Что ж ты, фраер, сдал назад

Убью Коляна. Лучший друг, называется… Я устало плюхнулся на жёсткую скамейку. Голову вело, соображалось туго, хотелось спать и есть. Однако настроение, как ни странно, было приподнятое. Оно и не удивительно — это после нескольких то бутылок пива и каких-то таблеток, которые Колян впихнул почти насильно. И как я только в это влип? Окончание сессии решили отметить бурно — пацаны закупились бухлом, едой, и завалились на хату к какому-то однокурснику. Я его знал плохо, зато Колю я знал отлично. Он-то меня туда и потянул. Сам по себе я не люблю шумные тусовки и стараюсь их избегать, но Коля просто жить без них не может, и считает себя ответственным за моё социальное развитие. В общем, пришлось мне переться с ним. Как только мы пришли, Колян сразу кинулся здороваться с какими-то знакомыми. Я же, оставшись в гордом одиночестве, как-то незаметно для самого себя изрядно напился. Дальнейшие воспоминания немного смазались, но я отчётливо помню, как ко мне подходил Коля и пихал в руки что-то маленькое и круглое. Я упирался, но довольно слабо, так что по итогу все равно проглотил таблетку и запил новой порцией пива. Нет, это явно не могло быть что-то серьёзное. Во-первых, Коля, даже будучи вдрызг пьяным, контролировал себя в разы лучше меня и не стал бы принимать что-то жёсткое. И уж тем более, давать это мне. А во-вторых, все же студенты, откуда у студентов деньги на наркоту. И действительно, после таблетки ничего криминального не случилось. Просто появилась ещё большая расслабленность, мир стал чуть контрастнее, а позже вылез ещё один побочный эффект — легкое возбуждение. Так что к побегу от полицейских я был вообще не готов. Да, видимо, кто-то из соседей настучал, и к нам нагрянули. Я, ни разу не бывав в таких передрягах, растерялся, зато Колян точно знал, что делать. Схватив меня за рукав, он бросился бежать, как и остальные студенты. Я еле перебирал заплетающимися ногами, пытаясь успеть за ним. Но вскоре, уже на улице, я понял, что мне как-то резко поплохело, и я вырвал рукав. Коля этого, кажется, не заметил, и пронёсся дальше. Я же, недолго думая, блеванул… на туфли полицейского. В общем, так меня и накрыли. Единственного из всей компании. Но был один плюс — после того, как желудок решил показать всем свой разнообразный внутренний мир, я немного протрезвел, да и состояние в общем улучшилось, так что в участок меня доставили уже в человеческом виде. Ну, почти. Было около двух часов ночи. Сидеть ещё долго. Я особо не боялся, самое худшее, что со мной сделают — закроют на пятнадцать суток, но и то вряд ли. По сути, ничего я такого не сделал. Я стал рассматривать камеру, но ничего интересного, кроме нацарапанных на стенах бранных слов, не нашёл. Зато в коридоре сидел дежурный. Я пригляделся получше. Это был молодой мужчина, не больше тридцати. Чёрные волосы, недавно стриженные. Волевое лицо, сосредоточенное на каких-то бумагах, которые он заполнял. Форма сидела на нем просто как на манекене, обтягивая широкие мускулистые плечи. Жаль, я не мог рассмотреть, что ниже, так как он сидел за столом. Я невольно наклонил голову набок и залюбовался лицом дежурного. Хорош. Очень даже. И как я сразу не заметил? А фигура, просто песня. Стало прорываться наружу забытое во время погони возбуждение. Черт, да, я гей. Я давно это осознал. Друзьям я не признавался, чтобы не выслушивать потом на каждой сходке их «а кого из нас бы ты…». Родителям не говорил тем более. Ну и, учитывая мою замкнутость, партнёров у меня было не много. Вообще-то один, если уж честно. Но никто не мешал мне заглядываться тайком на красавцев из универа и дрочить на гей-порно. Возбуждение, как цветок, распускалось в низу живота. Я продолжал разглядывать дежурного. Как назло, одно из недавно просмотренных видео было про заключённых и их охранника. — Прекрасная сегодня ночь, не правда ли? — я не сразу осознал, что в тишине прозвучал именно мой голос. Дежурный медленно поднял голову и коротко взглянул на меня из-под бровей.  — Великолепнейшая. Он опустил голову обратно к бумагам и, казалось, тут же про меня забыл.  — Меня Максим зовут. А вас? — не унималось мне. Дежурный промолчал. Пьяненького меня это ничуть не смутило.  — Тогда я буду называть вас Товарищ Горячий Полицейский. Можно? Что я только что сказал? Моё самоощущение отразилось на лице дежурного, который снова поднял взгляд и выгнул дугой левую бровь. Он кашлянул и произнес:  — Лучше просто Арсений Игоревич.  — Сенечка! — радостно заулыбался я. Мужчина посмотрел на меня уже угрожающе, и я попытался взять себя в руки.  — Кхм, да, конечно, простите. Арсений Игоревич. Дежурный кинул на меня недобрый взгляд и снова вернулся к бумагам. Меня такое положение дел не устроило. Почему-то мне жутко захотелось, чтобы эти карие глаза смотрели исключительно на меня.  — Поговори со мной. Так скучно здесь сидеть, сладенький. Боже, что я несу? Моё трезвое «я» где-то глубоко внутри сгорало от стыда, но я не обращал на него внимания. Дежурный вздохнул и снова поднял на меня глаза.  — Я тебе что, радио, чтобы тебя развлекать? — холодно произнес он. Однако по голосу было слышно, что он очень устал. Я решил, во что бы то ни стало, развлечь его.  — Конечно, нет, но у тебя такой приятный голос, — мило улыбнулся я. Я что, в открытую флиртую? Не знал, что умею.  — Да ты что? — мужчина сложил руки на груди и устало откинулся на спинку стула.  — Даа, — протянул я, оглядывая его. — Потрясающий… как и ты сам. Я посмотрел в его глаза. В них читалась откровенная насмешка — он развлекался. Конечно, он, наверное, часто выслушивает здесь разный пьяный бред. Но мне было все равно. Я хотел этого шикарного мужчину. Здесь и сейчас.  — Ох, не разделяй нас решётка, я бы… — я отчаянно покачал головой.  — Что — ты бы? — продолжая развлекаться, спросил дежурный. Я резко выдохнул от возбуждения.  — Я бы укусил тебя. А потом долго и нежно вымаливал бы прощение. Улыбка исчезла с лица мужчины, а глаза потемнели. Я не понял, с чего такие перемены. Разозлился? Или..? Я, насколько мог, плавно поднялся и подошёл к толстым прутьям камеры, чтобы лучше видеть его эмоции. Голова закружилась от резких движений, но мне было все равно. Дежурный, не двигаясь, пристально смотрел на меня.  — Ты бы простил? — тихо спросил я. Арсений наклонил голову набок, изучающе оглядывая меня с ног до головы. Потом усмехнулся и снова взялся за ручку.  — Ляг, поспи. К утру отпустит. Я недовольно посмотрел, как он возвращается к бумагам. Стало как-то обидно. Я что, совсем его не заинтересовал?  — Не отпустит, — выдохнул я.  — Значит, не надо было столько пить, — заметил дежурный.  — Тогда бы я не встретил тебя, — широко улыбнулся я. — А этого нельзя было допустить. Арсений усмехнулся, не поднимая головы. Я обиженно прикусил губу. Ничего, мы на этом не остановимся. Я стал упорно смотреть ему в лицо. На личном опыте знал, как это раздражает. Но дежурный долго держался и поднял голову только минут через двадцать. Он снова вздохнул и спросил:  — Ну чего ты хочешь? Я все равно тебя не выпущу до утра. Я мило улыбнулся.  — Хочу прикоснуться к тебе. Дежурный усмехнулся.  — А за пироженкой тебе не сбегать?  — Зачем, ты и так слишком сладкий, — ещё шире улыбнулся я.  — Это на тебя так наркота действует. Подрочишь и успокоишься, — устало произес мужчина, продолжая писать.  — Хочешь посмотреть? — игриво поинтересовался я. Арсений ничего мне не ответил, но лично мне показалось это отличной идеей. Я развернулся, снова сел на лавку и медленно, с характерным звуком расстегнул пуговицу и ширинку на джинсах. Услышав это, дежурный поднял на меня возмущенные глаза, но тут же смущённо опустил и, видимо, решил не обращать на меня внимания. Я же запустил руку в штаны, обхватывая тонкими пальцами возбуждение, и сделал первое движение вверх. Глаза мои не отрывались от полицейского, и фантазия начала рисовать более чем приятные картины. Я сделал движение чуть резче и невольно застонал. Обычно я делаю это молча, но тут невозможно было устоять. Я запрокинул голову, продолжая из-под ресниц наблюдать за мужчиной и плавно двигать рукой. Именно в этот момент он снова поднял глаза. Я пошло улыбнулся ему одним уголком губ и ускорился. Теперь он не мог оторвать взгляд. Я выгнулся в спине и невесомо застонал, почти не издавая звуков. Дежурный прикусил нижнюю губу. Понравилось. Ну конечно. Я смотрел в его потемневшие глаза, представляя, как он подходит ко мне и касается лица горячими ладонями. А затем наклоняется и… Я шумно кончил, застонав, но не отводя взгляда от его глаз. Я видел, что ему нравится. Ох, черт, ну что мешало ему просто подойти ко мне?! Просто прикоснуться? Я долго и мучительно простонал. Этого бравый хранитель закона не выдержал. Чертыхнувшись, он резко поднялся со стула и куда-то ушёл.  — Что ж ты, фраер, сдал назад? — крикнул я ему вслед. — Не по масти я тебе? Ответом мне послужила абсолютная тишина. Я быстро застегнул джинсы. После оргазма мне всегда хотелось спать. Подождав минут пятнадцать, я не выдержал и улегся на скамейку, благо, длина позволяла. И пьяную голову моментально вырубило.