пустые издержки любви

Кажется, что прошло уже слишком много времени с того момента, как последние овации осыпали весь зал, а Лияна подписывала свои книги для поклонников ее творчества. Беллатрикс все стояла, глядела на пустую сцену и зал, ставший родным в ее студенческие годы.  Сколько же происходило в этом театре: слезы, омывавшие сцену; улыбки восторженных фанатов; стаканы, летевшие в стены из-за неудачных попыток Беллы сыграть счастливые этюды; а самое важное, застывшее в памяти надолго - последняя встреча с Анверской, разлучившая их на долгих 7 лет. Шампанское лилось рекой, словно вытекшая из Эдема. В памяти остался лишь сладкий привкус алкоголя и глаза напротив, полные надежды. Она не остановила ее в тот вечер, ведь знала, как Лияна жаждет признания публики.  Это один из немногих поступков, которые профессор не мог себе простить. Просто взять и отпустить это было не в стиле Беллатрикс.  Она хотела истошно кричать, чтобы легкие горели огнем, хотела схватить Лияну и никогда не отпускать на расстояние вытянутой руки, хотела стоять на коленях и умолять. Она не смогла, она отпустила. Вот тогда она осознала все одиночество, окружавшее ее, пронизывающее ее душу.  На ее телефон пришло сообщение:  21:03  Профессор, если ты не против, я могу забрать тебя через 5 минут и подвезти в бар, где будет проходить вечеринка.  21:04  Спасибо, пет. Я уже выхожу.  Лияна подъехала к выходу из театра, где расходились последние зрители. Где-то между ними царственно вышагивала Беллатрикс.  — Как же она ходит на каблуках в такую ужасно морозную погоду? Ах, забыла, что это не человек, а просто настоящая ведьма. — пронеслось в голове режиссера.  Разблокировав двери, первым в салон зашел огромный букет черных роз, а только спустя некоторое время Белла.  — Профессор Блэк, что за чудесный подарок вы мне преподнесли в  разгар зимы? Спасибо, это мои любимые. — поблагодарив Мисс Блэк, улыбнулась Лияна. А в голове звучало только одно предложение — И я не только о цветах!  — Пет, ты слишком известная личность, чтобы о твоих предпочтениях не говорил весь интернет. — ухмыльнулась Блэк.  — Надеюсь, ты имеешь в виду только цветы.  — посмеялась Лияна.  — В частности. — подмигнула Белла.  — Так, нам пора. А сейчас я хочу послушать твое  мнение о моей постановке.  Надеюсь, что она не настолько ужасна, как я могла себе представить за кулисами.  — Пьеса была потрясающей, мне не хватает слов, чтобы выразить всю художественную прелесть данной работы. Необходим стакан виски, а может и второй, чтобы я пришла в себя. Сейчас я могу сказать лишь одно: боль и утрата чувствовались с самого первого акта. Все мы надеялись на счастливый финал, но это была бы не ты, если бы история заканчивалась радостно. На самом деле, это можно прочитать по-разному. Если верить в то, что родственные души связанны вечностью, то может быть Ли ускорила процесс их следующего воплощения и воссоединения. Знаешь, хочется уповать на эту идею. Ведь люди должны быть любимы и счастливы, даже если это произойдет не сию минуту. Но можно посмотреть с другой стороны: многие говорят, что любовь приносит только боль, вся физическая и ментальная близость когда-то превращает тебя в зависимое существо от голоса, тепла тела, да и просто  этого любимого. Мы живем ради любви, получается мы живем ради боли и жаждем того, чтобы нам когда-то стало настолько невыносимо, что не захотелось больше дышать и видеть эту недостающую тебе часть, не имея возможности полностью раствориться в нем. Пока как-то так: скромная интерпретация от твоего душного преподавателя.  — Знаешь Белла, всегда хочется верить в лучшее, но для меня существует только невыносимая любовь. Не знаю, как тебе объяснить, но только вот такая больная любовь заставила меня жить и выливать все эти декадентские чувства в тексты. Без этого не было бы Анверской, но жить с разрывающей болью внутри Анверской тоже не получается. А получить то, о чем так мечтается, нет возможности или храбрости.  Они взглянули друг другу в глаза и поняли все без слов. Их немой разговор прервала Лияна:  — Кажется, мы приехали. Я бы продолжила этот многословный разговор, но сейчас нам надо идти. Я оставлю тебя, чуть позже мы сможем обменяться парой бокалов и поболтать. К сожалению, обязанность режиссера принуждает развлекать толпу спонсоров и зрителей.  — Без проблем, но помни, что я одна из этой толпы и мне тоже необходимо поразвлекаться! — хриплым голосом произнесла Беллатрикс и вышла из машины, чертовски виляя бедрами.  — Нет, это точно Лилит, а не Мисс Блэк.  Прошло уже полтора часа, за время которого к Беллатрикс подошла уже сотня человек, спрашивая, не является ли она той актрисой, сыгравшей одну из главных героинь. Она устала отвечать на вопросы и комплименты о своей внешности. Папарацци так и намеревались сфотографировать эту чарующую глаза красоту, которая сейчас лишь мечтала о небольшом куске личного пространства и сидящей рядом Лияны.  Профессор смогла найти пустой уголок бара и спокойно наслаждалась крепким алкоголем (жаль, что не крепкими нервами). С каждой минутой бар пустел и остались только самые заядлые ценители искусства алкоголя.  — Ну что, Белла, ты уже соскучилась по мне? — подлетела к дивану Анверская, пьяно размахивая бокалом с белым вином.  — Мисс Анверская, а вам не хватит ли заливать успешность вашей работы? — кошачьи улыбнулась Белла.  — Мисс Блэк, а у вас есть другие идеи? Можем вместе  позаливать. Часть успеха произошла благодаря вам и вашим манящим … — Лияна запнулась. — Ой, в общем, я очень устала от надоедливых людищек и сейчас мне бы хотелось посидеть со знакомым мне человеком, говорить не о пьесах и литературе, а о простом человеческом.  — Ты выбрала именно того человека, профессора и доктора филологических наук, актрису в прошлом по совместительству. — засмеялась Беллатриск.  Этот смех вызывал у Лияны воспоминания о беззаботном прошлом, когда они сидели по вечерам и вместе проверяли работы малообразованных студентов. Они называли это никчемным стендапом.  Только сейчас Беллатрикс заметила платье, которое словно перчатка обтягивала стройную фигуру Лияны. Это зеленое произведение искусства подчеркивало все, не только глаза, но и те места, на которые профессор не должен был обращать внимание.  — Мисс Блэк, вы сейчас прожжете дыру во мне. Будем честны, это платье действительно идеально смотрится, но вы близки к тому, чтобы разбудить не то, что вы хотели бы видеть.  — Пет, на твоем месте я бы не была так уверена, но хотелось бы еще раз подметить, что твой цвет не только черный. Не повторяй за своей старушкой-профессором, а то гардероб иногда кажется черной дырой, где найти определеную вещь невозможно, потому что все сливается.  — Тебе стоит проверить зрение еще раз. — присаживаясь рядом, пошутила Анверская.  — Да я и без линз вижу все, что необходимо. — выбив воздух из груди Лияны, произнесла Мисс Блэк.  — Ммм, думаю, что нам стоит выпить еще немного. Я не собираюсь выходить из этого бара трезвой, да еще и одинокой.  — Хочешь, я скажу ему, что останусь сегодня у подруги? — вспомнила слова пьесы Блэк.  — Ахаха, не хочется сегодня играть больше бедную Лизу, может хоть на один вечер она должна стать счастливой Лизой? - ответила Анверская и отпила хороший глоток вина из бокала, оставляя бордовый след своей помады.  — Кстати, о счастье. Как прошел сегодняшний разрыв между тобой и Рудольфусом?  — Действительно, время стать счастливой Лизой. Это было прекрасно! Я оставила его без гроша в кармане и без достоинства, но я не про штаны! Наконец-то судебные разбирательства закончились и я могу заявить о том, что этого человека в моей жизни больше не появится. Время выпить за это. — рассказывала Белла и осушила стакан с янтарной жидкостью одним глотком.  Зрение Анверской затуманилось, она смотрела лишь на манящие губы и представляла, как этот щедрый глоток виски обжигает все изнутри. Как же она жаждала быть этим глотком, чтобы обжигать Беллу. Она не могла поднять свои глаза выше и посмотреть в глаза своей Беллы, она могла играть на сцене, изображая все, но обмануть профессора она не смогла бы. Слишком много времени они проводили вместе, и каждую деталь в ее поведении Белла замечала. Блэк могла чувствовать интенсивность жажды Лияны, да что тут говорить, она сама делала этого не меньше.  — Пет, посмотри мне в глаза. - прошептала Белла.  — Беллатрикс, зачем? — умоляла Лияна.  — Подними глаза, когда с тобой разговаривает профессор! — хрипела Блэк и положила свою руку на тонкую кисть режиссера.  Лияна заглянула в заполненные дымкой глаза, залпом залила вино и прошептала:  — К черту все вот это. Я имею право получить то, чего желаю. Пусть это будет мой гонорар за те несчастные годы, проведенные в лихорадке одиночества.  Лияна придвинулась ближе к профессору, взяла ее лицо в свои руки и ждала ответного шага. Блэк хищно улыбнулась и одними губами прошептала:  — Наконец-то.  Она заполнила это пустое пространство и впилась губами в так не подходящие для поцелуев накрашенные бордовые губы Анверской. Но сейчас им обеим было наплевать на то, что помады были размазаны по всем лицу, что папарацци фотографировали их.  Они, спустя долгое время, смогли сделать то, что могло бы произойти и раньше, если бы обе не были убеждены в неправоте своего поступка, если бы были смелее.  Лияна не могла насытиться вкусом уст Беллы, она была сладко-горькой, как запретный плод, как самый греховно-праведный поступок, она была как колкое счастье.   Оторвавшись, от губ Лияны, Беллатрикс смогла вымолвить:  — Нам пора, Пет, думаю, что фотографий и видео на сегодня хватит.