Будь моим смыслом...

Осаму с Акутагавой и Ацуши бухали на кухне, Чуя же с Верленом в беседке в саду, пока у них не закончилось вино. Пройдя в дом за новой бутылкой и замаринованными якитори, Чуя, заметив компашку, удивлённо приподнял левую бровь. — Чего это вы здесь сидите? — спросил он у эсперов. — Не хотели вам мешать, — ответил Осаму, улыбнувшись. — Кажется, вы нашли общий язык с Верленом? — Кажется. Идёмте на улицу, якитори жарить пора, — с этими словами Чуя взял кастрюлю с замаринованным мясом, сказав: — Вино захвати. — Хорошо, — кивнул шатен и, взяв бутылку вина, прошёл к выходу. — Пойдёмте, ребята, — обратился он к Акутагаве и Ацуши. Через несколько минут, Чуя приступил к приготовлению якитори. Акутагава наполнил бокалы вином, а Дазай, взяв свой и Чуин, пошёл к рыжему. Накахара нанизывал кусочки мяса на бамбуковые шпажки, а Осаму стоял рядом с двумя бокалами и ждал, пока эспер закончит с этим делом и выложит шампура на мангал. Наконец, сделав это, Чуя тщательно вытер руки об тряпку и повернулся к шатену. Взяв из его руки свой бокал, Накахара сделал несколько глотков, а Дазай, отхлебнув из своего, спросил: — О чём вы разговаривали с Верленом? — Ты типо не догадываешься? — Догадываюсь, но всё же? — Он просил у меня прощения, это если коротко. — И что ты? Простил? — Не знаю. — Вы так мило беседовали. Мне показалось, что ты поменял к нему своё отношение. — Я просто подумал, может ты прав? Пора забыть о прошлом и двигаться дальше. Я больше не испытываю к нему такой ненависти, как в прежние времена. — Чуя снова сделал несколько глотков из бокала и посмотрел в карие омуты. — Рад слышать. — Дазай отхлебнул из бокала и, обняв Чую, прижал его к себе. Накахара высвободился из объятий, пробубнив что-то про то, что они не одни. — Так пошли уединимся, — предложил Дазай, лукаво улыбнувшись рыжему. — Нашёл время. Все ждут якитори, а мы просто пойдём трахаться? — Почему бы и нет, Чуя? Акутагава дожарит. — Я ему не доверю такое важное дело. Сам же потом недоволен будешь, если мясо подгорит или не прожарится. — Да, я шучу. Я знаю, что твои якитори — лучшие. — Дазай чмокнул рыжего в щёку, затем сказал: — Пошли к остальным? — Ну пойдём. Парни расположились в беседке. Чуя сел на скамейку с краю, чтобы никого не тревожить, когда будет вставать, переворачивать шампура с мясом. Вскоре бокалы эсперов опустели, и Акутагава снова их наполнил. Выпив ещё по бокалу вина, Чуя с Осаму пошли переворачивать якитори на другую сторону, точнее, это делал рыжий, а Дазай стоял рядом, глядя на любовника и мысленно оказывая ему моральную поддержку. Вскоре первая партия мяса была готова и парни пприсоединились к остальным. Через час проснулась Софья, и Дазай накормил дочь шашлыком, пообещав после этого дать ей йогурт. Получив свой обещанный десерт, шатенка побежала прыгать на батуте, а потом снова утащила играть Верлена. Эсперы отдыхали и расслаблялись алкоголем под шашлычок, пока на улицу не опустилась ночь. Осаму пошёл укладывать Софью, а Чуя показал гостям комнаты, в которых они будут спать, сам отправившись в их общую с Дазаем спальню. Вскоре шатен присоединился к рыжему и, раздевшись до трусов, забрался к любовнику под одеяло. Чуя обнял Осаму, целуя его в губы и оглаживая спину эспера, а шатен зарылся руками в рыжую шевелюру, упираясь своим стояком в пах партнёра, ощущая его нарастающее возбуждение. Разорвав поцелуй, Дазай развернул Чую к себе задом, стягивая с него боксёры и упираясь членом меж ягодиц парня. Накахара застонал, слегка двинув бёдрами, а Осаму потянулся рукой за смазкой, которая лежала на прикроватной тумбочке, целуя любовника в плечо. Щёлкнула крышечка и, смазанные лубрикантом пальцы, вошли в тело рыжего один за другим. Чуя вновь застонал, двинув бёдрами навстречу руке шатена, прогибаясь в спине и снова постанывая, когда ощутил, как пальцы любовника толкнулись в простату, заставляя его испытывать непередаваемый кайф. Дазай поцеловал рыжего в висок, затем в щеку, разворачивая его лицо к себе, затем накрыл губы Чуи своими, проникая в рот языком. Вытащив пальцы из любовника, Осаму смазал свой член лубрикантом и снова приставил его ко входу в анус, удерживая партнёра за бёдра и толкаясь внутрь, заглушая стон, рвущийся из груди эспера своими губами. Немного подавшись назад, Дазай резко толкнулся вперёд, проникая на всю длину своего, внушительных размеров, члена, от чего Чуя приглушённо застонал, двинув бёдрами навстречу шатену. — Как же я тебя люблю, — прошептал Осаму, разрывая поцелуй, толкаясь глубже и оставляя влажную дорожку от языка на шее рыжего. Чуя вновь двинул бёдрами навстречу Дазаю, со стоном принимая в себе член глубже, Осаму крепче сжал его ягодицы пальцами, всё резче толкаясь с любовника, доводя того своими движениями до безумия, заставляя стонать и вскрикивать при каждом новом толчке. Выйдя из рыжего, шатен поставил его в коленно-локтевую позу и резко вошёл сзади. От ощущения приятной заполненности внутри Чуя вскрикнул, подавшись бёдрами ему навстречу. Дазай, обхватив парня руками за ягодицы, резко двинул его на себя, со стоном входя до упора, вновь заставляя любовника вскрикнуть. Накахара сам принялся быстро двигать задницей, со стонами насаживаясь на член до конца. Дыхание обоих парней участилось, а сердцебиение ускорилось; раскрасневшиеся, разгорячённые тела покрылись прозрачными капельками пота; движения всё более ускорялись, а с губ обоих любовников срывались стоны и крики. Комнату заполнили пошлые звуки хлюпов и быстрых шлепков. Чувствуя нарастающий жар внутри, Чуя всё быстрее насаживался на член шатена, ощущая острую необходимость этих движений. Дазай всё сильнее впивался пальцами в бёдра любовника, оставляя на них синяки, всё резче вбиваясь в тело парня, ускоряясь до невозможности. Чувствуя, как его накрывает волнами острейшего оргазма, шатен со стонами излился в партнёра, не сбавляя темпа и продолжая толкаться в него всё быстрее и резче. Жар внутри Чуи всё нарастал, в какой-то момент став нестерпимым, а затем внизу живота что-то взорвалось, растекаясь по телу потоками раскалённой лавы. Дрожа и выгибаясь, рыжий с криками излился на простынь, ещё несколько раз двинув бёдрами и ощутив в себе толчки шатена, затем свалился на постель часто и тяжело дыша; Дазай упал на него сверху, оглаживая вспотевшее, разгорячённое тело, выдохнув: — Фух. — Устал? — спросил Чуя. — Да, — ответил шатен, откатываясь с Накахары в сторону. — Ты меня вымотал. Чуя усмехнулся, разворачиваясь лицом к любовнику, обнимая его и целуя в губы. — В душ пойдём? — Ага. Чуя первым поднялся с постели и, накинув халат, вышел из комнаты, Осаму последовал за ним. После принятия водных процедур мафиози отправились спать. На следующий день Акутагава с Ацуши и Верленом уехали домой, а Чуя с Осаму решили остаться на минке ещё на день. После полудня снова решили пожарить якитори и выпили по несколько бокалов вина. Когда парни находились возле мангала, к ним подбежала Софья и заявила, что ей скучно. — Милая, поиграй в планшет, — сказал Дазай, — если тебе скучно во дворе. — Нет, — капризно заявила девочка. — Я хочу поиграть с Чуей в мяч. — Давай я с тобой поиграю. — Я хочу поиграть с Чуей! — Чуя занят, ты же видишь. — Ну, Чуя, ну пожалуйста, пойдём поиграем, — не обращая внимания на слова отца, конючила Софья. — Ладно, Дазай, справишься тут без меня? — спросил рыжий, отдавая бокал с вином Осаму. — Пойду играть с ребёнком. — Иди, но потом ничего не говори мне, если я сожгу якитори. — Я тебе сожгу! Следи и вовремя переворачивай. — Ладно, иди уже. Пока Чуя играл с Софьей, Дазай жарил мясо и попивал вино в одиночестве, поглядывая на любовника и дочь. К тому времени, как Софье надоело играть, Осаму закончил с якитори и перенёс полное блюдо мяса в беседку. — Проголодались? — спросил шатен у Чуи и Софьи. — Ага, — кивнула девочка, присаживаясь на скамейку и принимаясь за еду. — Надо же, якитори не сгорели? — усмехнувшись, спросил рыжий. — Как видишь. — Осаму присел рядом с Софьей, а Чуя плюхнулся на лавочку возле него. Попробовав шашлык, Накахара заключил: — Немного пересушено, но с соусом есть можно. — И на том спасибо, — ответил шатен, наливая вино себе и Чуе. Минут через тридцать Осаму пошёл укладывать дочь спать, а Чуя остался в саду, решив посидеть у пруда. Уложив ребёнка, Дазай присоединился к рыжему, подойдя к нему сзади, присаживаясь рядом и приобнимая эспера. — Уснула? — поинтересовался Накахара, посмотрев в карие омуты. — Конечно, — ответил Дазай, утыкаясь носом в плечо рыжего. — Звонил Мори-сан, — сказал рыжий, извлекая из кармана пачку сигарет и подкуривая одну. — И что хотел босс? — поинтересовался шатен. — Надеюсь ничего из ряда вон выходящего не произошло? — Нет, но Мори-сан спрашивал про отчёт, который, кстати ты, скумбрия, должен был написать и отнести боссу ещё три дня назад. Почему за твои бока должен отгребать я? — Чуя затянулся сигаретой, с негодованием глядя на Осаму. — Ой, совсем забыл про этот отчёт. Я его подготовил, но не распечатал, он у меня в рабочем ноуте остался. — Босс требует его сегодня же. Так что либо иди пиши заново, либо звони Мори-сану и сам ему всё объясняй. — Чуя, дай телефон, — попросил Осаму. Накахара фыркнул. — А твой где? — В доме остался. — Достал, — бросил рыжий, но всё же извлёк из кармана мобильный и передал его шатену. Дазай разблокировал телефон Чуи, приложив к датчику свой палец, на что мафиози возмущённо прорычал: — Какого хуя, Дазай?! — Что? — с непониманием спросил Осаму. — Ты блядь, не охуел? Когда ты свой отпечаток успел поставить на мой мобильный? — Давно, Чуечка, давно, — с невозмутимым видом сказал Дазай. — Скумбрия! — А? — Зачем? — На всякий случай. — Какой ещё случай? — продолжал орать Накахара, а Осаму тем временем нашёл контакт босса и нажал кнопку вызова. — Тихо. — Чего? — Добрый день, Мори-сан, — проговорил шатен, прикладывая палец к губам и глядя в голубые озёра. — Да, я помню, что не сдал отчёт. Босс, он остался в моём рабочем ноутбуке, если хотите, я дам вам пароль, — Осаму выдержал паузу, видимо, выслушивая собеседника. — Нет, босс, сегодня мы с Чуей не приедем в город. Я не могу, много выпил и Чуя тоже. Завтра с самого утра будем в порту, — Дазай снова сделал паузу, затем добавил: — Хорошо, Мори-сан. Перешлю вам сегодня же. Рыжий с усмешкой взирал на любовника, догадавшись по его лицу и услышанному разговору, что босс не повёлся на провокацию и отказался искать отчёт в ноутбуке Дазая. Когда тот сбросил вызов, Накахара ехидно спросил: — Что, скумбрия, не проканало? — Нет, — с кислой миной ответил шатен, отдавая телефон Чуе, затем его лицо осветила счастливая улыбка. — Чему ты радуешься? — спросил Накахара, забирая телефон и заходя с настройки безопасности, чтобы удалить отпечаток пальца Дазая. — У меня появилась идея. — Интересно, какая? — без особого любопытства поинтересовался рыжий, подтверждая действие графическим ключом, который он тоже собирался сменить, но чуть позже, чтобы Дазай не видел на какой именно. — А давай ты за меня напишешь отчёт, а Чуууя? — Чего? Ты совсем охренел? — возмутился рыжий, глядя в наглые глаза напротив. — А за минет? — Минет, конечно, дело хорошее, — задумчиво проговорил Накахара, убирая телефон в карман и проводя пальцем по щеке шатена. — Пожалуй, я соглашусь на минет, но отчёт будешь писать сам! — Ну, Чуя, ну пожалуйста. — Дазай обвил шею любовника руками и впился в его губы страстным поцелуем, спускаясь руками ниже, оглаживая спину эспера. Накахара ответил на поцелуй, а руки наглой скумбрии уже пробрались под его одежду, а вскоре правая ладонь обхватила возбуждённый орган рыжего и принялась двигаться вдоль ствола. Чуя возражать не стал, а улёгся спиной на траву, предоставив шатену свободу действий, а тот, расстегнув ширинку на брюках любовника, высвободил рвущийся наружу член и затянул его в рот. Приспустив пальцами крайнюю плоть вниз, Осаму посасывал головку, слегка сжимая правой рукой яички парня, от чего тот не смог сдержать стона. Создав внутри вакуум, шатен работал головой и языком, а рыжий положил ладонь на его затылок, заставляя брать в рот глубже и постанывал. Дазай сменил технику и заглатывал до конца, чувствуя, что Чуя уже на пределе, а тот резко вскинул бёдра вверх, проникая глубже, однако Осаму не собирался так просто дать кончить Накахаре. Выпустив член изо рта и немного отстранившись, услышал возмущённое: — Эй! — Чуя, напишешь отчёт? — Дазай заискивающе посмотрел в голубые озёра, слегка сжав яички любовника пальцами, а второй рукой обхватил его член и двинул ею вниз, потом вверх, сорвав непроизвольный стон с губ партнёра. — Бля, заебал! — Напишешь? — Осаму вновь двинул рукой, слегка сжимая пальцами сочащуюся головку. — Ладно, напишу, — сдался Чуя, и Осаму, довольно улыбнувшись, снова приступил к делу. — Изверг, — пробормотал Чуя, вновь кладя руку на затылок шатена. Дазай сразу же принялся заглатывать до конца, Чуя постанывал и вскидывал бёдра вверх, проникая в его рот глубже, иногда направляя своей ладонью голову шатена. Тот ускорил движения, а через минуту почувствовал солоноватый привкус спермы во рту, Чуя при этом не смог сдержать громких стонов и после того, как кончил, ещё некоторое время удерживал голову Дазая на месте, пока он не сглотнул. Натянув трусы и застегнув ширинку, Чуя поднялся на ноги, а Осаму вслед за ним, чмокнув любовника в губы. — Ну чего ждёшь? Кому-то пора отчёт писать, — напомнил Дазай, шлёпнув любовника по заднице, а тот лишь фыркнул, разворачиваясь и направляясь в дом. — Интересно, что будешь делать ты? — по пути спросил он. — Буду есть якитори и пить вино, — ответил шатен, проходя в беседку. — Кто бы сомневался, буркнул рыжий, а Дазай лишь улыбнулся ему вослед.