You know that I come first

На этой стадии своего, безусловно, великого существования, Локи и представить не мог, что вся его жизнь станет похожа на перевёрнутые песочные часы, которые когда-то давно в детстве ему подарила Фригга. Они были большими, и ему нравилось воображать, что когда весь песок окажется на дне по истечении времени, что-то произойдёт. Возможно, незначительное, но наверняка интересное. И он, Локи, будет главной тому причиной. Последние несколько дней были не из лёгких, мягко говоря. Локи решает опустить тот факт, что его лишили Тессеракта, и он проиграл этой кучке супергероев с дурацкими кличками (что унизительно с какой стороны не посмотри, но он никогда не признает этого вслух). Теперь это даже не имеет значения, ведь балом заправляет некая организация по охране времени и единого Таймлайна. Кто-то сверху решил, что Локи будет болванчиком для избиения, вечным проигрышем и тем, за счёт кого другие болванчики будут самоутверждаться. Вся его жизнь — спектакль, на подобие тех, что ставили в Асгарде во время праздников. Они с Тором часто смеялись с плохой актерской игры и комментировали вслух глупые реплики персонажей. Теперь он задумался над тем, не сидит ли кто-то там точно также, наблюдая и смеясь с потуг других устроить свою жизнь, зная наперёд, что это бесполезно. Работник УВИ по имени Мобиус по какой-то непонятной ему причине взялся за сеанс психотерапии, буквально проматывая всю судьбу Локи на плёнке. Весь эпизод наверняка будет сниться ему в кошмарах, при условии, что он вообще сможет заснуть в ближайший месяц. И если это изначально казалось ему плохой шуткой, правдоподобной иллюзией (о, он разбирается в них как никто другой), то когда он наткнулся на валяющиеся в ящике камни бесконечности, словно мусор, который всё время забывают выкинуть, Локи впал в ступор. И, кажется, он в этом состоянии до сих пор. Иначе объяснить его одностороннее сотрудничество с этой проклятой УВИ он не может, как и тот факт, что он учит базовые принципы устройства временных ответвлений на память. Вся эта ситуация кажется Локи лихорадочным сном и именно по этой причине он напяливает на себя рабочую рубашку и пиджак (а вовсе не потому, что ему нравится как он выглядит в этой одежде, нет), сидя в пыльном кабинете, ведя беседы с говорящими часами и притворяясь убогим и незначительным смертным. — Понимаешь, — мягко объясняет ему Мобиус, — твои вариации… — он покусывает губу, явно подбирая слова, — они, скажем так, на редкость живучие. Ничего личного, но всякий раз, когда мы имеем с тобой дело, это как правило всегда угроза всему Таймлайну, а не рождение маленького незначительного ответвления. Локи мысленно гордится собой. — Поэтому, — продолжает он, — ты нужен нам, чтобы отловить особо опасного преступника, то есть — себя. Он выводит из строя наши отряды, похищая перезагрузочные устройства. Можно только гадать, что вариация захочет сделать с ними, но последствия будут ужасающими, это наверняка. — Неудивительно, что в итоге я и на вас нашёл управу, — криво усмехается Локи, небрежно забрасывая журнал о гидроциклах куда-то в глубь стола. — По моему скромному мнению, туда вам и дорога. У вас у всех явные признаки мании величия, моя жажда к власти и рядом не стоит с вашей, если ради того, чтобы всё шло по вашему сценарию, вы стираете целые вселенные. Мобиус не выглядит впечатлённым. — Это наша обязанность, — пожимает плечами тот, — я хорошо выполняю свою работу, и моя жизнь такая, какой должна быть. Решение Хранителей Времени я не имею права судить или подвергать сомнению. Локи прищуривает глаза, но ничего не говорит. Что-то тут явно нечисто, но Мобиус вряд ли поделится с ним и толикой информации, не касающейся дела, находясь в выигрышном положении, пока у Локи связаны руки. Ему нужно убираться отсюда или хотя бы достать кого-нибудь, кто повыше офисных клерков в должности. Мысль о том, чтобы вернуться назад почему-то стала противной, и у Локи складывается впечатление, что куда бы они ни пошёл,  даже воздух будет с привкусом фальши и бессмысленности. Экзистенциальный кризис — не то, чего Локи ожидал, когда воображал, что ему станут доступны все тайны мироздания. Его запросы были поскромнее и, оглядываясь назад, примитивнее, как бы прискорбно это не звучало. Настоящая власть сосредоточена тут, и кем бы ни были Хранители Времени, им пора отойти на покой, потому что сидеть на месте Локи не собирается. Достаточно того, что он гонится за своим хвостом, как собака в попытках остановить себя же от сомнительного терроризма. Если эта вариация целится в верхушку, Локи есть о чём с ней поговорить.

***

Сильвия странная. Даже не потому что является девушкой, хотя Локи должен признать, что это необычно. Вся информация, которую ему предоставили на самого себя ни разу не упоминала наличие женской версии. И это тоже странно, ведь УВИ ведёт учёт буквально на всё существующее и несуществующее и даже на то, что только планируется в осуществлении. Локи же банально не может собрать факты в кучу: почему эта конкретная вариация настолько далека от него самого? Он ругается с ней, как в старые добрые с Тором, и это странно вдвойне. Потому что они не должны ругаться. Их желания и цели обязаны совпадать, в конце концов они личности одного и того же человека. Она должна идти за ним (конечно же, потому что он явно более удачная и наиболее приближённая к оригиналу вариация) или хотя бы просто не мешать. Тем не менее Сильвия замкнута, зла, и не особо скрывает ненависть не только к нему, но и ко всему мирозданию. Что не мешает ей в какой-то момент их перепалки подойти к Локи вплотную с улыбкой, которая сделала бы честь самому дьяволу, и, наверное, впервые в своей жизни он по-настоящему нервничает из-за девушки, которая мягко обхватывает его лицо ладонями. Всё тело в тот же миг охватывает сладкое, тянущее тепло, вот только умом Локи понимает, что на него явно воздействуют извне, поэтому не ведётся, не смотря на то, что его дыхание на миг сбивается, а сердце пропускает удар. Девушка раздосадовано убирает руки, но от Локи не скрывается ни румянец, ни чужая нервная походка. Это странно. Не спрячь Локи ТемПад у себя, то, скорее всего, он бы уже разнёсся пеплом по этой странной планете с фиолетовым оттенком, и он не собирается упускать подобный козырь. Чего он не учитывает в своём уравнении, так это того, что подобные устройства имеют тенденцию разряжаться и превращаться в бесполезные куски пластика. Что прискорбно вдвойне, это то, что их занесло в один из самых худших катаклизмов. Он пытается узнать о ней больше. И если изначально его мотивирует поиск потенциально слабых мест и скука, то потом это превращается в некое подобие второстепенной цели. Потому что она смотрит на него пронизывающе и жадно, даже если делает вид, что ей всё равно. Её взгляд смягчается, как только он упоминает Асгард, и Локи уверен на сто процентов, что ключ к успеху — искренность. Он не привык к такому. Любитель полу-правды, лжи и лицемерия, он никогда не откроет душу чужому. Это небезопасно, подрывает авторитет и создаёт идеальные условия для манипулирования в дальнейшем. Это то, как он поступал с другими. Тем не менее Локи говорит, и говорит, и говорит. Его, словно лавину, прорывает и он просто не может остановиться. В глубине души, он не хочет. Потому что Сильвия слушает, как никто другой. Она изредка заканчивает его фразы, прерывает на полуслове, чтобы вставить свой язвительный комментарий, но это не раздражает. Локи наконец-то видит в ней отголоски себя самого и это эйфорическое чувство. Потому что впервые ему не нужно доказывать, что он достоин чего либо. Сильвия словно видит его насквозь и принимает всего, без остатка, потому что точно также видит в нём что-то своё. Падающая луна, стирающиеся реальности и осознание бесполезности бытия отходят на второй план. Сейчас только они вдвоём, бесконечная дорога впереди, и если именно так им суждено погибнуть, Локи не против. Когда он говорил Сильвии, что УВИ не победить, он действительно имел это в виду. Ещё одна правда, которую ему сложно было произнести вслух. Всё не имеет смысла, ни то, чего он хочет в жизни, ни то, каким способом он будет достигать своей цели, потому что в конце концов он всегда будет в проигрыше. По словам Мобиуса его даже не должно существовать, так же, как и Сильвии, но вот они здесь, в этой разваливающийся на части дыре, болтают о жизни, словно ничего больше не имеет значения. — Это довольно удручающе, — вдруг говорит девушка и Локи понимает, что озвучил свои мысли вслух. — Ты поэтому напился там, в поезде? — Нет, — отвечает мужчина, отводя взгляд а сторону. — Не ври, я всё вижу, — она вдруг улыбается и Локи почему-то зависает на этом. У неё на удивление милая улыбка, которая совсем не вяжется с её образом убийцы. Эта улыбка заставляет девушку выглядеть почти невинно, особенно когда она недоуменно переводит на него взгляд и её широко распахнутые глаза мерцают в фиолетовой полутьме. Пауза затягивается, пока Локи отстранённо думает о том, что, возможно, его действительно зачаровали, и пытается идентифицировать свои странные мысли как что-то инородное, как побочный эффект от недавней попойки, но не находит ничего. Магия момента разрушается, когда очередной шальной метеорит падает едва ли не в метре от них. На чистом автомате Локи хватает Сильвию за локоть и дёргает на себя. Она ударяется лбом о его ключицу и горячее дыхание по ощущениям оставляет ожог даже сквозь рубашку. Пока девушка неловко пытается отряхнуть плащ от пыли и одновременно выбраться из чужой крепкой хватки, Локи приводит своё дыхание в норму и оставляет странные размышления на потом. — Я напился, потому что я этого захотел и мне это было нужно, — бесстрастно произносит Локи, разжимая руку и отпуская девушку. — А я-то думала ты вливаешься в коллектив, маскируясь под идиота, — фыркает Сильвия. — Очень мило, но нет, — саркастично отвечает мужчина. — Скорее мне просто было всё равно на последствия и, честно говоря, я устал от всего абсурда, что происходит вокруг. Какие-то Хранители Времени с манией величия решают, что должно существовать, а что нет. На планету вот-вот рухнет луна, и мы находимся в эпицентре событий, а ещё пару дней назад я должен был одержать победу над Мидгардом, но мои грандиозные планы, видите ли, не входят в развлекательную программу наших дорогих работников УВИ, так что да, мне захотелось напиться и я не жалею! — Спасибо за правду, наверное, — после недолгой паузы произносит Сильвия, и, судя по её взгляду, Локи ожидает либо сочувствующий монолог, либо, что правдоподобнее, ехидный комментарий с издёвкой. — О, смотри-ка! Там уже город виднеется, — Локи ускоряет шаг, оставляя девушку позади, слыша приглушённый смешок. Он почти жалеет, что ему не удастся увидеть эту улыбку ещё раз.

***

Справедливости ради, они действительно были на грани жизни и смерти, поэтому Мобиус не имеет права его винить. И уж тем более молоть чушь про какую-то любовь и связь. Локи бы посмеялся, но он до сих пор не уверен, что они сделали с Сильвией, поэтому сидит напряжённый как струна. Будет печально, если её действительно удалят, и он потеряет свой шанс на встречу с этими Хранителями. Ведь дело только во взаимовыгодном сотрудничестве, только и всего. Его мозг тем временем ищет лазейку в причине, по которой УВИ смогли их выследить, но, как на зло, не находит ничего. В голове только мысли о том, что ладонь Сильвии намного меньше его и подходит практически идеально. И кожа её была мягкой и нежной, холодной из-за нервов. Что глаза её блестели непролитыми слезами, как драгоценные камни блестят на свету. И что смотрела она только на него, не обращая внимания на разрушение и хаос. Локи неожиданно открывает в себе поэта и это то, что начинает его по-настоящему беспокоить. Он отмахивается от этих мыслей, сосредотачиваясь на том, чтобы донести Мобиусу правду о манипуляциях и лжи, которыми их пичкает УВИ. Безрезультатно, что неудивительно, но он хотя бы попытался. Временная петля с Сиф кажется ему выверенной психологической атакой и Локи начинает чувствовать извращённое уважение по отношению к Мобиусу. Её удары безболезненны в сравнении с ментальными ударами, которые она наносит из раза в раз, проговаривая вслух то, что Локи чувствовал внутри всегда. Он не хочет быть одиноким, ему хочется простого, как бы смешно это не звучало, человеческого отношения. Если бы ему дали выбор между его божественными силами, и человеческими, при условии, что ему есть куда вернуться и где его всегда будут ждать, он без раздумий выберет второе. Потому что бессмысленно гнаться за властью, когда даже доказать её наличие некому. За ним теперь всегда будет тянуться след, как за Сильвией, куда бы он ни пошёл. Его брат, скорее всего, даже не будет пытаться найти его после всего, что он натворил, Одина он бы и сам забыл с превеликим удовольствием, родного отца он убил, а Фригге будет лучше без него. Так хотя бы она будет жить. Как ни посмотри, ситуация тупиковая и безвыходная. Ему нужно найти Сильвию или он попросит Мобиуса удалить его самостоятельно на месте. Но Мобиуса удаляют первым, а Хранители Времени — фальшивка, набитая металлом и проводами. У Сильвии такая растерянность на лице, что Локи не знает чего ему хочется больше: обнять её или встряхнуть, чтобы она пришла в чувства и вновь стала той девушкой, у которой огонь в глазах и дерзкая ухмылка на губах. А ещё ему хочется перестать бежать от самого себя и признать, что он достоин чувствовать то, что чувствует, достоин на бессмысленный, но счастливый конец. И для этого ему нужно, чтобы Сильвия была рядом.

***

Счастливый конец для слабаков, думает Локи, обводя взглядом собравшуюся компанию вариаций, которые играют в Короля Горы и собираются перерезать друг другу глотки. Это просто растраченный потенциал и ради чего? Ради мнимой власти, удовлетворённого чувства собственного достоинства и важности. Локи сбегает с этого цирка и остужает собственный пыл, наблюдая как огромное существо заглатывает в себя всё живое с ненасытным голодом. — Только не говори, что ты собираешься пойти на Элиота в одиночку просто ради того, чтобы вернуться к своей подруге, — фыркает мальчишка, убивший Тора. У Локи слегка дёргается глаз. — Мы жадные до власти и риска, но когда это оправданно, самоубийцами нас не назовёшь. — Ну, считай, что я первопроходец, — отвечает ему мужчина, — здесь мне делать нечего. — А там у тебя, я смотрю, прям жизнь кипит? — не унимается его младшая версия и Локи бы уже залепил пару оплеух паршивцу, но у того горящий меч, поэтому он просто скрипит зубами, высматривая хоть какие-то слабые места у существа. Их нет. Поэтому он переключается обратно на перепалку с другим Локи, просто потому что он может и ему действительно нечего делать, отвлекаясь лишь на зов старика, который указывает куда-то вдаль. Сильвия выходит из машины так, будто вся пустошь чем-то ей обязана, озираясь с хмурым выражением лица в поисках чего-то. Или кого-то. Локи бежит, действительно бежит ей навстречу, что скорее всего, выглядит довольно-таки унизительно и жалко в глазах других вариаций, но ему как-то всё равно. Стыд и надменность пропали в нём ещё когда он стоял раздетый до наготы перед жутко улыбающимся роботом в УВИ. Лицо Сильвии светлеет, когда она замечает его, и Локи нравится думать, что она по-настоящему рада встрече и на самом деле пошла следом за ним, даже если это маловероятно. Он обнимает потрёпанного Мобиуса, чувствуя где-то глубоко внутри, как искра надежды вновь разгорается огнём. Может быть, у них всё получится, ведь теперь они вместе.

***

Да, возможно, это была не лучшая тактика из всех возможных — притвориться замёрзшим, как будто они оба не в курсе, что холод течёт в их крови и они просто физически не способны мёрзнуть, но Локи, откровенно говоря, устал продумывать невероятно умные способы по привлечению внимания Сильвии и просто делает то, что хочет, как и всегда. Вариант беспроигрышный и девушка подыгрывает ему без лишних вопросов. Они болтают о разном, важном и неважном. Несмотря на очередной надвигающийся апокалипсис в виде Элиота, Локи спокоен и судя по поведению Сильвии, она тоже. — Так ты всерьёз планируешь зачаровать Элиота? Не то, чтобы я сомневался в самом себе, но тебе и меня не удалось зачаровать, — тут Локи откровенно лукавит, — где уверенность, что на него подействует твоя магия? Первое замечание Сильвия пропускает мимо ушей, вместо этого пожимая плечами: — Не знаю, мне показалось, что он хотел мне что-то показать, когда я впервые применила чары, пока пыталась убежать от него. Так или иначе, других вариантов у нас нет, а пытаться убить его ни к чему не приведёт. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, потому что я собираюсь тебе довериться, — бормочет Локи, переводя взгляд куда-то вдаль. Сильвия согласно мычит и устраивается поудобнее на плече мужчины, что Локи решает никак не комментировать, чувствуя какое-то внутреннее удовлетворение. Спустя несколько минут он слышит размеренное дыхание и с удивлением обнаруживает, что девушка заснула сладким сном. Он беззлобно усмехается, вспоминая как только недавно, в поезде, Сильвия доказывала, что ни за что не уснёт возле потенциального предателя и посмотрите на неё сейчас — развалилась на чужом плече, словно вокруг не конец света, а импровизированная подушка не тот самый претендент на главного предателя в лице Локи. Время растягивается, будто патока и Локи был бы не против остаться так навечно.

***

Он был глупцом, когда решил, что хуже быть не может. Мужчина в фиолетовом костюме выглядит, как отпетый мошенник, и судя по его повадкам, он решил сыграть в доброго дядю колдуна. У Локи от него неприятные мурашки, словно за маской весельчака кроется ужасающее существо куда сильнее и опаснее их двоих вместе взятых. Он отмалчивается, пока Сильвия будто бы и не замечает несоответствия, смотря на него с пренебрежением и скрытой агрессией, вставляя язвительные комментарии. Это заставляет Локи нервничать ещё больше. Ситуация медленно, но верно сворачивает куда-то не туда, и он действительно не может предугадать, чем всё закончится. Он не верит ни на йоту чужим обещаниям вечного правления над всем Таймлайном. То, что сначала казалось вполне себе амбициозной целью, сейчас отдаёт чем-то тухлым и неправильным даже по его меркам. Сильвия верит этой манипуляции, Локи видит, как растёт её ярость — она жаждет расправиться с этим мужчиной и даже не замечает, что Тот, Кто Останется ждёт этого тоже. Он видит, каким лукавым становится чужой взгляд, как он запечатлевает себя на Сильвии, подкармливает её ярость. Локи не понимает чужих мотивов и это пугает его больше всего. Он никогда не встречал человека, который с таким пренебрежением и весельем относился к потенциальной угрозе смерти. Такие люди либо совсем отчаялись, либо сошли с ума. И что-то подсказывает Локи, что с этим человеком произошло и то, и другое. Его категорически нельзя убивать. При условии, что вся история правдива хотя бы наполовину — их ожидает настоящий Армагеддон, бесконечное количество войн и разрухи, тотального хаоса без шанса на стабильность. Этого человека нужно изолировать, подождать подкрепления в лице Мобиуса — он куда лучше разбирается в этих всех нюансах, чем Локи, и принять взвешенное решение. Но Сильвия уже всё решила. В глазах горит почти маниакальный огонь, её удары болезненные, с многолетней выдержкой ярости в каждом взмахе кинжала, оборачивающаяся против неё самой. Пелена злости затмевает её настолько, что даже Локи она воспринимает как потенциальную угрозу и это то, что по-настоящему ранит. Словно он вернулся в детство, отвергнутый родным отцом и преданный приёмной семьёй. Даже когда кажется, что ему удалось достучаться, когда чужие горячие губы врезаются в собственные, его мир раскалывается на две части. Одна его часть стремится к Сильвии как к недостающему элементу собственного я. Если бы кто-то повесил на него временную петлю, он был бы не против остаться в этом моменте навсегда. Цвета вокруг блекнут, рассыпаясь пятнами из-за зажмуренных век, и ему глубоко плевать на судьбу Вселенной и сумасшедших колдунов с параллельными реальностями. Всё, что имеет значение сейчас, это то, как Сильвия прижимается к нему и обхватывает его шею так, будто от этого зависит жизнь. Другая же часть буквально кричит, что это неправильно, что им нужно остановиться прямо сейчас, иначе они перейдут черту, которую негласно поклялись не переходить. Локи распахивает глаза как раз в тот момент, когда Сильвия посылает ему последний печальный взгляд и уже знает, что последует дальше. Он снова остался один, пока невидимая красная нить, связывающая две души в одно целое, теперь тянется сквозь всё время и пространство, отзываясь болью в сердце.