Я рядом с тобой (And I'm Here)

Я слышу тебя.

***

Боли уже недостаточно, чтобы разбудить Кайло посреди ночи; поэтому он замечает синяки и ноющие мышцы только на следующий день ранним утром. Синяки и боль в спине могут быть его собственными, но он не знает наверняка. Когда-то Кайло принял решение перестать зацикливаться на каждой новой царапине, каждом новом шраме и вспышке боли. Вместо этого он оставляет метки на стене: одна черта за каждую нанесённую травму. В конце концов он сравняет счёт. Больше пятисот сорока отметин украшают стену в комнате Бена Канаты. Самые старые из них вырезаны прямо по центру неровными, яростными взмахами; многие из них обрамлены плазменными рубцами, оставленными световым мечом. За прошедшие полгода отметин становилось всё больше и больше с каждым днём. Самые последние лишены небрежности своих предшественников: почти идеально прямые чёрточки расположены параллельно друг к другу, белые линии выцарапаны с нарочитой аккуратностью при помощи куска металла, которым Бен чистил карбюраторы от налёта. При одном взгляде на стену можно безошибочно угадать произошедшие изменения: как неконтролируемая вспышка гнева превратилась в обещание, а мимолётный порыв − в чёткий план. Пятьсот сорок семь отметин. Пятьсот сорок семь ран. Кайло учится новому языку, который проступает на его коже кровоподтёками и рубцами. Кайло делает новые метки на стене (их три) и спускает ноги с односпальной узкой кровати. Он натягивает чёрные тяжёлые ботинки и использует редкий момент, когда за ним никто не следит, чтобы осмотреть сегодняшнюю рану. Длинный овальный ожог на внутренней стороне предплечья. Кожа красная и чувствительная на ощупь. Кайло проводит по нему пальцами, закрывает глаза. Он находит всё, что может, на своей стороне Силы и направляет в рану исцеляющую энергию. Боль утихает, оставляя после себя побледневший, будто покрытый воском след. Рей снова упражнялась со световым мечом. Кайло открывает глаза, смотрит в угол комнаты, где притулился заново собранный верстак. На нём поверх аккуратно сложенной тряпки лежит её настоящий меч, собранный из многих и многих частей. Один клинок серебряный, другой − красный. Наследие от матери и деда, которое он не сумел удержать. Кайло встаёт и подходит к верстаку; покрытыми шрамами и царапинами руками он поднимает оружие так аккуратно, словно оно сделано из стекла. Меч оказывается легче, чем можно было ожидать. И пусть из этого странного, уродливого создания торчат оголённые провода, зато рукоять идеально сбалансирована. Почувствовав острую боль в руке, Кайло осторожно опускает световой меч и закатывает край рукава, пробираясь к месту выше локтя, по середине бицепса. Новые синяки, в которых угадываются отпечатки ладоней. Кайло со злостью закатывает другой рукав, чтобы увидеть то же самое на второй руке. Рей снова куда-то тащили. Кайло ловит своё отражение в куске хроматической обшивки на столе. Круглый порез, вокруг которого расцветает синяк, находится слева от глаза. И вырубили ударом в висок. Кайло наваливается всем весом на стол, ссутулив плечи.

***

В маленькой комнатке без окон и дверей Рей боком лежит на полу. Лёгким движением она гладит обожжённый участок кожи, который теперь превратился в бледный шрам. Она складывает руки на груди и засыпает.

***

Никто не отводит взгляда, когда Кайло заходит в бар в тот вечер, и словно бы назло, никто не прекращает заниматься своими делами. Замок Маз всегда был неоднозначен в плане преданности, и здесь всё ещё есть те, кто видит в нём Бена Канату: сварливого, никчёмного и с низкой зарплатой. И кроме того есть те, кто видят его таким, какой он есть. Кес Дэмерон сидит сбоку от бара с пивом. Он поднимает взгляд и смотрит на Кайло с каким-то смиренным добродушием. Со времени возвращения Кайло с Явина они обменялись лишь парой незначительных неловких фраз. Всё это было совершенно не похоже на долгие разговоры о жизни за игрой в пазаак – когда Кайло был ещё Беном Канатой. Не зная, что ещё делать, Кайло решает так и идти вперёд. Но человек рядом с Кесом заставляет его замешкаться. Строгое узкое лицо с резкими чертами. Чёрные волосы с проседью на висках. Губы поджаты в вечном выражении недовольства. Ведж Антиллес. Отставной пилот истребителя, привозивший когда-то мягкие игрушки для Кайло, поворачивается на своём сидении, как будто почувствовав его присутствие. Он пристально смотрит на Кайло, и этого взгляда достаточно, чтобы понять: до Веджа дошли слухи. Губы старика плотно сжаты, тёмные глаза готовы прожечь в нём дыру. Кайло решает, что не станет уходить. Он не тот испуганный мальчик, которого, должно быть, ещё помнит Ведж. И Кайло не стыдится ни одного из решений, которые привели его к этому моменту, − кроме одного единственного. Какой бы разговор Ведж ни вёл с Кесом, тот обрывается. Дэмерон бросает на Кайло обеспокоенный взгляд из-за плеча пилота. Ведж распрямляется, чтобы встать. И Кайло чувствует руку на своём плече. Готовый к бою, он тотчас поворачивается со злой гримасой на лице. Финн стоит перед ним ни капли не удивлённый, одетый в пропотевшую майку и поношенные штаны. На его поясе поблёскивает металлический цилиндр, аккуратно прикреплённый рядом с бластером. Что-то внутри Кайло переворачивается, что-то тревожное, настороженное и мучительное. − Мы уже начали, − говорит Финн с мрачным видом. Его рука расслаблено болтается сбоку, рядом с недавно созданным световым мечом. В его словах сквозит явное неодобрение. − Так что попробуй подраться с парнем Люка в другой раз. Кайло хмурится. Не говоря больше ни слова, он идёт прочь, не обращая внимания на взгляды, устремлённые в его спину, и на звук отодвигающегося стула.

***

Никто не встречается с Рей взглядом, куда бы она ни пошла. Она проходит мимо стоящих в ряд неподвижных штурмовиков, и ни один из них не произносит ни слова. Она окружена людьми, которые находятся здесь только для того, чтобы она чувствовала себя одинокой.

***

Люк завязывает отросшие волосы в пучок. За шесть месяцев, прошедших с момента его пробуждения, он так и не постригся. Кайло подозревает, что всему виной глупая и бесполезная сентиментальность. − Ты не стараешься, − говорит Люк, проходя мимо Финна и Кайло, которые замерли в напряжении, сцепившись мечами. Оружие Финна непрактично, его свет ярче, чем необходимо, а цвет имеет неприятный золотисто-жёлтый оттенок. Кайло сильнее давит на его клинок; предатель стискивает зубы, но не отступает. Люк, кажется, чувствует его далеко не добрые мысли, потому что следующее, что чувствует Кайло, − это тяжесть деревянного посоха Люка, ударяющего его под колени. Он пошатывается, жар световых мечей омывает лицо, прежде чем он отступает назад. − Выйди за пределы, − всё, что говорит джедай. Под его глазами залегли глубокие тени. − Почувствуй. − Просто расскажи мне о технике! – в тысячный раз цедит сквозь зубы Кайло, отмахиваясь от дуэли с Финном, будто избавляясь от насекомого. Он деактивирует световой меч и поворачивается, возвышаясь над более приземистой фигурой своего дяди. Люк поднимает взгляд, суровость в его лице могла бы напугать кого угодно. Однако сейчас, в эти отчаянные дни, для Кайло этого маловато. − Нет, пока ты не заслужишь этого, − холодно произносит Люк. Кайло смотрит вниз. Люк стоит, не шелохнувшись. − Я мог бы обладать куда большей силой, − наконец шипит Кайло. Люк качает головой. − Нет, Бен. Я ничего не расскажу, пока ты не захочешь учиться. Люк уходит. Финн становится на его место. − Давай... просто сделаем это ещё раз, хорошо? − тихо спрашивает Финн, украдкой бросая взгляд на удаляющегося старика. Кайло презрительно усмехается − над Финном, над его терпением, его уродливым световым мечом. Над тем, что Люк находит его достойным обучения. Вместо ответа Кайло протягивает руку и Силой отшвыривает Финна на несколько футов в грязь. Тот сразу же вскакивает, активируя меч. И их бой начинается снова.

***

Она падает на колени, сдерживая крик, когда он проникает в её мысли, разделывает её воспоминания, словно куски мяса. − Отдайся своим чувствам, − невозмутимо произносит Сноук, возвышаясь над Рей. Надсадно дыша, она впивается пальцами в металлический пол. − И ты сможешь стать намного сильнее. Вырванные из её воспоминаний, они обрушиваются на Рей − гнев, боль, страх. И одиночество. Так много одиночества. − Нет, − шепчет Рей. Сноук разочарованно вздыхает и делает шаг назад, приступая к наказанию. Рей скалится, когда ударяет молния. Она отказывается учиться.

***

− Каждый из нас делает всё возможное, − говорит его мать. Ни упрёков, ни сочувствия. Дипломат всегда и во всём. Кайло не знает, почему или как он оказывается здесь каждый вечер, но он это делает. − Сегодня По выступил в твою защиту, − продолжает Лея со своего места с той стороны стола. Её комната на Такодане лучше, чем у Бена Канаты. Её губы растягиваются в кривой улыбке. − Ну, почти. − Мне всё равно, − огрызается Кайло. В груди пульсирует боль, будто призрачные тиски плотно обхватывают его из невообразимых далей, куда и захочешь – не дотянешься. Кайло крепче сжимает перед собой кружку. Он больше не слышит слов или мыслей Рей в Силе, но он ощущает её боль, которая эхом отдаётся в его груди. Время на исходе. − В чём дело? − спрашивает Лея. В её взгляде плещется тревога. Кайло не отвечает, он простирает чувства так далеко вовне, как только может. Но этого недостаточно. Нет никаких видений, никаких посланий. Есть только он и чувство, что вот-вот произойдёт что-то плохое. Кайло смотрит вверх.

***

Рей смотрит вверх. Ещё один всплеск боли наполняет её. Сноук невозмутимо стоит рядом. Если бы это было возможно, Рей бы уже схватилась за оружие, но он забрал световой меч, которым прежде заставлял её пользоваться, так же быстро, как дал. Сноук вытягивает пальцы, запах озона наполняет воздух. Волосы на руках Рей встают дыбом как раз перед тем, как молния ударяет снова.

***

Волосы встают дыбом у Кайло на затылке, когда дверь в комнату Леи открывается. Входит Люк. − Люк? – поворачивается к нему Лея. Они обмениваются чем-то через их собственную связь близнецов – до Кайло эти двое, по всей видимости, не снизойдут. Люк мрачен как туча. Он смотрит на Кайло и качает головой. − Ты не…

***

− …готова, – со скучающим видом Сноук делает шаг ближе к Рей, лежащей ничком. Над её одеждой вьётся дым. − Я разочарован, Рей. Аалто заставил меня поверить, что ты куда лучше него. Рей отворачивается, подтягивает колени к груди. Всё тело болит, каждая клеточка охвачена пламенем, а удерживать сознание становится всё труднее. Её чёрная туника пропиталась потом и теперь неприятно липнет к коже. На ней нет живого места. Сноук стоит перед Рей. Подол его мантии колышется прямо перед её глазами. Он не подходит ближе, не наклоняется и не опускается на колени, чтобы говорить с ней на одном уровне. − Поднимайся, − отдаёт приказ Сноук. Рей не сделает этого. Она не сдвинется с места. − Сейчас же. Сноук использует принуждение, с лёгкостью прорывающееся сквозь её защиту. Рей опирается на свои онемевшие руки, кое-как приподнимая на колени своё израненное, измученное тело. Выражение лица Сноука неизменно. Его бледное лицо, которое, должно быть, когда-то было красивым, но теперь превратилось в изуродованную маску, сейчас куда выше лица Рей. Она недостойна его внимания. Он пытается решить, стоит ли взращивание такого сорняка, как она, его участия. Рей жалеет, что у неё нет оружия. Больше всего на свете сейчас ей хочется убить его. «Что даётся тебе легче всего, Рей? − однажды спросил у неё Аалто. − Что ты умеешь лучше мастеров?» Сноук поднимает руку. Пальцы гладят её волосы, словно он − добрый родитель, утешающий непослушного ребенка. − Обрети веру, и ты возвысишься с победой. Рей трясёт. «Сражаться», − вот что, не колеблясь, ответила она тогда. Рей закрывает глаза. Прикосновение Сноука к её голове − холодное и неживое. Аалто покачал головой. Рей выпрямляется на коленях, слегка склоняя голову вперёд. Сноук, стоящий над ней, видит в этом мольбу и едва заметно улыбается.

***

Лея хмурится. − Ты хочешь пойти за Сноуком, − произносит она отстранённо. Люк не сводит глаз с Кайло.

***

Впервые с тех пор, как её схватили шесть месяцев назад, Рей слышит шёпот. Её пальцы холодит металл.

***

− Время пришло, − говорит Люк. − Мы должны действовать или потеряем её. Кайло встаёт.

***

Слушай Дантуин, слушай призраков. Рей чувствует, как Сила сплетается вокруг неё, словно паутина, такая же осязаемая. Гляди на звёзды. Одну за другой, одну за другой за другой.

***

− Где? – требовательно спрашивает Кайло. Взгляд Люка устремлён мимо него, куда-то вдаль. За него отвечает Лея, поджав губы и нахмурив брови. − Лехон. Кайло вылетает из комнаты, не сказав больше ни слова.

***

Рей резко вскидывает голову и с удивительной быстротой − Сноук ожидает, рассчитывает, что она достаточно одарена, − вытягивает руку. Два пальца касаются его лба, и Рей призывает Силу. Образы сменяют друг друга слишком быстро, мельтешат несвязными отрывками. Некоторые ей не понятны, но они принадлежат Сноуку, и он не хочет, чтобы она их видела. Дым. Храм. Крики боли, когда огонь опаляет одежду, а затем кожу… Рей не успевает увидеть больше. Пол резко уходит у неё из-под ног, и вот она уже висит в воздухе. Затем Рей летит через весь зал и с силой ударяется спиной о стену, прежде чем упасть. От удара перед глазами темнеет, а воздух покидает лёгкие.

***

Кайло останавливается в коридоре, дыхание сбивается, перед глазами пляшут тёмные пятна. Он прислоняется к стене, стараясь сохранить равновесие.

***

− Отведи её в комнату, − бесстрастно говорит Сноук. Штурмовики поднимают её с пола, куда она рухнула, но Рей не отводит взгляда от Сноука. Он невозмутимо смотрит на неё в ответ. Рей с вызовом поднимает голову, зная, что между ними что-то изменилось. Потому что, когда Рей смотрит на его лицо, покрытое шрамами, глубокими трещинами и узловатыми морщинами… …Теперь она видит ту его часть, что боится её.

***

Его мать следует за ним. − Бен, ты в порядке? Кайло игнорирует её и, вздохнув, проходит вперёд, пока не оказывается у иллюминатора. Он смотрит на бескрайнее небо, в чьих просторах мерцают тысячи звёзд всей Вселенной. И одна из этих звёзд – Лехон. «Это ты? − думает он. – Или ты?»