ты танцуешь ахуенно, а я просто самый клёвый

«господи, как же стыдно. как же стыдно, я сейчас умру», — думал про себя ацуму, понятия не имея, что нужно делать. с одной стороны, он был взрослым и сознательным человеком, имеющим право целоваться где и с кем хочет. с другой стороны, чуть правее, сидел шоё. это обстоятельство ставило под сомнение оба перечисленных выше качества мии. можно было просто остаться вот так и не поворачиваться? ничего не объяснять? пожалуйста? думать с языком шоё в своём рту получалось не очень, но ацуму честно старался. оттолкнуть его было бы слишком грубо, хоть и предельно уместно. — вы нам не мешаете. продолжайте. — сквозь поцелуй невнятно проговорил шоё, прикусив нижнюю губу ацуму и тут же зализав место укуса. у того не получалось сконцентрироваться ни на одной из разворачивающихся ситуаций. — шоё, плиз. поворкуете потом. — донесся до ацуму незнакомый спокойный голос, заставивший насторожиться. выходило, что помимо бокуто и куроо здесь был кто-то ещё. тройной позор. хината, оторвавшись от губ своего спутника, с максимально недовольной и кислой миной принялся оглядывать новоявленных присутствующих через плечо. его пальцы, переплетённые с оными же ацуму, непроизвольно начали больновато стискивать ладонь мии. спустя пару мгновений тот тоже развернулся, придав своему лицу наиболее безразлично-весёлое выражение. он надеялся, что его напряжение не выдаёт дёргающийся глаз. пятёрка людей поразглядывала друг друга ещё какое-то время молча. блондинистым невысоким парнем в красной ветровке был, по всей видимости, кенма. он не излучал никакой энергетики, и мия не мог сформировать хоть какое-нибудь первое впечатление о нём (он старался забыть о приступе ревности на танцполе, заставившем думать о друге шоё как о каком-то разлучнике). куроо с бокуто, судя по всему, за прошедшее время успели неплохо побрататься: они переглядывались между собой и чуть улыбались, приняв одинаковые позы. в телепатической связи за эту ночь они преуспели гораздо больше, чем ацуму с шоё. прискорбно. — я так понял, вы не особо удивлены. — тихо произнёс ацуму, постаравшись разбавить неловкое молчание. — пф. вы спалились, ещё когда мы только на лестнице пересеклись в первый раз. — фыркнул куроо, размяв пальцы рук. на их с кенмой лицах не было ни капли брезгливости или отвращения. — судя по вашим шушуканьям, начавшимся сразу, как мы разошлись в разные стороны, мы реально зафейлились. что конкретно нас выдало? — сдавшись, поинтересовался мия. всё же шло так хорошо. — ооо! — воскликнул бокуто. — я ждал этого вопроса. помимо того, что вы мило держались за руки, вы бросали друг на друга такие взгляды... типа, искреннее спасибо за минет, благодарю за то, что оттрахал и всё такое. — бокуто хитро подмигнул, закончив свою реплику. после этих слов глаза мии чуть не выкатились из орбит. — что? — синхронно произнесли шоё с ацуму, недоуменно уставившись на котаро. они определённо не обменивались подобными взглядами. — ахахах. — заржал куроо в голос. — спокуха, это была проверка на секс. я даже не знаю, вы её типа прошли или нет? что скажешь, бо? — развернувшись к приятелю, поинтересовался он со смехом во взгляде. — плиз? — гневно вопросил ацуму, переводя испепеляющий взгляд с бокуто на куроо. — почему вы вообще задаётесь вопросами о подробностях нашей интимной жизни? вы в курсе, что это как-то нихера не тактично? — продолжил он, пытаясь вложить в свой голос как можно больше возмущения. что это за приколы вообще? — они поспорили. — подал голос кенма. — на тысячу йен. им же нужно как-то понять, чья ставка выиграла. — его незаинтересованное лицо несколько успокоило мию: хоть один приличный человек был в этой компании. каким ветром его вообще занесло к этим бесстыдникам? — кто на что ставил? — вклинился в диалог шоё, ни капли не возмущённый бестактностью своих знакомых. «ему этот спор даже доставляет», — подсказал внутренний голос ацуму, и тому захотелось приложить шоё головой о что-нибудь потвёрже: он должен был бороться со злом, а не примкнуть к нему. — не суди да не судим будешь. — поднял к небу руки куроо с самым серьёзным лицом из своего арсенала. — я — на то, что вы потрахались в туалете. мы с кенмой уже успели отметить потерю твоей девственности, sweetheart. — обратился он к шоё, тут же вспыхнувшему от смущения. теперь уже ацуму поднял глаза к небу, задаваясь вопросом: «почему все считают, что мы переспали, а узнав, что нет, начинают хотеть этого?..» — лично я — на то, что у вас был только оральный секс. я просто знаю тебя, дружище, и твои принципы тоже. — снисходительно улыбался бокуто, глядя в лицо ацуму. его сейчас, типа, унизили? что не так с его принципами? — чё за кибербуллинг? — встал на защиту ацуму шоё, за что тот был премного благодарен. — так как вы оба оплошали, то теперь мне и ацуму должны отойти эти две тысячи йен. пополам поделим. верно ведь, кенма? — почему сразу я? и с каких пор я заделался букмекером? — слабо запротестовал кенма, которому не прельщало ввязываться в эти дружеские разборки. — стоп. у вас ничего не было? — округлив глаза, спросил бокуто, переводя подозрительный взгляд с одного информного на другого. и это он вякнул что-то про принципы ацуму? «у самого их нет, а ещё затирает что-то мне», — хмыкнул про себя ацуму. — с вас две тысячи. — нечитаемой интонацией произнёс кенма, обратившись к ошеломлённым котаро и тетсуро. это была подстава всех подстав: единственный человек, показавшийся мие нормальным, оказался ничем не лучше этих двоих. внешность и энергетика были обманчивы. — нормально ты так за наш счёт выехал. — фыркнул ничем не удивлённый хината, наблюдая за тем, как купюры из бумажников раздосадованных бокуто и куроо перекочевывали под чехол телефона козуме. — собственно, почему мы тут оказались. — чуть прокашлявшись, начал бокуто, как ни в чём не бывало. — после того, как вы ушли в непонятном направлении, прошло приличное количество времени. мы как бы сразу всё поняли и решили вам не мешать, мол, присоединитесь, когда натрахаетесь там вдоволь. и вот мы пили-пили, и наконец-то пришёл кенма. естественно, мы ему всё рассказали и начали строить теории уже втроем. — в этот момент козуме неодобрительно шикнул. — ладно, мы с куроо терялись в догадках, а кенма молчал. потом он всё же сказал, что видел вас внизу. сакэ на пару с ромом ему в этом помогли. — да блин, кенма! мы договорились о твоём молчании. — раздосадованно вскрикнул шоё, топнув ногой. — я молчал. — примирительно ответил он. — он честно молчал, коротышка. — поддакнул куроо, встав на защиту друга. — до последнего. но я его подкупил, и нам выложили все карты. — ты—? — поперхнувшись воздухом, вскинулся хината, пытаясь уничтожить взглядом кенму. — что я? ты мне за молчание ничего не обещал. а куроо сказал, что скачает геншин в кои-то веки. — безразлично произнёс козуме, носком кроссовка шаркая об асфальт. — импостер. — со вздохом ответил шоё, переведя испепеляющий взгляд уже на куроо. — а я-то что? нам просто интересно было. не каждый день видишь, как твой дружок, ни разу не состоявший в отношениях и не целовавшийся, цепляет в клубе парня постарше. — развёл руками тетсуро, ехидно улыбнувшись. специфическая у них с хинатой дружба получалась. — обязательно вставлять это во время каждого диалога, а? — гневно бросил шоё, показательно отвернувшись от собеседника. ацуму хихикнул. слушать, как кто-то осаждает этого неугомонного подростка, было усладой для ушей. — так вот. — продолжил бокуто. — нам поведали о том, как ты испарился с танцпола, оставив шоё в недоумении и депрессухе. кстати, почему ты ушёл-то, цуму? — с интересом обратился тот к другу. — курить пошёл. — не поведя бровью, ответил мия. ощущение, что все обо всём уже догадались и просто испытывали его нервы, его не покидало. — ты час курил? с лёгкими порядок? — с доброй издёвкой спросил бокуто, пытаясь сдержать смех. — мне нужно было подумать и протрезветь. — почти не слукавив, ответил ацуму. — вы мне лучше ответьте, почему шоё выперли из клуба? — тебя выперли из клуба? — в унисон ответили три голоса, обратившись к обиженному хинате. — ты же пошёл искать ацуму на улицу, потому что мы весь клуб с тобой прошерстили. — вставил свои пять копеек кенма. знать, что хината его искал и волновался, было приятно. — процесс... немного ускорился. — уклончиво произнёс он, по всей видимости, не собираясь вдаваться в подробности. а вот это было уже интересно. — колись давай. тут все свои. так сказать, без осуждений. — зачем-то подмигнул куроо, зная, что собеседник всё равно не увидит этого жеста. — ладно. — со вздохом ответил шоё, наконец-то развернувшись в сторону друзей. — я начал спрашивать охранника, не видел ли он кого-то, похожего на мию. типа, очень навязчиво его расспрашивал. а потом сел на пол и расплакался. мне сказали, что если я не прекращу себя неадекватно вести, меня придётся выставить из клуба. я этому мужчине много чего высказал... ну, и до побачення. — завершил он, неловко уставившись в пол. не у одного ацуму были проблемы с нервной системой, и это отчасти радовало. но отчасти заставляло переживать о психологическом состоянии хинаты. ацуму создал новый пунктик в голове: не расстраивать этого чертёнка. — что за малыш. — состроив грустную моську, произнёс бокуто, переполняемый отцовскими чувствами, и тут же продолжил, стараясь замять не самую приятную тему. — в общем, мы решили, что вы поговорите на улице и скоро к нам вернётесь. потому что, типа... шоё бы точно вернулся в клуб, если бы не нашёл тебя, а ты не мог просто взять и уехать, оставив меня. не мог же, да?.. но вот прошло уже очень много времени, а вы всё не появлялись и не появлялись. я пару раз чирканул тебе смс-ки, цуму. и ты не представляешь, какой шок я испытал, когда мне написал осаму с вопросом «где эта ебанушка и почему он меня игнорит». — ацуму снова выпал. после того, как он списался с братом, телефон из кармана он больше не доставал, но никакой вибрации от уведомлений тоже не чувствовал. видимо, сел. но ещё более удивительным фактом было то, что осаму решил осведомиться о его местоположении у бо вместо того, чтобы лечь спать и забить. вероятно, шутка о том, что ацуму помрёт на улице от холода, в его понимании была уже не совсем шуткой. — мы с ним списались, я выяснил, что вы чатились где-то час, пока ты тусил на улице, а шоё с кенмой сначала с горя квасили, а потом искали тебя по клубу. зная твою нелюбовь к морозу, я предполагал, что вы вернётесь очень скоро. я в душе не ебу, который сейчас час и сколько времени вообще прошло с того момента, как вы с хинатой пересеклись, но мы че-то забеспокоились и решили выйти на улицу, поглядеть, всё ли с вами в порядке. — завершил свои объяснения бокуто, потянувшись. — с нами всё в порядке. я, правда, не особо чувствую конечности от онемения, но это пустяки. — заверил котаро шоё, улёгшись на колени ацуму. — мы уже битый час собираемся выехать отсюда. я буду ночевать у ацуму, кстати. — довольно хихикнул он, поудобнее устраиваясь. — не забудьте заехать в круглосуточную аптеку. — усмехнувшись, ответил куроо. у ацуму не осталось сил на возмущения: усталость неожиданно и грузно навалилась на него. — я могу развести вас по домам, если хотите. бо, ты едешь с нами. без препирательств, а то акааши меня убьёт. — вздохнув, перевёл тему ацуму. — оки-оки! всё равно меня уже полчаса на сон пробирает. старею. — наигранно поникнув, ответил котаро. — мы от предложения откажемся. я думал завалиться к кенме в районе шести утра, когда мы порядком накидаемся, и порубиться в мортал комбат. но всё равно спасибо. мы пойдём поищем вещи шоё, где-то через минут пять вернёмся. не теряйте. — махнув рукой, развернулся тетсуро в сторону клуба и потянул за собой козуме. дверь захлопнулась, и тройка парней осталась в одиночестве. ацуму уже предчувствовал желание друга задать кучу не самых уместных вопросов об их с шоё взаимоотношениях, поэтому решил хотя бы временно оградить себя от них. — бо, можешь дать мне свой мобильник? я чиркану осаму, что жив. заодно предупрежу о том, что у нас сегодня гости. — произнёс мия, потянув руку за телефоном. шоё тут же её перехватил, положил себе на волосы и зыркнул на своего спутника, телепатически передавая не то просьбу, не то приказ: «почеши мне голову, не то я тебя прикончу». пришлось высвобождать другую руку из его хрепкой хватки под неодобрительное шипение. — без проблем. чую, у вас утром будет весело. — ухмыльнувшись, ответил котаро и передал сотовый. — последний диалог в мессенджере. узнаешь осаму по фотке его контакта. ацуму разблокировал телефон бокуто, на экране блокировки которого стояла его совместная с акааши фотография, сделанная мией ещё в годы обучения в старшей школе. он умильнулся этому. «такие хорошенькие», — пронеслось у ацуму в голове. найдя иконку мессенджера среди кучи всяких игрушек и ненужных приложений по типу калькулятора онлайн, детектора лжи, алкогольного календаря и прочего-прочего, он открыл чат с братом. на заставке его контакта красовалось онигири с прифотошопленными волосами осаму, а сам ник был подписан как «цуму 2.0». ничего удивительного, что ж. он принялся печатать. единственный норм друг этого крашеного придурка: прив че дел (04:27) цуму 2.0: я думал ты $дох (04:28) единственный норм друг этого крашеного придурка: к сожалению нет (04:28) единственный норм друг этого крашеного придурка: у меня деликатный вопрос.. (04:29) цуму 2.0: валяй но если че я на него не обязывался отвечать (04:30) единственный норм друг этого крашеного придурка: можешь подсказать средство от аллергии на детей? (04:30) единственный норм друг этого крашеного придурка: чисто научный интерес ты не подумай (04:31)