Алый серп и молот

Тёплый майский ветер гулял по светлым улицам, под ненавязчивый шум зеленой листвы. Из окон иногда виднелись люди, вывешивающие чистое белье на металлические нити, а кто-то просто гулял по широким, просторным дорогам. Лёгкий стук каблучков перемешивался со всей этой гармоничной симфонией жизни. Потоки ветерка подхватывали край нежно- молочной ткани сарафана, пробегаясь по коже. Пепельные волосы, которые нечаянно выбились из под косынки, колыхались волнами, иногда падая на глаза. Молодая девушка проходила мимо школы, где доносился торжественный горн, оглушающий улицу огненными мелодиями. По крыльцу стайкой спускались дети в классический костюмах, некоторым они были великоваты, но от этого вид ни чуть не становился хуже. Особенно ярко-алые галстуки. Видно в школе была репетиция, а сейчас детки наконец свободны. Девушка стояла недалёко от ворот, с улыбкой смотря на это. Вид пионеров, их песни, все это грело сердце комсомолки. Она совсем недавно и сама была такой. Замечательное время. Дети проходили мимо, улыбаясь и здороваясь, некоторые задерживались немного поболтать, но вскоре последние из них, помахав на прощание пошли в сторону жилых домов. -И учитесь хорошо! Крикнула она на прощание. Поправив косынку на голове, девушка лёгким шагом направилась дальше, но в какой-то момент её окликнули сзади. -Гражданочка! -А? Та обернулась, заметив нескольких мужчин и женщину средних лет. Повернувшись полностью, улыбнулась -Здравствуйте, товарищи. Я вас слушаю. -Стаун Тина, родная сестра Советского Союза, верно? Спросили они подходя -Да, всё так. Проведя тонкими пальцами по лбу, заправила пряди шелковых волос под ткань, обнажив алый серп и молот у виска. -Это я. Вы что-то хотели? Стаун, так её сокращённо звали друзья и семья, приподняла голову, так как рост девушки не превышал 160 сантиметров. -Хотели у вас спросить, что же у нас делается? Отставать стали, планку снижаете, товарищи. На лице мужчины было легкое недовольство. Скрестив руки на груди, он как будто отчитывал провинившегося октябрёнка, а не взрослую девушку, которая могла свободно пройти в кремль или внести свои предложения в изменения законы страны. Буквально спустя пару слов незнакомца, коммунистка опустила ресницы, тихонько выдохнув. Приподняв уголки губ, она вновь устремила взгляд своих карих глаз на граждан -Послушайте, причин для беспокойства совсем нет. У СССР уже есть продуманный план для решения всех наших проблем. Это просто временные трудности, они бывают у всех. Во время своей речи, девушка немного жестикулировала, придавая своим глазам уверенного блеска. Она старалась этими Искорками передать людям свой энтузиазм, заразить им. Убедить. -Что-то он не спешит со своим планом. Недоверчиво сказала женщина, выйдя из- за спины незнакомца. -Ну не все же сразу. Он ведь не может по щелчку пальцев сделать огромную страну идеальной, так ведь? Несмотря на устремлённые на неё сверлящие взгляды, Стаун держала на лице улыбку, как будто никаких негативных слов в адрес её и её брата не слышит. -Но вы посмотрите на нашу родину! Мы- великая страна! Наша партия делает миллионы людей счастливыми! Мы победили фашистский захватчиков, свергли проклятых буржуев, полетели в космос, развили науку! Столько открытий принадлежит нашему народу! Неужели вы думаете что мы-советский народ, не справимся с небольшой тучкой неудач на нашем ясном небе свободы и процветания? К концу речи революционерки, недовольство с лиц граждан пропало, уголки губ более молодого парня даже поднялись вверх. Наверное вспомнил свои пионерские годы. Переглянувшись, люди, улыбнулись комсомолке. Старший подошёл и похлопал своей ладонью по хрупкому плечу -Ну, если у твоего брата такой же настрой, то боятся нам и вправду нечего. -Конечно нечего! Союз настроен ещё решительней! -Хах, ну хорошо, хорошо. Верим. Развернувшись в пол оборота, горожане неспешным шагом пошли в сторону двора, бросив напоследок -До свидания. -И вам! Хорошего дня! Как только люди скрылись за поворотом, Стаун вздохнула, потерев висок. Отлично, её хорошо подвешенный язык выручил её и в этот раз. На самом-то деле не все было так красиво и хорошо, как она только что рассказывала народу. Союз сутками пропадал на работе, пытаясь как можно быстрее разрешить накопившийся ком проблем. Но думать о плохом ненужно. Немного встрепенувшись, коммунистка как будто отряхнулась от плохих мыслей и вновь вернув на лицо легкую улыбку, застучала каблучками в сторону небольшого автомата с газированной водой. Честно отстояв небольшую очередь, девушка достала из кармашка монетку, и вставив её в шщель, наблюдала за струйкой, наполняющий гранённый стакан. Когда уровень воды стал стабильным, она взяла его в руку и приложила к губам. По горлу побежал ручеёк прохладь, щекоча язык приятным, сладковатым вкусом. Допив все до последней капли, комсомолка вернула стакан на место, пропуская следующего человека. Сладкая газировка явно подняла ей настроение, но в момент её как будто осенило. Окликнув ближайшую женщину, революционерка поинтересовалась, сколько сейчас времени и получив ответ, дала деру в сторону дома. Небольшого, двухэтажного дома с маленьким двориком и палисадником, в котором жила большая, дружная семья. И вскоре взгляду показалось родная крыша, а у калитки знакомая, серая машина. Значит Союз уже дома. Подбежав к забору, Стаун опёрлась о него рукой, тяжело дыша -Хух.. Все же отдышавшись через минуту, другую, зашла внутрь. Тут же у её ног оказались мальчики -Стаун! Стаун! -Стаун! Дети говорили что-то наперебой, пока коммунистка лишь смеялась -Ну тише, тише. РСФСР, УССР, успокойтесь. Я всех обязательно послушаю. -Папа уже обед приготовил! -Тогда почему вы ещё здесь? Ну-ка быстро домой, кушать! Взяв девушку за руки, дети потащили её в сторону дома. Открыв родную дверь, сбросила балетки, поставив их рядом с маленькими туфельками, среди многочисленной мужской обуви. -А вот и блудный попугай вернулся. Усмехнулся высокий мужчина, что стоял у плиты в переднике, завязанным поверх изумрудно-зеленого свитера. -Ага, привет. Стаун прошла на кухню, и встав на носочки ис трудом достав до самого низа щеки, с учетом ещё что совет наклонился, оставила на коже лёгкий поцелуй. -Ты почему сегодня так долго? -Да так, опять народ претензии высказывает. Ну, с пионерами поболтала, воды забежала попить. Ответила комсомолка, нависнув над кастрюлей, разглядывая содержимое. -Так, иди мой руки и бегом за стол. И вы Тоже СССР обернулся на троих мальчишек, стоявших позади. -Хулиганьё. Только БССР расставляла белые тарелки с голубенькими цветами вдоль каёмочки и ложки. Девочка всегда была радостью для отца. Всегда помогала, была опрятна, пример для всех, как и подобает пионеру. По-быстрому помыв руки, страны уселись за стол. -Всем приятного аппетита. -Спасибо, пап. Хором ответили дети, а Стаун немного выбилась, бросив -Спасибо, Союз. Несколько минут, в комнате было относительно тихо, только звон посуды, но тишину прервала комсомолка -Так что вы мне хотели рассказать? И вот после этого разговоры неумолкаемом ещё долгое время. Девушка старалась выслушать каждого, как и СССР. Коммунисть хотели уделить внимание каждому из республик, а они в свою очередь с энтузиазмом делились с отцом и тетей своими детскими историями и проблемами. Но все же поднявшись через пол часа, Союз начал собирать тарелки и составлять их в раковину. -Давай я помою, иди с детьми побудь. Стаун немного подтолкнула брата обратно к столу, а сама встала у раковины, начав мыть тарелки. Мужчина лишь кивнул, отлучившись с младшими в зал. Девушка ненавидела мытьё посуды, но все же больше хотела того, что бы отец провёл время со своими детыми. Он и так постоянно на работе, а республики очень скучают. Да и устает он сильно. Она хотела хоть как-то помочь. В своих раздумьях коммунистка не заметила, как перемыла все тарелки и ложки. Вернув все на место, вытерла руки полотенцем и зашла в гостиную. На диване, в окружении детей сидел Союз, обнимая их и смотря с ними какой-то мультфильм. Улыбнувшись такой картине, комсомолка плюхнулась рядом, стараясь протиснуться к брату поближе. Но в итоге частично лежала на РСФСР. Облегченно вздохнув, тоже уставилась на экран. Заметив положение мелких вокруг боковым зрением единственного глаза, совет улыбнулся, потрепав младшую сестру по волосам. На улице постепенно вечерело, а семья не уходила из зала. Под веселые передачи старого телевизора, они играли, смеялись и веселились, но все же под 10 часов вечера, совет поднялся на ноги -Так, а теперь пора спать. -Ну папа! Ну можно ещё поиграть! -Пап, ну не уходи! Начали конючить республики -И никаких отговорок! Все по койкам! Опустив головы, дети побрели в свою большую, просторную комнату. Улёгшись по местам, начали елозить, принимая самое удобное положение. Мужчина в это время оглядывал своих наследников. Подумав какое-то время, взял в руки книгу и сев на край кровати РСФСР, начал читать Вслух, отчего дети явно повеселели, внимательно вслушиваясь в каждое-каждое слово. Но спустя уже несколько минут, реснички начали опускаться, а детские сознания проваливаться в сон. И вот когда все республики спали, Союз тихо встал. Отложив книгу, подошёл к каждой из четырёх кроватей, поцеловал сыновей и дочь в лоб, а КССР ещё поправив крылья, дабы не свисали с кровати, вышел. -Так, гражданочка, тебя это тоже касается Взяв сестру, что сидела, по прежнему сморя телевизор, пошёл с ней в спальню. Коммунисты спали в одной комнате, в одной кровати, вот собственно там и были революционеры через пару минут. Сняв с себя брюки и свитер, Союз лёг в постель,тяжело выдохнув. -Устал? Стаун, спрятавшись за дверцей шкафа, сменила сарафан на легкую, ночную сорочку, забралась в кровать к брату, устроившись на своей половине. -Угу. Союз снял с правой части лица повязку, обнажив огромный шрам, что шёл примерно от брови до щеки, пересекая глаз и янтарный серп и молот, на фоне алой кожи. Поправив огненные пряди, заправил их назад и вновь опустился на подушки. -Ну что там на работе? -Да ничего нового. Разгребаю круглыми сутками эти бумажки, надо что-то делать с реформами. Ты утром говорила что народ к тебе приставал. Ну вот что им ещё надо? Я им выплачиваю огромные зарплаты, поднимаю пенсии! Они получают в 2 раза больше чем в шестидесятые годы! -Союз, но мы действительно отстаём. -Где мы отстаём? Я развиваю атомную энергетику как никогда раньше, отдаю миллиарды в сельское хозяйство! Ты вообще видела документы о поставке техники в колхозы?! -Ну тише, не буянь. Детей разбудишь. -Я не понимаю, что им ещё надо. Моя пятилетка уже проваливается. Нужна перестройка, реформы. Сейчас коммунисты смотрели друг на друга серьёзно, не как пару часов назад. Сейчас они уже не милые семьянины, а страны, политические деятели. От одних только слов ”перестройка”, внутри Стаун все сжималось. Она не хотела изменений, хотела что бы все оставалось на своих местах. Что бы она могла так же гулять по улицам, петь с пионерами. Но может быть это еще не точно. Да и перестройка же не революция. -Ну тебе в любом случае тебе виднее, но может ещё твоя пятилетка не потеряна? В обсуждениях революционеры провели несколько часов перед сном, уснув поздно, когда луна уже давно возвышалась над горизонтом.