Становление фальшивого шинигами.

Живописный уютный пригород остался позади, вот и центральные ворота, широкие, гостеприимно распахнутые. Заходи кто хочет, но... чуйка напряглась. В спину уперлись взглядами сразу пять невидимых глазом человек, не считая двух часовых, гоняющих балду в сторожевой будке. Рослая тощая девчонка, которая зашла вместе с Яманака, стала с интересом оглядывать строения, словно бы любуясь архитектурой, ворота ее тоже заинтересовали... — Как там объяснял Гинжи? Пропустить тонкий поток чакры через глазной нерв. Так-с... скрутить пальцы в парочку мудреных фиг... Как их там? Сейчас посмотрим, кто у нас такой глазастый. Гинжи фуфел толкать не будет, у самого мозгоправа всея Конохи учится, даже сам великий и ужасный Морино Ибики зачастую просит у Иноичи помощи. Какую чакру брать? У меня то их две. Ай, хрен с ним, возьму красную, ее больше... Готово! И последняя в комбинации печатей... Блин, пальцы поломать можно. Она так увлеклась построением своей первой самостоятельной печати, что даже не заметила удивительно густую черную тень, что, противоестественно вытянувшись, словно змея, ползла к ее ногам. — Че за херня? — она так и застыла, не соприкоснувшись большими пальцами. Хотелось орать в голос, но и это она не могла уже — тело, мышцы лица, даже голосовые связки ее уже не слушались. Сквозь охвативший ужас вставал вопрос— а кого тогда слушаются руки, что медленно опускались вдоль тела, ноги, что сами развернулись и понесли ее ближе к Иноичи и АНБУ? Душа уходила в пятки, Юзура маялась вопросом, когда она, взрослая тетка прожившая жизнь, оказывающаяся на волосок от гибели много, очень много раз, успела стать такой трусихой? — «Ну идут себе ноги, хер его знает куда по дороге, ну и хер на них!» — ею вновь овладевала отчаянная бесшабашность — веселая и злая, совсем как раньше, когда она была одна, перед гогочущими ублюдками. Сколько их было? Трое. Сильные рослые, уверенные в своей победе. Нелюдимое место и крошечная девушка-грибник. Типичный сценарий для человеческой трагедии, но... у каждого грибника есть нож, и каждый человек будет драться за свою жизнь до последнего вздоха... особо если драться учен. Это в честном поединке, когда приходится соизмерять силу каждого удара, что бы не причинить вреда, пусть сопернику, но не врагу, у нее были бы проблемы, а тут... двое упали даже не поняв что случилось,, просто жертва бросилась одному на шею. Умолять? Другому в ноги, обняла за торс? А в итоге кровь фонтаном из шеи и вываливающиеся кишки из-под рассеченной футболки. Спасибо, мастер, научил ножи точить. Третий был сообразительнее — он даже развернулся и побежал. Куда же ты? Камень все-равно быстрее. Она тогда оттащила их в недалекий овражек, образованный вырванным с корнем деревом, прикопала. А что такого? Сидеть из-за трех придурков не охота, и даже совесть не мучает совсем. Наоборот, именно тогда она почувствовала необычайный прилив сил, адреналиновую дрожь, когда смывала кровь в ближайшем ручье. Странное упоение охватывало ее, когда вода, став розовой, словно дымкой, окутывала ее пальцы. Совсем как сейчас. Кривая ухмылка исказила девичье личико, она так и продолжила идти, но уже не сопротивлялась. Ноги сами несли ее куда надо, а именно к худощавому мужику с зачесанными в высокий «самурайский» хвост темными волосами. Он стоял в напряженной стойке, выставив руки, сложенные в печать. Идти резко стало тяжело. Очень тяжело. Похоже, этот управленец тел человеческих не хотел, чтобы девушка подходила ближе. Но она, сияя алым, пусть медленно, но шла, переставляя непослушные тяжелые ноги. — Иноичи! Ты где этого монстра откопал? — голос вроде и не враждебный, но явно напряженный. — Да твою ж мать! — это уже особист. — Шикаку, отпусти ее! Девочку резко качнуло, словно убрали невидимые растяжки, и ей пришлось пробежать пару метров, чтобы сохранить равновесие. — Это что, джинчурики? — Шикаку ткнул в замершую на месте девушку пальцем и ошарашенно крутил головой. Только теперь удалось разглядеть его глаза. Одни зрачки! Никакого намека на радужку. Но зыркал ими этот Шикаку так, что в пору Яманаке обзавидоваться. Ох сколько в них отражалось чувств разом, прелесть. Яманака затравлено огляделся по сторонам. Никого. Облегченно вздохнув, примирительно поднял ладони: — Тише-тише, друг! Это не джинчурики, совсем нет. — Ага, как же, — Шикаку скрестил руки на груди. - Я что, по-твоему, демонический покров биджу не узнаю? — Ну, да, очень похоже, — Иноичи нервно хихикнул, но жестом подозвал к себе Юзуру. Подходить ей не хотелось. Она скривилась едва заметно, и внутренне ощетинилась, но все же подошла. Иноичи проникновенно заглянул ей в глаза, почти так же, когда спрашивал у дочки, есть ли у той парень, потрепал по макушке, через помятую панаму. — Так, золото, успокой свою ауру. Попробуй это сделать сама. — Извините, я нечаянно. Просто... - девочка мило потупила глазки, пару раз хлопнув роскошными ресничками. Не купился. Оборвал оправдания движением руки, в которой были зажаты полоски с печатями. — Просто сделай это сама, - Яманака выделил последнее слово интонацией и нетерпящим возражений взглядом. Окажись в подобной ситуации Ино, он бы проиграл, вот только дочка не светилась демоническим покровом биджу, и это отрезвляло, заставляло собраться. Девушка кивнула, прекрасно понимая, что пора учиться. Она закрыла глаза, и перед внутренним взором без каких-либо проблем возникли две разветвленные СЦЧ. Чакра по ним неслась как бешеная. Вдох... Спокойнее, медленнее... Выдох, еще раз вдох... Хорошо. Бег замедлился вдвое, но не достаточно. Выдох... И последний... Прохладный ветер, запах свежескошенной травы, щебет птиц, перешептывание ручья... Сделано! Обе СЦЧ стабильны и синхронны, и чакра течет в них спокойно, как воды ленивой реки. Юзура вздохнула и открыла глаза. Сияние исчезло. Она сцепила зубы. И всё же потоки чакры нуждались в постоянном контроле. Это у местного населения никаких проблем с этим нет. Дети еще с материнской утробы учатся владеть своей чакрой, точнее их обучают. И к тому же их мамы все девять месяцев беременности этот поток и регулируют. А уже после рождения дети уже сами учатся более виртуозному контролю. Это тоже тяжело, но база-то есть... Ей же придется обучаться с нуля, притом очень быстро. — Умница, — особист довольно улыбнулся, снова потрепал по голове через многострадальную панаму. Пора его уже отучать от этого жеста. — Быстро учишься. А теперь скажи, детеныш, что ты хотела сделать такое, что дядька Шикаку технику теневого захвата применил? — он схватил Юзуру сгибом локтя за шею. Получилось не-то объятие, не-то удушение. — Посмотреть, кто сидел на заборе, — но требовательно-вопрошающий взгляд особиста явно хотел уточнений, и она продолжила, чувствуя как по спине потек пот. — Я видела, как Гинжи сканирует местность с помощью своих глаз и печатей. Решила повторить. Ничего плохого не случилось бы, верно? Даже если бы не вышло... так? Она совсем стушевалась, искоса поглядывая на суровое лицо блондина. — Ага, ясненько, — все еще не отпуская девочку, Яманака почесал нос. Бухать должно быть будет. Прочистил горло и неторопливо повел слегка скособоченного ребенка вглубь деревни. — Так ты их почуяла... - он был явно чем-то доволен. — Хорошо, очень хорошо. Но ты пойми, детеныш с глазами шиноби, а ты шиноби, притом с о-очень интересным геномом — можно не только смотреть, но и убить. Он снова посмотрел в ошарашенные глаза девушки, жестко посмотрел — Вот братик Гинжи тебе все расскажет, — его губы были все ближе к уху, а проникновенный шепот казался все более зловещим. Что это с его лицом? Оно медленно трансформировалось, приобретая не самые приятные терты — Давай так. Складывать ручные печати и управлять чакрой ты будешь только под моим присмотром. Ладушки? Его голос повеселел и изменился, стал ниже, грубее, а облик... — «О Боже, да это же сам Сатана! Ох, Мать!» Она рванулась изо всех сил, сбрасывая с себя когтистую лапу. Прочь. Прочь от этого чудовища и плевать, что тело вновь охватывает злая аура цвета крови, лишь бы быть подальше от этого исчадия. — «Это кто? Бесы? Черти?» Так стоп! Нет никакого ада и их исчадий... Слишком картинно и иконописно все вокруг. Это не реально! Снова понадобилось некоторое время, чтобы утихомирить потоки в СЦЧ, синхронизировать их, стабилизировать работу сердца. — «Если видишь в поле люк, не пугайся - это глюк... И торчат из люка руки, не пугайся - тоже глюки...» — Ты глюк! — она оскалилась, тыча пальцем в Сатану. — Пизда тебе, нечисть! Сейчас я тебя буду крестить во имя Отца и Сына и Духа святого!.. — Ты ж сама не крещеная, — силуэт демона поплыл, становясь размытым. — Да насрать как-то... прорычала она. На этот ответ демон усмехнулся и кивнул. Все прекратилось в один миг. Снова она посреди пустынной улицы Конохи. Окружена до ужаса уродливыми домами. И кто их такие вообще строил? Куда не попадя, круглые, овальные, пирамидальные, лесенкой. Кошмар, ну и уродство! Пригород с его домами, выполненными в китайско-японском стиле смотрелся куда как выигрышней. Юзура перевела дух. Ручки дрожат, ножки дрожат, зубы вообще ритм для чечетки выбивают. — «Ну, сука...» — АНБУ, скрестив руки, взяли в кольцо, хотя держатся на расстоянии, а Яманака расслабленно так, но со своим фирменным взглядом чуть подсвеченных глаз, стоит и зырит. — Это гендзюцу, — наконец говорит он. — Если простыми словами, то это воздействие на сознание с помощью глаз и чакры. Так более доходчиво? Юзура кивнула. — «Выходит, это была выволочка? М-да, разное было — орали, в угол ставили, ремня даже давали, но это нечто...» — она уже не дрожала, но тело по прежнему было словно ватное, но душу охватывает ярость. — «Сука, я тебе в труселя перца при удобном случае насыплю!» — мысленно пообещала она и пошла к Яманаке. — Ага, — вслух смеется особист, — буду ждать. - «Блядь! Он же телепат!» — девушка даже с шага сбилась, хлопнула себя ладонью по лбу. — «Во лоханулась!» А Иноичи лишь беззлобно расхохотался. Попытался снова обнять и потрепать по голове, но Юзура отпрыгнула от него на добрых два метра. — А ты неплохо так продержалась. От этой техники среднячки-генины в обморок падают. Молодцом, — он показал большой палец, развернулся и пошел по улице, что по направлению вела к ликам в скалах, — но печати больше не складывай, ясно! — Да поняла я уже, — проклиная про себя долбанутых экспериментаторов, что ее перенесли сюда, Юзура поплелась следом. — Слышь, друган, — подал голос молчавший все это время Шикаку, — ты где ее взял? — Удочкой с Луны стащил, — усмехнулся Яманака. — Как насчет выпить вечерком? — Я всегда «За»! — они ускорились и вскоре скрылись за поворотом пузатого шарообразного дома. — Не дрейфь, — подошел Гинжи, — все будет хорошо. — «Вот оптимист», - Юзура сама не поняла, как оказалась в кольце из его рук. Странно, но отстранятся не хотелось, а совсем наоборот, прижаться крепче, обнять в ответ, уткнуться носом в его капюшон и замурлыкать от удовольствия. Испытывая до селе неведомые чувства. Как хорошо, когда о тебе кто-то заботится — есть кому довериться. Расслабляясь в волнах уверенного спокойствия этого, по сути, мальчика, Юзура изучала то, чем всегда была обделена в том страшном пустом мире — там все было каким-то ненастоящим, друзья фальшивые, любовь зачастую однобокая, даже материнские чувства могли оказаться безответными. Правда ей повезло. Денег было не много, зато любви - океан. А вот с друзьями хуже... Забота же этого паренька грела душу, приносила уверенность и покой, она как воздух проникала в сознание, принося радость. — Как же хорошо, что ты рядом, Гинжи. — Я всегда буду рядом, сестренка, — он чмокнул ее в макушку. — Пошли, а то мы отстали. И окруженные охраной, словно ВИП-персоны, они, не торопясь, пошли за командирами.

***

Яманака подал отчет своему другу. — Это, конечно, конфиденциальная информация, но учитывая, что ты советник Цунаде, — Нара погрузился в чтение, а Иноичи продолжил, - картина, естественно, не полная — многих данных нет. А то, что есть, было собрано мной из отчетов свидетелей и воспоминаний самой девочки, как из пазлов. —Интересная вырисовывается картина... — Яманака озабоченно потер подбородок — чем дальше вчитывался в отчет, тем сильнее омрачалось его лицо. — Я так понял, Орочимару захотел завладеть легендарной силой. Это самоубийству равносильно! Ставить опыты подобные этому... Вот псих! — Ты тоже вспомнил легенду о демонице Кагуе? Она была полноценным хранителем священного дерева этого мира, но любопытство и жадность кота губит. Представляешь, основная религия их мира базируется на запрете вкушения плода с Божественного древа познания и слепом раболепном подчинении Творцу. И религия эта зародилась как раз две тысячи лет назад, когда началась эта свистопляска с демоницей. Похоже они пересмотрели методы тренировок своих будущих хранителей, — Иноичи забрал отчет. — Как думаешь, друг мой, змеиный саннин погиб в той заварушке? — голос Нара звучал равнодушно, но в глазах промелькнула надежда. — Боюсь, что нет. Слишком живуч этот гад ползучий, — он остановился перед большим красным зданием. — Мы пришли. Мужчина обернулся на отстающих. Юзура хмуро крутила головой по сторонам, разглядывая улицы, строения, вывески, людей, что уже проснулись и, зевая, шли по своим делам. Судя по ее выражению лица, здесь ей не особо нравилось. Не любит города? А может, до сих пор злится на Яманака за жестокое гендзюцу? Гинжи шагал рядом с видом опытного гида, рассказывая о местах, что они проходили. АНБУ топали по бокам, но как-то совсем расслаблено. Или это видимость? — А это большое здание - Резиденция Хокаге, — донесся голос Гинжи. — На термитник похоже, — буркнула девушка, с прищуром оглядывая несуразное строение. — Это еще не термитник, — засмеялась Зайка-АНБУ, — Камень с Песком, вот там да! Попадание в сто процентов! Шикаку упер руки в боки: — Вы закончили? Нас Хокаге ждет вообще-то! — Идем, — вздохнули хором подошедшие шиноби. И до того у них слаженно получилось, что Нара опешил: — Эй, что за вздохи? — Да сказали же, что идем! — снова хором. Шикаку лишь криво ухмыльнулся: — За мной!

***

Гинжи долго и нудно предупреждал, что их Хокаге — выдающаяся женщина, но такого девушка не ожидала: — Ого! — выдохнула она, и тут же получила локтем в бок от своего брата. Хокаге была роскошна. Красивая женщина в самом расцвете лет и сил. Светлокожая блондинка с пронзительным и тяжелым взглядом янтарных глаз. Она казалась сделанной из стали, а ее аура была столь сильна, что волоски на коже вставали дыбом, как от статического электричества. Сильная и опасная женщина. — Яманака, отчёт на стол, свою подопечную ко мне поближе. Остальные, ждем в коридоре моих распоряжений. — Похоже, вопрос «Кто станет ее наставником?» уже решен, — Шикаку махнул рукой в импровизированном салюте и вышел, плотно закрыв за собой дверь. Аура женщины Цунаде подавляла, и Юзуре понадобилось все мужество и опыт накопленный ранее, чтобы преодолеть эти несколько шагов с каменным выражением лица. Злая звериная чакра пыталась вырваться из под контроля, почуяв в Хокаге угрозу, пришлось укрощать еще и ее. Хокаге хмыкнула и криво усмехнулась: — Ишь ты. Сильна, но контроль хороший, не то что у джинчурики. Давление ауры Цунаде стало медленно спадать. Дышать стало легче, стоять тоже, но Юзура поняла, что сдерживаться дальше не сможет... точнее не хочет. — Ну и зачем вы все это делаете? Мне что, по-вашему, мало от жизни досталось? Надо додавить? — сильный от природы голос порождал вибрации в воздухе, злая звериная чакра ускорилась, породив демонический покров. — Так вот! Хрен вам! Будете и дальше вести себя как последние скоты, сотрудничества не ждите. Понятно? — она скрестила руки на груди, свирепо поглядывая на морщащуюся от неприятной алой ауры Цунаде. — Юзура! — Яманака с трудом преодолел те пару метров, что отделяли его от ученицы. — Хватит, малыш, — он обнял подопечную, не взирая на боль, что приносил демонический покров его сверхчувствительной сенсорике. Погладил по волосам, благо та стояла спокойно, — У нас у всех есть веские причины так поступать. Пойми, — по виску потек пот, а из носа брызнула кровь. — «Блин, не хотела, прости...» — Ладно, — девушка сделала глубокий вздох, и давление ауры стало быстро уменьшаться, пока не исчезло совсем, за дверью послышалась возня, между АНБУ явно шел спор: заходить или не заходить. Девушка виновато скосила глаза и достала носовой платок из кармана, — но потом обязательно все расскажешь, — она промокнула кровь на лице Иноичи, — раз уж ты мой с Гинжи наставник. Яманака облегченно вздохнул — девочка доверилась ему. Теперь следовало довериться ей. Он разжал руки и подойдя ближе к опешившей Хокаге, положил на стол извлеченные из карманов амулеты контроля. — Это больше не понадобится, — произнес он уверенно. Цунаде оперлась о стол, устало потерла лоб рукой: — Хорошо, доверяю это тебе, Иноичи. И еще, начни тренировки немедленно, у нее хороший потенциал, а мне не хватает доверенных шиноби. — «Шах и мат!» — Глаза Юзуры сузились, — «Ох хитра, зараза! Загнать в АНБУ, дабы спрятать от Орочимару и Корня. Ловко. С местными то понятно. По легенде я внучатая племянница О'Токо Сома, родной бабушки Гинжи, потому-то он со мной везде и ходит... но в АНБУ? Перестраховщица, однако, как там... Друзей держи близко, а врага еще ближе. Эх, политик...» — Похоже, я ошиблась на ваш счет, — девушка бесстрашно заглянула в нахмурившееся лицо Цунаде. — Мы с вами, скорее всего ровесницы. — Подлизываешься уже, — Сенджу самодовольно усмехнулась. — Ладно, иди уже. Свободны. Иноичи, глаз с нее не спускай, — мужчина поклонился и закрыл за ними дверь. Цунаде довольно потянулась. Про АНБУ, ждущих распоряжений, она и думать забыла. Это надо же — Страна Рек само сокровище в ее руки отдала. Хокаге придвинула папку с отчетом Яманака, вчитываясь в аккуратные строчки. Анализ генома, строение чакраканалов — все это напоминало джинчурики, но сила была, а разума хвостатых биджу нет. Удобно. Ее бывший накама постарался на славу, свил такие генетические коды, что в голове не укладывалось. Видимо, хотел это тело себе или не только это. Генетические коды других подопытных только-только расшифровываются, но и так уже понятно, что ребята были бы запредельной мощи. — «Эх, лишь бы Данзо не прознал, он же из шкуры вылезет.» Женщина потерла виски и вчиталась дальше. — Так, что тут у нас? — тихо проговаривала прочитанное Сенджу, это помогало сконцентрироваться. — О, это интересно! — она налила воды в стакан и тут же отпила, — Самосознание: Человек. Женщина. Замужем? Есть дети? Возраст? — Цунаде поперхнулась водой, которую пила. — Сколько?! — Ах ты ж коза! — стакан полетел в стену, о которую со звоном и разбился. — Ровесницы, блин!