Незнайка в Калачах

Они вышли на улицу. Незнайка сразу обратил внимание на перемену погоды. Всё небо успело заволочь плотными тучами, в воздухе парило, как перед скорой грозой. «Значит, я всё-таки поспал немного. Ложился – на небе звёзды были», – подумал он. – Мандат у тебя? – спросил Бермудский. – У меня, – ответил Незнайка, нащупав бумагу в кармане. – В общем, дела обстоят таким образом… – продолжал Бермудский, – Батьку Гуся арестовали. Думаю, мы его больше не увидим. Меня выбрали новым Батькой. – Как? – ошеломлённо спросил Незнайка. – А так. Голосование было тайное, все спички в шапку кидали. У кого спичка с серной головкой – те за меня, у кого пустая – те за Ветерка. Я опередил Ветерка на один голос. – Понятно, поздравляю. – Да ладно, тоже мне ещё событие… – А как Батьку-то взяли? – спросил Незнайка. – А вот этого никто так и не понял. Вроде как, спящим выкрали из его же хаты. Хлопцы только троих мазуриков успели заметить, одетых не по-нашенски. И вроде как они на неопознанном летающем средстве странном улетели. Батька бы сказал – колдовство какое-то! – В Солнечный город его увезли, – сказал Незнайка. – Я тоже так думаю, – сказал Бермудский без удивления. – История с зебрами должна была закончиться чем-то подобным. Оттуда его не вытащить. Считай, Гуся больше нет. Немного помолчали. – В общем, бойцы говорят, мол, «война войною, а обед по расписанию», – продолжил Бермудский. – Газировку ещё при Гусе договорились брать. Сейчас поедем в одно место, встретимся там с лунатиками. Они нам дадут прибор невесомости. Про арест Гуся они ничего не знают, а если узнают, то ничего не дадут, так как у них только Гусь в авторитете. А вот если они твой мандат увидят, то, наверное, дадут. Бумажки они очень уважают. Они проехались каким-то извилистым путём по калачинским переулкам. Наконец, выехали на берег реки и через пять минут повозка остановилась возле больших железных ворот со ржавой вывеской, составленной из металлических букв: «Мясобойня». – Когда-то здесь и правда была мясобойня, – сказал Бермудский, когда они зашли в ворота. – Сейчас здесь у лунатиков что-то вроде базы или склада. Во дворе сквозь темноту были видны силуэты каких-то полуразрушенных агрегатов. Ощутимо несло керосином. Впереди они увидели небольшой кубический сарайчик с освещённым светом окошком. – Ну вот, сейчас будем разговаривать с лунатиками, – сказал Бермудский. – Нас ждут. – А что говорить-то? – спросил Незнайка испуганно. – Говорить буду я, а ты ничего не говори, только стой с важным видом и надувай щёки. И со всем соглашайся, головой кивай. Они постучали в дверь сарайчика. Оттуда вышел долговязый худощавый лунатик. – А где Батька Гусь? – спросил он. – Батька Гусь слишком занят и не смог приехать, прислал вместо себя своего адъютанта, – важно ответил Бермудский. – Его что ли? – кивнул лунатик на Незнайку. – Где я его мог видеть? – Наверное, как раз с Батькой, – сказал Бермудский. – Возможно, – сказал лунатик, – а чем докажете, что он адъютант? – Дай ему мандат, – обратился Бермудский к Незнайке. Незнайка достал из кармана клочок бумаги и протянул лунатику. Тот пробежал взглядом по мандату и вернул его Незнайке. – Ладно, вот вам прибор. Уплочено за одни сутки пользования. Значит, вернёте ровно через 24 часа. Всё понятно? – Не дожидаясь ответа, лунатик протянул Незнайке небольшую прямоугольную коробочку. Незнайка взял коробочку и повертел в руках. Прибор был, как прибор, чем-то похожий на самый первый свой прототип, который Незнайка в своё время случайно утопил в Огурцовой реке. Белый корпус, утопленная заподлицо красная кнопка. Бермудский протянул руку и взял у Незнайки прибор. – Пусть у меня будет, с ним осторожнее надо. Всё, едем сейчас на железную дорогу, хлопцы уже там, через час товарняк пройдёт, будем цистерну отцеплять. Только делать теперь будем немного по-другому, по-умному. Доставим её по воздуху прямо в степь. – Слушай, Бермудский, – сказал Незнайка, когда отъехали от базы, – но ведь невесомость это великая сила! С её помощью можно горы свернуть и вверх ногами перевернуть. А вы используете её для таких целей, о которых даже и… сказать-то стыдно. Бермудский внимательно посмотрел на Незнайку. – А ты что предлагаешь? – спросил он его. – Если бы великий первооткрыватель невесомости, профессор Знайка, узнал, как некоторые коротышки станут его изобретение использовать, он бы, может быть и не стал никому рассказывать про своё открытие. – А ты, может быть, даже видел его… этого профессора? – спросил Бермудский. – Доводилось, – ответил Незнайка, вздохнув. – И что он, лунатик? С Луны прилетел? – спросил Бермудский. – Да нет, он в нашем, Цветочном городе живёт. – Да ты что! Вот бы нам сюда этого профессора. Мы бы его заставили изобрести что-нибудь эдакое. – Он сейчас больше времени в Солнечном Городе проводит, в Научном городке, – сказал Незнайка уклончиво. – Солнечный Город – это сила! – сказал Бермудский уважительно. – Умеют там жить коротышки! Знают толк в разных умных штуках! Поезд остановили тем же способом, что и в прошлый раз. Машинист с помощником вылезли из кабины тепловоза и как-то спокойно и без суеты растащили в стороны заслон. Цистерну отцепили, поезд уехал, дав прощальный гудок. К этому моменту погода испортилась. На Калачи пришёл грозовой фронт. Всё небо затянуло чёрными тучами. Где-то на отдалении уже сверкали молнии и гремел гром. Поднялся сильный ветер. Участвовавшим в операции коротышкам приходилось теперь кричать, чтобы услышать друг друга за его порывами. К стоящей на пути цистерне прицепили канаты, за которые её предполагалось по воздуху отбуксировать в степь. Все отошли на безопасное расстояние, на цистерне остался сидеть один Одеколончик. Он прикрепил к корпусу цистерны прибор невесомости и по команде Бермудского нажал на нём кнопку. – Ветер может нам помешать! – прокричал Бермудский. – А может и помочь, так как дует в нашу сторону – в сторону Ветрогонска! Тяните за канаты! Цистерна взмыла в воздух. В этот момент из-за кустов выскочили казаки. Незнайка узнал скачущего впереди всех на коне атамана Конского Хвоста. Казаки накинулись на батьковцев, принявшись бить их нагайками. – Разворачивай повозку! Готовь пулемёт к бою, – крикнул Бермудский. Ветерок несмотря на сильный ветер сумел быстро выполнить манёвр и пулемёт затарахтел, осыпая казаков градом пробок. Дезориентированные казаки неосторожно приблизились к цистерне, и взмыли в воздух. Цистерна тоже стала подниматься от земли – бойцы, которым досталось от казаков, стали удирать, выпустив канаты из рук. Цистерну закрутило в горизонтальной плоскости. – Хватайте за канаты, не то упустите, – кричал Бермудский. Порывом ветра цистерну сорвало с места и она полетела над Калачами, вращаясь в воздухе. Вокруг неё, громко вопя от ужаса крутились попавшие в поле невесомости казаки и их лошади. Те из них, кто подлетал к краю зоны невесомости, и оказывался в зоне тяжести, стремительно пикировали вниз, падая с приличной высоты. Некоторые из казаков смогли уцепиться за цистерну. Наконец, кому-то из батьковцев удалось схватить один из болтающихся канатов и прицепить его к повозке. Все повозки устремились за цистерной через Калачи в сторону дороги на Ветрогонск. Незнайка мчался на одной повозке с Бермудским. Несмотря на потери, казаков было много, казалось, что на батьковцев налетела вся сотня, и они, скача на лошадях, бросились преследовать отряд. Батьковцы убегали, казаки неслись за ними, все мчались, как наскипидаренные. Молнии били теперь уже в непосредственной близости от скопления несущихся на полной скорости коротышек. Сильный ветер нёс по воздуху пыль, куски веток, листья, и какой-то мусор. – Ух ты! Гром и молнии, перекати-поле! Э-э-х! Стихия! – восклицал Бермудский, встав на несущейся повозке в полный рост и воздев руки к небу. В этот момент хлынул дождь, плеснув Незнайке прямо в лицо, как из корыта. Он на всякий случай лизнул мокрую руку, чтобы проверить, не газировка ли льётся с неба, но это оказалась обыкновенная дождевая вода. Бермудский так и застыл, подняв восторженное лицо навстречу дождю. Вдруг молния ударила в огромный дуб, росший на окраине Калачей. Дерево разорвало с жутким треском, от него во все стороны полетели отломанные куски. Начался пожар. – Ты видел? Нет, ты видел!? – в восторге закричал Бермудский. – Жги, огонь палящий! – Давай, быстрее, поехали! Сядь лучше, упадёшь ведь, – кричал ему Незнайка. – Свирепствуй жар знойный! Сжигай всё, пламя всепожирающее! – Бермудский выкрикивал в экстазе свои странные мантры. Цистерна, освещаемая огнём горящего дерева, вращаясь летела в небе над Калачами. Казаки гнали батьковцев полдороги до Ветрогонска. Время от времени их с повозки Ветерека осыпали пробками из пробкомёта. В конце концов, они отстали. Тех, которые уцепились за цистерну по одному сбросил вниз Одеколончик. К этому времени прекратился дождь. Грозовой фронт отступил, лишь краем зацепив местность. Ветер успокоился и цистерну стали просто тянуть за канаты, она продолжала лететь по воздуху. Когда до Ветрогонска оставалось уже недалеко, неожиданно впереди нарисовался едущий навстречу конный отряд коротышек. Впереди всех ехал на мощной лошади важный коротыш в коричневом зипуне, подпоясанный широким поясом. – Вот это встреча! Откуда это вы такие? – громко спросил Бермудский с командорской повозки. – А ты кто такой? – спросил коротыш, косясь на висящую в воздухе цистерну. – Бермудский, Батька тутошний. Из Ветрогонска. – А где Батька Гусь? Что-то много Батек в степи развелось… – А нигде. Забудьте про него, нет больше никакого Гуся. – Вот это новость! Ты, выходит, вместо него? – Вроде, так. Ну, так кто же вы такие? – А мы народное ополчение с Меловых гор, Песков, Зелёного, Приречья… – сказал коротыш. – Всего сто коротышек. Я предводитель сотни, Тушканчик. Едем в Калачи, разобраться с бандой Кролика, который наших купцов грабит, товар у них отбирает. А заодно, и Батьку Гуся поставить на место, если бы он попался. – Опоздали. С бандой Кролика мы сами расправились, так что искать их нет необходимости. А про Гуся я уже сказал. – А вы-то Кролика за что? – Да Кролик продал нам бочку фальшивой газировки. С тех пор у нас с ним разлад и пошел. Вчера, наконец, рассчитались. – Получается, мы поспели к шапочному разбору? А наш товар? Где он? – С товаром хуже. Его прибрали к рукам казаки Конского Хвоста, – соврал Бермудский. – Конский Хвост и сейчас орудует Калачах, так что если желаете повоевать, и товар свой отбить, как раз успеете. – Конский Хвост? Мы про него и его казаков были лучшего мнения. Думали, они за порядок! Каковы мерзавцы! – Торопитесь, пока они еще в Калачах! – Ну, всё, конец Конскому Хвосту! – крикнул Тушканчик. – На коней! Сотня народного ополчения двинулась с места и решительно меся грязь лошадиными копытами, проскакала в сторону Калачей. Удачно отвязавшись от Тушканчика и его сотни, ветрогонцы переправили цистерну в степь. Здесь её спокойно опустили в траву неподалёку от подводной лодки и выключили прибор невесомости. Ветерок по традиции с ковшиком взбежал вверх по лесенке и стал возиться с люком. – Хоть бы крем-сода! – мечтательно сказал Одеколончик. – Мне крем-сода ночью снилась. Прям, как я её пью представлял… – Я бы тоже не отказался от крем-соды, но можно и дюшес, – заметил коротышка в попугайском наряде. – Братцы, а давайте, газировки напьёмся и айда на подводной лодке кататься! – предложил Одеколончик. – Прибор-то у нас до завтрашнего вечера будет! – Это можно! – одобрительно загудели коротышки. – Это ты здорово придумал! Наконец, Ветерок открыл люк. Крышка откинулась с гулким лязгом. Все притихли. Ветерок сунул ковшик в люк, зачерпнул из цистерны, отпил и после паузы с лицом, выражающем смесь удивления и обиды, сообщил: – ...мазут! Повисла пуза. – Как мазут? Какой? – закричали, наконец, снизу, опомнившись. – Да вот так. Обыкновенный, из нефти, – сказал Ветерок зло, и отплёвываясь стал слезать вниз. – Целая цистерна. – А между прочим, половину вещей, взятых у Хомяка пришлось за прибор невесомости в Новый Давилон отправить, – заметил коротышка в попугайском наряде. – А где Бермудский? – спросил Одеколончик недобро. – Нету негодяя, – ответил кто-то, коротышки стали оглядываться по сторонам. – Вон, Незнайка только стоит. – Ну-ка, где этот… дружок-то твой? – спросил Одеколончик у Незнайки, грозно к нему приблизившись. – Не знаю! – Незнайка развёл руками и пожал плечами. – Да ты хоть что-нибудь вообще знаешь? – сердито спросил Ветерок. – Я видел! – сказал какой-то невысокий коротыш. – Он в лодку нырнул. Несколько коротышек кинулось к входному люку. Через минуту они за шкирку вытащили Бермудского из подводной лодки. – В самый дальний отсек запрятался, гад! – сказал попугайски одетый. – Бейте его! – скомандовал Ветерок. – Из-за него пролетели мимо газировки. Ногами бейте! Только не насмерть. – На! Получи! – раздались крики и глухие звуки пинков. – Пшёл вон из общины! И шляпу своего забирай! Оставив избитого Бермудского лежать возле подводной лодки, бойцы пошли в город выбирать нового Батьку.