Ты это ты

Всё, о чём Рюджин может думать — это просьба Черён, поэтому она старается занять себя какими-нибудь делами, чтобы перестать. Она уже начинает жалеть, что вообще согласилась на всё это. Серьёзно, о чём я только думала? Йеджи всё ещё болеет, так что Рюджин не с чем помогать Черён, и та к ней не подходит. Хотя возможно, причиной является то, что Рюджин её избегает. В школе это было довольно проблематично, учитывая то, что Черён буквально сидит перед ней, однако наступило воскресенье, в которое они вообще не должны бы пересекаться. Но Черён всё равно ей пишет, предлагая встретиться в каком-то кафе. Рюджин решает, что она всё равно бы целый день мучала себя размышлениями, ведь дел, которыми можно было бы отвлечься, не так много, поэтому соглашается, надеясь, что это как-то решит проблему. Рюджин подходит к кафе и оглядывает его. Над дверью весит большая вывеска с названием, да и само помещение не маленьких размеров. Рюджин заходит и её охватывает приятный запах выпечки и кофе, который так и хочется вдохнуть поглубже. Но Рюджин не делает этого, проходя дальше. Она оглядывается, стараясь найти среди одинаковых тёмных голов высокий хвост из красных волос. Однако сегодня Черён предпочла заменить его распущенными волосами, поэтому Рюджин чуть не проходит мимо неё – Привет, – Черён ждёт её за столиком с двумя стаканчиками какого-то кофе. – Привет, – Рюджин садится напротив. Ей начинает становится жарко, так что она снимает куртку. – Я решила и тебе заказать, ты любишь латте? – Черён пододвигает к ней один из стаканчиков. – О, не стоило, – Рюджин чувствует жар всё больше и больше. Она действительно любит латте, но то, что Черён заплатила, очень её напрягает. – Всё в порядке, – Черён улыбается и отпивает из своего стакана, – Это же я тебя пригласила. Рюджин обхватывает стаканчик руками, решая не прекратить попытки отказаться, чтобы не сделать всё ещё более неловким, и начинает вертеть его, увлечённо наблюдая за тем, как кофе шатается внутри, но отпить не решается, будто как только она это сделает, Черён скажет, что передумала – …передумала? – спрашивает Черён, наклоняя голову в бок. – Что? – Рюджин резко поднимает голову, смотря прямо Черён в глаза и переставая крутить стакан, так что кофе в нём почти выходит за края, но тут же отводит взгляд. – Ты не передумала помочь мне с Йеджи? – Черён повторяет и вновь отпивает из стакана. – Нет, – Рюджин заправляет прядь за ухо и оглядывается: в кафе заняты почти все столики. Она также подмечает обилие людей конкретно вокруг их столика. Стараясь говорить негромко, она смотрит на Черён, – Ты хочешь поговорить об этом прямо здесь? Черён непонимающе смотрит на неё и осматривается, пытаясь понять, что не так. Но, конечно, она не замечает ничего необычного или странного. – Тебе не нравится это место? – спрашивает она, поворачиваясь обратно к Рюджин. – Нет, просто тут… – Рюджин не знает, как объяснить своё поведение. Она думает о том, чтобы сказать правду: «Тут слишком много людей, которые могут услышать, о чём мы говорим», но ей почему-то кажется, что Черён не поймёт, о чём она, а объяснять ей всё не очень хочется. Пока Рюджин ищет оправдания, Черён обеспокоенно смотрит на неё, всё ещё не понимая, что не так, – Мм, просто… – тут взгляд Рюджин падает на стаканчик, и она произносит первое, что приходит ей в голову, – На улице кофе быстрее остынет. Черён всё ещё непонимающе на неё смотрит, пока Рюджин думает, что это самое отвратительное оправдание, которое вообще можно было придумать. Чем дольше Черён молчит, тем больше Рюджин хочется исчезнуть или вернуться в прошлое и отказаться от встречи или хотя бы сделать так, чтобы ей не было так жарко, а глаза перестали видеть везде взгляды, направленные на неё. – Мы можем выйти, если хочешь, – Черён продолжает смотреть на Рюджин странным взглядом, пока она думает о том, чтобы сбежать отсюда, но это, очевидно, сделает всё ещё хуже, поэтому Рюджин просто соглашается: – Да, было бы неплохо, – голос звучит выше, а руки начинают крутить кружку быстрее без её ведома, пока она старается не смотреть на людей вокруг неё, в особенности на Черён, что довольно сложно, учитывая то, что они находятся посреди заполненного кафе, а Черён сидит прямо перед ней на расстоянии вытянутой руки. – Тут рядом есть парк, – Черён говорит это с повышающейся интонацией, видимо, предлагая пойти туда. – Да, давай пойдём туда, – Рюджин встаёт так резко, что Черён вздрагивает, – Извини, – она накидывает куртку, пока Черён тоже встаёт и, взяв свой стакан, ждёт её. Рюджин уже собирается уходить, когда Черён напоминает ей о кофе. Ойкая, она забирает его и выходит за пределы душного места, вдыхая прохладный осенний воздух. Черён выходит за ней и указывает в сторону: – Нам туда. Рюджин просто кивает, желая поскорее удалится из беспокоящего её места. По мере того, как они подходят к парку, её волнение проходит, но вместо него приходит осознание того, как странно всё выглядит для Черён, которая постоянно бросает на неё косые взгляды, пытаясь понять, что только что произошло. Рюджин не знает, как теперь ей выходить из этой ситуации, и пока она думает об этом, они успевают дойти до парка. Рюджин выходит из своих мыслей и мысленно охает: деревья наконец начали менять свой окрас и укрывать разноцветными листьями землю под ними. Им в лицо дует пока приятный ветерок, хотя, вероятнее всего, уже совсем скоро он превратиться в раздражающе сильный. От него с каждого дерева отрывается по нескольку листочков, которые падают на их пути. – Тут так красиво, – говорит Рюджин, не задумываясь о том напряжении, которое только что было между ней и Черён. – Да, осень наконец наступила, – Черён, похоже, тоже решает не зацикливать внимание на недавних событиях и блаженно оглядывает территорию парка, наполненную атмосферой начинающейся золотой осени. Она задумчиво наклоняет голову, – В этот раз позже, чем обычно. Они идут по широкой дорожке, шурша немногочисленными листьями, валяющимися под ногами, и Рюджин начинает замечать, что тут нет ни души. Это её немного настораживает. – Почему тут нет людей? – спрашивает она, хмуро оглядывая пустующие дорожки. – Воскресенье, – Черён пожимает плечами, но заметив, что Рюджин всё ещё не понимает, поясняет, – Все уехали в более интересные места, это всё же окраина города, тут нечего делать. Рюджин в голову приходит мысль, что Черён догадалась о том, что её смущали люди в кафе, поэтому привела сюда, но она тут же отбрасывает это, думая, что в этом случае та не бросала бы на неё странные взгляды по пути сюда. Наконец они видят скамейку, расположенную под огромным деревом, и решают присесть на неё. Длинные куртки спасают их от холода металла, из которого она сделана, а также играют роль подушки, делая сидение более комфортным. Несколько минут они молча наслаждаются красотой осеннего пейзажа и пруда, находящегося прямо напротив скамейки. Солнце светит прямо на них, из-за чего хочется заснуть, а тёплые куртки создают ощущение одеяла, что ни капли не помогает. Рюджин знает, что Черён когда-нибудь повернётся, она лишь надеется, что та не станет задавать вопросы о её странном поведении в кафе, а продолжит тему, ради которой и происходит вся эта нелепая встреча, но волнение всё равно окутывает Рюджин своим горячим пузырём. Ей остаётся только надеяться, что напряжение не заполняет воздух вокруг неё каждый раз, когда она его чувствует. Рюджин уверена в том, что такого не может быть, но в последнее время ей кажется, будто все точно знают, когда она беспокоится о чём-то, и, честно говоря, это напрягает ещё сильнее. Черён поворачивается к ней, щурясь из-за солнца, светящего ей прямо в глаза. Рюджин тоже поворачивается. Она замечает, как волосы Черён блестят и становятся рыжими на солнце, а глаза отдают мёдом. Черён укутывается в свой-светло розовый шарф поглубже и ёрзает. Тогда Рюджин осознаёт, что не только она нервничает из-за этой встречи. Это немного успокаивает её учащённое сердцебиение. – Ты точно не передумала? – уточняет Черён, – Просто мне кажется, что это так, – она поворачивается к пруду, смотря вниз и шурша листьями одной ногой. – Нет, я не передумала, – Рюджин машет рукой, – Извини за это, – странно, но волнение, которое Рюджин испытывала, думая о разговоре про ситуацию в кафе, было гораздо больше, чем когда этот разговор действительно настал. – Не нужно извиняться за это, – Черён вновь поворачивается и улыбается. Рюджин тоже улыбается ей, однако Черён понимает, что улыбка не искренняя, и это расстраивает её. – Я просто не особо много раз помогала кому-то в таких ситуациях, – Рюджин оборачивается на пруд и заправляет выпавшую из низкого хвоста прядь за ухо. – Сколько? – Ни разу, – Рюджин поворачивается назад, смотря прямо в глаза Черён. Через секунду они начинают смеяться. Когда смех проходит, Рюджин говорит, смотря на дерево сверху них и пожимая плечами, – Поэтому я и сказала, что сама не знаю, почему Юна посоветовала меня. Черён наблюдает за тем, как Рюджин увлечённо разглядывает осенние листья огромного дуба. – Я тоже, – Рюджин поворачивается к ней и вопросительно мычит, – Ни разу не помогала никому, да и себе тоже. Не знаю, нужна ли вообще помощь или надо плыть по течению, просто... Так я чувствую себя лучше, наверное, – Черён разглядывает свои ботинки, пока говорит. Между ними воцаряется молчание, которое она нарушает, поднимая голову и смотря на Рюджин, – Я и сама думаю, что ты подходишь. – Почему же? – Если бы это была Юна или Лиа, они бы, вероятнее всего, наталкивали меня на активные действия или ставили в неловкие ситуации, если ты понимаешь о чём я, – она поднимает брови и с улыбкой смотрит на Рюджин, которая, кивая, отвечает тем же, а потом продолжает, – А ты... просто создаёшь ощущение какого-то спокойствия, да и мы с тобой пока не знакомы близко. Рюджин внутренне усмехается при слове «спокойствие», но следующие слова её не мало удивляют. Нет, она и до этого знала, что они с Черён не близки, и удивляет её не это. Её удивляет то, что Черён говорит «пока». Она говорит это так легко, но это действительно заставляет Рюджин чувствовать себя лучше. Она улыбается своим мыслям, что не остаётся незамеченным Черён, которая рада тому, что Рюджин улыбается, и не важно, что заставило её это сделать. Ощущая воодушевление, Рюджин начинает: – Так что, ты собираешься пригласить её куда-нибудь? – Что? – Черён не понимает. Тут Рюджин вспоминает, что они разговаривали немного о другом до этого, поэтому поясняет: – Йеджи. – А, – Черён смущённо поправляет волосы, – Я пока не знаю. Просто я вообще ничего о ней не знаю. Кроме того, что теоретически могу ей понравится. – Мм, – Рюджин старается не думать о том, что ей тоже следовало бы подумать о таких вещах, когда Юна уехала, и она влюбилась в одну из своих одноклассниц. Вместо этого Рюджин размышляет о том, чем может помочь Черён, – Тебе, наверное, сначала стоит сблизиться с ней, – Черён кивает, внимательно слушая её, – Только так, чтобы это было не совсем дружески. Теперь Черён не кивает, а непонимающе смотрит: – Это как? – Если честно... Я и сама не знаю, – Рюджин пожимает плечами, – Наверное стоит найти что-нибудь общее между вами и отталкиваться от этого. Просто если вы станете друзьями, будет сложнее потом всё перевернуть. Не надо прямо об этом говорить, но иметь в виду. Черён медленно кивает, но Рюджин видит в её глазах непонимание. – Давай просто попытаемся найти что-то общее между вами, – она сдаётся в кривых попытках что-то объяснить, когда сама не понимает, что именно хочет сказать, и начинает перечислять факты, которые узнала о Йеджи за недолгий период их знакомства. В итоге через несколько часов посиделок им всё же удаётся найти хоть что-то, что нравится одновременно Йеджи и Черён, это оказываются пончики. Зато, неожиданно, между Черён и Рюджин оказывается много общего. Во время разговора они постоянно отвлекались и уходили от темы, из-за чего всё это затянулось на такое долгое время. Кажется, что у них одинаковые вкусы абсолютно во всём, что сильно удивляет обеих. Рюджин предлагает Черён на следующей совместной встрече, когда Йеджи и Юна выздоровеют, предложить пойти в любимое кафе Йеджи с пончиками, на что Черён соглашается, и они, решив не отсиживать себе ноги больше, чем уже это сделали, встают и направляются к выходу из парка. По пути Черён спрашивает: – Кстати, ты следуешь моему совету? Рюджин не то что не совсем, она вообще не понимает, о чём говорит Черён. – В смысле? – Ну, помнишь, я сказала тебе развивать мышцы? Рюджин кивает, но тут же качает головой, что заставляет Черён засмеяться. – Я помню, но нет, пока не следовала. – Планируешь начать? – Черён дразняще улыбается. – Да, я собиралась, просто... – Рюджин секунду думает о том, чтобы соврать, и говорит правду, – забыла об этом, извини. – Что ты, я просто шучу, – Черён смеётся, – Но я буду с нетерпением ждать, когда ты приступишь. Они продолжают идти к выходу, говоря о чём-то, что заставляет обеих не прекращать смеяться. А может им не важна тема, и они смеются просто так, кто знает. На выходе Рюджин и Черён приходится разойтись, но улыбки на их лицах не исчезают ещё долгое время. Йеджи и Юна приходят в школу уже в понедельник, на следующий день после встречи Рюджин и Черён. Юна накидывается на первую в объятиях, рассказывая, как плохо было болеть и как скучно было сидеть одной в четырёх стенах без возможности встать с кровати. Рюджин заботливо напоминает ей, что она сама навлекла на себя беду, гуляя по холоду без шарфа, на что Юна притворно обижается. После окончания уроков вся их компания встречается на выходе из школы и размышляет, куда им пойти, чтобы отпраздновать выздоровление Йеджи и Юны, а заодно прогуляться. Тут-то и выходит идеальный момент для Черён, чтобы предложить пойти в любимое кафе Йеджи с пончиками. Но, кажется, она то ли не помнит об этом, то ли нервничает, поэтому Рюджин незаметно толкает её локтем в бок и многозначительно смотрит сначала Черён в глаза, а затем на Йеджи. – Может, сходим за пончиками? – всё-таки предлагает Черён, – Тут рядом есть место, где их можно купить, называется ***. Конечно, Йеджи выступает всеми руками и ногами за эту идею, а когда они наконец выдвигаются, получив всеобщее согласие, Рюджин ухмыляется Черён, поднимая брови, на что та лишь стукает её в плечо, закрывая смущённое лицо волосами. Всё проходит идеально по плану: Черён садится напротив Йеджи заказывает тот пончик, который та особенно любит, что заставляет саму Йеджи заказать его тоже из-за воспоминания о потрясающем вкусе. После этого между ними завязывается разговор: сначала о пончиках, а потом на отвлечённые темы, пока Рюджин умудряется следить за их взаимодействиями и как-то участвовать в беседе с Лией и Юной. Когда они выходят и прощаются, Черён улыбается Рюджин и шепчет спасибо одними губами, после чего убегает по своим делам, не забыв со всеми попрощаться. Во вторник Рюджин решает спросить Черён о том, может ли она снова прийти в студию раньше, когда Юна выходит из класса, чтобы поздороваться с одной из своих знакомых. На это Черён лишь возмущённо на неё смотрит: – Почему ты вообще спрашиваешь? – Рюджин уже хочет извиниться и закрыться учебником или тоже выйти, чтобы пережить то, что она задала ужасный вопрос, как Черён говорит, – Конечно приходи. И не спрашивай больше про это. Рюджин удивляется, но то, что ей не придётся вновь избегать Черён из-за глупого вопроса не может не радовать. В этот раз сестра Черён, Чеён, тоже приходит до начала занятия, поэтому они танцуют вместе. Но как только Чеён выходит по какому-то делу, Черён прекращает двигаться и подходит к Рюджин. Рюджин смотрит на неё сверху вниз, ожидая того, что она собирается ей сказать. – Что дальше? Рюджин непонимающе хмурится: – В смысле? – Я про Йеджи, – Черён оглядывается, проверяя не пришла ли уже Чеён, и садится рядом с Рюджин, внимательно смотря на неё. – Чеён об этом не знает? – удивляется Рюджин. Ей казалось, что между сёстрами довольно тёплые отношения, и если Черён рассказала ей об этом, то и Чеён знает. – Нет, я ей не говорила, – Черён расплетает хвост, так как он до сих пор держался только на каком-то чуде, и массирует голову, прикрывая глаза от расслабления. Потом она снова выпрямляется и неуверенно говорит, – Я вообще никому, кроме тебя, не сказала. – А как же Юна? – Юна, – Черён задумчиво поднимает взгляд на потолок и надевает резинку, как браслет, – Юне я не говорила имя. Рюджин начинает вспоминать то, как Черён просила её о помощи. С удивлением, она понимает, что Черён сразу сказала ей имя. Любопытство слишком сильное, чтобы его игнорировать, поэтому Рюджин спрашивает: – Тогда почему мне ты сразу сказала имя? Черён перестаёт разглядывать потолок и медленно выпрямляется. Она хмурится, задумываясь о причине, а затем поворачивается к Рюджин с улыбкой и, приподнимая одно плечо, произносит: – Не знаю, – её волосы распушились из-за того, что она весь день ходила с высоким хвостом, и они запомнили форму. Но почему-то это всё равно выглядит красиво. Они смотрят друг на друга пару секунд. Черён при этом продолжает улыбаться, в то время как Рюджин просто наблюдает. В этот момент входит Чеён. – Устала? – спрашивает она, закрывая дверь. Черён тут же оборачивается и начинает подниматься. – Нет, просто переплетаю хвост, – она наклоняется вперёд так, чтобы все её волосы свисали вниз, и завязывает их в привычную причёску. Рюджин кажется, что это странно, но хвост получается идеальным. Она бы потратила полчаса утром перед зеркалом, чтобы сделать такой же. Возможно, это вина её коротких волос, но Рюджин знает, что их можно заплести в хвост, ведь Юна не раз делала это для неё. Размышляя об этом, она решает, что это какая-то супер-способность девушек с длинными волосами. Музыка включается, и Черён с Чеён начинают танцевать. Тут-то Рюджин и понимает, что они с Черён отошли от темы, и принимает решение подумать над её вопросом пока будет смотреть, как они танцуют. Когда до занятия остаётся пять минут, и они начинают выходить из класса, Рюджин придерживает Черён за локоть, чтобы она осталась. Черён оборачивается и смотрит на руку, а затем и на саму Рюджин. – Насчёт того, о чём ты спросила, – Рюджин тут же отпускает локоть Черён и складывает руки в замок, начиная мять пальцы и кусаять губы, пока Черён говорит Чеён не ждать их, закрывает дверь и поворачивается к ней. – Ты что-то придумала? – Не совсем, – Рюджин вспоминает свои мысли. Она подумала, что Черён надо продолжать чуть более активно общаться с Йеджи, чтобы не потерять связь. Не важно как: помочь с танцем или сказать, что у неё хорошо получается, главное делать что-то. Рюджин рассказывает об этом Черён, которая внимательно слушает и кивает, соглашаясь. То, что Рюджин действительно удивляет, так это способности Юны к танцам. Раньше она не видела, как та танцует с серьёзными намерениями. Во время небольшого перерыва, Рюджин подходит к Юне и спрашивает: – Как давно ты занимаешься? – она могла бы определить это по тому, со сколькими людьми Юна хорошо знакома, но, как и ожидалась, этими людьми оказываются все. – Недолго, я начала только после того, как познакомилась с Черён, – Юна пожимает плечами. Рюджин пытается вспомнить хоть одно упоминание о том, что Юна занималась танцами когда-то в детстве или пока они находились в разных городах, но ничего не находит. – Что ж, у тебя хорошо получается, – задумчиво и удивлённо говорит Рюджин. – Да, но это не важно, я хочу тебя с кое-кем познакомить, – Юна вытаскивает какую-то девушку из-за спины. Как она вообще её увидела – Рюджин могла бы поразмышлять над этим, но она знает, что это бессмысленно. В девушке она узнаёт Чимин, с которой познакомилась неделю назад. – О, мы уже знакомы, – говорит Рюджин и здоровается. Юна в это время удивлённо смотрит на обоих. – Знакомы?! – она переводит взгляд с одной на другую и останавливается на Рюджин, – Как так получилось? – Ну, я подошла и сказала "Привет, как тебя зовут?" или что-то такое, – Рюджин наглядно демонстрирует, как она подошла, что смешит Чимин, и смотрит на Юну, – Не думала, что ты не знаешь, как это делается. Юна секунду смотрит на неё, а потом тоже начинает смеяться. Успокоившись, она хлопает Рюджин по плечу и произносит: – Что ж, тогда ты молодец, – она снова смотрит на Чимин, а потом отдаляется от Рюджин, – И раз вы знакомы, мы должны куда-нибудь сходить вместе. Рюджин начинает слышать стуки сердца в ушах и ощущать жар. С Чимин она показала себя довольно общительной, ведь подумала, что это будет хорошим опытом, так что если она откажется, это будет странно. Пока Чимин соглашается, и Юна начинает предлагать ей варианты того, куда можно пойти, Рюджин обдумывает её предложение и решает согласится. Что ж, видимо Чимин станет той, на которой она будет пробовать то, что не сделала бы с другим малознакомым человеком. *** Черён продолжает общаться с Йеджи каждый день, а Рюджин, Юна и Чимин решают пойти в одно из мест, которые предложила Юна. Рюджин холодно, и она кутается поглубже в шарф. Она старается участвовать в разговоре, чтобы внезапно не начать чувствовать себя лишней, хотя это довольно сложно. Юна и Чимин ведут себя уверенно, и Рюджин подозревает, что они уже выбирались куда-то вместе, когда она ещё не ходила в студию. Хотя это вполне можно списать на общительную натуру Юны. Жёлтый лист клёна летит прямо Рюджин в лицо, и она ловит его розоватыми от холода руками. Это нагоняет её на воспоминания о том, как они с Черён в прошлое воскресенье сидели на скамейке, наслаждаясь солнцем и падающими листьями. Золотая осень сейчас в самом разгаре, и Рюджин представляет как здорово было бы снова пойти в тот парк, ведь он наверняка теперь покрыт ещё большим количеством листьев. Она думает об этом когда гуляет, и когда приходит домой, и даже когда ложится спать. На следующий день Рюджин сдаётся и подходит к Черён. Завтра как раз воскресенье, поэтому, избегая смотреть в глаза и теребя пальцами, Рюджин спрашивает её: – Может, ты хочешь снова пойти в тот парк завтра? Там, должно быть, очень красиво. – Почему бы и нет, – легко отвечает Черён и улыбается. Рюджин поднимает взгляд и, замечая улыбку, отвечает тем же. – А что с Йеджи? – Рюджин спрашивает тихо, ведь они стоят посреди оживлённого коридора школы, и начинает двигаться в сторону их класса. Ей удалось выловить Черён как раз тогда, когда та закончила разговор с Йеджи, поэтому теперь им надо спуститься на другой этаж. – Всё хорошо, – Черён воодушевлённо смотрит наверх, – Я продолжаю разговаривать с ней каждый день, – после этих слов она внезапно становится неуверенной и озадаченной. – Что-то не так? – беспокоится Рюджин. Она уже начинает думать, что испортила всё своими неумелыми советами, но тут Черён отвечает: – Нет, просто кажется, что у нас так мало общего, мы будто противоположны, – Черён задумчиво наклоняет голову. Рюджин обдумывает её слова. – Не зря же говорят, что противоположности притягиваются. – И то верно. Слова Рюджин заставляют Черён улыбнуться, что радует её, и она улыбается в ответ. Они действительно идут гулять. В этот раз, из-за разгара золотой осени, люди гуляют по всему парку, но их это не напрягает. Улыбки не сходят с их лиц, пока они идут по неубранной дорожке и шуршат листьями. Видимо, из-за позднего наступления осени, листья опадают с невероятной скоростью, поэтому их не успевают убирать. Но, кажется, никто не против: дети бегают и подкидывают листья, осыпая ими всех вокруг, пожилые наслаждаются красивыми видами, сидя на скамейках, взрослые гуляют, держась за руки, и пытаются уследить за неугомонными детьми, что, честно говоря, получается не так хорошо, как хотелось бы, а те, кто находятся где-то между всеми возрастами делают всё и сразу, при этом успевая фотографироваться. За идиллией осеннего сосуществования людей приятно наблюдать, это доставляет некое наслаждение и умиротворение. Солнце всё ещё светит высоко в небе, заполненном осенними облаками. В такое время никто не знает, когда из них может пойти дождь. Иногда берут тяжёлый зонтик, вечером разочарованно бросая его на место, а иногда решают освободить себя от лишнего груза, и, будто по закону подлости, именно в этот день идёт дождь. Черён и Рюджин подходят к той скамейке, на которой они сидели в прошлый раз. Удивление отражается на лице Черён: – О, она не занята, – она хватает Рюджин за руку и начинает бежать, – Пойдём скорее займём. Рюджин немного удивлена, но старается не отставать. Она смотрит на спину Черён, по которой скачут её волосы, заплетённые в этот раз в низкий хвост. К удовольствию Рюджин, на Черён надеты меховые наушники и шарф, так что она не заболеет, как Юна и Йеджи. Когда они наконец подбегают к скамейке и плюхаются на неё, стараясь отдышаться, Рюджин смеётся: – И зачем мы бежали? Вслед за ней смеётся Черён, безуспешно пытаясь ответить. Они сидят так, задыхаясь от бега и смеха несколько минут, сползая со скамейки и ловя странные взгляды прохожих, которые Рюджин не замечает, ведь смотрит на Черён, которая смотрит на неё в ответ. Закончив, они продолжают смотреть с тяжёлым дыханием и растрёпанным видом, даже не думая прекращать улыбаться.