From you and me

— Здесь устроим привал, — оповестил группу Паньцзы, скидывая рюкзак на землю и разминая плечи после продолжительного ношения тяжести. Рядом с ним бодрой походкой, не смотря на свой возраст, вышагивал Цзю Декао. Как ему удалось уговорить (читать проспонсировать) на эту поездку профессора У, оставалось для многих загадкой, ведь, по сути, тот не относился к практике никаким боком, будучи независимым бизнесменом. Остальные, уже порядком уставшие студенты, повалились тут же в разные стороны, практически где стояли — там и уселись, при этом протяжно постанывая. У Се не был достаточно натренированным для такого большого пешего перехода от деревни Яншо до Змеиного ущелья, где, по сведениям из шёлковой книги, находился вход во Дворец, поэтому плюхнулся на землю вместе с остальными, хватаясь за бутылку с водой. Рядом приземлился и Панцзы, с одного взгляда на которого становилось ясно, кому же было хуже всех. Лицо его приобрело цвет спелого томата, а со лба и висков катился целый водопад. К тому же, он всю дорогу шёл почему-то рядом с наследником семьи У и постоянно ныл, что забыл собрать необходимое снаряжение в путь, и теперь даже «жалкого фонарика не завалялось в кармане». Парня это разозлило к концу перехода настолько, что он пообещал его спустить с этой скалы, лишь бы не слушать его нытьё. Как можно наблюдать — это не помогло. Помимо Толстяка рядом ошивались ещё два парня, старше У Се на курс. Один из них постоянно говорил всякий бред, пытаясь вселить страх перед гробницей в своего товарища, на что тот сводил всё в шутку. Но было видно, что ему становилось всё страшнее и страшнее. — А потом они нападают и съедают лицо бедняги! — В красках рассказывал тот, который был повыше и пободрее, с ужасной причёской на голове. Как Се понял из разговора старших — его звали Цзинь Ваньтан. — Да не бывает т-таких больших моллюсков, — не очень убедительно перебивал другой. У него была совершенно дурная, а главное, редкая бородка на подбородке, и большие карие глаза, в большинстве случаев со страхом в них. У Се долго не мог понять, как к нему обращаться, но потом понял, что все его называют Шваброй. Было ли это прозвище? Он и не интересовался. — Много ты видел, — отмахнулся тот, помахав рукой перед своим лицом, — я рассказываю тебе только факты, а ты какой-то неблагодарный слушатель… — и сделал вид, что ему очень стало интересно, что держит в руках рядом сидящий паренёк. Он показался У Се самым тихим среди остальных, после Чжана конечно (про которого ходили легенды о его невозмутимости), а ещё он был каким-то чрезмерно худым. Большие очки только завершали странный образ студента, а извечные наушники в ушах, прикрытые длинными волосами, вызывали вопросы. — Лю Сан, вот скажи… — начал приставать Ваньтан к соседу, но тот поспешно встал и отошёл подальше, прикрывая ухо, которое было ближе к говорившему, ладонью. По его лицу прошла тень большого недовольства, но потом он бросил взгляд куда-то в сторону и поспешно засеменил туда. У Се успел увидеть только шустро скачущий рюкзак на его худых плечах. — Ничего хорошего в общении с ним нет, — заголосила девчонка из группы, отвечающей за видеосъёмку, Мянь Сунь, — он же жуткий грубиян, — скривила носик она. — А ты откуда знаешь? — Поинтересовался У Се у неё, и так как она сидела очень близко к нему, постарался улыбнуться. — Я У Се. — Зови меня Мянь-Мянь, — улыбнулась в ответ девушка и протянула руку в дружеском жесте, — приятно познакомиться. Я учусь в одной группе с Лю Саном, и он не желает общаться ни с кем, кроме своего кумира. — Мне тоже, — кивнул он, пожимая тёплую ладошку, а после, взяв фонарик, принялся его крутить в руках. — И кто его кумир? — Как бы между прочим поинтересовался У Се. — О, это очень длинная история, — захихикала девушка, — я расскажу тебе об этом позже, если ты захочешь, — и она мило покраснела, кокетливо убирая мешающуюся прядку волос за ухо. — Хорошо, — легко согласился он и, заметив развязавшийся шнурок на своём ботинке, подтянул ногу к себе, чтобы завязать, наклонившись в сторону Мянь Сунь. Даже и не подразумевая, как выглядит со стороны, Се внезапно почувствовал, как что-то больно прилетело ему прямо в затылок. (Позже он выяснит, что это мелкий камешек, которых было полно на дороге, где они расположились). Поспешно выпрямившись, У Се оглянулся, но сзади никого не было, только одиноко сидящий спиной к нему загадочный братец. Немного подумав, что Чжану нет смысла кидаться в него камнями, он принялся искать виновника, но в итоге повернулся в обратное положение с досадливым вздохом. Через секунду удар повторился. Се вновь оглянулся, не понимая, кто затеял такую игру. Снова никого. Так повторилось несколько раз. — Да чёрт! — Воскликнул У Се в бешенстве, вскакивая со своего места, — кто это делает?! — Ты чего? — Пробубнил Толстяк, вальяжно развалившись по правую руку от второкурсника и красуясь перед девчонками. — Кто тут кидается камнями? — Сжав руки в кулаки, спросил он присутствующих, сидящих в кружке около дороги студентов. Все непонимающе покачали головой. Это ещё больше разозлило У Се. — Ты в порядке? — Поинтересовалась Мянь Сунь, которая как раз сидела по левую руку от Се, запрокинув голову, она посмотрела на стоящего парня. — Я да, — раздражённо крикнул он и, бросив взгляд на одинокую спину, решил, что там посидеть тоже будет комфортно. Заодно и кидаться, может быть, перестанут, боясь попасть в Братца. — Я присяду? — Уже смягчившись спросил У Се, присаживаясь рядышком с Цилином. Тот спокойно кивнул и вновь перевёл взгляд на горизонт, совсем не замечая соседа. У Се не стал настаивать на общении, раз человек рядом не выглядит заинтересованным в беседе, и тоже уставился на горизонт. Спустя четверть часа Паньцзы оповестил о продолжении пути, и все повскакивали со своих мест, недовольные малым количеством отдыха. Братец тоже встал и начал отряхивать одежду от мелких камешков, неожиданно как попавших ему на колени. Се удивленно на это воззрился. Ну нет, этого не может быть. Зачем бы Чжану кидаться в него камешками, да и ещё делая вид, что это не он? Его просто кто-то подставил, да. Не стоит верить всему, что видишь. Он покачал головой, пытаясь избавиться от абсурдных мыслей и запрещая себе даже думать о таком варианте.

***

      Змеиное ущелье поражало своими размерами. Уже около входа стало понятно, что высота пещеры достигала примерно шести ли*, а ширина — один ли. У Се с каким-то восторгом наблюдал и поражался величием данного сооружения. Ему казалось, словно в один миг он умудрился вернуться в детство, когда дядя часто рассказывал ему много разных историй, которые У Се всегда слушал с придыханием и восторгом. В такие моменты он смотрел на своего дядю и представлял, как тот проходит весь этот путь. Мечтал, что когда вырастет, он непременно узнает, какого это на самом деле. Будто У Се попал в один из своих снов, что часто снились ему после таких рассказов, в них он ощущал себя крохотным человечком среди многовековых стен, за которыми обязательно скрывалась опасность. Но это был не сон, а реальность, и опасность, казавшаяся призрачной, больше не являлась таковой. У Се был уверен, что впереди его ждёт множество рискованных, а возможно и очень серьёзных моментов, в которых всё будут решать лишь секунды. — Как думаешь, мы встретим там кровавых зомби? — Невзначай спросил у него Швабра, трясущимися руками хватаясь за локоть парня. Видимо, он посчитал Се самым безопасным на язык человеком среди студентов. — Не думаю, что здесь есть что-то подобное, — попытался успокоить его У Се, на самом деле вообще не представляя, что их там ждет, — в любом случае, у нас есть вооружённые расхитители, которые не раз сталкивались с таким… думаю, на них можно положиться. — Тебе легко говорить, ведь, похоже, дядя рассказывал тебе про это с самого детства, и ты знаешь, кого мы можем встретить, — пожурил его Цзинь Ваньтан, хитро улыбнувшись, ощущая себя повелителем ситуации. — Что и кому рассказывают — не твоё лисье** дело, — заметил Толстяк, ненавязчиво откидывая руку Швабры от товарища посредством запрокидывания своей руки на чужие плечи и с превосходством оглядывая Ваньтана. — Лучше скажи мне, какие сокровища ожидают нашего присутствия в гробнице? — Не знаю, — грубо ответил парень, скидывая с себя руку и прорываясь в начало колонны, мечтая избежать надоедливых попутчиков. Почему-то он жутко разозлился на всю эту ситуацию, ведь защититься он мог и сам от грубых слов окружающих. Не просто так его, как наследника своей семьи, тренировали с самого детства. Он уже давно перестал быть наивным ребёнком, и его оскорбляли моменты, когда другим казалось, что он всё ещё был слаб. Словно, он не уверенный в себе и своей силе молодой парень, а и правда маленький мальчик, которому нужен надзор, даже если ему не угрожала смертельная опасность, а кто-то просто попытался напасть на него словесно. В пещере оказалось очень темно и сыро настолько, что было хорошо слышно, как повсюду капает вода. Все сразу достали фонарики, освещая себе путь, и накинули капюшоны, боясь что капли с потолка попадут на голову. К У Се вновь прицепился Толстяк, будучи совсем без снаряжения и требуя позаботиться о нём, таком бедном и ничего не видящим. Сзади него показалась ещё вереница людей, включающих Се Юйченя, хмуро осматривающего мокрые стены пещеры, Швабру и Цзинь Ваньтана, которые непрерывно создавали шум своими речами, и странная девушка А Нин, сверлившая взглядом спину У Се, но так ни разу и не заговорившая. Завершал шествие Лю Сан, тихо беседовавший с третьекурсником, как помнил У Се — его звали Хай Шао. Сам же наследник семьи У следовал за грузного вида, нанятым третьим дядей профессионалом, который медленно шёл за Молчуном (так его прозвали парни однокурсники, и это вскоре прицепилось). Куда-то очень далеко вперёд ушли преподаватели вместе с У Саньшеном, Паньцзы (организатором экспедиции и правой рукой дяди) и Цзю Декао. Через полчаса ходьбы в темноте и спотыканий Панцзы о собственные ноги, впереди завиднелся огонь. Ушедшие вперёд старшие нашли каменные врата, возле них стояли факелы, которые и зажгли. Поплыл запах жжёной смолы, и У Се пару раз чихнул, не в силах привыкнуть к дыму. Казалось, он начал оседать в самих лёгких. — Третий дядя, ты уверен, что там только смола? — Прикрикнул он, чтобы его услышали впереди, — запах странный… — Маленький третий господин, всё нормально, после династии Мин в факелы стали добавлять разбавленную водой смолу, отсюда и кисловатый запах, — ответил за дядю Паньцзы, оказавшись неожиданно рядом и накидывая на плечи свои ладони. — Паньцзы! — Воскликнул У Се, немного испуганно, но быстро взял себя в руки, — спасибо за разъяснение. — Здесь может быть опасно, будьте осторожны, — тихо шепнул мужчина, подойдя ещё ближе, — ваш дядя уже обнаружил несколько ловушек… — Спасибо за беспокойство, — безмятежно улыбнулся он, — но третий дядя поднатаскал меня немного — я не попаду в эти ловушки! — Что за уверенность?! — Воскликнул Толстяк, который так и не отходил от У Се, и, конечно же, всё слышал. — Если тебе говорят быть осторожным — значит есть весомая причина! Я прослежу, чтобы точно ничего не произошло, будь уверен! Паньцзы серьёзно кивнул и отошёл, так как его позвал какой-то мужчина, с которым У Се ещё не успел пообщаться. — Ты то и проследишь? — Засмеялся второкурсник, — могу поспорить, ты будешь первым, кто попадёт в ловушку! — А вот давай поспорим! — Упрямо усмехнулся Толстяк, — я, может быть, и без снаряжения, но могу быть осторожным… — Да было бы где быть осторожным! — Произнёс У Се, сложив руки на груди и снисходительно рассматривая человека напротив, — впереди идёт профессор У и не пропускает никого вперёд, пока не дезактивирует все ловушки, так что здесь будет даже слишком скучно… Парень уже открыл рот, для какого-нибудь унизительного ответа, как внезапно рядом с ними погасли факелы, хотя ни о каком ветре не было и речи. Всё моментально погрузилось в темноту. У Се уже взял фонарик в руки, но тот отказался работать, просто включаясь, но не освещая. — Черт, что происходит? — Непонимающе спросил он, слыша, как резко поднимается паника среди экспедиционной группы. Спустя ещё три секунды, где-то сзади парня завизжала девушка, лепеча что-то про насекомых. У Се развернулся, но не успел он хоть что-то понять, как кто-то схватил его и поспешно опрокинул на пол, придавливая сверху. Послышалось жуткое жужжание, будто над головой пролетела стая цикад. Рядом заматерился Толстяк, опускаясь на землю и прикрываясь рюкзаком Се. У него уже затекли руки, но он так и не выяснил, что произошло и кто его спас. Он чувствовал лишь крепость рук, держащих его за талию, и удушающий запах камелий, будто человек рядом и не человек вовсе, а настоящий цветок. Странное сравнение в общем-то. — К-кто… — и этот человек так же неожиданно, как и опрокинул, закрыл ладонью его рот, не давая возможности сказать и слова. Студенты рядом как-то синхронно закричали, пытаясь справиться с невидимым врагом, и судя по крикам — они проигрывали. Сколько времени прошло, У Се так и не выяснил, но как только человек, державший его, внезапно поднялся и молниеносно закинул его куда-то вбок в углубление в стене, он попытался встать. Но сверху вдруг с разлёту плюхнулся кто-то ещё, да так точно на него, что он принялся считать звёзды перед глазами, ударившись головой обо что-то хрупкое и острое под собой. И, судя по голосу, прилетел на него Панцзы. — Какого чёрта, а? — Причитал он, отряхиваясь в темноте, — У Се, это же ты? И принялся щупать и щипать парня перед собой. — Да я это! Я! — Выпалил он, пытаясь встать, — ты меня всего сломал своим весом! — Давай руку, — предложил он, и они вместе, на ощупь, принялись искать друг друга. Когда они всё же поднялись, Толстяк достал фонарик, чтобы рассмотреть пространство, в которое они попали. — Твою… — не сдержался Ван Панцзы, обнаружив, что вокруг них толстым слоем на полу лежали человеческие кости и много-много черепов. На месте, куда упал У Се, остался след в виде сломанных останков. — Скучно тебе, У Се? — Выпалил он, истерично засмеявшись. — Мы здесь одни, тебе до сих пор скучно…? — Уже нет, Толстяк, — шокировано застыл второкурсник, — уже совсем нет… *около 3000 метров. ** Лисицы в Китае символизируют коварство и плутовство, так что Толстяк здесь намекает на хитрые побуждения Цзинь Ваньтана.