нащупал колечко мышц парня и протолкнул внутрь него один; Ацуши обхватил вампира за бёдра ногами, упираясь руками в край ванны и приподнял свой зад. Медленно двигая пальцем внутри парня, Акутагава быстро нащупал простату и принялся её массировать, от чего оборотень невольно застонал. Протолкнув в него ещё один палец, вампир задвигал ими быстрее, расставляя на манер ножниц, заставляя партнёра стонать и выгибаться. Добавив к двум пальцам третий, Рюноске ещё быстрее задвигал рукой, при этом целуя возлюбленного в губы и заглушая его стоны поцелуем.       Вытащив из Ацуши пальцы, вампир расстегнул свои брюки и, стянув их вниз вместе с боксёрами, взяв Накаджиму за ягодицы и направляя свой член, медленно насадил на него оборотня, предварительно, смазав орган лубрикантом. Ацуши снова застонал, из-за ощущения полной заполненности внутри, а Рюноске, выждав немного времени, вновь двинул парня на себя, одновременно с этим, толкаясь в него. Накаджима старался подаваться бёдрами вперёд, обхватив брюнета руками за шею, хотя поза была не слишком удобной; каждый раз, когда муж толкался в него, тигр постанывал и вскрикивал, ощущая, внутри приятное жжение, которое, с каждым толчком, перерастало в жар, готовый поглотить его без остатка. Вампир резко ускорил темп, всё быстрее и глубже проникая в оборотня, чувствуя, как его тело прошивает дрожь, и он, выгибаясь, с криками увлажняет свой и его живот. Не сбавляя темпа, Рюноске ещё толкался в парня какое-то время, после чего тоже кончил, излившись внутрь него. Пару минут парни держали друг друга в объятьях, затем, смыв с себя следы любовных утех, оделись и покинули "место преступления".       Бросив взгляд на кухню, Ацуши заметил сидящего на стуле Дазая и, залившись краской, прошептал:       — Он всё слышал?       — Может и нет, — так же шёпотом ответил Рюноске.       — Но он догадался. Чем ещё мы могли заниматься в чужой ванной комнате?       — Долго вы там шушукаться собираетесь? — задал вопрос Осаму, взглянув на Рюноске и красного, как помидор Ацуши. — Идите сюда.       Эсперы прошли на кухню.       — Надеюсь, вы не весь лубрикант использовали? — Дазай с усмешкой взглянул на парней, и Ацуши покраснел ещё больше, хотя это казалось уже невозможно.       — Дазай, ну как ты можешь? — проговорил вампир, приобнимая оборотня за плечи, желая его поддержать. — Мы просто испачкались и ходили в ванную комнату, чтобы умыться.       — Да ладно! — Дазай приподнял вверх левую бровь и ухмыльнулся. — А испачкались, наверное, спермой?       — Дазай-сан, — Ацуши уже был бурячного цвета, он прикрыл лицо руками и собирался рвануть с кухни, что есть сил, но Рюноске его удержал.       — Не переживай, Ацуши, всё нормально, — Осаму ласково улыбнулся тигру. — Я шучу.       — Видишь, тигр, Дазай шутит.       — Давайте лучше выпьем, — предложил шатен, доставая бокалы и вино.       — Мы не пойдём к остальным? — задал вопрос, немного побледневший и выглядевший уже не как буряк, а снова как помидор, Ацуши.       — Пусть поговорят ещё. Рюноске, наливай.       — Хорошо. — Акутагава открыл вино Расёмоном, как штопором и разлил по бокалам. Выглянув в окно, он удивлённо воскликнул: — Ну надо же!       — Что там? — спросил Накаджима.       — Сам посмотри. Дазай, а ты видел это?       — Ага, — Осаму отхлебнул вина из бокала, даже не посмотрев в окно.       Тигр глянул туда, куда смотрел Рюноске и удивлённо повторил за мужем:       — Ну надо же!       Чуя с Верленом сидели почти вплотную друг к другу и, что-то увлечённо обсуждали между собой, рука Поля лежала на плече Чуи, и он что-то ему говорил, а Накахара заинтересованно слушал.       — И давно они так сидят? — спросил Накаджима.       — Да, порядком уже, — проговорил Осаму, снова делая несколько глотков из бокала.       — А якитори сегодня будем жарить? — задал вопрос Ацуши.       — Конечно. Только чуть позже.