Люмиона

- Опаздываете, Люциус, - проговорил министр магии, занимая свое место в центре стола. - Прошу меня простить, министр, - склоняет голову Малфой. Гермиона с его розой в руках, никак не выходит у него из головы. Конечно, иногда он думал, что Люмиона чересчур схожа с ней в манере вести диалог… Но одно дело догадываться, а другое точно знать. Перепутать же цветок из Малфой-мэнора с любым другим просто невозможно. - Как вы все знаете, в этом году будет ровно 5 лет, как мы, благодаря Гарри Поттеру и его друзьям, победили Волан-де-Морта, - начал министр магии. Одобрительное перешептывание пронеслось по всему конференц-залу. - Так вот, я считаю, что нужно устроить праздник по этому поводу. В самом Хогвартсе. Может быть, даже установить памятник в честь этого события. Что скажете? - Прекрасная идея, господин министр, - тут же закивала головой секретарша Кингсли Бруствера. - Спасибо, миссис Эббот. - Есть ли у вас идеи, что можно сделать? Как это должно выглядеть? – Кингсли внимательно посмотрел на собравшихся. - Памятник, который скажет, что вместе мы сила… - Может быть, - начала Чжоу Чанг, - сделать памятник в виде соединяющихся рук, как символ дружбы Гарри, Рона и Гермионы? Это ведь, действительно, во многом их победа. - А это отличная идея! - Да, стэлла была бы всё-таки мрачновата… - Памятник дружбе - это здорово! - Да, сплетающиеся руки, это хорошая идея! - Ну и потом танцы, фуршет и все такое, - заулыбался господин министр. - Салют? - предположила Чжоу. - Да, свяжитесь с Дином Томосом и Джорджем Уизли, - согласился с ней Кингсли Бруствер. – Мистер Малфой, у меня и к вам есть поручение-просьба. - Весь ваш, министр, - откликнулся Люциус. - Я бы хотел на открытии памятника, ну не знаю, танец постановочный сделать. Вы знаток в таких делах, что посоветуете? - Вальс победы? - Да! - Кто будет танцевать? - Ну, логичнее всего взять героев войны, конечно… Но у Гарри жена на сносях, Рон, при всем уважении, слишком неуклюж… А вот Гермиона… Вы могли бы поставить танец под нее? - Да. - Вот и хорошо. На сегодня все. Все свободны! – хлопнул в ладоши министр магии. Пока его подчиненные расходились, министр подошел к Малфою. - Надо обговорить время репетиций, осталось всего два месяца. Понимаешь, Люциус, я переживаю за эту девочку. Ее надо вытаскивать из той дыры, в которой она оказалась. Люциус вопросительно изогнул бровь. - Она слишком ушла в себя, - горестно выдохнул Кингсли. – Я думаю, что этот вальс, всеобщее внимание и восхищение помогут вернуться ей к жизни. - Хорошо. Дайте мне знать, когда поговорите с ней. Я свободен в любое удобное для вас время. Кингсли благодарно кивнул. - Думаю, репетировать можно будет в зале Визенгамота. Наши кабинеты слишком малы для этого. Гермиона как раз закончила разбор документов, которые вел Хагрид о существах, населяющих запретный лес, когда ей прилетел самолетик от Кингсли Бруствера с просьбой зайти к нему. - Добрый день, министр, - усаживаясь в кресло, поприветствовала его Гермиона. - Не будь такой официальной, мы же друзья, - подмигнул ей Кингсли Бруствер. - Хорошо. Так что вы хотели? - Как ты помнишь, в этом году будет пятилетняя годовщина Победы. У меня есть для тебя очень важное и ответственное задание. - Да? Какое же? - Я прошу тебя станцевать со мной вальс на открытии памятника в честь Победы. - Ой, я плохо танцую. - У нас будет хороший учитель. - Кто? - Ты только не волнуйся… но это Люциус Малфой. Гермиона ахнула. - Я не знаю никого, кто танцевал бы лучше него. - Ох, не знаю, Кингсли. Малфой старший не выносит меня. - Мне казалось, он относится к тебе с уважением. Гермиона изумленно и недоверчиво посмотрела в глаза своего старого друга. - Да брось ты! Он поставит нам танец, мы его выучим под его контролем, ты будешь ослепительно красива, найдешь себе сразу новое приключение… Их глаза снова встретились, и они оба расхохотались как в старые добрые времена. - Ну, хорошо, раз вы обещаете мне приключения! - Конечно! Заодно и в Хогвартсе побываешь, ведь я знаю, как ты скучаешь по замку. Мы все по нему скучаем! - А Гарри и Рон будут? - Думаю, это событие они не пропустят. - Ну, хорошо, я согласна, - улыбнулась Гермиона уголками губ. Репетиции вальса проходили два раза в неделю, вечерами, когда в министерстве уже почти никого не было. Напряжение, которое поначалу вызывал у Гермионы Люциус Малфой быстро прошло. Он почти не подходил к ней близко, давая советы и указания, стоя чуть поодаль. Музыку Гермионе разрешили выбрать самой, что она и сделала с большим удовольствием. На интернет у девушки почти не осталось времени, да и Люмион куда-то снова пропал. Она поблагодарила его за розу, но он так и не ответил. Сейчас девушке некогда было об этом думать. Работы перед годовщиной победы прибавилось. Гермиона занялась списками погибших и пропавшими без вести во время второй магической войны. Это была очень долгая и кропотливая работа, отнимающая все ее силы: не только физические, но и душевные. Слишком многие имена были ей хорошо знакомы и причиняли боль. А еще этот вальс, который ни у нее, ни у министра никак не получался. Приходя домой, девушка старалась еще раз тщательно отработать каждое движение, чтобы наконец-то мистер Малфой перестал на них ругаться. 2 мая стремительно приближалось. Гермиона долго не могла выбрать себе подходящее платье, о чем однажды сказала на репетиции вслух. Мистер Малфой сказал, чтобы она не переживала. - Платье у вас будет, идеально подходящее для вальса, не переживайте больше об этом. - А могу я его примерить? - Нет, - улыбнулся Люциус Малфой. – Вам придется довериться мне, мисс Грейнджер. В благодарность за те документы. - Ну что ж, - у Гермионы покраснели щеки. – Хорошо. С каждым разом, Гермиона и Кингсли танцевали все лучше и лучше. Малфой почти перестал их разносить в пух и прах. Гермиона даже начала репетировать в туфлях. В день годовщины она очень нервничала. Для Гермионы, как и для большинства других важных гостей, выделили специальные комнаты на первом этаже. Когда девушка вошла в свою, ей сразу же бросилась в глаза огромная коробка, стоящая на ее кровати. Быстро сняв крышку, ведьма не смогла сдержать восхищенного вздоха. Изумрудно зеленое, необычайной красоты платье. Закрытое спереди, оно имело глубокий вырез на спине. Пышная юбка была полностью расшита крошечными розочками. Это было платье мечты. Под платьем в тканевом пакете были завернуты темно зеленые туфли на высоком каблуке. Надев все это, Гермиона не могла отвести взгляд от своего отражения в окне, потому что большого зеркала в ее комнате не было. Хорошо, что она успела потренироваться и набить руку в прическе. За полчаса девушка смогла сама уложить свои волосы в изящный низкий пучок и с помощью магии подкрасила лицо. Пора было идти на площадку перед парадным входом в замок. Проходя мимо огромного зеркала в вестибюле, Гермиона не смогла пройти мимо. С той стороны стекла на нее смотрела очень красивая и уверенная в себе женщина. Пора было спешить, гул снаружи нарастал. Гермиона подошла к министру магии. Рядом стояли и Гарри, и Рон, и какие-то еще волшебники, и Люциус Малфой. Он бросил на нее лишь один краткий взгляд, но девушку обожгло будто огнем. Приветственная речь министра была недолгой. Когда он спускался с подиума, то подвернул ногу. Гарри Поттер тут же подставил ему свое плечо. - Прости, Гермиона, но танцевать, я, кажется, не смогу, - его лицо исказилось от боли. – Люциус, ты не выручишь? - Конечно, министр, - чуть кивнул ему Малфой. – Поттер, проводите министра в медпункт. Мисс Грейнджер, вы позволите? Люциус Малфой протянул Гермионе раскрытую ладонь. У девушки перехватило дыхание. Очень медленными маленькими шажочками она подошла к нему и вложила свою руку в его. С этого момента мир будто перестал существовать. Малфой уверенно вывел Гермиону в центр танцплощадки, оркестр заиграл первые аккорды. - Если вы расслабитесь, то сможете даже получить удовольствие, - тихо шепнул Люциус ей на ухо. Его дыхание было горячим, руки уверенными, и… Гермиона выдохнула и рискнула посмотреть в его серые глаза. Он тоже смотрел на нее, но непонятно, о чем именно он думал сейчас. Итак, ее левая рука на его плече, обтянутом черным бархатом, правая в его ладони. Он держит ее за талию, и ведет за собой. Гермиона закрыла глаза, ее губы приоткрылись в легкой улыбке. Девушка, наконец, расслабилась и смогла раствориться в танце. Запах Люциуса Малфоя обволакивал ее, дурманил, будил очень странные желания из самой глубины ее естества. Ей так хотелось, чтобы музыка не кончалась. Они двигались, как единое целое, их движения были настолько слажены, Гермиона реагировала настолько точно, на его вариации, что это было просто невероятно. Но вот Малфой чуть сильнее сжал ее ладонь, и она открыла глаза. Непонимающе смотрит в его серые льдинки, и видит, как в них отражается солнце. Завершающий пассаж и музыка смолкла. Раздавшиеся аплодисменты буквально оглушили Гермиону. Разочарование накатило штормовой волной. Люциус поблагодарил героиню войны за танец, поцеловав кончики ее пальцев, и проводил до ее места среди вип-гостей. Гарри и Рон перерезали ленточку, и с памятника упала мешковина. 3 пары рук крепко держались друг за друга. Поддерживая, доверяя, дополняя. Слезы полились из ее глаз. Ей срочно надо выпить воды. Встав со своего места, девушка быстро отправилась в замок. Нашла свою комнату, и налила из графина целый стакан. Очень осторожно расстегнув боковую молнию, Гермиона опустила платье вниз и перешагнула через него. Люциус Малфой, видел, как взбудоражена Гермиона, видел ее состояние, чувствовал ее слезы. Он решил отправиться за ней, сам не зная точно зачем. Ее дверь была приоткрыта, и он заглянул внутрь. Обнаженная девушка переступила через великолепное платье, нагнулась, и руками помогла себе снять узкие туфли. Когда ее ступни коснулись холодного пола, она переступила с ноги на ногу и откинула голову назад, наслаждаясь этим ощущением. Ее руки синхронно коснулись головы и вынули две длинные заколки, удерживающие прическу. Целый водопад густых локонов упал ей на спину. Люциус понимал, что подглядывать не хорошо, но не мог оторваться от созерцания этой завораживающей картины. Гермиона натянула джинсы. За окном был слышен радостный смех учеников, громко звучала музыка. Вдруг, девушка почувствовала, что она не одна. Быстро надев красную рубашку, девушка обернулась, продолжая застегивать ее. Дверь приоткрыта, она видит чью-то тень. - Кто здесь, - страх сковывает горло. - С вами все в порядке? Этот голос, медленно растягивающий слова ей очень знаком. - Что вы здесь делаете, мистер Малфой? - Могу я войти? – спрашивает он. – Я видел, как вы поспешно удалились, и решил узнать, все ли с вами в порядке. - Я? Да, входите, - Гермиона неуверенно делает шаг назад. Солнце опускается ниже, и в комнате становится темнее. Гермиона делает еще шаг назад, оступается о свою сумку, и в попытке удержать равновесие хватает мистера Малфоя за локоть. Но он уже уверенно держит ее за талию, не позволяя упасть. Гермиона вязнет в затягивающей пучине его серых глазах, в ее животе трепещут бабочки. За окном почему-то играет Элвис Пресли, Love me tender. - Потанцуйте со мной, мисс Грейнджер, - тихо просит Люциус, обнимая девушку и крепче прижимая ее к себе. И они танцуют. Он, в изящном бархатном костюме, и она, босая, в обыкновенных джинсах и клетчатой рубашке. Танцуют долго, молча. Наслаждаясь каждым движением друг друга. А потом он внезапно уходит, а она опускается вниз по стене и начинает плакать. Что это было только что? Слезы текут и текут из ее больших карих глаз. Больше она не хочет здесь оставаться. Не может. Обувает кеды и тихонько выходит из Хогвартса. Все вокруг веселятся, а она вдруг снова замыкается в своем одиночестве. Одна осторожно выходит за ворота замка, проходит до места, где можно аппарировать и возвращается домой. Включает компьютер. «Дорогой Люмион…. Не знаю где ты, и прочтешь ли ты мое сообщение, но мне просто необходимо с кем-то поговорить сейчас! Понимаешь, я должна была танцевать на одном торжественном мероприятии, но мой партнер повредил ногу. И мне пришлось танцевать с другим. И это такое странное чувство… Со мной так еще никто не танцевал». Она отправляет. Ответ приходит довольно таки быстро: - Тебе понравилось? - Это больше чем понравилось. Но я в таком смятении… - Почему? - А еще он пришел, и попросил потанцевать с ним. И мы просто танцевали, и бабочки в моем животе, и…. В прочем, неважно, прости. - Люмиона!!!!! Но Гермиона уже выключила компьютер, выпила залпом бокал вина и легла спать. Все выпавшие выходные молодая ведьма пыталась разобраться в сложившейся ситуации, разобраться в себе, понять мотивы Люциуса Малфоя. Пыталась понять, что именно она почувствовала, когда сильные руки надменного лорда обнимали ее, когда они танцевали одни в полутемной комнате, почему он ушел, так и не сказав ей ни слова. Утром в понедельник, придя в свой кабинет чуть позже, чем обычно, девушка увидела огромную напольную вазу, в которой стояли, она пересчитала только с третьего раза, 75 белых роз. Точно такую же розу ей подарили на 8 марта. - Люмион? – сама себе задала этот вопрос ведьма, и только грустно улыбнулась. – Нет, этого не может быть. - Мисс Грейнджер, как хорошо, что вы уже пришли. - Министр? - О, какая у вас тут красота, - Кингсли указал головой на цветы. - Не знаю, откуда это здесь. Я только пришла, а они уже стоят. Понятие не имею от кого. - Ну, ТАКИЕ розы растут только в одном месте, - выразительно говорит он. - Где же? - В Малфой-мэноре.