Издевательства

Ночь будто стала длиннее после дождя, но возможно всему виной стало раннее пробуждение предвестника, кошмары не дали выспаться, уже не раз бездна возвращалась в его сновидениях, непроглядной тьмой и ужасным рёвом. После испуга быстро помогли придти в себя запах сырости и капель с крыш, вода всегда убаюкивала его сознание, но сон уже нельзя было вернуть. За окном уже светало, до восхождения солнца ещё долго, но голубые сумерки делали мир вокруг различимым. Чайлд ворочался, хоть этому и мешали объятия того, кого будить пока что не хотелось, но желание полюбоваться господином Чжунли пока он спит было сильнее. Устроившись перед ним, ещё более спокойным чем обычно, Чайлд рассматривал его, казалось что мужчина не дышал, а может вообще притворяется спящим. Веки сейчас без макияжа, без тех красных стрелок, для Снежной крашенный парень непривычное зрелище, но на Чжунли... ему шло всё. Вспомнил их постоянные прогулки меж прилавков магазинов, когда они вместе разглядывали всякие безделушки, косметику, драгоценности, одежду, Чайлда такое не интересует, но стоит Чжунли обратить внимание на любую из подобных вещей, в голове лишь желание купить всё до чего он дотронется и подарить консультанту. Глупое чувство, которое разум оправдывал словами : «Ты просто привык баловать своих братьев и сестёр, вот и сейчас не можешь отказать.» Но Чжунли не подходил под них. Но даже тогда, до всей заварушки с сердцем бога, казался таким родным, всегда слушал, не отказывал, был внимательным. Потом предал. А теперь лежит с Чайлдом в одной кровати, так ещё и после долгих поцелуев. От таких мыслей подступил румянец. Всё таки Чжунли был прекрасен, руки потянулись прикоснуться к нему, но проведя по щеке, лёгким касанием, золотые глаза уже смотрели ответной реакцией. — Ты почему не спишь? — хрипловатый после дрёмы голос, окликнул Чайлда, немного напугав. К руке потревожившей Чжунли, прикоснулись в ответ, не давая убрать обратно. — П-прости. Я не хотел будить. — Это было правдой наполовину, конечно Чайлду подсознательно хотелось чтобы тот проснулся не давая чувству одиночества съедать его изнутри, но мешать спать было невежливо как минимум. — Всё в порядке. Хоть теперь я и человек, но спать не привык, обычно просто погружаюсь в транс при медитации. Сегодня у меня исключение. — проснуться не успел, а уже готов к разговору. — И чем же транс тогда от сна отличается? — риторический вопрос. — Тем, что во снах прошлое приходит кошмарами. Чайлд примолк, подумав что сказал нечто обидное, угукнул в ответ и перевернулся спиной к ночному собеседнику, решив больше не надоедать. Только сам не ожидал что на отстраняющийся жест, его поцелуют между лопаток. Немного выгнулся, испугавшись от неожиданности, но вывернуться ему не позволили, Чжунли устроил руку на торсе парня и прижавшись сзади обнял. Чайлд с просони ещё не контролировал свои эмоции как обычно, так что распереживался и снова покраснел, благо его лицо не было видно. — Тогда мы одинаково мыслим, сяньшень. Я тоже не люблю спать из-за этого. — схожий факт и правда сближал их обоих, хотя бы сейчас хотелось признать страх прошлого, которое нуждаешься избежать.— Поэтому так радостно, что вы рядом со мной. Быть с кем-то спокойно, а с вами и время течёт медленнее. — Чайлд продолжал быть честным, ему нужно это, образ жизни Фатуи вынуждает лгать, но сейчас в этом нет надобности. Слова не требовались, лишь жажда близости спасала их. Чжунли выцеловывал его шею, бережно, успокаивая, поглаживая живот который скрючивало от прикосновений. Ладонь двигалась вверх, проходя по мышцам, по шрамам от швов, рубцам на рёбрах, касаясь груди. Он помнил что у парня были чувствительные соски, поэтому старался быть деликатным, не зная точно как тому больше нравилось. Чайлд перевернулся лицом к лицу с Чжунли, продолжив разглядывать, бегал глазами то вверх, то вниз, чуть не потеряв мысль: — Зачем вы меня дразните? Я же захочу больше. — немного невинный тон, а не игривый как обычно, делал Чайлда уязвимым. — Ты хочешь чтобы я прекратил? — Чжунли навис над чужим телом, пытаясь увидеть картину во всей красе. — Ни в коем случае.