Цена обмана

12

Мысль о том, что все вокруг знали Чонгука лучше, чем он сам, начинала выводить из себя. Тэхён, кричащий что альфа на самом деле не такой, мама, убеждённая, что сын поступит правильно. Откуда в них такая уверенность? На лбу, что ли написано? Почему все ждут от него правильных поступков? Почему все так уверены, что он поступит правильно? Альфе вот тоже хочется быть уверенным, но никаких оснований для этого он не видит. Единственное в чем тот не сомневался было то, что сейчас он чувствует злость. Именно по этой причине жмёт на дверной звонок уже минуту без остановки, пока препятствие в виде нескольких листов металла, изоляционного наполнителя, петель, замков и элитной декоративной обшивки не открывается и на пороге не стоит Чимин. Взлохмаченный, сонный и такой же злой. — Ты что уснул, что ли, на этом звонке? Время видел? Альфа не здороваясь, молча прошел мимо друга вглубь квартиры. Они оба плохо расставили границы, надо ещё раз обговорить и ввести запрет на такие посещения друг друга. Чимин закрыл дверь и пошёл следом за ночным гостем, который по хозяйски ввалился на кухню. — А ну давай прикрути свои феромоны. Не надо мне тут вонять. — нахмурил брови Чимин, потому что запах какао расходился по всей квартире. — Ты не сказал. — Эммм..не сказал что? Привет? — сонно промаргиваясь и одновременно пытаясь понять, что за хрен вообще происходит. — Что Тэхён в больнице. Ты знал и не сказал. — игнорируя шутку друга, продолжал буравить того взглядом. — А ты как узнал? Боги, Пак Чимин, театр по тебе плачет. Так натурально сыграл удивление, будто вовсе не ты пару дней назад сделал эту бумажонку от якобы «больницы». Ну, возможно, бы Станиславский сказал «Не верю», но Чон менее придирчив. — Фил привёз бумаги от Джию. Она наверное почту нашу разгребала и там был больничный счёт по страховке на имя Тэхёна. — А, понятно. — кивнул Пак, не утруждаясь в более эмоциональном и глубоком ответе. — И всё Чимин? — удивлённо вскидывая брови. — Понятно? Ничего больше не хочешь сказать? Чонгук злился. Ну потому что какого чёрта? — А что я должен тебе сказать? — Да, блядь, даже не знаю! — фыркнул, снимая пальто и швыряя на стул. — Например, как долго ты об этом знаешь, почему не рассказал мне, почему на нём моя одежда? — Чон закипал скорее не от самого факта, что Пак скрыл это, хотя и это бесило не меньше, а от того, что Чимин стоял перед ним и смотрел так, будто Чонгук спрашивает о вещах, которые его совершенно не касаются. Но ведь касаются! Ещё как, блядь, касаются! Со стороны это всё, конечно, было похоже на какое-то биполярное расстройство: то хочу, то не хочу, то касается, то не касается. Но диагнозы тут у нас ставит Сокджин, так что Чимин решил не лезть в эту святую профессию. — А с каких пор тебя волнует то, что происходит с Тэ? Я думал тебе не интересно. — и зевнул, прислоняясь к дверному проёму. Чимин действовал тонко, играя на чувстве ревности и собственничества. Он знал младшего, знал, какие ниточки тянуть и как подводить к открытию и освобождению своих же чувств. Да и вчерашний разговор этих двоих, о котором Тэхён ему прожужжал все уши, давал Паку чётко понять, что Чонгука осталось совсем немножко подтолкнуть. Не с крыши, конечно, как хотел Фил, а в нужном направлении. — С Тэ? — поднял брови младший. — С каких это пор он стал для тебя «Тэ»? — Так удобнее, да и он не против. — безразлично ответил альфа и подошёл к плите, чтобы сварить кофе. На часах было три часа ночи и Чимин метался между тем, слишком ли это рано для кофе или скорее поздно, но нужда в кофеине была ощутимая. — Когда он успел стать не против? С каких пор вы вообще общаетесь? — внимательно следя за другом. — Ну, когда лежишь в одной палате, то волей не волей начинаешь находить общие темы. — совершенно спокойно ответил тот. — Не будешь же молчать круглые сутки. Слово за слово, сам знаешь, как оно. Чимин делал вид, что полностью поглощён приготовлением кофе, но сам боковым зрением наблюдал за Чоном, который сжал челюсти и напрягся весь. Именно этого старший и добивался, так что был довольный реакцией и не собирался отступать. Чужие нервные клетки - не собственные, так что можно парочку убить. Тому полезно будет. — С каких пор альфы лежат вместе с омегами? — холодным тоном. — Они и не лежат, мы только вместе лежали. Меня должны были перевести в понедельник в крыло для альф, но решили оставить как есть. И кто бы знал, с какой интонацией Чимин проговорил это «Мы только вместе лежали». Таки плачет театр по одному артисту. Такой талант пропадает. А у кое-какого альфы начинается нервный тик глаза и ногти уже больно впились в ладони от сжатых кулаков. Чимин видел, чувствовал и ликовал. — Что значит решили оставить как есть? Это больница или нет? Как можно оставить альфу в палате с омегой? И кто вообще так решил? А что Тэхён, он был не против? Чимин лишь пожал плечами, беззаботно продолжая свою кофейную церемонию и загадочно улыбаясь. В конце концов, ему даже ничего говорить не нужно, потому что Чон прекрасно справлялся и сам. Его воображение было весьма бурным, судя по тому, как тот тяжело дышал, ну и по тому, насколько бздит везде горьким какао. Ещё немножко и Чимин задохнется, ей богу. — Ты лёг в больницу в пятницу? — блондин еле сдержал смешок, потому что понимал ход мыслей друга. — Ага. — А выписали тебя в четверг? — Да-да. Ты с молоком будешь? — уточняет и надеется что собственная харя сейчас не треснет от сдерживания смеха. — То есть почти неделю. — игнорируя обращение друга. — И чем же вы занимались, что ты был настолько занят, что не брал от меня трубку? — «Да так, мелочи. То от приступов спасал, то крики по ночам слушал, то возил за дохреналион километров, чтобы тот глупостей не натворил». — подумал про себя Пак. — Ну, то тем, то этим. — с максимально незатейливым лицом, будто о погоде беседует. — У меня есть мороженое, бросить тебе в кофе? Должно быть вкусно. — Каким «тем» и каким «этим», Чимин? — вновь пропуская вопрос мимо ушей. — Ну как все, то одно, то другое. Ничего необычного. Ох засранец Пак Чимин, ох засранец. — Какое «одно» и «другое»? — Ой, то да сё. Ничего интересного. — Какое, блядь, «то» да «сё»? Ты издеваешься или разговаривать нормально разучился? У альфы тело напряжённо до предела, а глаза чернеющие, злые. Сам не замечает, как реагирует, как контроль теряет. Или замечает, но не пытается больше держать себя в руках. — А чего это ты мне допрос устроил? Тебя это почему волнует? — наконец отвлекаясь от кофеварения. — Ты сейчас серьезно? — Вполне. — складывая руки на груди. — Я должен знать. — Почему это? — Должен и всё. — голос становится ещё глубже и тверже. — Тебя же это не касается. — Касается. Напротив Чонгука сейчас стоял не Чимин. Напротив Чонгука сейчас стоял другой альфа, который посягал на то, на что нельзя. И пусть Чонгук ещё отрицал, его альфа уже давно всё принял и был готов показать, чей это омега. Был готов защитить своё. «Спасительный» телефонный звонок отвлёк от убийства по неосторожности. Это шутки, конечно, но глядя на глаза Чонгука, охотно верилось, что сейчас он был способен. Чимин перевёл взгляд на свой телефон, лежащий на столе рядом с младшим. Чонгук тоже непроизвольно кинул взгляд на чужой дисплей. «Тэ» Ну, возможно звонок не такой уж и спасительный. Чимин мысленно извиняется за все умершие нервные клетки друга и одновременно танцует джигу-джигу в душе. Потому что лучше просто не придумать. Чонгуку ведь не обязательно знать, что Тэхён звонит ему первый раз. Чимин об этом тактично промолчит, а ревнивый мозг младшего сам дорисует картинки. — Тэ, привет. Что-то случилось? — ответил на звонок Чимин и направился в сторону выхода из кухни, поднимая два пальца вверх, мол, пару минут. Ну, нужно же сделать вид, что это личный разговор, да? Краем уха слыша, как за ним следуют по пятам. Предсказуемый Чонгук. — Понял, конечно, без проблем. Хочешь со мной поехать? Недовольный вздох. Очень глубокий и очень недовольный вздох. — Хорошо тогда, заеду за тобой через час, ладно? Может договоримся с Джином. Какой нахрен «заеду за тобой через час»? Это ещё что такое? И кто такой этот Джин? — Ладно, будь готов тогда. До встречи. Чимин невозмутимо убрал телефон в задний карман и направился обратно в кухню, игнорируя чужой вопросительный взгляд. — Слушай, у меня тут дела появились. Давай я освобожусь и мы с тобой пообедаем, что скажешь? — возвращаясь к возне с кофе. — Почему он звонит тебе в три часа ночи? — Попросил помочь. — С чем помочь? Куда вы поедете? И почему тебя? Кто такой Джин? И что вообще за помощь в такое время? — конвейером, упираясь в барную стойку руками, чтобы хоть чем то их занять. — Не много ли вопросов, как для человека, которому всё равно? Или я не прав? — Чимин, не колупай мозг, просто ответь мне. — С какой целью интересуешься? Они что все, сговорились? Какая, нахрен, разница с какой целью!? Потому что вот так ему хочется! — Потому что я должен знать, Чимин! — крикнул тот, и ладони резко защипало от удара о каменную стойку. Отлично, ещё совсем немного. Чимин поставил обе чашки на страдалицу из мрамора рядом с Чонгуком. — Я добавил в кофе сироп. Ванильный. Попробуй, я бы только его и пил. — Ванильный? — глаза заблестели опасно. Чимин знал, ну конечно знал, как отреагирует Чонгук. По тонкому льду ходил, но мастерски балансировал. Огонёчки в чужих глазах сверкали яростью и готовностью оторвать Чимину голову. — Ага, вкусно очень, мне нравится. — С каких пор? — Хмм, пару дней назад купил. Всё не мог понять чего не хватает. — Ванили? — Ага. — Что у вас с Тэхёном? — вопрос в лоб. — А что? — Чимин, ответь на мой вопрос. — Общаемся. — Я вижу, что общаетесь. Как близко? — Достаточно. — Насколько близко вы общаетесь, Чимин? — повторил вопрос альфа, уже переходя на опасный низкий тон голоса. — Разве не ты говорил, что тебя не касается он и его жизнь? С чего такой интерес, Чонгук? — Касается. Всё что касается Тэхёна - касается и меня. — С каких пор? — Всегда. Чимин потянулся за своим кофе и отпил пару глотков, скрывая в чашке почти победную улыбку. — Ох, как вкусно, боже, если бы я был на твоём месте, то я бы.. А вот и та самая последняя капля. Чонгук обходит мешающую преграду и оказался так близко к Чимину, что их носы практически бились друг о друга. — Но ты не на моем месте, Чимин. И не будешь там никогда. Не смей, слышишь? Даже думать о нём не смей, понял? Кажись победа. — И почему же, ты, что ли, мне помешаешь? — Он мой, понял? Тэхён мой омега. Рык. И оба знали, что это значит. Альфа Чонгука всё решил, и ему было абсолютно плевать на мнение человечишки. Чимин выдохнул, складывая руки на груди, и победно улыбнулся. Браво, аплодисменты, Пак Чимин. — Твой омега? — Мой омега. — и в голосе ни доли намёка на сомнение. Твёрдо, четко, уверенно. — Наконец-то. Чонгук дышал тяжело, загнанно, словно пробежал кросс. Но слова дались легко. Звучали правильно. Пак вновь потянулся за чашкой со своим напитком, но альфа вырвал ту из чужих рук. — Не думай даже. — всё так же рыча. Потому что он только может этой ванилью наслаждаться и никто больше. Даже если это просто сироп в кофе. Чимин растянул улыбку во все 32 и кажется, что смог бы ещё шире, когда Чонгук скривился, смотря сначала на чашку, а потом на друга. — Вишня? — Ага, она самая. — и лыбясь гаденько. — Не ваниль? — Не ваниль. — Ты меня обманул. — поражаясь, насколько легко повёлся. — Может, совсем немного. — складывая указательный и большой пальцы в жесте «Чуть-чуть». — Тебе не нравится Тэхён? — Он хороший очень, но мне как младший брат. — Чонгук заметно расслабился. — И если тебе интересно, до того, как ты почти въехал в меня своим носом и начал рычать, я говорил, что если бы я был на твоём месте, то пил бы свой кофе быстрее, пока он ещё тёплый. — и улыбнулся опять так противно, что скулы сводило, а потом подмигнул Чонгуку и отобрал чашку со своим напитком. Нет, кажись, что если бы язва была человеком, то она бы выглядела как Чимин. — И как оно? — вытаскивая из ящика упаковку с печеньем. — Что? — отпивая пару глотков своего кофе, блаженно прикрывая глаза. Ванильно. — Наконец-то быть честным с самим собой. — Пока не понял. — Ну, у тебя ещё будет полно времени, а я пойду собираться. — отправляя пару печенюх в рот, под вновь потяжелевший взгляд друга. — Куда собираться? — Как куда? К Тэхёну, я же говорил. — Так это была не шутка? — Ну, конкретно это — нет. Чонгук опять нахмурился, смотря на друга из под лба. — И что ещё было «не шуткой»? — Так, герой, расслабься, он попросил меня забрать его брата с аэропорта, тот прилетает через два часа и опережая все последущие вопросы: нет, он со мной не поедет, а останется в больнице, нет, между нами ничего не было и быть не может, нет он мне не нравится и я вообще не воспринимаю его как омегу. Ну, как омегу который «омега» — добавил Чимин, пытаясь объяснить что он имел ввиду. — Ну ты понял короче, так что прекрати смотреть на меня так, будто я забрал твой кусок торта, окей? Не претендую я на него, понял? Он не интересен в этом плане, ясно? Так понятно? Или как мне ещё объяснить? — Вы были в палате вдвоём? Чимин выдохнул, понимая, что на пару вопросов таки нужно ответить сейчас, иначе паранойя Чона так просто не отпустит, а тот, в свою очередь, не отпустит его и всё это грозит опозданием в аэропорт. — Да. — И что вы делали? — Он очень много спал, Чонгук. — А когда он не спал? — Просто говорили. — О чём? — Иногда о тебе, иногда о чём-то менее приводящем его в депрессию. Чонгук сглотнул. О переодевании омеги, обнимании и успокаивании, когда тот плакал, а так же о ночной поездке - альфа решил пока не говорить. Расскажет обязательно, но позже. — А что ты делал пока он спал? — щурясь и косо смотря на друга. — Работал, разгадывал судоку, смотрел фильмы, играл в компьютер. — А ночью? — Спал. — И всё? — Да, Чонгук, и всё. — вздыхая и смотря на часы. — Ты закончил? Или детектор лжи будем ещё проходить? — Я с тобой поеду. — не обращая внимания на язвительность блондина. — Ну уж нет, хватит с Тэхёна вашей вчерашней встречи, дай ему успокоиться и прийти в себя. — Ты знаешь? — удивлённо поднимая голову. — Знаю конечно. — Он тебе рассказал? — Чонгук, — склонил голову набок Чимин. — А откуда по-твоему ещё я могу знать? — Он делится с тобой такими вещами? Ну да, закололо немного, потому что как-то не по себе от мысли, что когда Тэхёну нужна помощь, то первым делом он думает о Чимине. Понятно, Чонгук ничего не сделал для того, чтобы омега вспоминал о нём, скорее наоборот, сделал всё для того, чтобы Тэхён даже мысли в голове не допустил, чтобы позвонить альфе в случае проблем. Чонгук обязательно это исправит. Да. — Так, давай без вот этого тона, ладно? Кому ему ещё рассказывать? — Не знаю, друзьям например. — предположил тот, вытаскивая из кармана пачку сигарет и подходя к вытяжке. — У него нет тут никого, кроме Джию, а она беременна и ей нельзя нервничать. — брюнет открыл рот, чтобы привести ещё парочку веских аргументов, но Чимин его перебил. — Чонгук мы обязательно об этом поговорим и всё такое, но сейчас мне правда нужно ехать, иначе я опоздаю. — поглядывая на настенные часы. — И заставлю старшего Кима морозить зад на улице. — Он Мин. Они не родные. — поправил альфа и видя вопросительно выгнутую бровь, добавил. — Потом как-то, иначе и правда опоздаешь. Я чем-то помочь могу? Чимин на секунду задумался и перевёл взгляд на толстовку друга. — Да, снимай кофту. — Зачем? — хмурясь, от чего образовалась складочка между бровями. — Чонгук, блядь, не тупи. Нюхать буду её, нравишься ты мне. — раздраженно, потому что времени на тупняки друга у него не было. — Тэхёну конечно, зачем ещё? — Это для него? Мааааатерь божья, что творится то. Что за глаза пуговки? Пак вдохнул и выдохнул глубоко. — Да, Чонгук. Тэхён, блондин, омега, в больнице лежит. Знаешь такого? — Не язви. — А ты не тупи! Кофту давай снимай, времени мало. — Ему помогает мой запах? — опять игнор просьбы. Но взгляд такой тёплый, такой обнадёженный. — Да уж, если ты так будешь тормозить, то ваше примирение затянется, пиздец, как надолго. Чонгук всё также смотрел на друга из под лба, но уже более обиженно. — Да, ему нравится твой запах, он его успокаивает, поэтому я приволок из твоей квартиры одеяло, подушку и твои домашние вещи. Ну как я, Джию и Фил, но это уже другая история и я обязательно её расскажу тебе, но позже. Окей? Всё, давай снимай кофту и проветри квартиру, потому что бздит тут тобой несусветно!

***

Чонгук ещё пару раз пытался придумать аргумент, почему ему тоже нужно поехать, но Чимин каждый раз кидал такой взгляд, что альфа поджимал губы, принимая поражение. В конце концов, спустя двадцать минут попыток, брюнет успокоился, оставил Чимина в покое и те вышли на улицу, следуя к своим машинам. Старший уговорил Чонгука, чтобы тот поехал домой немного отдохнуть и сказал, что позвонит ему, как только освободится и они пообедают, на что младший согласно кивнул. После альфы разбрелись, каждый к своей машине. Чон замирает с ключами и нервно теребит брелок. Был один вопрос, который не давал покоя. — Чимин, — переминаясь с ноги на ногу у двери своего спорткара глядя в сторону друга, который в нескольких метрах от него. — Он с тобой делится многим? Что подразумевалось под «Многим» оба прекрасно понимали. — Да, Чонгук, многим. Альфа закусывает губу, опуская голову вниз, набирает полную грудь воздуха и вновь смотрит в чужие глаза. — Я крупно налажал? Пару секунд Чимин думает, стоит ли. И решается. — Да, это самая большая ошибка в твоей жизни. — кивает Пак, слыша, как каждое слово болезненно отпечатываться в чужом сознании. Чонгук не знает в какой именно момент это началось и почему внутри всё кричало о том, что нужно выслушать омегу, что все далеко не так, как ему казалось. Он долго сопротивлялся противному голосу, но вскоре поддался. На самом деле было нелегко отталкивать Тэхёна, потому что когда тот уходил обиженно опуская голову, хотелось бежать вслед за ним, обнимать и долго-долго извиняться. Возможно, эта катавасия продолжалась бы ещё кучу времени, если бы не наличие людей с мозгами вокруг альфы(хвала небесам), которые помогали младшему наводить в собственной голове порядок и раскладывать всё по полочкам. Они вслух говорили те вещи, которых Чонгук боялся и задавали вопросы, ответы на которые альфа не знал, но благодаря помощи - находил. Но решающей каплей стал сегодня Чимин, потому что мысль о том, что омега может быть не его, привела в дикую ярость и страх. Он конечно и сейчас не его ещё, не простил, они не вместе и всё такое, но это другое. Сегодня, Чонгук на секунду представил, что рядом с Тэхёном может быть другой альфа. Чужой альфа. Вдруг бы он обижал Тэхёна или делал ему больно? Омега ведь маленький такой, хрупкий и ранимый. Чона пробирала дрожь от мысли, что Тэ будет звонить кому-то каждый раз, когда у него проблемы, от мысли, что будет проводить время с кем-то другим, от мысли, что будет улыбаться и смеяться от чужих шуток, от мысли, что утром кто-то другой, не Чонгук, будет видеть его сонное лицо и готовить ему завтрак, от мысли, что кто-то будет касаться его омеги.. От всего этого к горлу подходил ком тошноты. Картинка за картинкой менялись в голове и всё остальное становилось совершенно неважным, было плевать на обиду, на гордость и на прочую хрень, потому что закрыть глаза он может на всё, но если увидит, что Тэхён счастлив с другим, то точно сойдёт с ума. В голове вдруг стало все чётко и ясно, Чон не мог допустить, чтобы омега принадлежал кому-то другому. Он его и только его. — Он сможет меня простить? — тихо и с такой надеждой в голосе, что у Чимина пробежал табун мурашек. Вот он, искренний Чонгук. — Он — да. Вопрос в том, сможешь ли ты себя простить.

***

Альфа стоял на парковке у входа в терминал и отбивал ритм пальцами по рулю. Несмотря на все подарки, которые ему приподнесло утро - он приехал вовремя. Чего, кстати, не скажешь о брате Тэхёна. Чимин ждал его уже около двадцати минут и всё ничего, альфа бы сидел тут и дальше спокойно, только если бы додумался взять номер телефона этого потерянного родственника. Но мысль пришла в блондинистую голову слишком поздно и когда тот звонил Тэхёну, то омега уже не брал трубку, уснул наверное. Номер Чимина Тэ брату выслал, а вот в обратную сторону как-то не подумал. Как вообще можно встретить кого-то в аэропорту, понятия не имея, как он выглядит и не зная его номера телефона? Нет, не то чтобы Пак совсем не знал как выглядит омега, Тэ показал ему фотографию, где где-то вдалеке, на фоне Эйфелевой башни, стояло два тельца обнявшись крепко. На фото лицо можно было разглядеть только под микроскопом и то, блондин думает, что ничего, кроме пикселей он бы там не увидел, потому что качество фотографии было откровенно дерьмовое. Да и на вид, тому фото было лет семь, не меньше, потому что Тэхён там тоже совсем ребёнок. Так что, пожалуй да, Чимин совершенно не знал, как выглядит омега. Остается только надеяться на то, что Тэхён сказал брату, какая машина у альфы и что это описание было шире чем «Ну она такая большая, чёрная и красивая очень» в чём, кстати, тот сомневался. Дождь барабанил по капоту машины и по прошествии ещё двадцати минут, альфа стал нервничать, потому что даже с учётом паспортного контроля и ожидания багажа, тот уже должен был освободиться. Чимин вытащил ключи из зажигания и потянулся к ручке двери, чтобы выйти на улицу, как внезапно, дверь с пассажирской стороны открылась и в машину юрко вскочил промокший до нитки парень, потирая замёрзшие ладони друг о друга и грея их ртом. — Здрасте, не могли бы вы меня подкинуть? Чимин обернулся в сторону внезапно образовавшегося тела в его машине (которое, кстати, очень громко стукнуло дверью и сейчас намочило его машину). — Извините, это не такси и я кое-кого жду. — Ну пожалуйста, я заплачу! — колотясь от холода. — Да дело не в деньгах, просто.. — Я двойную ставку дам! — не унимался омега, дрожа всем телом и цокоча зубами. — Я не таксист. — еще раз напомнил Пак, будто сейчас это должно было стать весомым аргументом, если в первый раз парень успешно пропустил эту информацию мимо ушей. — Никогда не поздно начать, — улыбаясь посиневшими губами. — Ну так что? Альфа тоже улыбнулся, облокачиваясь в полуобороте на дверь машины. — Мне правда жаль, — и даже не врёт. — Но я жду кое-кого. Омега вздохнул, кивая, что понял и потянулся к ручке двери. — Стой. — внезапно, даже для самого себя окликнул Чимин, когда парень открыл дверцу навстречу проливному ливню. — На улице холодно и льёт как из ведра, можешь посидеть тут, погреться и вызвать себе такси. Омега даже не думал сопротивляться, потому что на улице действительно холодно, а он промёрз и промок до кончиков ушей. — Спасибо. — кивнул, коротко осматривая чужое лицо. — Не за что. В машине повисла тишина, которая как-то неприятно давила и даже радио не спасало. — Ты не местный? — спросил Чимин, пытаясь разрядить обстановку. — С чего ты взял? — удивлённо посмотрел на него омега, убирая с глаз мокрую чёлку и открывая лоб. Сидящий напротив парень был красивый, даже очень. Несмотря на то, что подводка потекла от дождя, а прическа давно попрощались с укладкой, это его не портило совсем. Чёрные волосы и такие же чёрные глаза, ровный, маленький нос, круглые щечки. Несколько серьг в ушах, тонкие пальцы, на которых были надеты аккуратные серебряные кольца и браслет на левом запястье. Лаконичный жгутик, на который можно было докупать бусинки. За окном было ещё темно, но даже сейчас, Чимин видел, насколько омега очарователен. Объективно и со стороны, да. В конце концов он взрослый и здоровый альфа, вот. — Ну, тогда бы тебя кто-то встречал, нет? — говорит очевидные вещи, пытаясь не показаться маньяком, потому что подвис немного, рассматривая временного делителя одного воздуха в машине. — Вообще то меня должны были встречать, но по-моему продинамили. Я звонил пару раз, но телефон разрядился, — всё так же потирая ладоши друг о друга, пытаясь согреться. — Двадцать первый век, что тут скажешь. Без этой хрени, — показывая телефон без признаков жизни. — Сейчас никуда. Альфа молча включил печку ещё сильнее, а после протянул ладонь. — Давай сюда, поставим его на зарядку. Успеет подзарядится немного, пока ждём. Омега протянул свой мобильник. — Спасибо. — Не за что. И опять молчание, которое прерывало только шуршание чужих ладошек и дыхание на них. У Чимина, конечно, были запасные вещи, всегда их с собой возил, на случай всяких «форс-мажоров», но предложить омеге переодеться в сухую одежду было бы слишком. Поэтому тот потянулся к термочашке с кофе, стоящей на бардачке, а после протянул в сторону воплощения ледышки в его машине. Этот кофе был предназначен для брата Тэ, но цоканье чужих зубов от холода, заставили немного пересмотреть приоритеты. — Выпей, согреешься немного, тебя колотит всего. — Не нужно, я в порядке. — помотал головой в стороны и шмыгая уже заложенным носом. Так, ладно, возможно и не слишком. — Так, не пойми меня неправильно, окей? — потягиваясь за пакетом на заднее сиденье. — Тут вещи сухие. Толстовка и штаны спортивные. — омега поднял на него слегка удивлённый взгляд. — Они чистые, вожу с собой на всякий случай, — добавил Чимин. — Можешь переодеться, если хочешь, потому что заработаешь воспаление лёгких. — Спасибо конечно, но между воспалением лёгких и стриптизом в машине незнакомого альфы, я всё же выберу первое. — Что-то ты не особо беспокоился о своей безопасности, когда садился в машину к «незнакомому альфе». — последнее Пак передразнил чужим тоном. — У меня просто мозг замёрз тогда. — А сейчас отмёрз уже? — продолжая держать пакет. — Ага. — Ну тогда пошевели извилинами и прикинь перспективу сидения в мокрых вещах, для твоего здоровья. — Ты тоже пошевели извилинами и отстань. Не буду я раздеваться, что непонятного? — запахивая мокрую куртку сильнее. Альфа вздохнул глубоко. — Боже, зачем я это делаю? — Что делаешь? — настороженно спросил омега. Чимин вышел из машины прямо под ливень, и прежде чем закрыть дверь, добавил. — Посигналь, когда переоденешься. И захлопнул дверь. Омега хлопнул глазами пару раз и сразу же потянулся к рулю. Дверь открылась и мокрая голова просунулась внутрь, оглядывая причину своих проблем. — Я же сказал, что не буду! — завопил тот. — Тогда моё воспаление лёгких и смерть будут на твоей совести. И вновь захлопнул дверь. Омега посигналил во второй раз, и голова так же влезла внутрь салона. — Прекрати немедленно и сядь в машину, придурок! — Переоденься и сяду. И вновь закрыл дверь. Тот раскраснелся то ли от злости, то ли от смущения, но быстро стянул с себя мокрые вещи и кинул те себе под ноги. Натянул толстовку и штаны альфы, которые были на него раза в два больше, пригладил волосы и посигналил. Чимин открыл дверцу в третий раз и довольно кивнул головой, садясь в машину. Теперь он сам рисковал заработать постельный режим и температуру на неделю. От сильного смущения, запах омеги разошёлся по всему салону и Чимин невольно закашлялся. — Прости. Натягивая рукава кофты на кулаки. Все омеги так делают, когда нервничают? — За что ты извиняешься? — Можешь окна открыть. У меня нос заложен просто, не почувствовал, как начал сильнее пахнуть. — пробормотал омега отвёрнутый к окну, не видя, что один альфа очень жадно пытался надышаться чужим ароматом. — Всё хорошо, не нужно открывать окна. — Ты дурак. — буркнул омега. — Это вместо спасибо за беспокойство о твоём здоровье? — откидывая мокрые волосы назад и снимая промокшее пальто. — Где же вежливость? — Спасибо. — тихо ответил парень. — Так то лучше, — улыбаясь. — Бери давай, — кивая в сторону чашки. — Я не пил из неё, она новая, утром купил в кофейне. — Да не в этом дело, — и видя слегка удивлённое лицо, поспешно добавил. — Нет, ну в этом, конечно, тоже! Просто я не пью кофе. — Как ты узнал, что там кофе? — Ну, судя по танцующим кофейным зёрнам в балетных пачках, нарисованным на станке. — кивнул тот в сторону рисунка на термочашке. Альфа почесал затылок, осматривая кружку. Когда он покупал её утром, это казалось забавным и сейчас, конечно, кажется, но может быть немного неловко. Вот совсем чуть-чуть. — Ну да, точно. — как то слишком очевидно. — Ага. — А что ты любишь? — вылетело быстрее, чем тот успел обдумать вопрос. Хотя на самом деле в этом нет ничего такого, сидят себе, ждут и разговаривают на нейтральные темы. — Судя по всему, то, что находится вот в этом стакане. — кивая в сторону бардачка, на ещё одну термокружка с рисунком сидящего на кресле довольного чайного пакетика, держащего в руках чашку с чаем и милой подписью «Time for tea». Кажись, у Чимина покраснели уши. — Чай значит. — кивнул альфа, смотря то на чашку, то на омегу рядом. — Ага. — Я бы предложил, но тебе он вряд ли понравится. — складывая руки на груди. — Почему? Я все чаи люблю. — Этот точно нет. — Уверен, что и этот тоже. — вошёл в азарт спора омега. — Нет наверное такого, который бы я не пробовал. — Неа, поверь, ты его не оценишь. — откидываясь на спинку кресла и позволяя улыбке забраться на своё лицо. — Да с чего ты взял? — разворачиваясь вбок для удобства. — Просто знаю. — Не аргумент. — Ещё какой. — Это просто самоуверенная болтовня. — подытожил омега, теряя интерес к глупой словесной перепалке, но продолжая поглядывать на чашку. — Нет, это правдивая болтовня. — поправил того альфа. Омега рывком схватил чужой стакан, потому что бесила чья-то слишком уверенная морда напротив. И пусть в стакане будет самый худший чай в его жизни, но омега никогда не признается. Упёртый. — Я куплю тебе новый! — вскрикнул тот, под смешок и отпил глоток. Альфа довольно улыбнулся, видя, как глаза у парня расширяются сначала в удивлении, а потом в откровенном шоке. Тот не убирая чашки от лица, посмотрел на Чимина, снова на стакан и опять на альфу. Пак же не сдерживал улыбки, которую смело можно классифицировать, как весьма нездоровую, понимая, что омега напротив - всё понимает. Кажись, вишенка нашлась.