Ты уволена!

Джису слишком поздно последовала совету Лисы. Она не сбежала, пока не назначила с Дженни дату её собственных похорон. Обычно Джису выходила на ура. Она устраивала вечеринки как можно круче, пока не пришло время столкнуться с последствиями своих действий и встретиться с Дженни в её офисе, но корпоративная вечеринка не совсем была вечеринкой по стандартам Джису Ким и она предпочла бы откусить ногу, чем находиться в той же комнате, что и Дженни, когда на то не было необходимости. Вместо этого она вернулась к своему столу и стала размышлять о своей кончине. Она все еще могла сбежать, как сказала Лиса. Теперь она могла выскользнуть из офиса, пока все были на вечеринке, пойти домой, дождаться гневного телефонного звонка, на который она не ответит, говоря, что потеряла работу, удалить голосовую почту, прежде чем она успеет её прослушать и просто больше никогда не приходить в офис. Было бы просто. Ей действительно нечего было собирать. Самым личным, что она хранила на своем столе, была пачка жвачки, которую она теперь жевала как можно быстрее, засовывая одну за другой в ​​рот, пока упаковка не опустела и она выкинула это все вместе с пачкой оберток в мусорное ведро в углу. Теперь у неё здесь ничего не было. Никаких доказательств, которые можно было бы оставить. Все, что было на стороне Джису, было передано ей компанией. Дерьмовый компьютер, вращающийся стул, ящик, полный канцелярских принадлежностей, теперь она подумывала об ограблении. Она уже дала боссу фаллоимитатор, почему бы не украсть блокнот или два стикера? (Бесполезно, поняла она через мгновение. Она даже не использовала стикеры.) Сторона кабинета Чеён была гораздо более личной. Её сумочка лежала на земле, фотография её и Джина была в рамке на столе, записка с именем Чанёля, сердечко вокруг неё и большой красный крестик поверх неё был приклеен к стене. Чеён заботилась об этой работе. Она устроилась поудобнее. У неё здесь что-то происходит, и если Джису это испортит, она никогда себе не простит. Чеён была права. Ей придется столкнуться с Дженни и принять на себя всю тяжесть удара. Она не могла позволить Дженни искать её и рисковать, что Чеён окажется тем, кто отхватит только потому, что Джису не было рядом, чтобы принять плетку. Джису приняла решение, но она все еще не была готова к тому, что Чеён так скоро проскользнет обратно в кабину. — Ты все еще жива? — удивленно спросила Чеён. — Ты убежала, и мы больше тебя не видели. Мы с Лисой делали ставки на то, на каком кладбище Дженни собиралась тебя похоронить. — Забудь про это, она просто выбросит моё тело в мусорный бак. Я еще не разговаривала с ней. Я имею в виду, что говорила, но не так долго, чтобы она сказала мне, чтобы я встретилась с ней в её офисе, когда вечеринка закончится. Я думаю, само собой разумеется, что она открыла свой подарок до того, как я пришла к ней. Чеён громко рухнула на стул, тяжело, как чувствовала себя грудь Джису. Джису подтянулась к краю сиденья. — Что ж, у меня для тебя еще плохие новости, — сказала ей Чеён. — Вечеринка окончена. Джису простонала. — Спасибо, Ченг. Что бы я делала без тебя? — Наверное, подарила бы своему боссу два фаллоимитатора вместо одного. — Ты, наверное, права, — сдалась Джису. — Мне следует отдать ей свой. Я не смогу смотреть на него после этого, не говоря уже о том, чтобы использовать его. Дженни с большей вероятностью что-то с ним сделает, чем я. Образ этого сразу же пронесся в их головах, но Джису прервала эти мысли, прежде чем картина полностью развернулась. Чеён не повезло. — Я не думаю, что она могла бы использовать и то, и другое одновременно, — сказала ей Чеён. — У неё уже есть член в заднице. — Ну, может, она сможет заменить его фаллоимитатором. Звучит более гигиенично. — Да, я уверена, что она зовет тебя в свой офис, чтобы поблагодарить за то, что ты помогла ей с гигиенической точки зрения запихнуть в задницу. — Боже, а что, если она засунет это мне в задницу? — Честно говоря, это, наверное, приятнее, чем то, что она на самом деле собирается с тобой сделать. Джису наклонила голову и, вероятно, в последний раз ударилась ею о стол. Её челюсть нервно стучала. — Хуже всего то, что ты, наверное, права. Меня трахнут. — Опять же, это было бы лучше, чем то, что она на самом деле собирается с тобой сделать. — Ты не помогаешь, Чеён. — Я пыталась помочь тебе две недели назад, когда ты сказала мне, что покупаешь фаллоимитатор для своего босса, — возражала Чеён, придвигая стул к своему столу и запуская свой компьютер. — Но ты меня тогда послушала? Нет. Так почему я должна тебе помогать сейчас? — Потому что ты мой друг? — Я твой друг только потому, что ты богатая и, вероятно, оставишь мне что-нибудь хорошее в своем завещании, — пошутила Чеён. — Кстати, тебе, наверное, следует написать его сейчас. Я возьму все, что у тебя есть, кроме второго фаллоимитатора. Оставь это Джину или что-то в этом роде. Я уверена, что он захочет «запомнить» тебя. — Скажи Джину, чтобы он засунул в задницу дилдо. — Оставь ему свой фаллоимитатор, и он, вероятно, это сделает. Если Джису переживет ночь, ей определенно будут сниться кошмары из-за этого образа. Часть её уже начала приветствовать её неизбежную смерть. — Этот разговор хуже, чем быть убитой Дженни. — Когда это вообще должно произойти? — Слишком рано. Если вечеринка закончилась, мне, наверное, пора идти к ней в офис, но я оттягиваю это. — Это не должно быть так уж плохо, — рассудила Чеён. — Худшее, что она может сделать, — это уволить тебя. Ну, на самом деле, она могла бы обвинить тебя в сексуальных домогательствах, и я бы не стала винить её, если бы она это сделала, потому что у неё определенно есть дело, но я сомневаюсь, что у этой компании достаточно денег, чтобы справиться с судебным процессом против неё, поэтому, если она это сделает, она, вероятно, останется без работы, чего, я уверена, она не хочет, так что, вероятно, худшее, что может случиться, — это то, что она уволит тебя. — Да, ты права. Я предвидела это, так что мне не следует так бояться. — Джису встала и задвинула стул под стол. Было сейчас или никогда. — Лучше уходи, пока она не пришла искать меня. Чеён кивнула, затем встала ей навстречу и обняла Джису. — Удачи. Джису уткнулась головой в плечо Чеён. Её приглушенный голос прозвучал сквозь воротник рубашки. — Спасибо. — Не благодари, ты справишься, но на всякий случай, могу я напечатать твоё завещание, пока тебя не будет? Джису отодвинулась от Чеён с хмурым взглядом. — Ты так себе друг. — Я просто забочусь о тебе. Не хочу оставлять твою маму ни с чем. И между прочим, — зловеще прошептала она. — Если тебя нет в кабинке, пока я это делаю, ты не сможешь меня остановить. Джису отрицательно покачала головой. — А кажется что нет. Оставь Ханбину тот милый кашемировый свитер, который я купила в торговом центре на прошлой неделе. Он будет хорошо в нем выглядеть. Чеён надула губы. — Я хотела его для себя, но не важно. Я просто возьму остаток твоей ванной. — Говоря о подарках, я сказала Дженни, что у меня есть её настоящий подарок, но, э-э, нет. Мыло не пришло вовремя. — Не поможет. — Чеён пожала плечами. — Наверное, не поможет, но попробовать стоит. — Боже, что я могу ей подарить? — Джису запаниковала, обыскивая свой стол в поисках чего-нибудь полезного. Её руки встретились с металлом, и она подняла инструмент в воздух. — Думаешь, она могла бы использовать степлер? — Этот степлер даже не работает, — отметила Чеён. — Конечно нет. — Джису снова бросила его. — Хорошо. — Она собралась, зависая в проходе кабинки. — Забудь о подарке. Мне пора. Убедись, что я великолепно выгляжу на своих похоронах. — Обязательно. Люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. ….................... Офис Дженни было несложно найти, учитывая, что это была самая красивая комната в здании, но это было так. После более чем пары минут блуждания по лабиринту главного офиса и практически заблудившись, Джису оказалась у отдела механиков и спросила Джуна куда идти. Он точно знал, где находится офис Дженни (очевидно, даже у президента не было рабочего оборудования), но все время, пока он давал указания Джису, в его глазах была грусть и сочувствие в голосе, из-за которых Джису чувствовала покровительство, как будто Чеён прилепила бумажку на её спине, когда обнимала её, на которой было написано «идёт мертвая женщина». Это не совсем её успокаивало. Когда она нашла офис Дженни, первое, что она заметила, это то, что дверь была окружена стеклянными окнами, поэтому маловероятно, что Дженни могла убить её без того, чтобы кто-то увидел это снаружи. Второе, что заметила Джису, это то, что кто-то уже был с ней в офисе. Светловолосая женщина с вечеринки сидела в кресле перед столом Дженни, и Дженни не выглядела слишком довольной тем, что она ей говорила. С одной стороны, Джису ценила возможность Дженни подумать перед разговором с ней. С другой стороны, ей не нужно было, чтобы Дженни злилась на что-то еще. Джису едва успела сесть в кресло возле офиса Дженни, как женщина с вечеринки покинула его. На выходе она одарила Джису понимающим взглядом, ухмыльнулась и покачала головой, прежде чем крикнуть ей сзади, посмеиваясь. — Хороший подарок. Жаль, что ты не была моим Тайным Сантой. Женщина ушла до того, как Джису успела спросить её, хотя она не совсем понимала, что она хотела узнать. Она осталась сидеть безмолвно, недоумевая, почему Дженни рассказала этой девушке о её подарке, хотя Джису приложила столько усилий, чтобы помешать ей узнать об этом на вечеринке. Все эти усилия были напрасны, и когда Джису встала со стула и вошла в кабинет Дженни, она была так же разочарована, как и боялась. Она проглотила жевательную резинку, закрывая за собой дверь. Дженни не двинулась из-за стола, но теперь она была занята чем-то на нем, и ей потребовалось мгновение, чтобы заметить, что Джису вошла. Когда она увидела её, её лицо не смягчилось, она хмуро смотрела на женщину, которая была здесь до неё, это был плохой знак. Джису снова сглотнула. Дженни выровнялась. — Садись. Дженни даже не нужно было указывать на стул. Её голос был достаточно властным и страх Джису побудил её выполнить требование как можно быстрее и безболезненно. Она медленно опустилась на сиденье перед столом Дженни, ожидая ловушки или исправления «неправильного стула» с помощью пальца, указывающего на дальний угол комнаты, где нетерпеливо жужжал полнофункциональный электрический стул, ожидая, чтобы зажарить Джису как мотылек, притянутый к лампочке, но все, что она чувствовала, было жаром женщины, которая сидела перед ней. Она неловко поерзала. — Я должна признать, мисс Ким, — начала Дженни. — Это самый оригинальный способ сказать мне «иди трахни себя» из всех, что я слышала от своих сотрудников. Джису не ожидала, что Дженни начнет с шутки, но она знала что лучше не предполагать, что это будет беззаботный разговор, особенно учитывая, что Дженни уже выяснила, как её зовут и кем она была где-то между настоящим моментом и вечеринкой час назад. Она могла шутить, но не шутила, и Джису предпочла бы сразу перейти к делу и как можно скорее закончить эту встречу. Ей не нужна была медицинская школа, чтобы научить её, что быстрее срывать пластырь было безболезненно. — Послушайте, мне правда очень жаль, — извинилась она. — Это было не так. Честно говоря, я сделал вам настоящий подарок, я просто заказала его поздно, а он не прибыл вовремя. Я понятия не имела, что вы президент компании, и я просто хотела повеселиться. Идея с фаллосом была глупой, и мне очень жаль. Я не буду делать это снова. Дженни злобно улыбнулась. — Нет, ты не будешь. — Джису осознала угрозу, когда услышала её, но едва успела осознать, как Дженни снова ожесточилась и сделала глубокий вдох. — Но хочешь верь, хочешь нет, но я рада, что ты проделала этот маленький трюк со мной, а не с кем-то еще. Это судебный процесс, который ждет своего часа. Джису вздохнула. — Это то, что сказала Чеён. — Кто? Джису нервно заикалась, проклиная себя за то, что так произнесла имя Чеён. Она попыталась прикрыться. — Эээ…никто. Моя подруга Чеён. Вы её не знаете. Она здесь не работает или что-то в этом роде. — Хм? — Дженни промурлыкала, взглянув на стопку бумаг на своем столе и приподняв верхний лист для лучшего обзора. — Это не та госпожа Чеён Пак, с которой вы работаете в одной кабинке? — Вы открыли мои файлы. — Джису сглотнула. — Отлично. И нет. Другая Чеён. — Ах да. Моя ошибка, — извинилась Дженни. — Я слышала, что Чеён — очень популярное имя для детей в этом году, особенно среди мужчин. Я должна была знать, что ты из тех, кто болтается с младенцами. У тебя определенно их уровень юмора. — Ха. Хорошо. Дженни не засмеялась. — Скажи мне, Джису. Тебе небезразлична эта работа? — Конечно, — солгала Джису. — Будь честной. — Нет, — признала она, опустив плечи и расслабляясь, насколько могла. — Я буду откровенной с вами. Она безразлична. У моей семьи есть деньги, и, честно говоря, бывать здесь каждый день — пустая трата моего времени. Я собираюсь стать врачом. Работа в офисе меня не волнует. Вся эта работа мне до смерти наскучила и убила мои оценки. Я все еще студент, и у меня нет времени заниматься всем этим и учиться. Так что нет, я не забочусь об этой работе. Вы можете меня уволить, Дженни. Я не собираюсь плакать, устраивать сцены и просить у вас прощения. Я уверена, что есть кто-то, кому эта работа нужна больше, чем мне, и вы должны дать это им. Дженни какое-то время поигрывала ручкой, несколько раз щелкая концом, пока кончик не высунулся, а затем снова исчез за его пластиковыми ножнами. Казалось, она внимательно изучает уровень честности Джису, не ожидая, что она так скоро так открыто расскажет о ситуации. Джису не ожидала следующих слов. — Кто сказал, что я тебя уволю? Она нахмурилась. — Вы не? — Я хотела, — призналась Дженни. — Но кое-кто предложил мне оставить тебя при себе. Джису подавилась комком в горле. — Чеён? — если Чеён рискнула своей работой, чтобы подойти к Дженни на той вечеринке и попросить её отнестись к Джису снисходительно, Джису была ей обязана. Она не могла и мечтать о такой лучшей подруге. — Нет. Или дерьмовой подруге. — Кто тогда? — Это сделала Лиса? Джун? Она была слишком напугана, чтобы упоминать их имена. — Ирэн. — Я понятия не имею, кто это, — призналась Джису. — Ирэн — вице-президент компании. Это женщина, с которой я разговаривала в начале вечеринки, и женщина, которую, я уверена, ты только что видела, выходящей из моего офиса. Тебе повезло, что она добралась до меня раньше тебя, иначе у нас не было бы этого разговора прямо сейчас ты бы уже вышла за дверь. — Ой. — На самом деле это не ответило на вопрос Джису. Она еще не знала кем Ирэн была. Она никогда не встречалась с женщиной, пока не увидела её на вечеринке, и Джису понятия не имела, почему она защищала её перед их боссом. Если только она не была. То, что Джису не уволили, не означало, что то, что с ней происходило, было хорошим делом. Она ненавидела чувство незнания. Ответ Джису прозвучал резче, чем она хотела. — Так у меня еще есть работа или что? — Да, — четко заявила Дженни. — У тебя все еще есть работа. — она говорила медленно, тщательно подбирая слова и избегая взгляда Джису, как будто она не была уверена в том, что собиралась сказать. — Не только это, но я даю тебе повышение. Джису опешила. — Повышение? — Да. Я хочу, чтобы ты была моим личным помощником. — Ваш личный помощник? — Джису засмеялась. — Вы, должно быть, шутите. Что мне делать, приносить вам кофе? Как вы это представляете? Черный, два сахара, держи фаллоимитатор? Дженни не засмеялась. Джису попыталась остановить свой собственный смех. — Это временная должность, — пояснила она. — На следующей неделе у меня деловая встреча с владельцем компании в Нью-Йорке. Мне нужен кто-то, кто поедет со мной. — Эй, эй, — прервала Джису, подняв руки вверх и давая знак Дженни притормозить. — Я знаю, что сказала, что подавать документы — это скучно, но я не имела в виду, чтоб меня поместили в кабинет заседаний с владельцем в Нью-Йорке. Я изучаю медицину, а не бизнес. — Ты не будешь разговаривать с владельцем, — заверила её Дженни. — Я могу справиться с ним одна. Я хочу, чтобы ты разобралась с его сыном. — Я должна обслуживать сына какого-то богатого папы? — с отвращением спросила Джису. — Я не думаю, что ты знаешь, кто я. Я богатая девушка, которая едет в Нью-Йорк на отдых и за ней ухаживают помощники, а не наоборот. Дженни недовольно вздохнула. — На самом деле тебе не нужно никого обслуживать, Джису. Ты должна появиться в качестве моего помощника рядом с владельцем, чтобы у меня был повод взять тебя с собой в поездку, но рядом с его сыном я призываю тебя быть самой собой. — Что это значит? — подозрительно спросила Джису. — Это означает, что Сынри уже много лет пытается забрать WeatherCorp из рук своего отца, и я боюсь, что учитывая то, как выглядят наши счета, Суман наконец позволит ему это сделать. Суман — хороший человек, он хочет как лучше для всех здесь, но Сынри без колебаний уволит всех в этом офисе и уничтожит то, что мы начали с нуля. У меня здесь есть люди, которые зависят от меня в своей работе, и как президент, я не могу допустить этого. Проще говоря, мне нужно, чтобы кто-то сказал Сынри, чтобы он отвалил. Я бы сделала это сама, но мне нравится моя работа. Ирэн собиралась этим заняться, но оказалось, что ей тоже нравится её работа. Ты подходишь. Ты сама сказала, что тебе все равно, что с тобой здесь происходит. И после твоего сегодняшнего небольшого выступления я знаю, что у тебя хватит смелости противостоять авторитету. А поскольку ты все еще учишься, думаю, у тебя сейчас зимние каникулы, правильно? Если уроки не являются для тебя конфликтом в расписании на следующей неделе, что ты скажешь? Ты можешь либо поехать со мной в Нью-Йорк и помочь мне провести эту встречу, либо выйти в эту дверь и потерять работу сейчас. Это твои варианты. Джису не пришлось долго думать. Дженни не давала ей особого выбора, и, если, как она сказала, работа была в опасности, у Джису было больше людей, чем просто Чеён, о которых нужно было беспокоиться. К тому же временное повышение по службе звучало не так уж плохо. — Я получу бесплатную поездку в Нью-Йорк? — спросила она. Дженни нахмурилась. Из всего, что она рассказала Джису, она, конечно, слышала только о бесплатном отпуске. Она уже начала сомневаться в идее Ирэн заменить её Джису, но все же Дженни кивнула. — Не могу упустить это, — просто сказала Джису. — Это звучит намного лучше, чем пойти домой и сказать маме, что меня уволили. Думаю, я в деле. — Хорошо, — сказала Дженни, пытаясь убедить себя, что верит в это. — Я позвоню тебе и сообщу информацию о рейсе, как только я их устрою. — Я не помню, чтобы давала вам свой номер, — поддразнила Джису. Дженни смотрела на нее, пока Джису не вспомнила про бумаги на столе, не вспомнила, что они говорили о ней и Чеён. — Мои документы. Верно. Неважно. Дженни один раз твердо кивнула, но продолжала вести себя тихо. Немногословная женщина была не из тех людей, с которыми Джису обычно любила общаться, особенно когда она даже не находила времени, чтобы посмеяться над своими шутками. Между ними уже было неловко. У Джису было ощущение, что эта поездка в Нью-Йорк с Дженни будет такой же расслабляющей, как посещение тренажерного зала Чанёля с Чеён. Десять минут в офисе Дженни, а Джису уже хотела уйти. Она не знала, как она собиралась терпеть часами сидеть рядом с ней в самолете, а затем, возможно, жить с ней в гостиничном номере черт знает сколько. Она уже боялась этой поездки, и ей нужно было время подумать, разобраться во всем в своей голове. — Что ж, — колебалась Джису. — Мне вернуться к своему столу, или…? — Ты можешь идти домой, Джису, — вздохнула Дженни, поднеся пальцы к виску и взглянув на другие документы Джису. — Я не хочу видеть тебя в этом офисе, пока мы не уедем в Нью-Йорк. И, пожалуйста, не опаздывай в аэропорт. Я умоляю тебя на следующей неделе научиться лучше управлять своим временем, чем ты приходишь на работу в офис. На этот рейс нельзя опоздать на двадцать минут, как ты, кажется, делаешь здесь хотя бы раз в неделю. — Я буду там, — пообещала Джису. — Иногда я могу опаздывать на работу, но я никогда не пропускала рейс в Нью-Йорк. — Ты была раньше? — искренне спросила Дженни. — Много раз. Нью-Йорк не слишком далеко от Вашингтона. Моя семья иногда ездит туда на выходные. — Хорошо, тогда ты можешь показать мне окрестности. — Я думала, что на самом деле я не ваш помощник, — ответила Джису. — Вы сказали, что это просто прикрытие. Дженни впилась в нее взглядом. — Не дави на это. Мне может понадобиться, чтобы ты оказала мне услугу с Сынри, но не забывай, что я даю тебе второй шанс и здесь. Это не убьет тебя, если ты поможешь мне найти нужную дорогу в Нью-Йорке. Я единственная причина, по которой у тебя все еще будет работа в течение следующих двух недель. — Я думала, что Ирэн была причиной того, что у меня все еще будет работа в течение следующих двух недель. Дженни закатила глаза и успокаивающе вздохнула. — Если Суман не уволит тебя на следующей неделе, я сделаю это сама, — пригрозила она, обращаясь больше к себе, чем к Джису. — Хотя, если он не уволит тебя, значит ты не сделала того, что я прошу». — Да, об этом, — вставила Джису. — Что именно вы хотите, чтобы я сделал с Сынри? Я чувствую, что должна сделать предисловие здесь, что я не наемный убийца. Если вы хотите, чтобы он умер, вам придется сделать это самой, и я буду признательна если вы не будете упоминать обо всех кровавых подробностях. — Мне не нужно, чтобы ты убивала его. — заверила Дженни. — Мне просто нужно, чтобы ты его разозлила. Говорить дерьмо о его бизнес-идеях, откапывать грязь о какой-то глупости, которую он совершил в подростковом возрасте, подарить ему фаллоимитатор в качестве новогоднего подарка, мне все равно. Просто делай что требуется, чтобы довести его до истерики перед папой. Я могу использовать все, что поможет мне убедить Сумана, что его сын еще не годен для управления компанией. — Думаю, это можно сделать, — ответила Джису. — Бог знает, что я люблю злить титулованных богатых белых мужчин на руководящих постах. Это никогда не имеет последствий. Дженни не оценила шутку. Она восприняла это более серьезно, чем Джису хотела. — Следствием этого является то, что тебя уволят, что произойдет независимо от того, сделает ли это Суман или я. Если ты не хочешь отправиться в эту поездку, тебе не обязательно. Ты можешь отклонить предложение, но я считаю, что ты наиболее квалифицирована для этой работы — или, скорее, наиболее квалифицирована, чтобы потерять работу. Ты расходный материал, откровенно говоря, и я бы предпочла, чтобы кого-то, кто устраивается на работу и считает, что розыгрыши с секс-игрушками подходят для офиса уволили вместо моего вице-президента, который много работает и много лет работает со мной, но это зависит от тебя, я не могу заставить тебя уйти. Чувство вины. Ой. Это был удар ниже пояса, но он сработал. Джису действительно заслуживала увольнения больше, чем кто-либо другой в офисе, и для нее это не было новостью. Она ждала этого уже несколько недель, с тех пор как впервые спланировала этот дурацкий подарок. Во всяком случае, она была удивлена, что ей дали возможность продержаться еще неделю или две. Чеён назвала бы это Судьбой. Джису не могла отказаться от этого. — Нет, я сделаю это, — серьезно сказала Джису. — Вы правы, и я не хочу, чтобы Сынри уволил кого-нибудь еще. — Как Чеён? В голосе Дженни была резкость, которую Джису не могла точно прочесть. Это было похоже на обвинение или очередную угрозу, но на этот раз Джису не собиралась позволить ей уйти с рук. Она шагнула вперед, обхватила ладонями деревянный край стола Дженни и наклонилась ближе к ней. — Она не имеет к этому никакого отношения, — прошептала Джису. — Этот подарок принадлежал мне. Если ты сделаешь что-нибудь, чтобы причинить боль Чеён… Дженни выглядела лишь слегка удивленной, как будто она не привыкла к тому, чтобы сотрудники противостояли ей, но и не была так напугана, как того хотела Джису. Дженни сохраняла самообладание и говорила честно, обращаясь к Джису, глядя ей прямо в глаза. — Я не буду увольнять Чеён. Она делает свою работу. Она приходит вовремя. У меня нет причин. — Хорошо. Джису попятилась, ослабив хватку на столе Дженни. Она не осознавала, насколько напряжены были её суставы, пока они не заболели. Она протянула руки по бокам, чтобы восстановить кровоток. — Мы закончили здесь, тогда? — Не совсем. Джису приготовилась к новым условиям, мелким шрифтом на контракте о поездке, который заставил бы её сожалеть о своем согласии поехать, но Дженни ничего не сделала, кроме как открыла ящик на своем столе и протянула Джису аккуратно завернутый пакет изнутри. — твой Тайный Санта сказала, что он не может найти тебя на вечеринке. Я сказала им, что отдам тебе это. Джису приняла подарок, как будто это была бомба, и шорох обертки при обмене руками поразил её, как шипение запала. Она ненадолго поискала ярлык, ища что-нибудь, чтобы она знала, что это настоящий подарок, а не какой-то ответный розыгрыш, который Дженни приготовила для нее прямо перед тем, как она пришла в офис, но его не было. Джису не потребовалось много времени, чтобы понять, что она параноик, что Дженни слишком высокого мнения о себе, чтобы опуститься до уровня Джису и начать с ней какую-то шутливую войну, но она не собиралась спрашивать своего босса, от кого подарок. В любом случае, не имело значения, кто это был. Не то чтобы Джису знала этого человека. — Спасибо. — Пожалуйста. Прошла пауза, когда Джису неловко встала перед Дженни, ожидая, когда её уволят или дадут еще один набор инструкций о поездке, но ничего не вышло. Дженни перетасовала бумаги на своем столе, закрыла обложку на лицевой стороне папки Джису и спрятала её в шкаф за собой. Когда она развернулась на стуле, она казалась удивленной, увидев, что Джису все еще стоит там. — Тебе что-то нужно? Ты хочешь вернуть свой фаллоимитатор? Тон Дженни был насмешливым, и Джису даже не потрудилась подшутить над ней. Одним намеренно очевидным закатом глаз она уже выходила за дверь. Воздух был густым, когда Дженни пыталась проглотить некоторые из своих более избранных оскорблений. Она решила: «Попытайся сохранить отношение с Сынри». Джису остановилась у двери, крепко обхватив ручку. Было бы просто щелкнуть запястьем, открыть дверь и уйти, не сказав ни слова, но Джису не из тех, кто откажется от смеха последней. — Не волнуйтесь, у меня этого достаточно, чтобы обойтись. Дженни посмотрела на нее так, будто она это более чем осознавала. Джису закрыла за собой дверь, прежде чем она успела сказать что-нибудь еще. ........................ Она должна была уйти. Дженни уже велела ей идти домой, и не то чтобы у нее было что достать из своей кабинки раньше, чем она сможет, но Джису не собиралась уходить из офиса, не рассказав Чеён о том, что произошло. Только когда она вернулась к своему столу, её ждала не только Чеён. Джун, Ханбин и Лиса тоже были там, втиснутые в кабину вместе, хотя на площади едва хватало места для двоих. Четверка освободила пространство, сжавшись вместе. Джун и Ханбин практически держались за руки, они стояли так близко, и Лиса выглядела так, будто, если бы она не сидела в кресле Джису (у стола Чеён), она бы сидела на коленях у Чеён. — Джису! Джун побежала обнять её, как только заметил, и Ханбин ждал позади него своей очереди обнять её, когда Джун отпустил. Чеён и Лиса не встали, но они оба выглядели так, как будто их души вышли из их тел, и они парили в воздухе на добрых пять футов над их головами. — Ты жива? Джису была так же удивлена, как и Лиса, и осторожно кивнула. — Вроде да. — Это рождественское чудо! — крикнул Джун, и Ханбин был единственным, кто широко улыбнулся его детскому веселью. — Это рождественское чудо, что ты вернулась сейчас, — возразила Чеён. — Ещё бы тридцать секунд и я бы выставила бы всю твою комнату на продажу на Ebay. Мы решили, что твои вещи стоят для нас больше в виде денег, чем материальных ценностей, — объяснила она, когда Джису бросила на нее взгляд. — Мы собирались поделить деньги на четыре части, но думаю, теперь мы все будем бедными. — Чеён резко закрыла вкладку на своем компьютере, и Джису задалась вопросом, действительно ли она начала перечислять вещи в её комнате на Ebay только по памяти. Если кто-то и знал обо всем, чем владеет Джису, так это Чеён и Джису сделала мысленную пометку, чтобы она была той, кто серьезно напишет свое завещание через пятьдесят лет, когда оно ей понадобится. — Посмотри на светлую сторону, — сказал ей Ханбин. — Сейчас мы все зарабатываем больше денег, чем Джису. Расскажи нам, каково это — больше не иметь работы? Все взгляды были прикованы к ней, ожидая рассказа о том, как Дженни кричала на нее и выгнала ее из платежной ведомости, но все, что Джису могла сделать, это пожать плечами. — Не знаю. У меня все еще есть работа. Все молчали, пока Чеён не выплюнул очень громко, очень смущенно — ЧТО???? Джису снова пожала плечами. — Она меня не увольняла. — Иисус! — крикнула Лиса. — Как, черт возьми, ты выбралась из этого, Ким? Что ты там делала, отлизывала ей? — Нет, она хотела, чтобы я использовала фаллоимитатор вместо рта. Челюсть Чеён отвисла, как будто она была оторвана, как нога Лисы, которая чуть не попала в автокатастрофу. Джун и Ханбин выглядели травмированными на всю жизнь. — Это была шутка. Кабина вздохнула с облегчением. Лиса все еще выглядела сбитой с толку, но немного более впечатленной, чем раньше. — Как ты тогда её уговорила, если ты не залезла ей в штаны? Ни в коем случае не является политикой компании увольнять кого-то после того, как они дадут тебе фаллоимитатор. Все выглядели так, словно хотели ответа, так же как и Лиса. Джису не раздумывая сказала им. — Похоже, я так хорошо поработала, чтобы разозлить своего босса, что Дженни хочет, чтобы я поехала с ней в Нью-Йорк на следующей неделе и разозлила предположительно, сына хозяина, он крупный дурак, который хочет захватить компанию и уволить всех, поэтому Дженни хочет, чтобы я унизила его, пока его отец не решит, что никто не будет уважать его, если он возьмет на себя управление. Короче говоря, подарив моему боссу дилдо на Рождество, я получила повышение. Теперь настала очередь всех смотреть, как Чеён хлопнула кулаками по столу. — Я буквально не могу поверить тебе, Джису Ким. Ты единственный человек в мире, который смог сохранить свою работу после розыгрыша своего босса и одновременно получить повышение. Ты шутишь? С каким демоном ты заключила сделку, чтобы иметь такую ​​удачу? — Я думаю, его звали Чарли, — пошутила Джису. — Думаю, его звали Судьба», — поправила Джун. — Мир на твоей стороне, Джису. — Это действительно так, и мне это так надоело, — сказал им Чеён. — Я продам все твои вещи, когда ты уедешь в Нью-Йорк. Тебе это даже не нужно. Ты, вероятно, просто выиграешь в лотерею, пока будешь там, даже не купив билет. — Прошу прощения, — поправила Джису. — Любой может выиграть в лотерею. Со мной случится что-нибудь получше. Меня попросят стать следующей моделью Victoria's Secret или звездой в следующем фильме Брэда Питта или что-то в этом роде. — Ты права, и я ненавижу тебя еще больше за это», — сдалась Чеён. — Надеюсь, ты знаешь, как тебе повезло. — О, я прекрасно понимаю, — заверила её Джису. — Но я не думаю, что это будет так здорово, как вы, ребята, думаете. Да, я получил временное повышение, но меня все равно уволят после того, как поездка закончится. И я должна потратить целую неделю в Нью-Йорке с Дженни. Она примерно такая же веселая, как вы думаете. — Это действительно заставляет меня чувствовать себя немного лучше, — сказала ей Чеён. — Я теперь немного меньше завидую твоей жизни. Спасибо. — Пожалуйста. — Что с подарком? — спросил Ханбин, показывая на подарок рядом с ней. Джису уже забыла об этом. — О, Дженни дала мне его, — рассеянно сказала она. Обычно она занималась подарками, но обычно она также могла давать списки того, что она хотела, людям, прежде чем они что-нибудь ей купили. Это было от незнакомки, которая понятия не имела, что ей нравится, и у Джису были лучшие новости, о которых она могла бы рассказать своим друзьям, чем пара носков с танцующими снеговиками на них. — Дженни была твоим Тайным Сантой? — с любопытством спросил он. — О, нет, я просто сбежала с вечеринки, прежде чем мой Тайный Санта смог найти меня. Он передал это Дженни, чтобы передать мне. — Хорошо, открой его, — потребовал Джун. — В конце концов, это Рождество. И что может быть лучше, чтобы отпраздновать отсутствие увольнения, чем подарки? Лиса пожала плечами, Чеён кивнула, и Ханбин с улыбкой согласился. Джису потакала им, разрывая оберточную бумагу с меньшим энтузиазмом, чем обычно. Она скатала усыпанную снежинками бумагу в шар и бросила его в мусорное ведро, прежде чем по-настоящему взглянуть на подарок в своих руках. — Это… это точно такой же набор мыла, который я заказала для Дженни, только этот человек получил свое по почте вовремя. Рада узнать, что эта идея была оригинальной и теперь у меня их два. Похоже, это пена для ванны для меня. До свидания, душ. — Лучше, чем фаллоимитатор, — предложила Лиса. На этот раз Джису согласилась. Она как бы не хотела больше никогда видеть секс-игрушку. Или, по крайней мере, до тех пор, пока у нее не появится другая девушка. — Ну, в любом случае. Я должна уйти. Я вроде как больше не работаю здесь, в офисе, так что…но я не могла уйти, не сказав вам, ребята, что произошло. — Мы ценим это, — сказал ей Ханбин. — Я буду скучать по тебе. — Чеён надула губы. — Что, если мой новый сосед — отстой? — Он, вероятно, будет, — честно сказала Джису. — Трудно соответствовать моим стандартам. — Эй, — выплюнула Лиса. — Я в порядке и я собираюсь остаться здесь с Чеён. Что ж, по крайней мере, на остаток дня. Я действительно не могу переключаться между отделениями всегда, но я не могу оставить свою подругу одну на день, после того как её лучшую подругу уволили, ладно? — Она закинула руку на плечо Чеён и Джису не могла не заметить, как ужасно слово «подруга» подходит к этому предложению. Чеён наклонилась к её прикосновению. — Спасибо, Лис. Три пары глаз свидетельствовать об их близости — это уже слишком. Чеён покраснела и быстро сняла что-то со стены, кусок бумаги, который она скомкала и бросила в сторону Джису. — Что ты все еще здесь делаешь, Ким? Ты здесь больше не работаешь. Убирайся! — Джису увернулась от снаряда, поймав его, и когда ярко-зеленый листок бумаги развернулся в руке Джису, она поняла, что это была записка с именем Чанёля. Джису оказала своей лучшей подруге услугу и снова свернула его, прежде чем положить в карман. Она выбросит его, когда вернется домой. Чеён это больше не нужно. ..................... — Ты рано дома. Джису не ожидала, что кто-то вернется домой так рано, не говоря уже о том. Донхэ упомянул что-то о поездке к матери на каникулы, прежде чем он вернулся домой и отпраздновал Рождество в тот же день с Дарой, а сама Дара обычно была в больнице в это время дня, в праздничные дни или нет. Люди не перестали травмировать себя только потому, что Санта должен был ворваться в их дома. Увидеть свою маму в гостиной не входило в планы Джису, но было неплохо сесть рядом с ней на диван и расслабиться. Джису с радостью опустилась на подушки. — Я могу сказать то же самое и о тебе. Разве ты не должна быть на работе? — Я сегодня на связи. Разве тебе не нужно быть на работе? — Они отпустили нас домой рано, потому что сейчас рождество. — Джису подкрепила свою ложь правдой. — Плюс, я получила повышение, так что…где пульт? — Ты получила повышение? Дара выглядела удивленной. Джису лишь слегка обиделась. — Ага, — хвасталась она, похлопывая по подушкам вокруг себя. — Президент хочет, чтобы я была её помощником. На следующей неделе мы вылетаем в Нью-Йорк на деловую встречу. — Действительно? — Теперь Дара была более чем удивлена, она была впечатлена. Однако она не упомянула пульт. Очевидно, для нее это было не так важно, как для Джису. — Ты перешла от подачи документов вместе с Чеён на помощь президенту всей компании? — Нет, президент Соединенных Штатов, — невозмутимо ответила Джису. — Донхэ познакомил меня с Обамой. Теперь мы братаны. После этого Дара выглядела немного менее впечатленной. Она закатила глаза и слегка наклонилась, пока Джису продолжала поиски под ее задницей. — Теперь я не знаю, лжешь ли ты мне, чтобы ты могла пропустить работу и поехать в Нью-Йорк на следующей неделе, или я действительно должна поздравить тебя с повышением. — Я получила повышение, — пожала плечами Джису, не сумев найти пульт на маминой стороне дивана. — Не обязательно верить мне, если не хочешь, но это не меняет того факта, что я собираюсь в Нью-Йорк со своим боссом на следующей неделе. — Дара по-прежнему выглядела подозрительно, и Джису позволила бы ей думать о чем угодно, если бы не боялась, что никогда не услышит конца, если бы её мама действительно думала, что она пропускает работу. — Поверь мне, мне жаль, что я не поеду одна. Это точно не будет отпуск. Мой босс — надменная сука. — Как мило с твоей стороны это сказать. — Просто говорю, как есть. Не то чтобы она меня слышала. Я не могу уволиться или что-то в этом роде. — Можно, если она подслушает, как ты так говоришь на работе. — Она не будет. Я ухожу через неделю. — Ты уходишь? — спросила Дара, еще более удивленная. — Ты не можешь, ты только что получила повышение. Джису пожала плечами. Ложь легко слетела с её губ. — Мне нужно сосредоточиться. Ты помнишь, как тяжело учиться в медицинской школе. Я не хочу пропускать занятия только потому, что у меня нет времени на учебу. — Ты уверена, что хочешь это сделать? — спросила Дара. — Ты только что получила повышение. Ты действительно собираешься выбросить это? — Дело не в продвижении по службе, — рассудила Джису. — Я не хочу свергать своего босса и брать на себя управление компанией или что-то в этом роде. Нет смысла подниматься по карьерной лестнице в бизнесе, когда я пытаюсь получить свою медицинскую лицензию. Я хочу быть хирургом, а не хирургом — предпринимателем. Дара вздохнула, но Джису была права, и она знала это, даже если она не знала точно всех деталей ситуации. — Хорошо. Я не могу тебя остановить. Если ты действительно хочешь выйти из игры на пике карьеры, это твое дело. Я горжусь тобой за то, что ты делаешь всё так хорошо. — Спасибо, мама. — Джису вздохнула. Она отказалась от поиска пульта несколько минут назад. — Очевидно, мне не положено смотреть телевизор, поэтому я пойду паковать вещи. — Когда она встала с дивана, Джису сразу увидела пульт. Это было в одном месте, на которое она не смотрела. Под её собственной задницей. Ну что ж. Пульт победил, и она была слишком расстроена им, чтобы захотеть его сейчас. Она позволила этому случиться и снова вытянула ноги. — Когда ты уезжаешь? — Я точно не знаю. Я скажу тебе, когда мой босс позвонит мне и расскажет подробности. — Ну, как долго ты собираешься отсутствовать? — Я точно не знаю. Я скажу тебе, когда мой босс позвонит мне и расскажет подробности. — Ты выглядишь очень подготовленной. — Я разберусь. — Я очень на это надеюсь, — сказала Дара. — Говоря о подготовке, я надеюсь, что тебе не понадобилась вторая посылка, о которой ты говорила. На днях Донхэ открыл её и положил в ванную. Я забыла тебе об этом рассказать. Это действительно было мыло, Слава Богу. Отлично. Именно это и хотела услышать Джису. В конце концов, она могла бы дать Дженни мыло для ванны. Однако, оглядываясь назад, они, вероятно, не сильно помогли бы. Ситуация не могла быть намного лучше, чем есть. — Спасибо, что сказала мне. — Её тон был лишь слегка саркастическим. — Мне очень жаль. Тебе придется винить в этом Донхэ, — извинилась она. — Подожди, пока все мои друзья в медицинской школе услышат историю о том, как мне пришлось лично накричать на одного из сенаторов нашей великой страны за то, что он прикоснулся к моему мылу для ванны. В следующий раз скажи ему, что ему не разрешено обыскивать мои вещи, если у него нет ордера. — Я обязательно заставлю его перечитать четвертую поправку, когда он вернется домой, — пообещал Дара. — Почему ты не поехала с ним снова? Разве не пора встретить его маму? — У меня была работа, — рассудила Дара, и Джису быстро вспомнила, как она получила способность лгать от отца. — Ты сидишь на диване. — Я на связи. Джису обвиняюще приподняла брови. Дара вздохнула. — Я просто не готова. Мы еще не на этом этапе. — Мама, он живет с нами. Ты не можешь познакомиться с его семьей? — Когда-нибудь, — говорит она. — Просто он сам не всегда ладит со своей мамой, и я не хочу оставлять тебя здесь одну, и… — И ты боишься, что он попросит тебя выйти за него замуж, если вы перешли на более серьезный уровень. Дара бросил на нее взгляд, который сказал Джису, что с ней все в порядке и что она действует на нервы. — Было бы так плохо? — она толкнула. — Я не так близка с Донхэ, но он хороший парень. Он заботится о тебе. К тому же, он, вероятно, когда-нибудь будет баллотироваться в президенты, и я не могу жить с ним в Белом доме, если я не его официальная падчерица. — Дара не оценила её попытку юмора, поэтому Джису смягчила голос, взяв более серьезный тон. — Папа не будет возражать, ты знаешь. Он хотел бы, чтобы ты была счастлива. Есть люди похуже, которыми ты можешь заменить его, чем Донхэ. — Я не хочу его заменять, — быстро сказала Дара, подсознательно схватившись за обручальное кольцо на своем пальце. Она отказалась снимать его даже после аварии, даже после того, как начала встречаться с Донхэ. Когда они встретились, он сначала не подошел к ней из-за этого. Он предполагал, что она уже замужем, и Дара сделала это намеренно. Она не хотела встречаться долгое время после смерти Сынхёна, и Донхэ была первым исключением. Ему было приятно, что она не сняла кольцо после того, как они об этом заговорили. Он понял. Он сохранил все, что мог, от отца после его смерти, когда он был мальчиком. Двое из них были связаны из-за потери близких. Джису все это было до тошноты сладко. У нее болели зубы от одной мысли об этом, и не потому, что она скрипела ими от гнева, как в первый раз, когда она узнала, что её мать снова встречается. — Я знаю, — утешила она. — Но двигаться дальше — это нормально. Папа не хотел бы, чтобы ты вечно жила прошлым. — Я знаю, Джису. — Голос Дары был мягким, расстроенным, и Джису стало немного не по себе из-за того, что она подняла этот вопрос. Однако это было то, что её матери нужно было услышать. Она не пожалела об этом. — Может быть, вы двое сможете поговорить о поездке к его семье, пока я буду в Нью-Йорке, — предложила она. — Тогда у тебя не будет оправдания, что ты не хочешь оставлять меня здесь одну. — Может, и так, — согласилась Дара, взяв пульт и включив телевизор. — Может быть, мы поговорим.