Люмиона

Гермиона несколько раз открывает и закрывает рот. Министр явно что-то путает. Но, даже если эти розы и растут в Малфой-мэноре, это еще ничего не значит. Кингсли Бруствер широко разводит руками. Он уже собрался было уходить, но обернулся. - Я, в общем-то, вот зачем пришел, - он внимательно смотрит на растерянную ведьму и говорит, - даю тебе срок в два дня на завершение начатых архивных дел. После я жду тебя у себя наверху. Гермиона, безусловно, твой вклад в архивное дело неоценим, но ты очень нужна мне в качестве помощника. Нельзя губить свой талант и карьеру в этом подземелье. Для начала я назначу тебя своим вторым секретарем, но в перспективе, я хочу, чтобы ты стала моим главным заместителем. - Министр, я даже не знаю, что и сказать. - Через два дня, - поднял правую ладонь вверх Кингсли, останавливая ее. Затем он развернулся и ушел. Гермиона медленно опустилась на свой стул. - Да что же это все значит? Девушка снова посмотрела на розы и вдохнула их чудесный аромат. Внимательнее присмотревшись к бутонам, она заметила прилепленную к одному из лепестков записку. «Спасибо», - вот все, что было написано в ней. Несмотря на то, что образца почерка Малфоя у нее не осталось, сомнений теперь почти не было. Но неужели эти цветы были действительно от самого Люциуса? Однако, сейчас об этом некогда думать. Два раза министр не будет ей делать столь выгодное предложение. Два дня молодая ведьма провела за активной работой. Если честно, ей и самой уже хотелось заняться чем-то другим. Работа с документами, безусловно, была очень важна, но Гермионе вдруг захотелось вернуться назад, к настоящим людям. Она закончила свои текущие дела и в среду утром приступила к новым обязанностям. Помогать министру магии было куда интереснее. Он давал ей разные задания, чтобы она понемногу вникала и в политику, и в магическое законодательство, и в сотрудничество с маглами. Гермиона устраивала важные встречи, на многих присутствовала вместе с министром, некоторые даже проводила сама. Талантливая ведьма делала отчеты, обращала внимание на важные, но забытые проблемы, принимала активное участие в дискуссиях, и к ее мнению всегда прислушивались. Вот только мистера Малфоя она очень давно не видела. Люмион тоже не появлялся в сети. Поначалу девушке было тяжело, но она справилась и с этим. А лорд Малфой все это время пил в своем поместье. Иногда он вызывал к себе шлюх, иногда приглашал старых знакомых для игры в бильярд или покер. Но утешения это не приносило. Он каждый вечер думал о Гермионе Грейнджер, грязнокровке, которая была младше него в 2 раза как минимум. Что-то в этой девушке было особенное, помимо ее копны вьющихся каштановых волос и точеной миниатюрной фигурки. И тот порыв: он до сих пор не понимал, зачем пошел за ней, зачем танцевал, почему ушел, оставив ее одну содрогаться в рыданиях. Он отправил ей цветы, думая, что она все поймет. Поймет то, что не может понять он сам. Иногда он перечитывал ее сообщения в интернете. Ему очень льстило, что такая образованна и эрудированная девушка как она, обратила на него внимание. Впрочем, он был еще очень хорош. Потомок дунедайнов старел очень медленно. Возможности поддерживать себя в форме у него были. Люциус провел рукой по свои платиновым волосам. Интересно, что сказал бы Драко, узнав, что его отец сходит с ума по Гермионе Грейнджер. Приближался июль. Люциус Малфой прекрасно знал о повышении Гермионы, да и обо всем, что творилось в министерстве магии. Сам он, при этом, старался лично там не появляться, решая все дела дома в своем кабинете. Наконец, ему пришла в голову идея: он решил устроить небольшой прием у себя в поместье, пригласив лишь самых важных и нужных ему людей, включая и мисс Грейнджер. Гермиона была очень удивлена, получив приглашение на прием от самого Люциуса Малфоя. - Что же он снова задумал? – думала девушка, однако, узнав, что министр магии тоже приглашен, несколько успокоилась. Для приема Гермиона выбрала платье нежно розового цвета до колен и удобные босоножки на небольшом каблучке. Свои волосы она вытянула с помощью обыкновенного магловского утюжка. Прибыв в Малфой-мэнор с небольшим опозданием, девушка шла и восторженно оглядывалась по сторонам. Белые павлины спокойно расхаживали по газонам парка. Яркие, но не ослепляющие, огни гирлянд вели ее прямо к дому, двери которого были широко распахнуты. Люциус Малфой сам встречал гостей. Когда Гермиона подошла, он стоял один. - Рад видеть вас снова, мисс Грейнджер, - приветливо улыбнулся он ей, поднося руку девушки к своим губам. - Добрый вечер, мистер Малфой, - говорит она, но эмоции зашкаливают. – Вы не считаете, что нам нужно поговорить? - Все может быть, но не сейчас. Пообещаете мне первый танец? – и его серые глаза пронзают ее насквозь. - Не могу обещать, - девушка поднимает выше подбородок и проходит мимо хозяина приема. - Вы сегодня чертовски хороши, - шепчет он ей вслед, и ее щеки медленно краснеют. Гермиона проходит в просторный светлый холл, кивает знакомым. Берет у проходящего мимо официанта бокал первоклассного шампанского и делает большой глоток. Напиток очень вкусный, но пузырьки сразу ударяют ей в голову. Девушка расслабляется. Она ничем не обязана мистеру Малфою, так почему бы ей не пофлиртовать с кем-нибудь еще. И Гермиона начала не спеша осматривать зал. Например, с Маклагеном, и ведьма направляется к бывшему сокурснику. - Грейнджер, ну ты и красотка! – присвистнул Маклаген, когда узнал подошедшую к нему девушку. – Надеюсь, ты стала посговорчивее, - и Кормак потянулся, чтобы поцеловать Гермиону в губы. - Видимо, нет, - смеясь, уклонилась она. Внезапно, Гермиона почувствовала за своей спиной аромат, от которого у нее свело живот. - Мисс, Грейнджер, вы, кажется, обещали мне танец, - смерив Маклагена уничтожающим взглядом, проговорил хозяин дома. - Прости, Кормак, я, правда, обещала, - и Гермиона выдохнула, вкладывая свою ладонь в ладонь Люциуса. - Спасибо. Вы сейчас как никогда вовремя, - тихо шепчет ему Гермиона. - Выгнать его с позором? - Нет! Пусть отдыхает. - Ну ладно, - ответил Малфой, закружив Гермиону в танце. Они танцуют, и Гермиона боится себе признаться в том, что безумно скучала по этому ощущению близости с Люциусом Малфоем. После танца он галантно раскланивается с ней и просит извинить, ему нужно уделить внимание еще нескольким важным гостям. К Гермионе подходят Гарри Поттер и Рон Уизли. - Что у тебя с Малфоем? – у Рона, как всегда, ни капли такта. - Танец, - развела руками Гермиона. - Рад тебя видеть, прекрасно выглядишь, - Гарри поцеловал Гермиону в щеку. - Спасибо, Гарри, я тоже всегда тебе рада. Рон неудачно схватил бокал вина с подноса, поскользнулся, и вылил все содержимое Гермионе на платье. Бордовое пятно быстро растекалось по ткани. - Герм, прости, давай, я исправлю, - Рон стал доставать свою палочку. - Нет, Рон, спасибо, - и девушка, резко развернувшись на каблуках, быстро прошла вглубь Малфой-мэнора. Несколько долгих минут она торопливо шла по первому этажу. Ни одного эльфа, как назло. Дойдя до уборной, девушка вошла внутрь и посмотрела на себя в зеркало. Платье было безнадежно испорчено. Она попыталась позвать к себе домового эльфа, но не знала, как его или ее зовут. Умывшись, она снова пошла по коридору, заглядывая во все двери, и, наконец, ей повезло. Она нашла прачечную. Открыв шкаф, находившийся в левом углу, девушка увидела в нем две белые и две черные рубашки. Чистые и выглаженные. Вероятно, они принадлежали Малфою старшему, а домовик просто не успел их отправить в гардеробную. Стянув с себя платье и оставив его прямо на полу, девушка надела на себя его черную рубашку, которая была ей большевата, Люциус был гораздо шире ее в плечах, и намного выше. Девушка закатала рукава до локтей, потянула рубашку вниз, и, выйдя из прачечной, дошла до конца коридора и поднялась по лестнице на второй этаж. Она медленно проходила по более темному коридору, внимательно рассматривая все вокруг. Изящные вазы, красивейшие ковры и гобелены. Заглянув в приоткрытую дверь, девушка нашла за ней библиотеку, и, ни секунды не сомневаясь, зашла внутрь. Она много слышала об этом месте, но ни одна сплетня не могла сравниться с реальностью. Библиотека была огромна, экземпляры книг в ней были настолько редки, что Гермиона даже боялась к ним прикасаться, просто проходила мимо и читала названия. Около третьего стеллажа стояла лесенка, и Гермиона взобралась по ней, совершенно забыв, во что она одета. Ее внимание привлекла книга в темно синем переплете, серебряные буквы складывались в очень красивое название – «Когда восходит луна». Гермиона осторожно вынула ее с полки и открыла. Запах старой книги будоражил воображение. Девушка начала читать. Она настолько увлеклась, что даже не услышала, как захлопнулась дверь в библиотеку. - Могу я узнать, что это значит? Гермиона переводит взгляд вниз, вздрагивает, теряет равновесие, и падает прямо в руки Люциуса Малфоя. - Простите, мистер Малфой, - сдавленно шепчет она. - Люциус. Учитывая то, что вы так бесцеремонно натянули мою рубашку и пробрались в мою библиотеку, и читали мою любимую книгу. - Простите, - у Гермионы пересохло в горле. – Рон, он облил мое платье, и я хотела найти эльфа, чтобы его почистить, и… - Не надо оправдываться, вам очень идет, - загадочным голосом говорит он, наклоняется, и целует Гермиону в губы. Девушка вздрагивает, но не протестует. Она нерешительно обнимает его правой рукой и несмело отвечает на поцелуй. Гермиона даже представить себе не могла, что у такого властного и властолюбивого человека могут быть такие нежные и мягкие губы. Его поцелуи кружили ей голову. По ногам пробежала дрожь, а живот снова свело от страха и возбуждения. - Нам надо поговорить, - выдохнула Гермиона, отстраняясь от Люциуса Малфоя, и мужчина поставил ее на ноги.