Красивые мальчики, байки и тонкие сигареты

- Изуми? Блять, Изуми, что стряслось?! Кисаки, какого хуя?!? – Ханма не мог справиться с нахлынувшими эмоциями. - Не кричи, - Сакура осторожно подошла к подруге. – Отойдите пока, – девушка наклонилась к Сато. – Изуми, милая, ты можешь идти? Девушка кивнула. Брюнетка помогла ей слезть с байка. - Поднимемся домой, хорошо? – снова кивок. Краем глаза Сакура увидела, что Шуджи собирается идти за ними, но она повернулась и отрицательно покачала головой, призывая ждать внизу. Девушка закрыла входную дверь, усадила подругу на диван и принесла ей воды. - Изуми, я рядом, не переживай. Если хочешь… - Он изнасиловал меня, Сакура, - Сато подняла красные от слез глаза на подругу. – Изнасиловал, понимаешь? – на лице отобразилась самая черная и нестерпимая боль. - Изуми… - брюнетка старалась не заплакать, чтобы не выводить подругу из равновесия еще больше. – Первое, что ты должна знать – я верю тебе. И, надеюсь, ты понимаешь, что в этом никак не виновата. Ты очень сильная, и мы вместе справимся с этой ситуацией, хорошо? Рыжеволосая опустила взгляд, набрала в легкие воздух и крикнула так, что даже незнакомый человек прочувствовал бы это страшное отчаяние.

***

- Кисаки, что произошло?? – Ханма нервно закурил. - Я не видел ничего. Она в таком виде вышла из редакции, и я сразу отвез ее сюда. - Блять, - парень сжимал челюсть до боли. - Успокойся и жди. - Я пытаюсь, - из квартиры донесся истошный крик. – Да что там происходит?! – Ханма рванул с места. - Стой. Ей сейчас нужна подруга, а не ты. - Да в смысле?!? - Ее скорее всего изнасиловали, баран, - Тетта посмотрел на друга. - Что?... - Да, блять, похоже на то. Поэтому ты сейчас только сделаешь хуже. Шуджи облокотился о стену дома и сполз вниз. - Давай в руках себя держи. Ей скоро нужна будет поддержка. Твоя, - блондин пнул Ханму, на что тот кивнул и поднялся на ноги. Прошло около часа, когда из квартиры вышла Сакура и спустилась вниз. Шуджи выжидающе смотрел на нее. - Ее изнасиловали. Ее начальник. - Сука! – Ханма ударил кулаком в стену. – Я убью этого гондона! - Сейчас я вызвала скорую, они приедут осмотреть ее, а дальше будем смотреть по ситуации и, скорее всего, обратимся в полицию, - брюнетка объясняла все спокойно и размеренно, будто маленькому ребенку. - Не надо в полицию. - Ты что задумал? – Кисаки схватил друга за рукав куртки. - Я сам разберусь с этим мудаком. - Ты… - Тетта не договорил фразу. - На самом деле, мне все равно. Сейчас важно приложить все силы, чтобы Изуми смогла оправиться. И как можно скорее, - Сакура вытерла слезу, скатившуюся по щеке. – Вам лучше уехать. Пока помощь не понадобится. - Давай домой, я останусь, - Ханма посмотрел на Кисаки, тот кивнул. - Если ты думаешь… - девушка обратилась к Шуджи. - Я думаю, что должен быть тут сейчас. Мешать не буду, просто так спокойнее. - Как знаешь. Брюнетка ушла в квартиру к Изуми.

***

- Изуми, солнце, слышишь меня? – белая палата, залитая солнечным светом, ощущалась сейчас как что-то абсолютно искусственное и лживое. - Мама? – маленькая рыжеволосая девочка приоткрыла свои зеленые глаза. - Ну слава богу, - женщина обняла Изуми. – Милая, как ты себя чувствуешь? Девочка не могла поняла где она находится и что происходит. - Я… В порядке. - Я так рада, - женщина начала плакать. - Мама, а почему мы здесь? Что произошло? - А ты… - Сато-сан, можно вас на минуту, - в палату заглянул врач в белом халате и в смешной шапочке. Женщина вышла в коридор. Изуми легла и посмотрела в потолок. «Почему мама так удивилась? И как мы здесь очутились вообще? Интересно, а мультик уже прошел или я успею?». Из коридора доносился громкий голос мамы, которая, явно была чем-то разозлена или напугана. Она кричала на врача, вроде. «И чем этот дяденька мог ее разозлить, интересно». В больнице Изуми провела еще две недели. Были какие-то странные разговоры и процедуры. Все говорили с ней так, будто она не знает чего-то о самой себе. «Еще часто врачи какие-то глупые вопросы задают и удивляются, что я такого не помню. Ну такого правда ведь не было».

***

Горячая вода обжигала кожу и будто обеззараживала все тело, но ощущение грязи никак было не убрать до конца. Изуми растерла живот и бедра мочалкой до крови. Мелкие алые капельки сочились из микроскопических ранок на коже, но мгновенно исчезали под напором воды. Похотливый взгляд черных глаз, мерзотная похотливая улыбка и руки, тянущиеся к бедрам. Черных глаз? Нет, синих. Стоп. Перед глазами замелькали незнакомые кадры: темная комната, любимый плюшевый мишка и черные глаза. Пушистые ресницы, напоминающие страшного ядовитого паука. И волосатые огромные пальцы. Рабочий стол и фото его дочери. Но откуда кровать и плюшевый мишка. Изуми распахнула глаза и перестала дышать: мама ушла на работу, отчим сказал, что нужно поиграть - снимать с себя все и ложиться. Он трогал и ухмылялся. А потом опять и опять, изо дня в день. Эти глаза и огромные волосатые пальцы. Блять… Тысячи воспоминаний, когда-то утерянных, сейчас проносились перед глазами и смешивались с тем, что произошло сегодня. Как похоже, как похоже.... Сато скатилась по стенке душевой вниз и оцепенела. Руки до синяков сжимали колени перед собой, а кожа стала красной от горячей воды. Ее изнасиловали сегодня не первый раз… Теперь Сато понимала, что вопросы врачей тогда не были глупыми. - Изуми-чан, все в порядке? – Сакура говорила в щелку двери ванной комнаты. – Изуми-чан? – тишина. – Изуми, я захожу, хорошо? – брюнетка аккуратно приоткрыла дверь. – Изуми? Рыжеволосая сидела на полу под струями воды, от которой шел пар. - Изуми, горячо же! – девушка подбежала и выключила воду. – Боже, ты… - она увидела в кровь разодранные ноги, живот и ключицы. Сакура подняла Сато и помогла одеться. – Солнце, врачи приехали. Они осмотрят тебя, хорошо? - Изуми кивнула. Весь осмотр проходил как в тумане: односложные вопросы, односложные ответы. Голова сейчас была занята абсолютно другим. Как она могла забыть такое? Почему все это снова повторяется. И почему именно она должна страдать, а не кто-то другой?

***

- Такемиччи, ты тут? – невысокий блондин в длинном черном плаще возник из ниоткуда. - А! Да, тут, прости, Майки, - Ханагаки неловко улыбнулся, а в голове уже полторы недели крутилась одна и та же мысль: «Изуми Сато, неужели ты правда та, кто изменит ход всей этой истории…».