Какузу

      Чиё поделилась со мной идеей, гласящей о минимализации риска здоровью. Я с очень заумной рожей слушал, согласно кивая её рассказам. Была ещё одна вещь, заслуживающая внимания: производить пересадку, как говорила Чиё, лучше всего вне местных больничек. Ну, тут и ежу понятно, что санитарки разболтаются при виде нашей подозрительной операции. Я предложил Чиё выпросить длительную командировку о соглашении мира, на что она быстро согласилась.       Наше путешествие по миру сопровождалось изучением свитка Гнева Земли. Эту информацию в основном впитывала в себя Чиё, ужасаясь последствий. Она не раз задавала вопрос, точно ли я хочу этого, ведть изучение техники означало одно: добровольно пойти на уродские изменения в теле в виде швов, похожих на наколки. Естественно, уговорить она меня не смогла. Зря старался, что ли?       Перед настоящей операцией мы пробовали пересадку сердец на питомцах, проводя мучительные для них эксперименты. Нельзя было просто взять и подписаться на такую сложную операцию, способную оборвать жизнь. Когда мы были уверены, что уже пора, я распорол грудь Хашика. Хоть какая-то была польза от пребывания в морге. — Где ты этому научился? — шокирующе спросила Чиё, не отрывая глаз от сердца в моих руках. — Неважно, — коротко ответил я, — не всю же работу тебе делать.

* * *

      Мне было невероятно сложно дышать. Складывалось неприятное ощущение, что я пряжа, куда вонзили миллиарды спиц, которые принялись резать лёгкие. Благодаря системе я понял, что во мне теперь несколько сердец. Чиё потребовалось некоторое время, чтобы научиться вшивать, то есть вшить сердце Хаширамы в меня. Процесс пересаживания по словам спутницы должен был быть болезненным, но благодаря наркозу я ничего не почувствовал. Но теперь, когда я оклемался, боль появилась и увеличилась в разы. — Модификация твоего тела прошла успешно. Как ты себя чувствуешь? — спросила Чиё, вытирая пот со лба. — Бывало и хуже. Спасибо, — ответил я, чувствуя, как кровь буквально кипит в жилах и как сердца стучат по обе стороны груди. — Я твой должник. Пора бы и тебе стать бессмертной, — заявил я, как вдруг почувствовал тошноту. Девушка удивилась, но сразу же вздёрнулась с места, с беспокойством подбегая ко мне.       Изо рта вырвался густой поток щекотных нитей, которые порвали мою челюсть. Меня чуть не стошнило от ужаса. Согласитесь, не каждый день обретаешь новое сердце и лицезреешь подобное. Спустя миг адской боли я быстро высвободил чакру, зашивая рот в разорванных местах.       В инструкции было сказано, что Гнев Земли при обнаружении «лишнего сердца» разрушает все клетки, образуя вместо них лоскутки тканей. Чтобы нормализовать их напористое давление, рвущее все жизненно важные органы, нужно активировать всю систему циркуляции чакры для применения плети, которое вскоре превращается в пряник. — Воспользуйся этим. Смотреть противно, — брезгливо поморщилась Чиё, протягивая тёмно-синюю маску. — Спасибо, — завязывая маску, буркнул я.       Ну наконец-то! Я чувствую, как мир сменил краски, приобретая оттенок свежести. Тело, кстати, вместе с носом глотнуло кислорода, что можно было бы назвать ощущением реинкарнации. Все неприятности, ожидающие меня впереди, были благополучно проигнорированы, потому что чихать я хотел на всех своих недругов. С такой-то силой все стихии будут мне подвластны. Для полной комплектации стоило бы найти глаза Бога Смерти, которые позволили бы отслеживать остаток жизни у того или иного сердца, чтобы знать, когда придёт время замены. Хм, а это неплохая идея — открыть собственный «шиномонтаж», только там не будут меняться колёса, масло и прочая белиберда. — Слушай, Чиё, — я решил озвучить свой коварный план, но нужно начать с чего-то более далёкого, — не хочешь стать главным врачом в каком-нибудь госпитале? — прямо спросил я. — Что? — удивлённо вскинула брови девушка. — Мы будем помогать людям бороться с болезнями! — я пытался втянуть её в бизнес с помощью своих ораторских данных. — В доктора решил записаться? Зачем тебе это нужно? — Чиё, видимо, сразу поняла мои намерения, хоть и косвенно, поэтому просто прервала парой вопросов. — Я как-то говорил тебе, что эту силу я использую лишь для благих поступков. — Хочешь отнять хлеб у государственных учреждений?       Почему хочу? Я жажду этого! — Какая догадливая, — ухмыляясь, кивнул я. — Чтобы улучшить медицину, нужно составить достойную конкуренцию. Разве тебе не хочется стать великой куночи в области медицины?       Соглашайся! Не рушь мои планы! Если я хочу создать прибыльное дело, то стоит начать с затратного пути, но приносящего крупный доход. Зная медицину своего мира, я могу точно сказать, что моя частная клиника в мире шиноби не прогорит. Я планирую навязать борьбу каждому роду деятельности, собирая дань. Я соберу столько, сколько попросит рыло, а оно никогда не могло насытиться. И хрена с два я испугаюсь того, что придётся забирать всю эту роскошь в могилу, где они потеряют смысл влияния. Одно я знаю наверняка: я не умру, только-только став воплощением жадности и бессмертия.       После небольшой паузы я настойчиво продолжил: — Не говори мне, что тебя устраивает та мизерная зарплата, которую платит государство? Ты ведь рискуешь жизнью. Неужели твоя дорогая жизнь может оцениваться такой грошью, тогда как помогая раненым справляться с болезнью, ты можешь получать гораздо больше?       Этими словами я смог заставить Чиё задуматься над моим наставлением на путь истинный. К сожалению, поразмыслив минуту, она посерьёзнела, даже слегка рассердилась и сказала строгим тоном: — Твои идеи не соответствуют законам. Глупо разбрасываться планами, будучи разыскиваемым. Долго ли ты собираешься прятаться от правосудия? Сомневаюсь, что его брат, — она кивнула на Хашираму, — оставит всё как есть, — закончила Чиё. Я лишь усмехнулся, произнося следующее: — Мне нравится, что остались люди, которые волнуются обо мне, — с театральной радостью и умилением проговорил я, — но повода для волнений нет. Это не самая страшная проблема в моей жизни, что могла бы перечеркнуть все мои планы. Если не удастся замять дело, можно действовать из тени… — Как это будет работать? Обратно в Водопад ты уже не вернёшься, а здесь скоро будет охота на твою голову, — также сердито перебила меня девушка.       Ну почему не вернусь? Я стану первым Каге, кто родом из деревни Какузу. Такикаге назовусь, ну, или Какукаге, на худой конец Кузукаге. Звучит ведь? Эти паршивые старейшины и ногтя моего не стоят, думаю, им пора освободить место под солнышком тому, кто действительно улучшит деревню. Вон Нагато одновременно двумя силовыми учреждениями управлял. Спрашивается, чем я хуже? У меня будут такие подвязки, что сам Мадара захочет иметь со мной дело.       Сейчас я должен озвучить свою главную зловещую идею: — С этого момента Какузу больше не существует, — как можно пафоснее сказал я, на что спутница недовольно повела бровью, — отныне я Хаширама Сенджу — Бог этого мира!       От данного заявления Чиё так ахренела, что успела представить себя мёртвой куклой.       Я не стану скрывать от неё действия, которые приведут меня к сокровенным желаниям. Я не раз убеждался в том, что новоиспечённой подружке я могу доверять также, как самому себе. Будь она мошенницей, давно грохнула бы меня во сне, присвоив тело Хаширамы. Впрочем, у неё за всё наше время сожительства и мыслей не было навредить мне, да и произойди что-то подобное, я бы всеми будущими сердцами учуял запах кидалова. Конец жизни и тюрьма научили, откуда ждать подлянки.       Теперь от имени Хаширамы я наведу суету, нужную для установления желаемого мной мира и, разумеется, держания этого же мира в страхе. — Иногда ты заставляешь ненавидеть тот день, когда я встретила тебя, — окончательно расстроившись, пробормотала она, во взгляде читалось, что она понимает, с чем связалась, и ей не отвертеться, пока я жив.       Не завидую ей. Будь я на её месте, давно сообщил бы в правоохранительные органы за хищение ценного сокровища. Хах, задумываясь о своих возможностях, связанных с древесиной, чувствую себя капитаном корабля. В прошлой жизни я и не задумывался поступать в морскую академию, хотя так умело вожу корабль на песчаной равнине под названием «вербовка».       Знаете, а это хорошая идея для последующих вложений. Вспоминая, как Ямато создавал домики посреди захолустья, я ещё раз задаюсь вопросом, а была ли арифметика в учебных заведениях… Я уже молчу о бухгалтерских курсах… С такими возможностями я бы с лёгкостью оприходывал все деньги мира, зовясь магнатом по выдаче съёмного жилья. И это только риелторская сфера, а сколько всего можно заработать на этом бревне! Скоро я подружусь с бобрами, чтобы поставлять им простые брёвна. Да уж, можно разгуляться на славу.       Ладно, это всё здорово, но сперва нужно сплавить тело, желательно очистив от ДНК. Никто не доберётся до моего трофея. Не хватало, чтобы черви вроде Орочимару — хотя почему черви? — лапали его. — Этого бы всего не произошло, не будь у меня груза, — открывая крышку шкафа-гроба и тут же ловя падающее тело, устало цыкнул я. — Согласись, — кладя тело Сенджу на стол, я повернулся к Чиё, — от него нужно избавиться. — Мы сожжём его? — мило нахмурившись, предположила она. — Это мы всегда успеем. Есть одна вещь, о которой стоит позаботиться, — говорил я спокойно, накрывая усопшего покрывалом. — Медицина в этой деревне способна на пластическую операцию?       В самом-то деле, не буду же я хенге накладывать, впустую расходуя чакру. — Что ты опять задумал? — с ещё большим подозрением спросила Чиё.       Я не буду тупить как Тоби. Если уж подражать кому-то, то делать это от души.