Я не могу перестать быть Шэнь Цинцю.

Глава III

«О, дивный новый мир!»

      Совсем потихоньку, Юань обживался на новом месте. К нему часто захаживали маленькие ученики. Точнее, одни из самых лучших. Большинство из них было из привилегированных семей. Да, на Цинцзин иногда попадали и всякий сброд с улиц, как тот же Шэнь Цзю или Бинхэ, но все таки, им было очень тяжело освоится на пике.       Юань пока не вёл тех же уроков, что вёл Шэнь Цинцю прикрываясь своим плохим самочувствием. Хотя, конечно, на самом деле, наш новый злодей вообще не смыслил ни в рисовании, ни в музицировании. Мог только нарисовать иероглиф "счастье" на рисовой бумаге и повесить над дверью, его этому учили в школе.       Юань раздумывал над тем, чтобы вообще издать указ, что он, как глава пика, больше не будет вести все эти уроки для высшей знати, а, например, только лекционный формат о том, какие же растения и существа обитают в этом мире, это то он хорошо знал. Хотя и это тоже было опасно для него, ведь выйди какая-нибудь зверюшка из под контроля, Юаня бы зашибли ну не насмерть сразу, а так, пришлось бы помучиться от боли. Только вот, система наотрез отказалась давать ему такую вольность, видите ли, как самый утонченный и элегантный мужчина на этом пике, он не может бросить столь высокоэстетическое занятия, это не подобает и его образу, и статусу.       Так что, ему оставалось только открещиваться от своих обязанностей головной болью, тремором в руках, да бледностью кожи. — Шисюн-шэнь, этот достопочтенный больше не видит никаких злокачественных узлов в циркуляции вашей ци, - Цинфан отпускает запястье Цинцю под внимательным взглядом Юэ Цинъюаня. — Ох, шиди, это ведь просто замечательно, - Шэнь откидывается на спинку стула и прикрывает тыльной стороной руки глаза, из-за чего начинают выступать тонкие сухожилия под его кожей, - этот ведь не говорит, что с ним кака-то беда, просто небольшая дурность в сознании. У меня иногда кружится голова, и трясутся руки, разве я могу быть здоров? Что, если мне станет плохо прямо на занятии? Этот не может предстать в таком виде перед своими учениками, скажется на репутации.       Юань пытался убедить одного лучших лекарей во всем заклинательском мире, что ему ну просто необходимо полежать дома ещё недельку другую, они ведь никуда не спешат. А вот самочувствие Шэня оставляет желать лучшего, это всё из-за пережитого стресса. Его тело ослабело, разве он не понимает. И вообще, он так долго не практиковался в развитии своей энергии из-за болезни, это тоже дает свои плоды. Хорошо, что рядом был его шисюн - Юэ Цинъюань. Он будет поддакивать каждому слову Шэнь Цинцю, особенно, если это касается его самочувствия.       Когда же настало время уходить, Му Цинфан оставил пару рекомендаций, а вот Юэ Цинъюань всё никак не хотел уходить. Его пришлось провожать прямо до двери, и как только Шэнь положил ему руку на плечо, провожая, вся процессия ускорилась. Закрывая дверь, взгляд его шисюна через небольшую щелочку напоминал то, как на него смотрела младшая сестра в своем 6-летнем возрасте, когда очень хотела тусоваться со старшим братом, но её всегда выставляли за дверь. От такой открытой привязанности хотелось поморщиться. Юань всё никак не может привыкнуть к таким его взглядам. Он рад, что теперь в его жизни есть человек, который настолько сильно был привязан к... нему.. но, боже, эти слащавые сопли, постоянные походы в гости к нему, дарения подарков, желание постоянно найти тему о чём можно было-бы поговорить с ним, когда всё важное и неважное уже обсудили, это просто выводит из себя! Теперь то он прекрасно понимает отношение оригинала к Юэ Цинъюаню, ну так просто нельзя! Это слишком! Слишком! Быть столь навязчивым и приставучим это ужасно, очень утомляет. Скоро Юань вообще перестанет пускать его на порог своего дома, а может быть, и на весь Цинцзин в общем. Что-то ему подсказывает, что оригинальный Шэнь Цинцю уже давал запрет на посещение, но Юэ воспользовавшись его плохим самочувствием и провалами в памяти, решил, что Цинцю об этом и не вспомнит.       Но на собрание главы пиков ему всё-таки нужно было явиться. Цинцю не посещал их уже почти три недели. Да, это не очень важно, но нужно не выпадать из связи с другими лордами. Автономным пиком может быть разве что Аньдин. А вот его пик много от чего зависит. — Дорогие шиди и шимей, этот чжанмэн-шисюн рад приветствовать вас всех здесь. Сегодня у нас на повестке дня обсуждение проблем с поставками из Хуаньхуа, также обсудим...       Юаню в общем то, было пока плевать на все эти обсуждения. Он вообще ничего не смыслил в управлении пика. Да, послушает что-нибудь, но три недели же они как-то держались без него, и дальше справятся. Может быть, он даже сбросит половину работы на Мин Фаня, всё таки, он главный ученик и должен уметь справляться со многим сам. Хоть и был иногда туповат как пробка.        сидел вальяжно на своём троне, рядом был разглагольствовавший Чжанмэн-шисюн, он что-то бурно обсуждал с Вэй Цинвеем, что-то про Хуаньхуа и что они обнаглели. Свою позу, да и поведение, он оправдывал своим плохим самочувствием. Он даже нанес немного макияжа под глаза и припудрил лицо, чтобы выглядеть болезненным. И подобрал специальный наряд, несколько белых нижних белых платьев из хлопка, и верхнюю накидку из светло-зеленого шелка, чтобы это все подчеркивало как сильно он болеет, но не теряет изящества. Может быть, другим лордам станет его даже жаль, и они не будут язвить ему, как это делали всегда. Цинцю был очень активен в обсуждениях на собрании, и часто выбивал себе самые быстрые сроки в доставках и выполнениях реставрационных работ Аньдин, что очень злило Лю Цингэ. Ведь его пика реставрационные работы нужны были ежедневно. — Наш ядовитый змей готовится к линьке? - не очень громко спрашивает Лю Цингэ, чтобы не заглушать переговоры остальных лордов, но он знает, Цинцю его точно услышит.       Юань лишь отвернулся от источника шума. Не хватало ему ещё с Лю Цингэ сцепиться. Он вот вообще не знает, как себя с ним вести. Вроде и язвить не хочется, он же не Шэнь Цинцю, и он с ним не ссорился, нужно сохранять человечность. Но и отвечать мило ему не позволит система. Да и на провокационные слова Юань сам не может закрыть глаза, у него очень чувствительная гордость. Подумаешь, нанес чуть-чуть макияжа, что сразу линька. — Кожа так побелела по сравнению с прошлым разом. Неужели, этому научили шисюна белые лилии в красных домах? — Кхе-кхе, если бы шиди следил за новостями школы, то наверное знал бы, что этот мастер долгое время провёл в лихорадке. Шиди не хочет произнести пару ободряющих слов, чтобы его шисюну стало лучше? - цзю склонил голову и язвительно улыбнулся, пряча выражение лица под веером.       Щёки Лю Цингэ покраснели. Услышать такое было неожиданно. Обычно, цинцю выбирал оскорбительные колкости его интеллекта или манер, но замечание по поводу несоблюдения субординации, что он мог бы быть вежливым по отношению к нему, потому что тот его больной шисюн, были..... Мерзкими. Цингэ скривился. — Этот лорд не припоминает, когда это его шисюн беспокоился о ранах этого шиди. Ни разу шисюн не пришел проведать этого шиди на пик Цяньцао.       Юаня застало это врасплох. Выглядело, будто Цингэ и правда обижался на него за это. Он... Не знал что сказать. Он готовился к язвительной перепалке, кто кого глубже закопает! А тут играет старая обида между Шэнь Цинцю и Лю Цингэ, но он не знает из за чего она! Может быть, если он сейчас извинится и не станет давить на больное, его отношения с Цингэ улучшуться? Не успел открыть рот Цинцю, красавица его перебила — Впрочем, этот зря завёл разговор. Всем прекрасно известно, что его очерствелый шисюн испускает жалость только к своим маленьким аксессуарам и пыльным фолиантам. Этот нисколько не удивлён, что шисюн забыл, что к другим людям тоже стоит проявлять заботу. — Что, да ты неотёсан... - Юань встрепенулся и крепче сжал веер в руках. Его глаза закатились, но он вовремя успел закрыть глаза. Всё его тело начало дрожать, словно он запутался в оголенных проводах. — Наверное, та часть в твоём мозгу отвечающая за проявление сострадания уже давно отсохла и превратилась в мумификацию.       Цинцю выглядел странно, вдруг побелел ещё больше, а потом закашлялся, словно не дышал всё это время. Он не посмотрел больше на Лю Цингэ, и бросил Юэ Цинъюню свою типичную фразу, которую он говорит всегда, как только заканчивается обсуждение его пика: "Раз нет больше ничего интересного, этот лорд уходит". Походка его была резкой и твердой, но быстрой. Цингэ был доволен собой, он нечасто мог вывести Шэнь Цинцю из себя, хотя что-то не давало ему покоя.       Добравшись до своей хижины, Юань упал на пол и начал судорожно срывать с себя одежду намокшую от пота. Он не мог надышаться, всё его стискивало, воздуха не хватало. Он, наверное, не дышал всё то время, что добирался до сюда. Глаза опять заболели из-за не наступающих слёз. Его тело бил огромный тремор, а кожа чесалась, везеде чесалась, словно стадо невидимых красных муравьёв ползало на его шее, груди и животу и кусали его. Он расчесывал их своими длинными ногтями, оставляя красный след и всё не мог успокоиться.       Юань добежал до стола и налил себе стакан воды, опрокинул его весь и снова осел на пол. Ему было так стыдно. Так стыдно за всю сегодняшнюю ситуацию. Он так старался удержать лицо Шэнь Цинцю, это возвышенное и высокомерное поведение. Но его не то чтобы попустили, он даже не смог ничего ответить! Ещё и это наказание от системы, оно ведь было вообще ни за что! Совсем не кстати!       Он сидел рядом с кроватью калачиком. Вся верхняя часть одежды была скинута и удерживалась только широким поясом, иначе Юань совсем бы остался голым. Зрелище было жалкое. Если бы кто-то его увидел, он бы мог только посмеяться. Но его никто не видит. Здоровый полуголый мужик хнычет себе в коленки. Кожу обдувал холодный ветер из ставень, и мужчина начал потихоньку успокаиваться. — Эй, ты. «Пользователь?» — Скажи на милость. За что ты окатила меня разрядом на этот раз? Разве всё шло не хорошо? Я ведь почти.. «Вы не вошли в характер персонажа. Горный лорд пика Цинзин, школы Цанцюн, Шэнь Цинцю никогда бы не стал слушать рассказы Лю Цингэ. В его характере было бы перебить его, или вовсе сказать "заткнись, мы слушаем главу". Мне очень жаль, что у пользователя пока не получается повторять линию характера Шэнь Цинцю» — Чё, ты совсем рехнулась!? В прошлый раз когда я сидел с Цинъюанем и Му Цинфанем и вольничал, ты не сделала мне даже замечания! Всё было хорошо! «Это так. Ведь смысла это не имело. Вам нужно соблюдать характер персонажа в людных местах, откуда бы вас смог увидеть главный герой "пути гордого бессмертного демона" Ло Бинхэ. Соблюдение оригинального характера в помещениях или при персонажах, которые не часто появляются на пути главного героя - необязательно» — Чего... Ты! Бестолковая! Тупая, мусорная маш!.... Ааххх, ай!!!! За что на этот раз? «Извиняюсь. Видимо сбоит серверная протоколов»