it all comes back to you

28 августа, 1956 Он наконец сделал это. Глядя сверху вниз на отполированный камень главного здания, возвышающегося перед ним, он крепче сжал лямку своего рюкзака и вошёл внутрь. «Университет штата Мичиган — основан в 1817». Феликс Кранкен, недавно отметивший восемнадцатилетие, жил в получасе от этого заведения; он ни разу за всю свою жизнь не был так далеко от Брайтона, и Энн Арбор был всего в двадцати пяти минутах езды отсюда. Энн Арбор был необычным маленьким городком, через который он проезжал так много раз, но несмотря на это, он каким-то образом едва ли подозревал, как чудесен может быть колледж, находящийся настолько близко к его дому. Он даже и не думал, что что-то, что он проезжал всего раз или два, внезапно наполнит его таким удивлением, даст ему столько смысла, пока он проходит через отполированные стеклянные двери, чувствуя тёплый летний воздух, обволакивающий его. Тридцать с небольшим тысяч студентов, и каким-то образом Феликс чувствовал, как каждый из них смотрел на него, пока тот заходит в охлаждённое кондиционером помещение. Они собирались в группы, ходили из здания в здание, привыкали к большому кампусу, обустраивались. Его ступни ощущались тяжёлыми на отполированном плиточном полу, всё казалось таким чистым. Он начал беспокоиться о чистоте своих туфель, о том, что они могут оставить грязные следы на белой плитке; здесь было ужасно много людей, и Феликс почувствовал нужду вернуться к своей машине и отчистить подошвы от грязи. Молодой мужчина, высокий и худой, подобрался к нему незаметно, пока он витал в облаках, думая о чистоте своей обуви; Феликс вернулся в реальность, когда мужчина протянул ему руку. — Джек Уолтен, — сказал он, и Феликс осознал, что это было его имя. Подходящее, подумал он, протягивая свою ладонь и пожимая ладонь собеседника. — Очень не хотелось отрывать тебя от того, о чём ты там задумался, но ты выглядел немного потерянным, — сказал он, усмехнувшись, — а ещё мне захотелось представиться. — Его голос был тёплым и радушным, глубокий баритон с сильным акцентом, который Феликс не мог не заметить. — Феликс Кранкен, — ответил Феликс, тряхнув руку Джека пару раз, а затем борясь с желанием засунуть свою обратно в карман, удерживая её сбоку. — Я обычно так не пялюсь в пустоту, честно. Я просто, эм, немного волнуюсь. — Он огляделся по сторонам и вновь посмотрел на Джека. — Колледж довольно большой. — Это ты мне ещё рассказываешь! — сказал Джек, засовывая руки в передние карманы своих джинс, и Феликс с радостью последовал его примеру. — Я здесь второй год и до сих пор не знаю названий половины зданий. Ему нравился этот парень Джек. Он поднял на него взгляд и улыбнулся, без всякой другой причины кроме желания улыбнуться. — Ну, я помогу тебе их выучить. У меня хорошая память. — Отлично, — сказал Джек, ухмыльнувшись в ответ, — по крайней мере один из нас их запомнит. Несмотря на это, похоже, что у Джека была достаточно хорошая память, чтобы провести Феликсу небольшую экскурсию по кампусу. Он держал свои руки либо в карманах, либо за спиной, будто бы они были немного длинноваты и их было бы неловко держать перед собой, и Феликсу такое поведение показалось любопытным. Логически, он не мог быть больше чем на год или два старше Феликса, но он выглядел таким взрослым со своими уверенностью и шармом, и Феликс заметил, что старается держаться немного ближе к нему на каждом перекрёстке. Кампус с ним рядом выглядел чуточку меньше. Двое мужчин быстро поладили. Студенты, заселяющиеся в общежитие, видели их улыбающимися и смеющимися над вчерашними шутками; в конце дня они решили делить комнату. Джек предложил идею, и Феликс тут же согласился — ему нравился Джек и его умение говорить о чём угодно, его умение заставить деревья за окнами бибилиотеки выглядеть интересно. Ему нравились его идеи, нравился ход его мыслей, нравился сам Джек. 12 января, 1957 — Феликс? Где моя расчёска? Спустя пару месяцев Феликс и Джек вошли в колею. Джек всегда ложился спать немного позже чем следует и просыпался намного позже, а Феликс старался не просыпать; обычно он просыпался перед пустой кроватью напротив его собственной. В те дни, когда они просыпались примерно в одно время, они прогуливались и завтракали вместе. Однако именно сегодня Джек разбудил Феликса, чтобы спросить где его расчёска. Как это зачастую бывало, сегодня он опаздывал на учёбу. Джек отрастил свои волосы за последние пару месяцев — они почти касались его плеч —, поэтому ему нужна была расчёска вместо обычного гребешка. Феликс однажды одолжил её, и теперь, в свете позднего утра и зимней прохладе, Джек не мог найти её нигде, где бы ни искал. Феликс проснулся с тяжёлым вздохом и тут же потянулся за своими очками, лежавшими на прикроватной тумбочке — это уже стало своего рода рефлексом. — Джек, это, кхм, — начал он. Его голос был хриплым ото сна. — К-которая?.. — У меня только одна расчёска, — сказал Джек, похлопывая по своему бедру в ритм какой-то песни, слышной только ему самому. — Ты отдал её Шелби? — Шелби?..— Вот дерьмо. — Ага...— сказал Феликс, садясь и поправляя очки. — Ей нужна была, поэтому я одолжил вчера вечером. — Феликс был слишком сонным, чтобы пытаться извиниться как-либо, кроме как взглядом. «Прости, я отдал твою единственную расчёску девчонке, которая показалась мне милой» — говорили его глаза (по крайней мере он на это надеялся). — Ничего страшного, — сказал Джек, не имея в виду именно это. Он несколько раз прошёлся пальцами сквозь волосы, распутывая тонкие пряди. — Они не особо спутались, мне просто нужно их немного уложить... Феликс наблюдал за ним, сидя на своей холодной кровати. В этом было что-то такое привычное, но в то же время необычное — Джек, укладывающий свои волосы без помощи зеркала или расчёски. Он просто взял свой лак для волос и знал, как они должны лежать. Это заняло у него считанные секунды, прежде чем он повернулся к Феликсу и спросил: — Ну что? Как я выгляжу? Феликс улыбнулся. — Красавчик. Как обычно, — ответил он, и Джек ухмыльнулся тоже. — Погоди, — сказал вдруг Феликс, поднимаясь и подходя к Джеку, пока тот ещё не выбежал из комнаты. — Я передумал. Ты пока ещё не красавчик. Он чуть приподнялся и протянул руки к волосам Джека. Тот немного опустил голову. — Нет, — остановил его Феликс, — смотри прямо. Держи голову поднятой. Джек вернул голову в прежнее положение, но немного согнул колени, чтобы Феликсу было легче дотянуться. Сам Феликс не особо понимал, что делает — у него не было таких же длинных волос, как у Джека, но он знал, как тот обычно их укладывает, поэтому методом проб и ошибок это было довольно просто сделать. Джек, смотрящий прямо, и Феликс, приподнявшийся на носочках, находились ужасно близко друг к другу, и Феликс почувствовал странное желание отшатнуться, но вместе с ним и пугающее желание приблизиться ещё сильнее. — Всё, — объявил Феликс, опускаясь и смотря на Джека снизу вверх. — Отлично выглядишь. — Спасибо, — ответил Джек, выпрямляясь и хрустя костяшками пальцев. Двое улыбнулись друг другу, и вдруг Феликсу захотелось попробовать использовать лак Джека на своих собственных волосах. Он не совсем был уверен почему. — Мне пора, — сказал Джек. — Сегодня будет Мэри, поэтому я твой должник, — он озорно усмехнулся, и Феликс улыбнулся ему в ответ. — Да ничего. Я могу уложить тебе волосы и в следующий раз. Или ты можешь всегда воспользоваться зеркалом! — Ага, — ответил Джек, хватая пиджак и направляясь к двери, — но какое в этом тогда веселье? Верни мне мою расчёску, Кранкен! — Джек выскочил из комнаты, и Феликс присел обратно на свою кровать. В комнате всё ещё витал лёгкий запах Джека, и Феликс уже заскучал по его присутствию. Комната была больше и намного холоднее без него. Как Джек согрел её так сильно? Феликс зевнул, снял очки и вернулся обратно в постель. Одеяла были тёплыми и пахли сигаретами, которые курил Джек.