Цена обмана

10

Кажется, вот и наступила та самая жопа, которую Чимин ждал целый день. Получите распишитесь, вы же так хотели. Ах, как не хотели? Что ж, ошибочка вышла. Ну мы уже доставили, так что похер, всё равно получите и распишитесь. Голосок внутри головы противно хихикнул и продолжил свой монолог, не обращая внимания на хозяина. — Вот вам счёт за бесплатную парковку, скидку на бензин и кофе без очереди. Чёрная полоса, белая полоса, ну вы в курсе да? Кстати, тарифы слегка поднялись. Хотя куда уж больше. — Чем платить будете? Слёзы, боль, душевные страдания, кошмары по ночам? Это самые популярные опции, хотя вы же знаете, что это я. Обладатель противного голоса поселился в Чимине давно, по правде говоря, он наверное даже родился уже с ним, потому что сколько себя помнит, всегда слышал чье-то бубнение, которое вот совсем не помогало справляться с проблемами и жить счастливо, ну или хотя бы просто жить. Это сейчас Чимин понимает, что эта змея, пригретая на груди, ему вредит, но тварь вцепилась так крепко, оплела все внутренности, своими владениями сделала, ядом пропитала и отпускать не собирается. Словно паразит подпитывается чужой болью и растёт. Маленький альфочка не понимал, ох как жаль, что он не понимал и не смог избавиться от того зарождающегося монстра внутри себя. А теперь поздно, монстр стал его частью, хотя Чимин не уверен кто чьей частью стал, потому что иногда кажется, что он сам гость в чужой в голове. Это нечто росло вместе с ним, подпитываясь обидой несправедливости с самого детства. Маленький Пак часто грустил и не понимал, что за цифры у него на шее и почему у других деток таких нет. Голосок тогда поддерживал как-то по-своему, аккуратно, втираясь в доверие, становясь другом. Непрошенный гость в голове объяснял ребёнку, помогал понять многие вещи и просто находился рядом. Не давил, а показывался в нужное время. Всё это конечно бескорыстно, что подкупало. Ну а кто не хочет друга, который дает советы, выслушивает и рядом находится всегда? Сидит себе тихонько в голове, как личный психолог. Прелесть же. Так и втёрся псевдопомощник обманом в чужое доверие, постепенно выдвигая свои требования. Бескорыстность закончилась и наступило время платить. Альфа рос, а вместе с ним рос и креп его внутренний монстр и его запросы, отбирая собственные силы. А когда Пак понял, что цена за что-то «хорошее» становилось слишком высокой, то избавиться от обитателя уже не получалось, тут лишь хмыкал самодовольно, мол: «поздно сладкий, ты мой». — Можно ещё, конечно, глубокую депрессию, но как-то её не жалуют у нас. Обычно после неё к нам больше никто не приходит, так что ею берём в крайних случаях, когда уже больше взять то нечего. Да и вы платили ею недавно, так часто нельзя. Мы заботимся о наших клиентах, знаете ли. В жопу такую заботу, знаете ли. У Чимина тоже, так то нечего брать больше, но кого волнует. — А вы, Чимин, бодрячком я смотрю! С вас ещё доить и доить! Что, что? Как не вы будете платить? А кто же? Может таки подумайте? У вас потрясающая кредитная история, гляньте только! Чимин сморщился и тряхнул головой, пытаясь прекратить воспроизводить в своей голове этот дурацкий диалог, потому что это действительно уже не смешно. Голос настойчиво тарахтел и альфа не мог его никак заткнуть, контроля не имел, штурвал давно передал в чужие руки, хотя, по правде говоря, он никогда за ним и не стоял. — Взгляните взгляните! Да ваша история, как каталог для вновь прибывших! Отчаяние, боль, грусть, печаль, уныние, нежелание просыпаться утром, одиночество, безысходность, депрессия, нервный срыв, ненависть к себе, самобичевание, чувство полной отрешенности, чувство ненужности, чувство неправильности, чувство несправедливости. И список этот можно продолжать до бесконечности, от чего-то Чимин уверен, что обладатель столь привычного, но столь ненавистного голоса, получал моральное удовольствие, перечитывая историю «оплаты» так сказать. — Можем сделать скидку или рассрочку, что думаете? Ну ну, Чимин, расплатиться всё равно придётся, у вас ещё долг не закрытый, помните? Альфа в который раз тряхнул головой, пытаясь избавиться от этого бреда, пытаясь не слушать и мысленно не отвечать. Он ведь не спятил, нет в голове никакого голоса, нет в голове никакого монстра, он никому ничего не должен, это всего лишь выдумки. Его собственные выдумки и альфа понятия не имел, в какой момент настолько потерял контроль, что позволил собственному воображению создать нечто внутри себя, что так отравляло ему жизнь. Он же не псих, сущностей с жёлтыми глазами в углах не видит, призраки умерших ему не мерещится, да и вообще всё с ним хорошо, ясно? Всё в порядке!

***

С Тэхёном они разошлись на довольно странной ноте. Омега был явно испуган и видно было, что несмотря на всю напускную уверенность, тот был не готов отказаться и стать обладателем красных цифр на шее, не говоря уже о том, чтобы те почернели. Это определённо обрадовало альфу, потому что поездка прошла не зря, он не зря открылся и оголил свою боль. Но также Чимин понимал, что даже то, что омега об этом задумался - уже шаг, и довольно серьезный шаг. Альфа взял с Тэхёна обещание, что тот хорошо подумает над его словами и они вернутся к этому разговору позже, а также попросил съездить с ним ещё в одно место на днях, на что омега удивлённо вскинул брови. Ну потому что блин, какое ещё место? Но Чимин также ничего не объяснил, кинул привычное «Просто доверься мне» и омега согласился. То ли от усталости, толи чтобы от него просто отстали, но согласился и пообещал, что никаких «поспешных решений» принимать не будет. Что имелось ввиду, под именованным «поспешными решениями» оба понимали. Чимин выдохнул и почему-то верил, что омега своё обещание сдержит.

***

Обратная дорога заняла больше времени, хотя по всем этим логикам, они должны были добраться часа за три, потому что ночь, трасса не загружена, город пустой, но получилось как получилось. Ну и возможно, конечно, виной тому стал омега, который, прилип к окну и практически обслюнявил пассажирскую дверь, смотря на восходящее солнце. Рассвет был действительно потрясающим. Солнце ласково выглядывало из-за горизонта, неспешно осветляя своими лучами густую черноту. Как бы намекая всем на него смотрящим, что: «Смотрите, даже после такого мрака и темноты всё равно наступает день, всё равно будет светло, и я также буду греть. Вечером я уйду, вам снова станет холодно и страшно, возможно, вы опять захотите опустить руки и сдаться, но не уходите ладно? Утром я вновь вернусь и мы с вами продолжим этот путь, будем идти долго, будет тяжело, но я обещаю, что буду освещать вам все подводные камни, все ямы, и помогать делать каждый шаг. Вечер будет меня подгонять, а ночь и вовсе заставит уйти, она будет пытаться переманить вас на свою сторону, будет пугать, что у вас ничего не получится и навеивать мысли о том, чтобы остановиться, развернуться и идти обратно. Ночь подлая, коварная, но вы должны стоять на своем. Крепко держаться своей цели и ни в коем случае не отступать. Нет сил идти дальше? Ладно, пускай. Остановитесь, передохните, сядьте и закройте глаза, не слушайте манящий шёпот, не позволяйте когтистым лапам проникнуть внутрь и спутать вас. Ночь захочет заставить вас свернуть с правильной тропинки и ваша задача - выстоять. Подождите немного, утром я вернусь и мы вновь будем идти. Наш путь будет долгий и извилистый, темнота будет мешать мне и вам, но вместе мы справимся. Ночь, это ведь не так много, если на кону стоит счастье, правда?» Несколько часов они потеряли сидя на капоте и безмолвно общаясь с солнцем, каждый о своём. Они задавали вопросы и возможно даже получали ответы, кто знает. Так или иначе, такой незамысловатый контакт со светом обоим пошёл на пользу. Кажется этим утром большой жёлтый шар познакомился с двумя заблудшими путниками. Те помощи не просили, отчаялись уже, но глаза умоляющие говорили сами за себя. Не знали души заблудшие о мощи и силе их нового друга. У солнца глаза повсюду, оно судьбу каждого видит и этих двоих, запутавшихся и ни во что не верящих, тоже. Его просить не надо, оно объятия свои ласково раскрывает и едва заметно плечей касается, направляя в нужную сторону. В сторону, где такие же две заблудшие души ищут свои недостающие части.

***

Старший приехал к Чонгуку около четырёх часов утра, сразу после того, как завез Тэхёна обратно в больницу. Чонгук сонный, растрёпанный и ничего не понимающий открыл дверь, впуская друга и хотел высказать всё, что он думает по поводу таких ранних визитов, но внешний вид Чимина быстро дал понять, что стоит заткнуться. Блондин прошел в чужую квартиру держа путь на кухню, по хозяйски открыл ящик, достал два стакана и вытянул из пакета бутылку чего-то, что явно не чай. Всё с того же пакета вынырнул лимон, и под немного охреневший от происходящего взгляд Чона, альфа нарезал так называемую «закуску» прямо на столешнице, не заботясь о том, чтобы подложить досточку (какая наглость!). — «Теперь следы останутся» — подумал Чонгук, но что-то ему подсказывало, что испорченная столешница наименьшее из проблем. У него вот друг, походу, испортился. — Не рановато ли? — наконец отмер младший, кивая в сторону бутылки. Чимин не поворачиваясь к источнику звука, открыл всё тот же «не чай» и налил себе в стакан, а после залпом его осушил. Под всё тот же охреневший взгляд друга, Пак вновь налил виски уже в оба стакана и вытянул пачку сигарет из кармана. Чонгук воспринял второй наполненный стакан, как приглашение и поплёлся в сторону источника его будущего похмелья, садясь напротив друга. — Понял, не рановато. — продолжил монолог Чонгук. — Может лёд? Кивок. Альфа взял курс на морозилку, по пути обдумывая, что такого могло случиться и как вообще начать разговор, но сонный мозг помахал ему ручкой с противным «ариведерчи» намекая, что помощи от него не дождёшься. Брюнет бросил пару кубиков льда, чтобы как-то сгладить горький вкус алкоголя. — Что-то случилось? — браво Чонгук, пять баллов за смекалку, а то по нему же не видно. — Нет. Отлично, Чимин задачу совсем не собирался облегчать. Но по факту правду ведь сказал. Ничего не случилось. Ещё не случилось и ключевое тут именно «ещё». Просто Чимина вымотала эта экскурсия для Тэхёна, он помочь хотел, но не заметил, как открыл двери, которые нельзя открывать, как вскрыл те раны, которые затягивались много лет с таким трудом. Вот и болят теперь сильно, а поделиться не может ни с кем. — Тебя что-то беспокоит? — предпринял ещё одну попытку младший. — Да. — Я могу как-то помочь? — Нет. — Ты же знаешь, что можешь мне рассказать? — Знаю. — Хочешь об этом поговорить? — Хочу. Ну слава Богу, всё оказалось легче, чем Чонгук думал. — Тогда расскажи мне, Чимин, и возможно я смогу помочь, а если нет, то легче точно станет. — Не могу. — Почему? — Потому что пообещал. А нет, показалось. Нихрена не легче. Ладно, возможно самое время просить помощи у стоящего рядом стакана, потому что мозг всё также отказывается сотрудничать, а тут как говорится «без ста грамм - не разберёшься». — Кому? — Не могу сказать. — Чимин.. — Давай просто выпьем, окей? У меня была дерьмовая ночь и сейчас мне может помочь только это. — кивая на стакан. А после тянется к своему «помощнику», в надежде что тот настолько затуманит сознание, что перестанет так сильно болеть.

***

В тот день дело одной бутылкой не ограничилось. Так называемого «лекарства» понадобилось больше. Альфа немного переоценил свои силы. Наверное ещё не прошло достаточно времени для того, чтобы он спокойно и без последствий мог вернуться в тот дом. В этот раз было рано, определённо слишком рано, поэтому Чимин рассыпался, даже не успев себя до конца собрать. Одним неосторожным движением разрушил то, что так тщательно склеивал, но ничего, сейчас он снова найдёт каждую частичку своего разрушенного внутреннего мира и соберёт в кучу. Ему не привыкать. Попробует заново склеить, хотя всё это месиво проще выбросить к чертям, но ведь другого нет, так что нужно пытаться восстановить. Но пожалуй не сегодня и даже не завтра, ему нужны эти два дня. Вдруг получится навсегда утонуть и больше ничего не чувствовать? А если не повезёт, то тогда просто немножко отдохнёт, а с понедельника вновь попытается жить дальше. В конце концов, все важные решения принимаются с понедельника, так ведь?

***

Долгожданный понедельник (нет) наступил, оставляя привкус не самых лёгких выходных. Чонгук сидел в своем кабинете пытаясь сосредоточиться на работе, что получалось мягко говоря - отвратительно. За два дня он так и не узнал причину Чиминового состояния или того, что хоть как-то бы намекнуло, где искать ответы. В кабинет постучались и не дожидаясь ответа - вошли. — Доброе утро. — Фил? Привет, какими судьбами? — Джию попросила привезти тебе кое-какие документы, сказала, что совсем забыла, а это что-то там важное и бла, бла, бла. Чонгук скептически посмотрел в сторону оставленной на его столе папки и поднял бровь. — Какие важные документы? — Ты у меня спрашиваешь? Я откуда знаю? Ну вот совсем не натурально, Фил. Актёр из тебя, как из Чонгука шутник и благо, наследник компании слишком сонный и заторможенный, чтобы заметить что-то неладное, а это «неладное» именовалась «маленькой просьбой Чимина». Если быть точнее: одной из двух маленьких просьб Чимина, а Фил, как оказалось, был заинтересованным лицом одной из них.

***Flashback***

Альфа сидел в кафе за крайним столиком у окна и нервно стучал пальцами по столу. — Не скажу, что рад тебя видеть. — послышался голос сбоку. — Привет, Фил. Спасибо, что пришёл. — Давай пропустим лирику, окей? Что за дело? — Фил не злись, я же говорил, что не специально. — альфа по прежнему был зол на Чимина за то, что тот заставил Джию нервничать, потому что ей, черт возьми, нельзя! А этот остолоп совсем мозгами не думает, когда рот свой открывает. — Ближе к делу, я не собираюсь торчать с тобой тут весь день. Чимин решил не испытывать судьбу, да и целого дня у него тоже не было, время поджимало. Фил согласился помочь и это уже хорошо, а за Джию он потом извинится. — Помнишь вы ездили к Чонгуку за его вещами? — Такое забудешь. — жестом подзывая официанта. — Эти вещи были для Тэхёна, может слышал о нём. — Конечно, Джию много проводила времени с этим омегой. Домой к нам часто приходил. Хороший мальчик. — выискивая глазами парня в фартуке, который вовсе не спешил выполнять свою работу, а мило беседовал у барной стойки с коллегой. — И зачем ему вещи этого вашего Чонгука? — Он в больнице, а Чонгук его истинный, но сейчас они не вместе…в общем там всё сложно. — Там всё просто, дятел ваш Чонгук, вот и всё. — Ты знаешь? — Джию рассказывала, что какое-то мудло его бросило, даже не выслушав, а теперь понятно, кто именно это мудло. Чимин с облегчением выдохнул, потому что не надо стараться придумывать веские причины для своих дальнейших просьб. — Никто не знает, что он в больнице, все в офисе думают, что тот просто уволился и Джию, кстати, тоже. Тэхён сказал, что не хотел рассказывать, чтобы та не переживала и малышу не вредила. — Я знал, что он самый умный со всей вашей компании. Только с альфой вот не повезло. — Чонгук не плохой, Фил. Правда. Просто его нужно немного подтолкнуть. — Разве что с крыши. — буркнул тот. Ну а что? Он не раз приходил домой и заставал Тэхёна лежащего всего в слезах у своей омеги на коленях. Явно не от большого счастья. — В общем, я хочу кое-что проверить, но мне нужна твоя помощь. — Вправить мозги твоему дружку? — Ну, скажем так: немного в этом поспособствовать. — Каким образом? — Я хочу чтобы ты отдал эти бумаги Чонгуку. — подвигая папку ближе к Филу. — Почему я? — Потому что это не вызовет никаких подозрений. Скажешь, что Джию нашла кое-какие документы дома, или забыла что-то доделать, неважно. Просто отдашь их Чонгуку и на этом всё.

***End of flashback***

— Она же сказала, что закончила все дела. — выгибая бровь. — Она беременна, Чонгук. Вчера она мне сказала, что хочет ананас, а утром плакала, потому что я всё неправильно понял и она хотела нюхать пальму. Так что гребись с этим сам, а я поеду. Мне ещё Джию в дендрарий везти, пальмы нюхать. Много дел, знаешь ли. А после вышел из кабинета, хлопнув дверью, оставив альфу в недоумении. Господи, что беременность делает с омегами. Чон мысленно пожелал Филу удачи, а после пододвинул ближе к себе чашку с остывшим кофе и сделал пару глотков, в надежде, что тот вернёт ему где-то потерявшийся заряд бодрости. Взгляд плавно соскользнул на папку, принесённую пару минут назад и альфа всё так же скептически потянулся рукой в её сторону. Внутри был только один лист и Чону хватило трёх секунд, чтобы уловить суть написанного. Тот подорвался со стула, опрокидывая его и чашку с недопитым кофе, заливая несколько часов плодотворной работы, но плевать. Чонгук хватает со стола ключи от машины и вылетает из кабинета, бросая короткое «Меня сегодня не будет» удивлённой омеге, которая сидела в приёмной. Да Чимин, у тебя определённо получилось подтолкнуть.

***

Чонгук толком не прочитал документ, который принёс ему Фил, потому что отрывков «страховка», «несчастный случай» и «Ким Тэхён» хватило, чтобы бросить все дела. В углу был адрес больницы, а в голове ни капли сомнений. Даже утренний мозг альфы справился и сложил полноценную картинку. И та ему не нравилась. Как же она ему, сука, не нравилась. Брюнет жал на педаль газа, сжимая в руках эту сраную бумажку и пытаясь вычитать там хоть какую-то дополнительную информацию. Но ничего, что могло бы успокоить альфу там не было. Какие-то реквизиты, сумма страховки и прочая ненужная хрень. Почему не написано что случилось с омегой? Какие травмы? Что вообще за несчастный случай? Чон в прямом смысле влетает в приемное отделение больницы, а после находит рецепцию, у которой никого нет, так что просто ловит проходящего мимо омегу в белом халате за локоть. — К вам поступал Ким Тэхён? — получается громче и грубее, чем пишут в книгах о вежливости, но Чонгуку вот вообще сейчас не до этого. Просто нужно найти Тэхёна. Сию секунду. Омега испуганно поднял глаза и попытался сделать шаг назад, но цепкая хватка на руке не дала отодвинуться. — Пустите пожалуйста. — настороженно прошептал парень, смотря на свою руку, на Чонгука, а потом снова на свою руку. Не то, чтобы Чон выглядел пугающе, но всяких придурков хватает. Альфа дёрнулся, понимая, что схватил парня действительно сильно и могут остаться синяки. Идиот. — Простите…Бога ради, простите. Я… — Кай, всё хорошо? — послышался взволнованный голос альфы сзади. Мужчина окинул взглядом Чонгука, всё ещё держащего парня за локоть и омегу стоящего рядом с испуганным лицом. После отложил бумаги и в пару шагов преодолел расстояние отдаляющее его от своей цели. — Лео… — с облегчением прошептал. — Что-то случилось? — становясь спиной к Чону, тем самым загораживая омегу собой. — Кай, ты в порядке? — повторил тот, когда не услышал ответа. Он вообще не обращал внимания на Чонгука, будто того и не было вовсе. Сейчас в приоритете у Лео был только омега напротив. — Да, в..всё хорошо. — Иди передохни, ладно? — он вытянул из кармана шоколадный батончик и протянул омеге. — Я скоро приду. Парень кивнул робко, развернулся и ушел в другую сторону. Альфа провёл его взглядом, пока тот не скрылся за поворотом и только после этого развернулся и посмотрел на Чонгука так, что непроизвольно хотелось объясниться ну или шаг назад сделать, а лучше два. — Ещё хоть раз его тронешь или подойдёшь ближе чем на метр я твои поганые руки засуну тебе в зад, понял? — прохрипел альфа, наклоняясь ближе к уху Чонгука. Этот хрип нельзя было спутать ни с чем. Хрип альфы, защищающий своё. Защищающий свою омегу. От такого тона мурашки по коже бежали и волосы дыбом становились. Чонгук даже и не думал возражать, потому что заслужил. Кивнул молча, соглашаясь. — Чем я могу помочь? — возвращая прежний, в меру возможности, вежливый голос, как подобает врачу. — Ким Тэхён. Мне нужен Ким Тэхён. Браво Чонгук, пусть смысл у этих слов немного не тот в данный момент, но ты определённо делаешь успехи. — Вы ему кто? А вот это вопрос. Кто же, а? — Друг. — Лео поднял бровь и сложил руки на груди, давая понять, что не убедил. — Послушайте, — начал более мягко. — Пожалуйста, просто скажите, что с ним. Можете меня к нему не пускать, просто расскажите, что случилось. Альфа пару секунд буравил его взглядом, а после кивнул головой в сторону рецепции и направился туда же. Врач долго кликал в компьютере и наконец нашел историю болезни. — Да, есть такой. Поступил чуть больше двух недель назад. Несчастный случай на работе, говорит, что упал с лестницы. У омеги множественные ушибы мягких тканей, ссадины, гематомы по всему телу, и синяки, преимущественно на кистях, лице и рёбрах. Чонгук, кажись, дышать перестал. Две недели? Тэхён здесь уже целых две недели? — Можно мне к нему? Пожалуйста. — противореча своим же словам. — Простите, его лечащий врач сделал пометку, что к нему нельзя пускать посетителей альф, так что ничем не могу помочь. — Доктор, пожалуйста! — крикнул громче Чонгук потому что…да понятия не имел почему. Просто нужно было сейчас попасть к Тэхёну. Убедиться, что с ним всё хорошо. Нужно и всё и нечего тут объяснять. — Если ты не заметил, то у меня тоже два уха и я тебя прекрасно слышу. Не надо тут орать. — Простите, просто мне очень нужно, пожалуйста. Я всего на пару минут. Прошу. Доктор скрестил руки на груди и устало вздохнул. — У тебя десять минут, не больше. Понял? Вот и дыхание восстановилось.

***

Альфа аккуратно входит в палату, боясь.. да даже не зная, чего именно. Разбудить? Потревожить? Увидеть? Всего сразу. Шторы плотно задвинуты, от чего внутри темновато, как для раннего утра. Чонгук осматривается, замечая внутри две кровати: одна из которых пустая, а на второй кто-то спит. Альфа не спеша подходит, окидывая взглядом мирно сопящее тельце и с удивлением замечает, что пахнет тут, как у него дома. Пахнет какао. И совсем-совсем не пахнет Тэхёном. От чего даже немного грустно, потому что давно не слышал запаха омеги. Хотелось, самую малость и вряд ли когда-нибудь в этом признается вслух. Альфа аккуратно сел на кресло рядом с кроватью и потянулся рукой к одеялу, немного его отодвигая и открывая обзор на спящее лицо. Челюсть непроизвольно сжалась, когда Чон заметил уже почти зажившую ссадину на брови, остаток синяка под глазом и маленькую ранку в углу губы. Где-то внутри закололо от понимания, что две недели назад всё было, скорее всего, намного хуже и это ведь только лицо. Альфа боялся предполагать, сколько ещё ссадин и ран есть на теле. Рука сама потянулась к щеке Тэхёна прежде, чем тот успел обдумать свой неконтролируемый порыв, а после, когда пальцы приятно обожгло чужой теплотой, обдумывать уже ничего не хотелось. Чонгук нежно гладил чужую щеку большим пальцем, боясь причинить боль. Вспомнились слова Чимина о том, что физическая боль это ничего, по сравнению с моральной. Хотелось смеяться от своих же мыслей, потому что как раны на теле Тэхёна, так Чонгук боится больно сделать, а как сам душу его калечит словами, то ничего, пустяки. Омега даже не дёрнулся от чужого прикосновения, он устал очень, поездка его вымотала не столько физически, сколько морально, так что по возвращению он сразу же уснул. — Только скажи мне, кто это сделал Тэхён. — тихо прошептал Чонгук, боясь, что его услышат. — Скажи мне кто посмел. «Скажи кто посмел тебя тронуть и я заставлю его пожалеть» — остается где-то сдержанным внутри. Альфа продолжил нежно гладить щеку, шепча что-то, что слышал только он сам. Тэхён тёпленький, маленький и такой беззащитный, что хотелось найти эту сволочь и голову оторвать за то, что тронуть посмел. Тэхёна нельзя трогать, нельзя обижать. Чонгук не заметил в какой момент он подсел так близко. Одной рукой он перебирал волосы на затылке, а другой всё также продолжал поглаживать щёчку и что-то тихо шептал, шептал, шептал, будто бы это могло как-то помочь. Кажись альфа перестал себя контролировать, потому что развонялся на всю палату и наверное на весь этаж, что естественно, услышал и сам омега. Ресницы задрожали и тот медленно открыл глаза. Чонгук замер, но руки с пригретого местечка не убирал, одна всё также покоилась в волосах, а другая касалась края губы. Тэхён проморгался несколько раз, будто пытался прогнать надоедливую галлюцинацию, либо думал, что ещё спит, потому что это слишком хорошо, чтобы было действительностью. Чонгук не моргал, смотрел внимательно, глаза не отводил. Опять этими чёрными, опять глубоко так пробирался, а голубые напротив расширялись в ужасе, не понимая, что происходит. — Чонгук… — тихо прошептал омега. — Привет, ты как? — так же тихо ответил альфа, а голос был мягкий и спокойный. Ни капли раздражения, былой злости и холодности. — Не настоящий, — грустно прошептал себе под нос. — Да, точно не настоящий. — и кивнул, соглашаясь со своими словами. — Ты не можешь быть настоящим. — Почему я не могу быть настоящим? — Настоящий бы не пришёл. От того насколько уверенно говорил омега, Чонгук вздрогнул. Слова неприятным эхом отбивались от палаты, врезаясь в уши. «Настоящий бы не пришёл». Ну а что ты хотел, Чонгук? Что он ещё может думать? Сам столько времени отбирал у него уверенность в нужности, вот и пожинай теперь плоды. — Скажи мне кто это сделал, Тэхён. Кажись омега таки пришел в себя и понял, что эта галлюцинация совсем не галлюцинация, потому что дёрнулся резко, отпихивая чужие руки и отполз на кровати подальше. — Тихо, тихо, тихо.. — поднимая руки вверх и отодвигаясь назад, шептал Чонгук. — Это я, всё хорошо. Ага, как же. — Ты что тут делаешь? — испугано спросил, оглядываясь по сторонам. — К тебе пришёл. — Зачем? — Что за глупые вопросы, Тэхён? — альфа сел обратно на стул рядом с кроватью. — Нисколько не глупые. Зачем ты пришёл? Чонгук постепенно начинал приходить в себя. Жизни омеги ничего не угрожало и дикий страх за него прошёл, заставляя мозг снова включиться. Осознание того, что он потерял контроль, словно молотом ударило по голове. Он смотрел испуганно на Тэхёна и на свои руки, которые секунду назад.. его касались? И гладили? Обнимали? Нет, нет, нет, Чонгук, ты не мог так облажаться, не мог. Это из-за того, что испугался, только из-за этого. Никаких других причин нет, просто рядом был омега, который нуждался в сильном альфе и альфья сущность проявилась. Никаких других причин. Правильно, главное самому поверить в свою ложь и тогда поверят все вокруг. Щеки Тэхёна до сих пор жгло от альфьих касаний. Он пришёл. Пришёл к нему. Сердце опять стучало также сильно. Опять глупое тянулось и млело, и сколько бы Тэхён ни объяснял этому упёртому, что нельзя, стоит только появиться альфе рядом, как то забывало все строгие правила напрочь. На несколько секунд Тэхён увидел своего Чонгука. Того, которого знал пять лет назад. Как только открыл глаза, альфа на него смотрел так нежно, так взволнованно, так трепетно, что казалось, будто тот готов горы свернуть, будто готов разорвать любого, кто приблизится к омеге. И Тэхён ради такого Чонгука готов на всё. Внутри сам с себя смеётся, потому что ещё вчера кричал, что откажется к чертям собачим, а стоило альфе вот так на него посмотреть, дать крохотную надежду на то, что всё таки ещё есть шанс и Тэхён собачонкой бежит за ним, спотыкаясь. И будет бежать, надеясь, что в этот раз получится. Потому что альфа иголки спрятал. На несколько секунд, но спрятал. Чонгук испугался. Испугался за Тэхёна. И кажись лазейка есть. Омеге уже было неважно, что произойдёт дальше, насколько злые и болючие слова альфа будет кидать, насколько сильно будет отталкивать. Всё стерпит. Ведь теперь он знает, что глубоко внутри, под слоем льда, колючек и воздвигнутых стен, все ещё есть его Чонгук. Всё ещё есть за что бороться и он будет. — Хотел узнать, что случилось и кто это сделал, только и всего. — Ты мог кого угодно послать меня проведать, но пришел сам. — У меня не было работы, поэтому я приехал. — нагло врёт альфа, но с убедительным лицом, надо отдать должное. — И всё же, офис насчитывает свыше трёхсот сотрудников, ты мог послать кого угодно. — стоит на своем Тэхён. — У людей есть работа, им нет до тебя никакого дела. — огрызается альфа. — У тебя тоже есть работа, но тебе ведь до меня есть дело. — Не обольщайся. — Ты мог просто узнать на рецепции что со мной, Чонгук. Но ты здесь, в палате сидишь. Почему? — Я хотел убедиться. — В чём? — Что с тобой всё хорошо. — Зачем? — Блядь, Тэхён, заканчивай со своими вопросами! — подрываясь со стула. — Почему, Чонгук? Потому что ты боишься своих ответов? Кажется Ким Тэхён в совершенстве освоил навык Чимина и научился задавать правильные вопросы этому альфе. Плавно подводил, заставляя признаться самому себе в том, что чувствует на самом деле. — Нет, потому что это заёбывает! — начиная ходить по палате. — Кто это сделал Тэхён? — Что сделал? — Не прикидывайся дурачком. Что за несчастный случай в офисе? Почему я об этом не знаю? — Я упал со ступенек. — безразлично отвечает омега. — Не ври мне. Нельзя со ступенек так упасть, чтобы раздолбать себе всё тело. — Ну, как видишь, можно. — пожимая плечами ответил Ким. — Тэхён, скажи мне правду. — теряя терпение. — А ты с какой целью интересуешься? — Что, блядь, значит с какой целью, Тэхён? — Ну то и значит. Как кто спрашиваешь? — Ты головой вижу знатно пару раз приложился, да? Я спрашиваю, как твой начальник, Тэхён. Потому что никаких отношений кроме рабочих у нас нет. Больно, конечно больно. Тэхён обязательно проплачет целую ночь вспоминая эти слова, но сейчас не отступит, не сдастся. — Ах, ну если как начальник, то тогда я покатился с лестницы. Это был несчастный случай, сам виноват, к вам никаких претензий не имею, господин Чон. Альфа глубоко вздохнул, был правда на пределе. Двумя руками прочесал волосы от лба к затылку, облизал губы и снова посмотрел на Тэхёна. — Я ещё раз спрашиваю. Кто. Это. Сделал. — протягивал каждое слово Чонгук. — Сту-пень-ки. — по слогам ответил Тэхён. Специально, засранец, так делал. Выводил на эмоции, раньше бы не решился никогда, но теперь знает за что борется. — Сука, Тэхён, не выводи меня! — рыкнул альфа и впервые Тэхён действительно испугался. — Не смей мне врать, слышишь!? Я хочу услышать правду, сейчас же! — Ах теперь ты захотел услышать правду!? Серьёзно!? Так мне нужно было почти умереть, чтобы ты захотел меня выслушать, да? Прости, не знал, так бы попробовал сдохнуть раньше! — теперь перешёл на крик и Тэхён. Альфа округлил глаза, не ожидая такой смены настроения. — Я не об этом сейчас и ты это прекрасно знаешь. Ты знаешь о какой правде я говорю. — Ну уж извините, что не предоставил вам каталог с выбором! Эту правду ему не надо, а эту правду надо! А если расскажу то что? Выберешь только то, что тебе удобно, да? Выберешь во что верить? — губы дрожали, руки дрожали, ладошки потели и вообще Тэхён удивляется, как он ещё в сознании, потому что в промежутках забывал делать вдохи. — Знаешь Тэхён, мне похер. Ты меня достал. — прорычал альфа, потому что чувствовал что вот-вот сорвётся и направился в сторону выхода. Хватит с него Тэхёна. И так глубоко впустил. — Ты врёшь Чонгук! — срываясь на очень громкий крик, от чего тот остановился. — Врёшь и сам это прекрасно знаешь! Тебе на меня не похер, как бы ты ни пытался меня и себя в этом убедить! Пробиться бы сквозь эту стену, только не по зубам она тебе Тэхён, не сейчас. — Ты несёшь бред, Тэхён. — отрицательно качая головой. — Это не бред и ты это знаешь. — глубокий выдох. — У тебя до сих пор есть чувства ко мне. Собственные губы обожгло, словно омега сказал что-то запретное, что-то что нельзя было говорить. Альфа развернулся, а в глазах огни злости горели, потому что нет, нельзя такими словами бросаться. Не правда это. Никаких чувств, кроме ненависти. Альфа поклялся себе, что не допустит похоронит всё, что прорасти пытается, не позволит себе вернуться обратно. — В этом ты прав Тэхён. — разворачиваясь к омеге лицом и делая пару шагов к нему навстречу. Глаза чернеющие светились, взгляд был настолько тяжелый, что Тэхён физически его ощущал. Хотелось сжаться до размеров молекулы и испарится, потому что от чего-то омега был уверен, что такой Чонгук его морально уничтожит. — Ты прав, у меня есть чувства. Одно настолько большое и сильное, что заполнило меня всего изнутри и места для других нет. Это ненависть Тэхён. Я смотрю на тебя и ненавижу, ясно? Каждой клеточкой своего тела, каждым волоском, каждой мышцей, всем живым, что во мне есть, Тэхён — я ненавижу тебя. И кажется, такой альфа может уничтожить не только морально. В этом Тэхён не сомневался.