Какузу

      Время, куда ты так летишь? Буквально вчера я мотал срок в колонии строгого режима, становясь опущенным, и делал всё, что было в моих силах, дабы окончательно не опуститься ниже плинтуса. Подведём итоги: унижения на нарах окупились телом Хаширамы и приобретением надёжного дока. А когда впарю тело, вынув перед этим сердце, вообще при бабле буду.       Если вкратце описать мои будни с молокососами, то кроме своей прокачки особо интересного рассказать нечего. При выполнении различных заданий мои навыки улучшались, но чересчур медленно. За убийства же, наоборот, поднятие стат радовало глаза, а если замахнёшься на убийство кунаем, то вообще обкончаешься от быстроты заполнения шкал. Зарплата за выполненное задание была смехотворной, отчего я не раз жаловался правителю, но тот игнорировал мои просьбы о повышении платежа. Козёл, короче.       Когда я получал свои гроши, мне становилось не по себе. Я не мог контролировать ярость, что выплёскивалась наружу, проявляя признаки ломки. Система не раз пикала и подавала всевозможные сигналы о том, что без денег я пропаду. Мне было необходимо найти гуся пожирнее, чтобы надолго заткнуть задолбавшую меня систему. В конце концов, если я не буду упорно развиваться не только как боец, но и как шейх, смысла от пересадки сердца не будет.       С учениками я был строг, я бы даже сказал, очень. Ну, подставляться за копейки ради защиты совершенно чужих детей, так ещё и делиться с ними денежкой, нарушало всю норму меры испорченности. Там расчёт делается так: сорок процентов получает наставник, а остальные шестьдесят делятся между генинами. Я пробудил в себе бухгалтерские знания, и теперь я беру семьдесят процентов, а остальное – детишкам на буфет. И нет, моя скупость не сжалилась над бедолагами. У меня было шесть учеников в точности как и у Тобирамы. Будь у меня их в два раза меньше, брал бы восемьдесят пять процентов доли.       Вот так и живём. И, знаете, как только я распорядился зарплатой с работы, жаба перестала душить.       Всё своё пребывание в Суне я втирался в доверие к Чиё, материально обеспечивая её семью. Её брат – Эбизо – занимался разведкой, что-то вроде двенадцати защитников храма, поэтому дома тот практически не бывал. Чиё же растила своего сына, а я был кормильцем.       Самое важное то, что доверие Чиё я заслужил и, в результате, получил доступ к знаниям Узумак. Ради меня она напечатала всё, что помнила, в обыкновенный свиток – презентация, так сказать. Я решил ознакомиться с инфой, но, не дочитав и оглавление, выбросил это дело в унитаз. Шняга полная.       Не представляю, как этим Фуин можно умудриться стать сильнейшим кланом? Из показанного в аниме все Узумаки – слабаки. Сразу у троих из пяти известных представителей был лис в животе, другой получил глаза боженьки, а последняя была озабоченной прошмандовкой, подглядывающей за Саске-ку-у-уном. Да и их жизненная энергия – слово на бумажке. Ну вот сравните Цунаде с Мито в старости лет. Или вот скажите: у Сенджу была вечная молодость? А у Узумаки?       Хотелось взглянуть на рожи Узумак, когда покажу им свой чистый язык. Да, терпение ужасающей боли избавило меня от печати на языке. Я чувствовал себя маленьким ребёнком, что произнёс первое слово. Всё-таки Чиё действительно вырастет сильнейшей куноичи, и я ей в этом помогу.       Хоть я и обрёл свободу, собраться уболтать Чиё на пересадку сердца я всё же не решался. Я боялся порвать с ней связи, думая, что она неправильно поймёт. Однако, я делал всё, что украшало серые будни, придавая сочные краски к желанию жить вечно. При первой встрече я сказал, что тело Хаширамы не более, чем трофей. Сейчас же я выстраивал правильный подход к Чиё, который поможет в принятии сложного решения. Это ведь не простое сердце отморозка, нужное для продления моей жизни. Да и заикнись я, что желаю завладеть мифической силой, нажил бы себе врагов со всего света. Мне показалось, или Казекаге что-то подозревает? Не дай Бог на каком-то из собраний Каге он заговорит обо мне...       Проживая жизнь изо дня в день в попытках придумать оптимальный вариант для своей неприкосновенности, – я жаждал больше силы, а как источнику чудовищной силы мне была необходима прочная легенда, чтобы не повторить судьбу Узушио, – я наткнулся на интересное издание. Автором являлся популярнейший кукловод, что был первым, кто додумался создать технику, связанную с бессмертием. Он изобрёл уникальную способность – вселять свою жизнь в боевую куклу во избежание смерти. Угадайте, что случилось с ним? Пал в битве с Узумаки, которые, по слухам, воспользовались пытками, чтобы выбить из него тайную информацию. Оказывается, клан красноволосых искал методы, которые позволили бы использовать технику Бога Смерти, не расставаясь с жизнью. Чиё много чего рассказывала о них, так что я принял на заметку. Опасные черти. Я-то думал, что только Учихи способны на такую подлость.       Когда я перебирал очередную стопку свитков, под руку попалась занятная книжка. Открыв её, я впал в ступор: моё лицо вшито в список самых разыскиваемых преступников в книге под названием «Бинго». Видать, Тобирама не терял времени даром, разослав мою харю по всему миру. Вот чёрт, если мои координаты добрались досюда, то теперь весь мир знает обо мне, и что-то мне подсказывает, маска на пол лица не поможет уйти от статьи. Закрыв брошюрку, я стал быстренько мыслить о том, что скажу Тобираме, если тот найдёт меня. Я бы не отказался от такого друга, несмотря на то, что он меня публично унизил на глазах братков своих, — в отличие от остальных Сенджу, он далеко не наивный — но он не захочет дружить со мной. Погружаясь в мысли глубже, я начал видеть свой путь шире. Меня данная ситуация даже забавила – из всех бандитов я был самым опасным, даже Мадару не будут остерегаться так, как меня. Хах.       Нужна маска скрытности, какая была у Тоби. А что? Вы хоть знаете, как сильно я могу повлиять на канон, если прикинусь Хаширамой, только не каноничным глупышкой, а антагонистом? Будет ли меня совесть грызть за это? Этого точно не знаю, но, обучившись Мокутону, моё сердце будет твёрдым, как кора, которую ни один заточенный зуб не продырявит. Кстати, о дырах: я вышел на балкон, слегка уплотнил тело, чтобы не сильно больно было, а затем обнялся с куклой, чей живот был покрыт железными шипами...       И вообще, я буду главарём Акацуки! Как самый зрелый и опытный к тому времени чёрта с два я буду исполнять приказы малолеток, у которых молочко не отсохло.       В дом вошла Чиё и нахмурилась, глядя на меня. В тот момент я положил куклу на место и обеспокоенно сел, якобы задумавшись. — Что-то случилось? — спросила она. В ответ я протянул книгу, раскрытую на нужной страницей. Сказать, что она охренела, увидев моё лицо – ничего не сказать. Она примерно минуту с распахнутым ртом и глазами старалась поверить в увиденное. Ахах, за мою голову и награда есть, причём солидная. — Чиё, ты ведь поможешь мне скрыться? — с надеждой спросил я, строя жалостливое личико. — Я буду только рада, если хоть как-то смогу помочь, — расстроенно кивнула она. — Тогда выполни, пожалуйста, одну маленькую просьбу...       Трудностей не должно возникнуть. С языком проблему решила, а с пересадкой тем более как два пальца об асфальт должно получится. — Какую? — Ты должна превратить нас в кукол, — начал я издалека, даря ей выгоду вместо кота в мешке. — Чтобы инсценировать свою смерть, необходимо быть бессмертным, — пояснил я мудрым тоном.       Она ещё сильнее удивилась.       Давай, Чиё, ты же не глупая. Отплати мне тем же добром, которым я не пожадничал. — Посмотри на эти ссадины, — оголив торс, я призвал её к осмотру. — Они никуда не денутся, сколько бы ты их не лечила.       Думали, я не подготовился? — Откуда они? Не сильно поранился? — собираясь начать меня лечить, встревоженно обратилась ко мне Чиё. Наивная девочка. — Я получил их на миссии. Не волнуйся, тебе не обязательно их лечить – заживут, — нагло соврав, я перешёл к плану "Пересадка". — Подумай хорошенько, — проговорил я, когда она принялась лечить меня, — сделав нас бессмертными, ты сведёшь нашу нужду в лекарствах на нет, — закончил я и для придачи убедительного эффекта к факту покорчился. — Тогда чувства будут ложными, обманчивыми, — отвернувшись от меня, разочарованно произнесла она.       Лять, но Сасори ведь в самом конце поддался тебе с Сакурой!..       Тут я решил действовать оружием этой семейки. Отыграюсь на чувствах. Уж кто-кто, а их семейные узы были прочнее нитей чакры. — Скажи, я дорог тебе? — как можно ближе подобравшись к её уху, прошептал я. — Сделай это ради меня. — Мне нужно будет время на подготовку...       Яху-у-у-у!! Хоть у меня сейчас и было одно сердце, я ощущал, как оно прыгало от счастья от того, что у него скоро появится брат, с которым не будет скучно. — Возьми, — я достал свиток своей деревни, запихивая ей в руки. — Эти знания помогут ускорить твоё обучение.       После этого разговора я почувствовал себя Орочимару. Я могу втираться в доверие, заставлять пахать на себя, даже даю шанс раскрыть потенциал, сполна получив отдачу, причём в десятки, а, может, и в сотни раз слаще. Но я не зазнаюсь – я буду в меру заниматься вербовкой. Это значит, что я не собираюсь манипулировать такими манипуляторами, как Орыч. — Так значит, это не легенда... — вчитываясь в информацию о бессмертии, с долей восторга и шока проронила Чиё.       Мне нравится такой расклад. Нравится то, что она втягивается в процесс.       Натянув на себя важную мину, я тихо проговорил: — Прожить столько, сколько прожил Рикудо, в конце жизни отправившись на луну – вот легенда. Я многого не прошу – мне нужна часть этой легенды. Я верю, что ты сможешь привнести в мир легендарный вклад.       Боже, что я несу? Хогоромо – это же даже не миф, хотя старое поколение должно знать о существовании этого мифа. — Я не уверена, что это не навредит никому, — откладывая свиток в сторонку, нерешительно ответила Чиё. — Помоги мне отомстить обидчикам. Когда я обрету бессмертие, я гарантирую, что полученную силу буду применять во благо мира... В конце концов, Коноха не сразу построилась, — распечатав хенге с куклы, я намекнул, что хочу сердце Хаширамы.       Чиё ещё какое-то время отнекивалась, но уговорить я её всё же сумел. Стоило мне навешать рамена о процветании, она, поразмыслив, дала добро.       Ништяк. Я заставлю её стать куклой, чтобы она могла использовать свою энергию без угрозы для жизни. Это ценная медицина, в которую не жалко и деньги всего мира вбухать. А что касается финансов, то я не солгал: от имени злобного Хаши я подчиню мир себе и создам свою империю. Возможно, я буду даже руководить страной или открою бизнес. Мне всё равно нужно расширяться не только сердечно, но и экономически. — Кажется, у меня появилась идея, — приятно удивила меня Чиё, отчего, навострив уши, я дал понять, что я весь во внимании.